KPbICOMEH

Ни кому ни кабельный

Николай, теперь главный рыбинспектор трёх районов, нагло воспользовался административным ресурсом и провёл служебный катер по протокам в одно совсем безлюдное, непроходимое и, поэтому, рыбное озеро. Тут мы  расчехлили спиннинги, подыскали подходящее место и мгновенно стали участниками весьма активной ловли. Настолько активной, что она требовала всего внимания и не оставляла времени на сторонние мысли. Да и не хотелось сейчас, кристально ярким осенним утром грузиться тем, как Дымов (а я был уже абсолютно уверен) опять узнал о моих планах, куда пропал мой непутёвый агент, какие документы надо ещё нарыть для документирования москвичами налоговых «палок», что в последнее время, не связанное с лесом судя по сводкам, «мутят» братья Курки и прочее, прочее… Было только спокойное, как зеркало, озеро, здоровенные полосатые рыбины, солнце, небо и жёлтый по краям осенний бор.  Медленное, неторопливое общение с Колей ни о чём. Красота.

В таком неожиданном и очень своевременном релаксе прошло больше часа.  Уже с десяток хороших окуней был пойман, когда рыба вдруг исчезла. Как-то резко, сразу и вся. Вот только что, там, у кувшинок, отчётливо виднелись следы охоты стайки полосатых, а теперь была тишь да гладь. А я как раз закинул туда в очередной раз блесну.

Я медленно подводил серебристую вертушку к лодке, когда, метрах в трёхс половиной клюнуло!. И клюнуло так, что я чуть не выронил Колин дорогой шимановский спиннинг, а лодка покачнулась. Щука и приличная, рванула, отмотала солидный кусок лески и стала бороться за свою рыбью жизнь так, что Николай отложил свой спиннинг, подхватил подсачек и прискакал с кормы катера помогать.

В самый разгар борьбы, когда щуку удалось подвести почти туда, где она клюнула, у меня в кармане зажужжал телефон. Я пытался забить, но сегодня решил со мной связаться кто-то очень настойчивый. Алексеич.  Раскачиваясь на плоском носу моторки, с телефоном  в руках  и со спиннингом , на другом конце которого пыталось вырваться лучепёрое, я совершил один из самых эпичных акробатических номеров, свидетелем которого стал, увы, только Тяглов.

- Да!

- Сергеич, ты в районе? – то, что Алексеич не поздоровался и назвал меня по отчеству, свидетельствовало, что дело серьёзное, касается лично его и он о чём-то хочет меня попросить.

- Да!!

- Можешь говорить?

- Да!!!  (да ёпте, разродись уже скорей!).

- Там в Феновском районе сегодня совещание в администрации по лесу. Зам губера, Снегирёв уже едет. Артемьев поручил поприсутствовать, а у меня тут геморы случились. Сможешь подъехать?

- Блин, а во сколько? – я чуть не упал в воду от резкого рывка – я сейчас далековато…

- Очень надо. К двенадцати.

- Блядь! – спиннинг в руке треснул и сломался. Николай ринулся за верхушкой чуть не в воду

– Ладно, я буду! - крикнул я и выронил зажатый скрюченной шеей и ухом телефон. Хорошо, что на дно лодки.

Потом мы тянули рыбину за леску, обрезая руки до крови. Орали матом. Тяглов хватался то за остатки спиннинга, то за подсак, то за весло. Не знаю, кого он хотел уебать веслом больше: рыбину или меня за сломанную снасть. Наконец два теплокровных прямоходящих победили одну хладнокровную пресноводную. Это был здоровенный пятнистый экземпляр, каких я не ловил ни до, ни после. Это было круто.

Мало того, эта рыба даже не пострадала. Мы, конечно, с ней пофотались в разных ракурсах, на фоне лодки, леса и озера, да и отпустили. Как оказалось, Коля был согласен со мной в том, что такая здоровенная щука не очень вкусная и воняет тиной, поэтому легко согласился её отпустить. На копчение мы наловили достаточно и окуней.

На моё позднее раскаяние в поломке спиннинга и предложение купить такой же, даже получше, Коля сказал:

- Не вникай! Оно того стоило!

И воистину.

Мокрые, грязные, воняющие рыбой, но счастливые, мы повернули к Колиному дому. Надо было доехать быстро, нарисовались срочные дела по общению с чиновниками. Правда, боюсь, я произведу фурор. В доме у Николая душа не было, баню топить было некогда, одёжку я хоть и сменю, но всех последствий рыбалки удалить не получится. Времени нет, да и средств тоже. Кое как приведя себя в порядок, я помчал на служебке в администрацию, а Коля остался коптить окуней, обещая управиться меня к обеду.

В тесном зале Феновской администрации было полно людей. Все с неискренним интересом слушали толстого и лысого заместителя губернатора, которой читал длинные и скучные цифры по бумажке. Сразу было видно, что мероприятие дежурное, ни решений, ни выводов не принесёт, и резкое увеличение незаконных рубок в Феновском районе, никого особо не ебёт. Пока. Но это ж только начало, думал я глядя в честные глаза майора, начальника Феновского РОВД, который уже не раз засветился в моих сводках прослушки, общаясь с креатурами Корчевского.

Как представитель Управления я сидел справа от большого областного босса, своим джинсовым пиджаком и клетчатой рубахой прямо оттеняя его дорогой серый костюм. А скажите спасибо, что я вообще не в футболке припёрся, и тягловский дезик всё же отбил густой запах рыбалки. С умным видом я перебирал пустые бумажки, что-то записывал, а когда мне предложили высказаться, я молчать не стал и напугал, в первую очередь, майора планируемыми силами области  профилактическими мероприятиями в районе. Пусть очкует. В общем бесполезно и бездарно провёл битые три часа.

Выходя из кулуаров я, с мыслями о копчёных окуньках вышел на крыльцо. Отбился от настойчивых майоровских предложений «пообедать» и «переговорить», сделав крайне загадочный вид. Закурил, глядя на то, как он разочарованно уходит, считая меня, со своей колокольни, полным мудаком. Насрать.

Снова в кармане зажужжал коммуникатор. Надо бы мелодию сменить, поставить что-нибудь этакое. Звонили из дежурной части областного УВД.

- Валерьян Сергеевич? Подполковник Лебедев, оперативный дежурный.

- Да, слушаю.

- Мне Вячеслав Алексеевич Ваш телефон подсказал, вы ведь сейчас в Феновском районе?

- Точно. В администрации.

- Там в соседнем, Мошенском, утопленника выловили. Артемьев поручил СОГ отправить областную, а у нас сейчас грабёж крупный, выехать у них не получится. А руководство требует участия на трупах кого-то с области, ну Вы знаете (действительно, была такая указуха, одна из новых). Вот, подсказали, что Вы рядом. Не могли бы Вы закрыть? Из района СОГ уже выехала, они как раз будут осмотром заниматься. Просто как сотрудник розыска расписаться в протоколах…

- Ладно. Подъеду. Куда?

- Отлично,  спасибо. Я в отдел позвоню, предупредить, что Вы будете. Спасибо.

- Не за что.

- Запишите адрес…

Дежурке надо помогать, они полезные. Сводку там нужную или ориентировку выцыганить. Дело непыльное, просто походить и хлебалом посветить.

Пришлось забыть про окуньков, заехать в местную столовку и поесть не очень вкусного хрючева. Пока ел, ещё и погода испортилась, набежали тучи и полетели редкие капли мелкого дождика. Нет, я уже к Коле не поеду, сгоняю по просьбе и домой.

Уже знакомые до боли дорожки Мордора, привели меня к небольшому лесному озеру, с такой же по цвету  водой, как и утром. Было ещё тепло, безветренно, да и дождик срываться перестал. Только теперь на фоне свинцового неба  вода выглядела не радостной, а угрожающей, этакой чёрной могильной плитой, с  налипшими на ней жёлтыми пятнами листьев. А лес был не радостным красивым и шумным а тихим и тёмным. На торфяном берегу, резко, без всяких прелюдий в виде камыша там или песочка, обрывающегося в воду, стояла буханка из Мошенского РОВД и такая же буханка эмчеэсников. Спасатели как раз сдували пэвэхашную лодку. Между автомобилями лежало длинное, накрытое брезентом тело утопленника.  Над телом на стульчике сидела следачка из СОГ,  заполняющая бумажки. Рядом же на берегу виднелась старенькая зелёная резиновая лодка-калоша, принадлежавшая судя по всему покойнику.

Я подъехал (дорога к озеру была сухая и высокая и четырка прошла по ней совсем без проблем), остановился. Вылез, подошёл к бездельничающим участковому и эксперту. Пожал руку, одному, другому.

- Ну что тут?

- Да вон - участковый ткнул сигаретой в сторону брезента – грибники к озеру вышли и лодку увидели. В ней барахло какое-то, бутылка перцовки. Грибники въедливые оказались, москвичи-дачники, пошли искать вокруг озера и на него и наткнулись. Давно болтался, там зрелище не очень. Позвонили, мы приехали.

- Ну и что? Криминальный? Или…

- Браконьер скорей всего – эксперт плюнул в озеро -  Он наполовину в сетке запутан был. Сетка путанка китайская, с мелкой ячейкой.  Такое бывает. Ставил сетку, с лодки свалился и запутался. А если бухой был,  то тут быстро кранты приходят. Вот и крякнул. У меня свояк почти так же помер.

- Ну да, бывает…- поддакнул я. Подобных случаев полно по сводкам проходит.

- А кто, установили?

- Не, документов такие не возят – расслабленно  хмыкнул участковый – но по-любому местный, установим.

- Ну ок, пойду поговорю со следачкой - кивнул я им.

Подошёл к дежурному следователю, с ней я уже как то работал по порубке. Кивнул. Она оторвалась  от писанины, тоже кивнула:

- Здравствуйте.

- Здравствуйте. Меня пригнали от Управления в качестве ответственного. Меня в протокол включите, распишусь.

- А, хорошо. Труп пока некриминальный, но будем устанавливать личность.

-Да мне уж рассказали. А сетку изъяли?

- Ага – она махнула ручкой за спину, в сторону буханки. Там, в открытой двери виднелись опечатанные чёрные мусорные пакеты.

- И даже какие-то пальцы с лодки нашли. Плохие правда. Времени многовато прошло судя по состоянию.

- А. Ну и ладно – я исчерпал перечень дежурных вопросов, которые мне потом могло задать руководство – я гляну?

- Смотрите сколько влезет – бледно улыбнулась следователь – то ещё зрелище.

Я подошёл, поднял брезент. Потом откинул его совсем. Да уж, видок не из приятных. Практически всем в милиции, рано или поздно приходится с такими картинками встречаться. Все реагируют по разному, но постепенно привыкают.

Мне лично не один раз приходилось уже такое видеть. То, что остается после человека будто теряет суть. Труп, причём неважно как он выглядит, совершенно пустая оболочка. Это чувствуешь сразу когда к нему подходишь. А потом, отчего то мне представляется, что с исчезновением человека образовался локальный разрыв реальности и ты стоишь на краю этого разрыва. Какое то время. Недолгое.  Не то чтобы как раньше больше не будет, просто ощущаешь нечто похожее на скорбь и не важно, знал ты человека или не знал.  Я думаю, это происходит потому, что жизнь всё же дорога, и бессознательно идентифицируясь с мёртвым человеком, нам становится жалко себя и боязно за близких.

Вот то же самое я и чувствовал сейчас, глядя на разбухшее, бесформенное и  сильно изменившееся тело. Думаю все, как бы не профдеформировались, чувствуют нечто подобное. Ну ещё может небольшой профессиональный интерес к установлению личности покойного и обстоятельств его смерти.

Обстоятельства смерти были интересны и мне. А вот личность…

Тело, что лежало под брезентом  ещё недавно было моим конфидентом, Лёшенькой.

И он принципиально, до отвращения, не ловил сетью рыбу.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

По вечерам к деревянным, серым стенам дома от речки подступали туманы. Сам дом на вершине они никогда не закрывали, но превращали картину в типичный гоголевский лубок из какого-нибудь «Вия»: обломанными зубами торчали ржавые и острые части комбайна, снизу, из чёрных клубов сирени выступали могильные оградки, над которыми поодаль, из молочного болота возвышался тёмный и совсем не напоминающий православный, крест разрушенной церкви.  Иногда в тумане угадывалось (а может придумывалось) какое-то движение, как будто непонятные существа начинали заниматься своими непонятными делами.  Местные старались на эту сторону не ходить, только иногда дети  на спор пролетали по разбитому бетону моста на велосипедах, окунаясь в туман и вылетая из него обратно под замирание сердца.

Большей частью дом стоял тёмный. Конечно же, среди местных, не могло не  ходить поверье, байка, которую хорошо рассказывать у костра, запекая картошку, о том что в этом доме жила ведьма, или сумасшедшая, или упырица, которую похоронили на старом кладбище и теперь она ночью выползает к дому и ползает вокруг стен, шурша травой и шепча проклятья. Причём ползает голая, раздутая и задом вперёд, так что волосы, полные веток и чертополоха, волочатся за ней как длинный лошадиный хвост. Её никто не видел, а кто видел, больше ничего не расскажет.

Иногда, раз в месяц, дом посещал мужик, из райцентра, сын проживавшей тут. Он приезжал, ночевал пару ночей в месяц и тогда в доме горел свет, а днём раздавалось жужжание мотокосы. С ним здоровались, хотя и про него рассказывали страшилки, что он на время успокаивает упырицу, чем-то (конечно же невероятно жутким) утешая её чёрную и гнилую душу. А потом мужик уезжал и дом снова глядел через реку на живую деревню погасшими глазами окон.

Однако этой осенью, тёплым сентябрём в доме появились жильцы. Пять человек, на двух автомобилях, с наклеенными надписями: «Такойтовский государственный университет. Этнографическая экспедиция», они заехали сюда неделю назад и вели типичный для научных крыс образ жизни. То есть с утра уезжали рано, возвращались поздно,  на дискотеку в соседнем селе не совались (каждый полевой учёный знает, что сельская дискотека - первое место, где он может качественно опиздюлиться, независимо  от подготовки). Пару раз были замечены на вечерней рыбалке, но, с ночными туманами, закрывались в доме и не отсвечивали до утра. Разок, в самом начале, вечерком к ним из села заскочил местный участковый, так, для порядка. От них он вышел довольный и немножко бухенький. Сказал, что всё в порядке, хозяин дома сдал им помещение на месяц, сел на служебную «шниву» и укатил.

Деревня наблюдала и спорила, сожрёт ли городских ведьма или отпустит.

Житель деревни Серёжа сегодня провёл весь день на мандраже. Утром он, с ещё тремя своими товарищами поспорил, кто дольше просидит без дыхания в воде и проспорил. И теперь ему предстояло провести, по решению победителей, вечер, от наступления темноты, в саду старого дома. Победители были безжалостны и спор мог быть закрыт только ровно в полночь.

Сергей в свои тринадцать лет не был трусом и в чертовщину не верил. До определённых пределов, конечно, ибо одно не верить в жуть, глядя по телеку кинцо про вомперов, а совсем другое пробираясь по обочине дороги, заполненной туманом, стараясь не глядеть в сторону кладбища.

В полной тишине Серёжа пробрался на вершину холма, перелез дышащий на ладан невысокий заборчик и устроился за неухоженными кустами смородины. Серый туман обтекал холм со старым домом, в деревне за речкой мычала корова. Отгорал закат.

Отсюда парню было хорошо видно высокое крыльцо, обращённое как раз к нему. Так же отсюда открывался вид и на луг, на комбайн, по которому было прикольно лазать днём, но к которому ночью он бы не подошёл ни за какие коврижки. В доме уютно горел свет, иногда за занавесками мелькали изломанные тени.  Автомобилей приезжих видно не было, они ставили их обычно у дороги. Сейчас обе машины были скрыты туманом.

Постепенно стало совсем темно. Целый час ничего не происходило, Сергей уже привык и радовался тому, что предусмотрительно оделся тепло. Он совсем освоился в своём наблюдательном пункте, привалился спиной к стволу яблони и почти закемарил. В еловом бору за лугом ухала сова, в деревне ей в ответ лаяла собака. Воздух нёс запахи осени, такие особенные, чистые и выразительные, запоминающиеся на всю предстоящую зиму.

Из состояния покоя его вывел внезапно зажегшийся на крыльце свет. Оказывается там была неяркая лампочка с красным абажуром.  На крыльцо вышел странно одетый мужик.

Сергей подобрался. Любые странности сейчас сильно били по нервам.

Мужик был не сильно высокого роста, коренастый, с густой кудрявой шевелюрой. На нём было нечто, напоминающее старинную косоворотку, такие часто рисуют в иллюстрациях к учебникам истории, сопровождая статьи про древнерусские княжества. Поверх косоворотки на плечи была накинута тёплая охотничья куртка. Завершали картину абсолютно домашние тапки, которые стали видны Сергею, когда мужик кинул на верхнюю ступеньку одеяло и уселся, глядя в темноту. Минут пять мужик копошился, пыхтел и располагался. Потом щёлкнул зажигалкой и задымил вытащенной длинной папиросой. Такие курил дед Сергея, только сейчас запах табака в свежем воздухе распространился совсем другой, немного чудной.

Снова негромко стукнула  дверь. На крыльце появился второй персонаж, не намного выше первого, только одетый чуть более привычно. Джинсы, кроссовки, чёрная футболка с надписью «ZZ Top». На голове чёрная пидорка, призванная, видимо, выполнять роль утеплителя. В руках у новоприбывшего была пузатая бутылка, три разномастных стеклянных стакана и тарелочка.

- Епты, Паша! – вроде как и не удивившись, произнёс второй – ты тут уже по зелёному пошёл!?

- Будешь? – усмехнулся первый, которого судя по всему звали Пашей.

- Не. Я с универа с этим наглухо завязал – усмехнулся вышедший, наклонился и выставил на крыльце принесённое – я спецом коня сегодня прихватил хорошего. Слушай, ну туманище сегодня опять!

- Ага, завтра опять роса будет.

«Не похожи они на учёных, странные люди» подумал Серёжа в кустах. « И долго они тут сидеть планируют?»

Человек в футболке достал из кармана джинсов пачку сигарет, звенькнул металлической зажигалкой и, выпустив клуб дыма, тоже сел на крыльцо.

Поименованный Пашей длинно затянулся. Минуты две они молчали задумчиво глядя на пейзажи, открывавшиеся с крыльца.

- Не, ну видок, конечно, впечатляющий – медленно выговаривая слова произнёс Павел.

- Да уж, тут бы Лавкрафту  поселится и книжки писать… Чистой воды Сайлент-Хилл.

Дверь в дом скрипнула и открылась. Внутри плескалась неестественная темнота. Наблюдающий Сергей аж дёрнулся. Потом его пробрало холодом, когда из темноты стала вырисовываться светлая бесформенная масса…

…в синюю полосочку.

- Блядь! – сказала масса споткнувшись о порог – повыключают свет, сонные всякие, и выйти нормально нельзя!

Массой оказался старый полосатый матрац, свёрнутый рулоном, весь в подозрительных пятнах, который держал в руках одетый в чёрный спортивный костюм высокий худой тип в очках.

- Борисыч решил дрыхнуть, так что я тоже на улице побуду, но с комфортом – проворчал третий и стал расстилать матрац прямо на крыльце – наливай давай!

- А ты синего или зелёного?- спросил человек в футболке.

- И того, и другого и лучше без хлеба! – длинный прислонил часть матраца на перила, часть положил на крыльцо и с удобством расположился на нём с ногами.

Второй со звонким бульком вытащил пробку из бутылки, плеснул по стаканам коричневой жижи. Раздал остальным.

- Ну, за вторую неделю операции ! – произнёс он. Остальные зазвенели стеклом.

- Лимончик! – второй выпив указал на тарелочку

- Оф! Он что, с солью?! – съев лимон поморщился Паша.

- Ага

- Это ж не текила!

- А ты кусни. Понравится. И вообще, у вас свои вон закусоны. На мои поменьше налегайте.

Паша передал свою замусоленную папиросину длинному, тот тоже затянулся.

- О-огнище!!!

- Чё, Курлыга залёг, а Дымов то где? – лениво произнёс мужик в шапке.

- Он пошёл в соболь, втыкать в телефон. С бабой общается. Вообще, нафига ты его притащил? Ты ж с ним последнее время плохо контачишь? – ответил с матраса третий.

«Непонятные базары какие-то»- подумал Сергей - «курлыга какая-то… в соболь втыкать… какая такая курлыга?»

- Да я, может, и хотел с ним наладить – после непродолжительного молчания сказал второй – воспользоваться передыхом, так сказать.

- Но упырём его по прежнему числишь? Вчера он предлагал тут, в район этом отработать, а ты упёрся, что нет.

- Ты же знаешь поговорку: «не живи где ебёшь и не еби где живёшь?»  - хихикнул чел в футболке.

-Темнишь ты, Валь – откликнулся Паша – всё же подозреваешь его, а? На охоту не берёшь, а тут потащил.

«Так второго Валей зовут, ага». Серёжа слушал непонятные разговоры непонятных людей с всё более возрастающим интересом и недоверием. «Охота какая-то ещё. Учёные они, щас!»

- Слушай, не усугубляй. Будут факты – озвучу. Ты лучше про своих ариев дорасскажи,  мне интересно. Я таких зачёсов ещё не слышал. На истфаке…

- На истфаке и не расскажут! - перебил Валю Паша. Он как раз добил непонятную папиросину и с удовольствием пялился на волны тумана, всё ближе подступающие к вершине холма с домом.

- Официальная… – прям с ощутимой издёвкой продолжил он - … история приписывает русскому народу не более тысячи лет. А вот я читал, что по дошедшим до нас древним эпосам и хроникам различных народностей можно восстановить картину прошлого, когда на Земле была настоящая цивилизация, не та о какой врёт «официальная» - Паша сделал жест двумя руками, посгибав по два пальца возле ушей -  наука.

- Ща, ща, погоди – заржал Валя и поднял с крыльца бутылку коньяка – я без допинга такую тему не осилю – давайте, за эпосы! За говорящих котов и, блядь, за боевых мамонтов!

- Вот ты ржёшь – выпив и закусив лимончиком, продолжил рассказчик - а в Африке, Южной Америке и даже у нас в Сибири находят очень похожие на выработанные в древности рудники места. Примерный возраст варьируется полтора миллиарда лет! Официальная наука!!! всячески увиливает от объяснения происхождения этих рудников. Про НЛО никто не говорит, правительства стран, имеющих космическую технику, эту тему обходят молчанием, чтобы наши консервные банки, гордо называемые «космическими кораблями многоразового использования», не выглядели совсем уж убого  на фоне техно-навигационных возможностей НЛО.

Валя слушал Пашу с восхищением и на его лице всё больше расплывалось довольное, как у кота, выражение. Третий, в очках, участия в разговоре почти не принимал, он выпив, разлёгся на матраце и просто слушал. Как и Серёжа в кустах, которого тоже проняла звучавшая в голосе Паши уверенность.

Паша же с жаром продолжал

- Говорят, давно на нашу планету прилетели…, ну , может, потерпел крушение космический корабль инопланетян, на котором находились представители двух родов: Арийцев и Славян. Разбитый корабль удалось отремонтировать, и часть пришельцев улетела, а другая осталась жить на Земле. Людей то на Земле не было! Только обезьяны. Оставшиеся стали называть себя Асами.

- Кто это говорит? – перебил Пашу Валя.

- Учёные!

- Какие,  на хуй, учёные?!

- Разные! Интернет почитай, а не учебники свои задрипанные!

-Аааа, понятно. Ну, за корабли!

Валя театрально  вздохнул и снова налил коньяка. Все выпили

- Корабли, кстати… Видя какую-нибудь из старинных христианских церквей, вы можете, хотя бы примерно, представить себе, как могли выглядеть небесные корабли наших предков. Они не очень сильно отличаются от них по форме. В основном, изменены только купола с конусно-стреловидных – на «луковичные». Поэтому...

- Погодь! – опять перебил Пашу скептик. Серёжа в кустах даже дёрнулся, так ему хотелось дальше слушать про корабли пришельцев – ты с темы не слезай. Асы прилетели. Блядь, чо они не улетели, они же асы!

Третий на матрасе мерзко хихикнул.

- Они – размеренно и спокойно продолжил Паша - стали колонизировать нашу планету и готовить её к приходу основной популяции, живущей где то ещё. Они выбрали для поселения материк, на котором постоянно светило Солнце. У индусов написано, что когда-то на северном полюсе существовал огромный остров, называемый Центром Мира, вокруг которого «вращаются Солнце, Луна и звёзды». Там асов стали звать Расенами!

- Слушай, у меня столько вопросов, как у представителя официальной науки  - валя не унимался – а кто их стал звать расенами? Обезьяны? Гитлер? Или кто-то там уже жил до них? А хоть где то это написано? Да что ж вы курите!? Ах, блядь, ну да….

Паша не обратил на спорщика внимания. Он увлечённо продолжал.

- Наш континент тогда назывался Гипербореей. С большим материком на юге её связывал перешеек Уральских гор. Вот тут уже известны и имена их правителей, это  титаны Иапет, и его сыновья  Прометей, Атлант

- Иапет! – перебил его металлист и повторил прямо таки смакуя – Япет! Имя то какое, как будто нахуй послали! А меня не йапет!

- Нихуя ты, Валя, не понимаешь!

- Согласен, ваще нихуя!

- Лучше наливай и покурим. Виталя, ты там не заснул? – Паша повернулся к человеку на матрасе.

- Не, мне ваше пиздобольство, прям в масть. Вы давайте, трепитесь, прям кино и немцы…

Валя снова заманипулировал бутылкой. Курильщики закурили ещё папиросу.

- Короче, читал я… - Паша на минуту замолчал, как будто сверяясь с тем, что имел в глубинах памяти - на одном из спутников жили существа, рептилоиды, враждебные не только к Асам, но и к всему живому на Земле. Их то и опознают как динозавров сейчас. Во избежание возможных последствий, верховный правитель Ариев решил уничтожить опасный спутник вместе со всеми его обитателями. Однако, что-то пошло не так…

- Как обычно – вклинился Виталий – план перехват результатов не дал. У нас и тогда, сука, всё через жопу шло!

- … и обломки спутника упали на Землю в районе северного полюса, в то самое место где находилась Гиперборея. И всё, и пиздец.

- А рептилойды? - бахнув коньяку, с лимоном во рту сочно спросил Валя.

- А что рептилойды? – не понял Паша

- Они выжили?

- Зачем выжили?

- Ну, хотелось бы!

- А ну да, из них всякая нечисть расплодилась. Они с помощью генетики породили всяких тварей… - Паша покачнулся и важно поднял палец вверх - а у человечества началось кровосмешение потомков славяно-арийских пришельцев и рептилоидов, из-за чего мы получились такими, какими есть  злыми и алчными, поклоняющимися только доллару. Как следствие, утраченными оказались знания, подаренные высшими существами. Такие дела…

Серёжа в кустах слушал, открыв рот. Несмотря на то, что речь рассказчика становилась всё медленнее и веселее, его проняло по настоящему. Он даже подумал что разговаривающие, это какие то охотники на зло, что они приехали как раз по душу той ведьмы.

- То есть мы рептилоиды? Ну, на половину?

- Выходит так.

- Покажи тогда хвост!

- Не могу, он отвалился. В процессе эволюции!

Наступило длинное молчание. На небе потихоньку появилось сияние, всходила луна. Туман вокруг подобрался совсем близко, стал на свету серебристым, а в тенях - тёмно серым. Где-то внизу Сергей услышал треск веток и напрягся. На крыльце, тем временем, разговор превратился в бормотанье, иногда прерываемое смехом. Иногда до Сергея долетали обрывки фраз, каждый раз страннее и страннее.

- То есть нечисть породилась , говоришь?

- Ну да, всякая там херь, упыри, кикиморы, змеи-мокоши, которые кровь сушат…

- Мокоши это не змеи. Это богиня- хранительница очага…

- Ну вас нахуй, я спать.

Очкастый забрал матрас и пошатнувшись ввалился в дверь.

- А змеи это полозы! – не обращая внимания на него негромко продолжали спорщики. Они хоть и спорили, но голоса были тихие и звучали как-то гулко, вызывая у Серёжи непонятную тревогу. А ещё он снова услышал шорох уже ближе.

- Сам ты полоз,  читай книжки!

- Да я, блядь, в экспедициях больше книжек вызнал. Эт..этнографических!

- Стухачи кишки вынимают!

- маара-это призрак!

- Мара!

- Хуяра!

А вот тут Серёже стало страшно. На освещённом клочке тумана снизу показалась чёрная тень. Приземистая и в то же время огромная. Уродливая и абсолютно нечеловеческая.

«Ведьма-упырица! Пришла за приезжими! Вон, и коса есть!» только и мелькнула у него мысли, а ноги среагировали быстрей.

Серёга рванул через кусты по холму вниз, пару раз упал, внизу, в густом тумане аж взвыл от напряжения больше чем от страха. Как он перелетел через мост он даже не помнил. Пришёл в себя только у сараев деревни, где его поджидали парни, с которыми он поспорил. Видя его состояния они тоже труханули и быстренько рассосались по домам. Расспросы начались уже потом, утром.

Приключение прямо обросло байками, особенно, когда приезжих утром в доме не обнаружилось. Правда вечером следующего дня они снова нарисовались и жили ещё неделю там, но это в расчёт уже мало бралось.

Сергей был уверен, что видел упыря и те, с кем он был до этого в споре, его поддерживали. Приезжих посчитали охотниками на нечисть.  Через год, посмотрев свежевышедший новый сериал по телеку, про двух охотников на чёрной красивой американской машине, Серёжа еще долго в таких верил.

Паша же всех убеждал, что видел тогда домового. С ним на любой пьянке, где возникал этот вопрос, спорил Валя, уверяя всех, что это была просто собака, спавшая под кустами. Или вообще коза.

А Сергей Дымов, поднимавшийся с сумкой вещей к дому от микроавтобуса, вообще ничего не говорил. Делал вид, что он всё просохатил.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

Виталик, судя по негромкому хрусту веток, ушёл поглубже в чащу. Правильно, ему снимать то на камеру не надо, можно и подальше.

- Пеший, Пчеле – услышал я в наушнике его голос. Подкрутил радиостанцию в нагрудном подсумке потише.

- На приёме.

- Я протяну по дороге метров сто вперёд. На развилке осяду.

- Принял.

Место мы разведали заранее. Длинная, на шестнадцать километров дорога шла по лесному массиву и на ней было три развилки. По этой дороге и должны были сейчас  проехать рубщики, в разных местах вырубая кусочки леса. А за ними должны были просочиться мы с Волковым записывая, по возможности, каждый элемент порубки.

Показался трактор. Обычная МТЗ-82, но с решётками на окнах, веткоотбойниками, крышей, украшенной гирляндой прожекторов и военного, болотно-зелёного цвета, поверх родного синего.  Наверняка перекраска незарегистрирована, но всем пох.

К трактору была присобачена квадратная небольшая повозка на здоровых внедорожных колёсах. Я включил замотанную в камуфляжную ленту «соньку» на жёстком диске. Все  индикаторы, которые на ней должны были светиться, залеплены чёрной изолентой. Ну, погнали очередной сам себе режиссёр!

Но что-то было не так. На въезде в лес, прямо перед полянкой, где мы пересекли дорогу трактор остановился. Постоял минуты три стукая мотором. Потом двигатель заглушили. Настала тишина.

- Пеший, Пчеле…

- Пчела, штиль! – почти шёпотом, так тихо вдруг стало.

- Принял…

Выработанная фразочка «штиль» обозначала, что я сам выйду на связь, дёргать меня не надо.

На дорогу, судя по количеству ног, вылезло пять человек. Лиц я не видел, только ноги половины торсов, остальное скрывали заросли. Сапоги, берцы, один в кроссовках. Тракторист скорее всего.

Раздались звуки общения, но слишком тихие, чтоб их разобрать. Потом мужик в берцах прошел пару метров присел на корточки. Стало видно его лицо. Худое, бородатое, чем то смахивающее на лица американских чевэкашников на фотках из Афганистана. Да и одёжка такая, лесная, но не ширпотреб.

Он указал пальцем в сторону моей лёжки.

- Двое! Туда пошли! Недавно, может минут пять-десять.

Я прямо почувствовал как выпирают  из-под сосны  мой рюкзак, подсумки, ружьё… Захотелось поёрзать, утрясти всё это в яму. Конечно, делать я этого не стал, лежал шлангом и не отсвечивал. Но, что это, блядь, за Чингачгук на мою голову нарисовался!

- А давайте их поймаем! – раздался молодой и такой прям гоповатый голос - Это ж мусора наверняка!

- Ха! Ща найдём и пизды дадим! – поддержал его второй.

Двое в сапогах затрещали ветками. Один немного подальше, справа, а вот второй высунул  из елочек морду в чёрной бейсболке прямо передо мной. Прищурившись (ещё бы, в полумраке после солнечной дороги) заводил жалом.

- Менты, сдавайтесь!

- Сева, уймись! – голос со стороны дороги. Возрастной – если это менты, у них же стволы наверняка!

- А у нас тоже ! - Севой оказался тот, что справа.

Я осторожно, очень медленно повернул голову вправо. Гопник в бейсболке меня вряд ли увидит, меня хорошо скрывает разлапистая полутораметровая ёлочка, а вот заядя справа поближе меня можно за можжевельником и разглядеть. Да. В руках Севы было что-то типа ИЖа-горизонталки.

Адреналин, надо сказать, зашкаливал. Пистолет я уже тыщу лет с собой на выезды не таскл, а ружьё надо ещё вытащить успеть. Прикольно. Охота на людей перестаёт быть томной.

Ветки затрещали ещё, и рядом с бейсболкой возникло бородатое лицо хуева траппера, который испортил на сегодня всю малину.

Он немного попялился в мою сторону, потом немного повглядывался левее и негромко сказал:

- Кого ты тут ловить собираешься, череп? Всё, пошли к трактору!

Я был с ним полностью солидарен. Мало того, настолько разумному мужику можно было бы и памятник поставить. По пояс в землю закопать и серебрянкой покрасить, да.

Сева, хоть и с ружьём, тоже далеко от дороги уходить не спешил. И, когда его позвали обратно, свалил достаточно быстро.

Снова бубнёж. Что говорят, не слышно. Я  воспользовался моментом, освободил свой помповик и дослал патрон с «пятёркой». У меня сначала две пятёрки, а потом уже три с картечью идут.

Но всё это не понадобилось. Минуты через три трактор затарахтел, развернулся и умотал в сторону деревни.

- Пчела, Пешему!

- На приёме

- Лети в улей, кино закончилось.

Выезд не задался…

Это было десять дней назад.

Люблю в дороге подумать, поперебирать варианты и разложить по полочкам мысли. Поэтому поездки в одиночку, да ещё и дальние, да ёще и летом, ну… по кайфу что ли. Вот и сейчас ехал и вспоминал события десятидневной давности, которые опять изменили наши методы.

Вокруг уже ощутимо чувствовался конец лета. Хоть и тепло, но в воздухе холодок, деревья шелестят как-то устало уже.  Утром, когда заходишь в лес, холодная роса мгновенно покрывает высокие ботинки и промокает штанины.

Ровно год прошёл, как я подписал и начал работать по мордорскому делу. Это ж сколько я комаров то накормил, не сосчитать! Столько всего произошло, и сколько ещё надо чтобы произошло…

С таким экспириенсом грех было работать своё дело тяп-ляп. Пользуясь Лёшенькиной информацией,  я трижды катался для документирования рубок разными бригадами. Тот раз, который я вспомнил сейчас был второй.  А сегодня был третий.

Да, противник учился, и был, надо сказать, не пальцем деланный.

В тот раз мы выехали для очередного документирования. По агентурной информации (Лёшенька работал, да), подкреплённой сводками, Черныхом была направлена в лес опытная и проверенная бригада. Пять человек на тракторе, в задачи которых входило напилить за день и сложить в кучки для последующей, тем же вечером загрузки, леса, на четыре «фишки» (последнее время Черных старался не оставлять лес в лесу надолго, сорян за каламбур, так как его кто-то, я даже догадывался кто, тырил, что играло мне на руку). Тогда они ушли, причём за малым не поохотившись на меня.

Немного подумав, я уговорил Пашу  выклянчить у знакомого, заведующего охотничими домиками для московской элитной элиты,  мужика, фотоловушки. Такие камуфлированные фотоаппараты, которые выставляют, чтобы зафиксировать маршруты и наличие зверя, типа кабана или лося.

Сконцентрировав внимание на той же бригаде с их бородатым следопытом, я получил новую информацию и вчера, с рассвета, целый день пролазив в качестве обезьяны по деревьям, развесил десять приборов на перспективных местах. Весь в сосновой смоле, берёзовой шелухе и паутине, пытаясь не оставить ни малейших следов своего пребывания, я поймал клеща в ногу, но всё же получил сатисфакцию.

Как я отрывался сегодня! Шесть из десяти ловушек идеально запечатлели и проезд трактора, и работу рубщиков, и их лица и даже вышедшего вечером , до рубки на лесовозную дорогу лося. Морда лося, кстати, выглядела куда милее и умнее выражений лиц этих пяти упырей.

Сейчас, собрав в обед фотоловушки, да зафиксировав совершённые попилы, я ехал в Десноямск, где договорился встретиться с Лёшенькой.

Вообще Лёшенька потихоньку становился не только ценным источником информации, но и порядочной занозой в заднице.  Мне он, конечно, не раскрывался, темнил, но я был уверен, что в кражонках леса из мордорских ебеней стоит именно он. Косвенным доказательством служило то, что у Алексея появились бабки. Настолько, что он пошёл сдавать на права, обучаясь в Десноямске одновременно и на грузовик, и на трактор. И это помимо приобретения всё более дорогого алкоголя, японских удочек и прочего, что ему не хватало для души.

Разговоры с ним ни к чему не вели. Видал я такое. Человек почуствовал запах халявы и его ничего остановить уже не могло. Можно было, конечно прекратить с ним работать, но возможность заполучить себе в качестве источника не просто «кукушку», а доверенного тракториста или водителя «фишки» было уж больно заманчивым.

Так что я ехал на встречу и продумывал варианты общения с ним.

Я запарковал «пятнашку» перед пыльным и облупленным входом на большую крытую площадку с надписью «Центральный рынок».  Сюда Алексей непременно заходил за рыболовными снастями и здесь было одно узбекское заведение, где делали огненную и вкусную шурпу. Там можно было как пообедать, так и пообщаться без палева.

Однако, ни в назначенное время, ни через час после того как я одолел огромную порцию супа в цветастой тарелке, Лёшенька появиться не соизволил. Телефон его тоже не отвечал. Забухал? Иногда, пару раз, такое с ним случалось.  Ладно, хуй с тобой, золотая рыбка, поеду домой. И так хорошо поработал. Завтра выходные, можно и пораньше сегодня домой приехать.

Однако, приключения на сегодня ещё не закончились.

Самая быстрая дорога из Десноямска в областной центр пролегала через стык Мошенског, Феновского и, собственно, Десноямского районов. Тут в стратегическом месте  располагался здоровенный, советских времён ещё, двухэтажный пост ГАИ. На постоянную он не работал, но время от времени посещался мобильными нарядами дорожного патруля, в основном из Полухинского РОВД. Вот и сейчас у поста приткнулся белый с синей полоской «Фокус». Два сотрудника в форме шлялись по пустой обочне в поисках жертв. Было видно, как при виде моей, приближающейся к ним, синей «пятнахи» они оживились. Я убрал ногу с газа. Наверняка остановят, у них тут развлечений мало.

Так и случилось. По жесту повелителя полосатой палочки я завернул на асфальтированный пятачок рядом с постом. Заглушил машину, вылез, и пока гаишник шлёпал ко мне, с удовольствием потянулся. Ух ты! Не простой гаишник. а начальник мошенского отделения ГИБДД, тот что Тяглова подставил.

Я вытащил их заднего кармана джинсов новенькое служебное удостоверение. Буквалбно три дня назад сдал своё старое, покоцанное капитанское. Теперь, когда показывал новое  всегда в голове возникала картинка из незабвенной «Полицейской академии» . Major Mauser! Not captain!

Обычно, после лицезрения удостоверения у любого гаишника реакция была одна: «Счастливого пути!» и разворот на сто восемьдесят. Но сейчас что-то пошло не так.

Местный пуп в погонах нагло, двумя пальчиками вытащил у охуевшего меня из руки удостоверение.

- Есть информация – мерзко улыбнувшись сообщил он - что ряд удостоверений может быть поддельным. Мы сейчас уточним, ожидайте. И приготовьте путевой лист и водительское удостоверение пока.

Он развернулся, махнул второму сотруднику подойти и направился в «форду». Что-то было не так. Совсем не так. Кровь из носу надо выяснить причину.

Поэтому я, хоть и напрягся, барагозить не стал. Достал из-под козырька путёвку. Нога за ногу ко мне подошёл второй сотрудник. Длинный молодой летёха с колхозным лицом. Он повертел путевой лист и промямлил:

- Там вас поговорить просят.

- Кто просит? – стало немного яснее

- Люди…

- Какие люди, уважаемый? Ты понимаешь насколько тупо ты сейчас выглядишь?

Летёха пошёл красными пятнами, но упрямо повторил

- Подойдите. Там просят…

- Хорошо.

Я забрал путевой, взял из машины телефон. Закрыл машину, посмотрев чтоб окна не были открыты. Забросят ещё чего, с них станется.

- Где твои люди?- Спросил у летёхи.

-Там, за постом.

Я набрал Алексеичу и коротко изложил ему вопрос. Ну, чтоб знал где мою тушку искать в любом случае. Назвал ему номер нагрудного жетона летёхи и что остановил меня начальник Мошенского ГИБДД. Последние слова я говорил возле «Форда», так чтоб слышал и главный.

- Хочешь я с ним побазарю? – спросил Алексеич.

- Нет, не надо. Узнаю, что там за тайны Венского леса.

Я протянул руку главгайцу.

- Ксиву отдай.

Тот молча сунул мне удостоверение в руки. Я не стал ничего ему говорить, просто сделал жест указав двумя пальцами себе на глаза, а потом одним, указательным, на него. Охуели совсем в своих ебенях. Краёв не видят.

Обходя двухэтажный облупленный пост с выбитыми окнами (наверняка внутри и насрано уже) я увидел притулённый сзади белый «Мультивэн». Дверь была открыта и из неё выглядывал Никита Черных, собственной персоной.

- Здраавствуйте, Валерьян Сергеевич! – протянул Черных, довольно растянув лыбу.

- Добрый день. Вы кто? – сейчас, буду я  ему показывать, что всех их знаю, как своих аквариумных рыбок.

- А давайте поговорим, присаживайтесь – он похлопал по кожаному сиденью «мультика» в темноте салона.

- Не, мне мама запретила с чужими дядьками в фургонах ездить - нагло ответил я и закурил. На улице оно получше – Всё же с кем я имею дело?

Никита, всё так же улыбаясь, вылез из автомобиля. В тонированном салоне был кто-то ещё, на месте водителя.

- Ваш коллега, начальник службы безопасности Мошенского ДОКа  Черных Никита Александрович – представился он и протянул руку.

- Хуясе, а я думал, сова! – как бы удивился я, руки не пожимая – а гаишники ваши знают, что вот прям щас им пиздец настал?

- Да почему же?  - типа удивился Черных – они тут работают, мы тут проездом. Случайно остановились пирожков поесть. А тут они Вас остановили. Имеют право, у них проверки. А мы увидели и попросили одного из них, знакомого, с вами побеседовать, у нас для Вас очень важная информация. Вот и всё. Сами видите, места глухие, постороннему могут не поверить. А сотруднику милиции поверят. У нас тут все честные.

- М-м-м, ну ладно. Свежо, как говорится, предание, но верится с трудом. Так в чём вопрос?

- Мы – сделал акцент на этом слове Черных – знаем, что именно Вы работаете по нашим рабочим  в лесах. Не то чтобы это сильно нам мешало, мы законы понимаем, и знаем что некоторые допускают порубки себе на карман, но… И потом, большая часть из тех кого вы преследуете к нам отношения не имеет, а страдает наша техника, которую просто в аренду берут…

Я с интересом слушал. Меня всегда развлекают словествных муки людей , которые пытаются предложить тебе что-нибудь незаконное.

- Ну…- продолжал выдавливать из себя добрячка Никита – мы хотели бы посотрудничать. Ну, может пообмениваться информацией, чтоб наша дорогая техника не страдала, а у Вас будут знания по всем, кто в районе нашем плохое решил делать.

- Не вашем.

- Что?

- Районе, говорю, не вашем.

- Ааа, это как посмотреть.

- Ну и сколько? – я заговорщицки понизил голос.

- Вооот! Пятнадцать! В месяц! - сразу с места в карьер взял Черных.

Я взоржал глядя ему в покрасневшую рожу. Потом просто развернулся и пошёл к машине. Пусть покачается на эмоциональных качелях, я его сейчас ещё качну.

- Значит вопрос только в сумме?  - в спину полетел ожидаемый вопрос. Эти парни предсказуемы, как заводные игрушки, а самое главное, полагают всех такими же. Я резко развернулся.

- Вопрос в таких охуевших, как ты и твой коммерс! – я немного понизил голос, так лучше доходит, чем орать -  вы тут совсем берега попутали! Если вон те крысята работают за вас за копейки или там в отделе местном кланяются, это не значит что, что вас за жопу не возьмут! Я лично заставлю начальство с РОВД вас поиметь, понял?!

( а сделаю-ка я вид, что вообще ни в чём здесь не смыслю)

- Ха – почти повторив меня заржал и Черных – попробуй! Приезжали к нам всякие… из области, потом плакали! Уверен, что вытянешь? Ещё и пиздит что-то!

Он почти кричал. На его вопли из машины вылез водитель, здоровенный мужик, но Черных сделал ему жест убраться обратно. Никита сделал резкий шаг ко мне. Я постарался не дёрнуться.

- Я о тебе могу узнать вообще всё! – прошипел он – мне на раз....  И я узнаю. А ты ходи-оглядывайся.

Я снова лучезарно ему улыбнулся. Интересно получится подраконить его ещё?

- Извержение вулкана на залупе таракана – хихикнул я – пиздуй хоть к гадалке с картами. Или в спортлото пиши, мне похуй.

Черных покраснел ещё больше, но нет, сдержался.

- О чём тут базарить! – махнул рукой он – Это ты к гадалкам ездишь, ментовским своим. Нормальные вопросы пацаны в спортзалах решают – он окинул меня презрительным взглядом - Живи с этим!

Мы разошлись, как в море корабли.

Я прошёл к пятнахе мимо делающих вид, что они здесь работают, гаишников.

Демонстративно оглядел машину, сел в неё и, с прокрутом, чтоб ещё раз показать нервы, погнал по дороге подняв тучу пыли.

Охуенный день. Лично для меня паззлы наконец, сложились в картинку, стрелочкой указывающую на крысятину. Дымов.

Кто знал, что я сегодня еду в Десноямск? Алексеич и Дымов. Алексеич потому что начальник, а вот Дымова я встретил в АТХ, когда заправлял служебку. Он тоже получал бензин в служебный «Бухантер» и, в очереди к врачихе, мерившей давление, и сто пудов видел мой путевой. Как я и думал Серёжа только делает вид, что он тупой, по газам видно что в башке у него есть куда больше.

Где искать место пересечения? Тоже ясно. Раздраконенный Никита всё же трепанул лишнего. Они ж все спортсмены! Меня прям пробрало азартным холодком. И Курки, и братишки-адвокатишки, и Черных, и Дымов – качки-культуристы.  Будем искать.

Кстати могло в спортзале к Дымову прилипнуть погоняло «нерусь»? А вполне. Спортсмены, как и военные, зачастую выбирают себе прозвище идя от обратного, есть такая почему-то у них тема.

Единственное, надо как-то технику к своим поискам подключить. И так, чтоб никто и не догадывался в какую сторону я воюю.

И пока ехал домой, я придумал как.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

- Что, пропаганду разводишь? – меня перебил НС, зашедший в кофеиновую с гигантской чёрной кружкой с надписью «Босс». Тоже решил приобщиться к рабочему полднику.

- Меня спросили, я ответил – я взгромоздился задницей на пустующий Игогошин стол, и, покачивая ногами, глядел как Ломтёв, с боем,  отбирает у Мелкого коробку с курабье. Правильно. Этот прожорливый гад может за день сожрать все запасы провизии, на которую, между прочим, скидываются всем подразделением.

-  Но «Зю» же уже старый! И выглядит как жопа! И говорит так, как будто с бабками всё время общается. В общем-то они на пенсионерах и существуют. Ещё одну! – Мелкий спорил, и попутно пытался урвать из забираемой коробки хоть сколько-то печений.

- Недостатки лидера не умаляют достоинства возглавляемого им движения так то. Зато у них есть чёткие и, самое главное, реалистичные цели. Правильные цели, а не вот это вот рвачество. И вообще, КПРФ сейчас, судя по их же программе, партия не коммунистическая, а самая, что ни на есть, социалистическая. Вот это мне и нравится… ЭЭЭ, КУДА!?

Я соскочил со стола и метнулся опережать Ломтёва, который уже нацелился наливать вскипевший чайник в свою бездонную кружкобочку.  Не сделай я этого, пришлось бы ждать второй раз. Я отвоевал кипяток и налил его в уже подготовленную смесь растворимого кофе (финский «Нескафе голд», отчего-то совсем и по вкусу и по запаху отличающийся от того «Голда», что продают у нас) и сахара. Поболтал ложечкой в гранёном стакане, вставленном в роскошный мельхиоровый подстаканник с Кремлём и Сталиным (предмет зависти многих посетителей кабинета. Два таких я нашёл три года назад в одном полуразрушенном, пустом доме и теперь один был у меня, а второй у Майкла Джексона  подарен Роме Веслову). Этот подстаканник зачастую служил триггером начала разговоров, подобных этому.

- То есть ты хочешь сказать, что ты реально хочешь революции? Опять «белых» стрелять? Господ на столбах вешать? Всё отнять и поделить? – НС посмотрел на меня и подмигнул. Хитрый карельский тролль выдал типичные штампы больше не в качестве вопроса, а для того, чтоб активизировать полемический порыв Мелкого. А самому похихикать.

- Да, Валя первый и пойдёт расстреливать! – Мелкий заглотил подначку так же, как минутой раньше и курабье – ему надо опять всё отнять у богатых и отдать бедным. Комиссар, блядь!

- Слушай, ты б реально почитал бы, что они пишут. Вон программа на полке стоит, красненькая, между «акидой» и «Строжевой башней» - кивнул я в соседний кабинет на стеллаж, на полках которого стояла вперемешку подаренная партийная, религиозная клубная и изъятая экстремисткая литература (некоторая была даже с автографами) – там никакой революции и в помине нет, абсолютно мирная тема.  И весьма справедливая.  Тебе что, идея, например, восстановления советских стандартов образования не нравиться? Или национализация важных для страны отраслей, железки там или газнефти? Мне нравится. А выборы никто отменять и не намерен… Так что не ссы, никто тебя расстреливать не будет, буржуин хуев. И «Ёпель» твой лохматых годов отбирать.

- Как не будет? – Ломтёв сделал озабоченный вид – я, нахуй, расстреляю! Он же нихрена не делает, только пиздит и жрёт! Да ещё и танки по экрану гоняет. Нахрена нам товарищ такой в светлом будущем?!

- Ладно, а как же куча барыг в компартии? – Мелкий решил не обращать внимания на ломтёвские выпады – там же миллионеры-депутаты бабло лопатят не хуже едросовских!

- Ну, что есть то есть – не стал спорить я – там тоже куча проблем. Вообще коммунистам креативщики бы толковые не помешали, на мой взгляд, они реально тут во многом проигрывают. Ты прав в том, что и на пенсионеров пиздец как ориентируются, и в том, что некоторые их представители либо барыги, либо просто беспринципные, да и откровенное ворьё есть. Время такое…безыдейное. В полиции вон, то же самое, и барыги просачиваются и крысы. Скажи нет?

- Отош!!! А тот, с которым завтра встречаться будем он какой? Из барыг или нормальный?

- Ха! – аж булькнул пузырём в свою кружку НС – он за четыре года третью уже партию сменил. Из «Единой» его выпиздили, потом сам Жирик его прессанул, он теперь тут ошивается. Курятники свои крышует. Его ради денег только и держат, по моему!

Весь этот кулуарный разговор был навеян завтрашним мероприятием, о котором на совещании поутру я информировал Толича.  Связано мероприятие было с разгорающимися в стране протестами дальнобоев против системы сбора бабла «Платон». Всё как обычно, наша власть решила получить новый ручеёк денежек с населения, а вот популярно обосновать, зачем и почему он нужен, этому самому населению не удосужилось. Вообще, многие проблемы нынешнего чиновничества, на мой взгляд,  именно от того, что новоявленные баре-государе (особенно такие, чуть выше среднего уровня, типа министра или губера) общаются с народом через губу, как с полнейшим быдлом. Ну выйди, объясни, что к чему, не можешь, найми умного чтоб объяснил, только не того, усатого, который либо не знает, либо не слышал… Возомнили себя пупами земли, короч.

Так вот и тут. Пупы земли решили, люди возмутились, на возмущении, как всегда, кто-то решил снять сливки и пошло–поехало. Доехало и до нас, где инициативная группа лиц из числа водителей грузовиков решила собрать митинг. Уже после того, как они получили от админки разрешение на проведение собрания на одной из здоровенных грузовых парковок вблизи от федеральной трассы, к протесту приармянился областной медийный персонаж, депутат законодательного собрания от КПРФ, некий Анатолий  Хвощёв. Знаете людей, которые положили себе целью быть в какой либо тусовке, чего бы то им это не стоило? Вот Хвощёв один из таких. От папы, в своё время удачно прихватизировавшего пивзавод  и пару птицефабрик, Толик получил неплохой стартовый капитал, который стал расходовать с одной лишь целью: пробраться во власть. Сначала, особенно когда он пытался совмещать бизнес с этим своим хобби, у него ничего не получалось и он даже профукал пизавод, разорив и отправив по миру немаленький коллектив. Но потом, когда его самого и оставшиеся нераспотрошёнными курятники прибрала к рукам некая мадам,  дело пошло. Мадам отстранила его от бизнеса, щедро выделяя бабло на партийную деятельность и Хвощёв запрыгал по политическому сферуму, меняя взгляды как перчатки, зато пиарясь всевозможнейшими способами. Он накосячил в Единой России, пойдя наперекор выборным пожеланиям её заправил, лично посрался с Жириновским, выложив (не особо кстати и впечатляющий) ролик в ютуб. Сейчас он украшал ряды коммунистов, так как спонсировал последние выборы их кандидатов в одном из районов и постепенно становился головной болью областных деятелей и этой партии. «Попрыгунчик-петушок», как его назвала моя знакомая из КПРФ Вера Васильевна. С тех пор, папка в ноуте, со справками о нём, так и называлась.

И вот теперь, Хвощёв появился, весь в белом, в качестве лидера общественных мнений при протесте дальнобоев, причём сами протестующие о таком лидере и не подозревали.

Как мне стало известно, завтра Анатолий планировал соприсутствовать на митинге и замутить что-нибудь этакое. Мемно-вовлекающее.

На следующий день, выходной между прочим, я и НС оседлали серого «Форда» и, затарившись в кафухе на трассе по пути кофе и пирогами, подъехали к месту собрания. Там всё было антуражно. На большой площадке стояло с два-три десятка фур. Трибуна была сооружена в прицепе красивого, синего с никелем американского «Кенворта». Перед ним на освобождённой площадке тусовалось около стапятидесяти человек. Несмотря на мокрый снег и, в целом, противную погоду обстановка была тёплой, звучала музыка, кое-кто то ли танцевал, то ли грелся.

Поскольку митинг был согласованным, нам предстояло исключительно наблюдать. Для общественного порядка сюда отправили человек десять сотрудников от полиции общественной безопасности в форме, ещё и экипаж гаишников стоял на модной «Камри» у въезда на парковку. Ну и ещё где-то тут должен был быть фээсбэшник отправленный сюда как и мы, «а вдруг чего», но его мы с НС пока не наблюдали.

Около часа было все спокойно и понятно. Выступали представители профсюза перевозчиков, организаторы, призывая закрыть или, по крайней мере, приостановить «Платон» до лучших времён. Послушать, что говорят, мы с НС ходили поочерёдно, греясь в машине и слушая музыку. Когда на трибуну полез наш клиент, и я и Ломтёв заинтересованно подошли поближе.

Анатолий выглядел импозантно. В белом пуховике от «Боско» с гербом России, в огромной белой меховой шапке, с аккуратной бородкой, он смотрелся как посланец высших сил, несущий людям свет разума и красоты. Говорил, правда, он по большей части, хуиту, но это его не смущало. Ему было достаточно того, что он выступает и его снимает на видео нанятый оператор. Он явно чувствовал себя Лениным на броневике, и несколько раз вскидывал руки в жестах, копирующих то ли Ильича, то ли Фиделя, а, может, и, прости господи, Каддафи.

Но, ближе к концу выступления, хуита закончилась и началась короткая серия яростных и продуманных призывов к итальянской забастовке. Анатолий предлагал прямо сейчас выехать на трассу и ехать в обе стороны движения по всем полосам медленно-медленно, километров десять в час. Среди собравшихся, в разных местах как то разом раздалось пять-шесть одобрительных выкриков, своей одновременностью намекающих на связь поддерживающих с выступающим. Мы огляделись, однако основной состав  присутствующих, видимо порядком замёрз и Толика не поддержал. Наоборот, на трибуне появился возрастной рассудительный мужик с профсоюза и, отняв у Анатолия микрофон, пояснил, что такая акция согласуется в Москве, и если её разрешат, то профсоюз её поддержит.

Хайпожора от компартии на грузовике сменил новый оратор. Было видно, что Хвощёв ожидал другого результата и теперь пытается организовать что-то ещё. Он сновал вокруг грузовика, пару раз собирал вокруг себя группу из пяти-шести человек (видимо, как раз тех, что и поддерживали его спич). Потом они рассасывались по толпе. В итоге, уже под окончание  митинга Хвощёв полез на трибуну снова.

- Господа! – непопролетарски обратился к собравшимся он – мы не должны сейчас мириться с тем, что происходит! Ваш профсоюз – обвиняющим перстом указал Анатолий на рассудительного мужика – явно не хочет активных действий. А если мы будем молчать, сожрут всех! Ротенберги будут набивать свой карман, а вы пойдёте по  миру! Я предлагаю не глядеть на тех, кто добренький, и тех, кто струсил!. Я считаю, надо прямо сейчас показать себя. Кто не боится, пойдёмте к пешеходному переходу и перейдём дорогу! МЫ-сила!

И Анатолий гордо и смело спрыгнул с кузова, испачкав при этом белоснежный рукав дорогущего пуховика.

- Что он хочет, не понял? Перейти дорогу? Для чего? – Ломтёв недоумённо почесал репу

- Да я тоже в общем недопонял…- протянул я и предложил – пойдём, посмотрим.

Хвощёв со своей бригадой целенаправленно шёл к трассе. За ним потянулось человек пятнадцать из числа дальнобойщиков. По пути Анатолий жестикулировал и показывал жестами на пешеходный переход, обычную зебру,  недалеко от поворота на грузовую парковку. Судя по жестам, Толик предлагал европейский вариант выражения протеста, когда люди ходят по переходу, не давая проехать машинам, и тем самым, вызывая лютые пробки и жопоболь у водителей.

Ломтёв тоже понял, что к чему, и поскакал за старшим от полиции, чтоб пресечь безобразие в зародыше. Тем временем, группа решивших «перейти дорогу» уже подходила к обочине, причём и Анатолий и его помощники и оператор были далеко не впереди. Вовсе даже ближе к концу они были. А потом, как оно обычно и происходит, комедия моментально превратилась в трагедию. Один из дальнобоев, здоровый мужик в черной куртке и с чёрной же бородой, оглянулся на всех, смело почесал по  переходу и его сбила здоровенная фура. Вот прямо на переходе и раскатала. Мужик отлетел от грузовика на обочину и замер огромным чёрным кулём. Фура проехала ещё метров двести и остановилась, замигав аварийкой.

Народ заметался. Замигала люстрой «камри» гаишников, от парковки  побежали оставшиеся там. Я подскочил к сбитому, хотя по его позе и судорожным мелким движениям руки всё было ясно. Приплыли. Живые так не выглядят.

Суматоха, неотложные действия, разбор полётов с взаимными обвинениями продолжались до вечера. Сделанного было не изменить. Сбитый мужик умер. Водитель-виновник долго сидел на обочине, обхватив голову руками и не мог поверить в то, что случилось. Говорил, что на секунду отвлёкся. А может, задремал на мгновение, кто разберёт. Организаторы собрания перекладывали вину друг на друга. Провокатор в белом пуховике исчез из поля зрения в первые же минуты переполоха.

Мы потом долго изучали видеозапись с выступлением Хвощёва (видео каждого выступления на любом официальном митинге всегда делается специально выделенным для этого полицейским в форме), даже с лингвистом. Предъявить ему было нечего, да и побеседовать не получилось. Вечером этого же дня политик Толя улетел в Турцию, на заслуженный отдых. От греха подальше.

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

Да, Николай на полном серьёзе считал, что в подставе и скоропостижной кончине его карьеры были виноваты только Полухин и его подчинённые. То что алкоголь в рот ему насильно никто не заливал, Колю не смущало. То есть выводов для себя из ситуации он не сделал.

Я опять грустно посмотрел на свою тару с водкой. Вот такими дозами Коля и отмечал свой невольный  уход на минимальную пенсию. Только, в отличие от дня сегодняшнего, от делал это совсем без закуски. А я пока без этого не могу. Не настолько деформировался профессионально, чтоб упарываться водярой, не закусив сальцом или шпротиной.

Блин, а может сейчас как-то без синьки обойтись? Да где там, держи карман шире…

В критических ситуациях у меня как то получается так, что, помимо основного направления мыслей, появляются какие то быстрые и совсем посторонние думки. Их может вызвать какой-то совершенно дурацкий предмет или событие.

Я уныло глянул на банку шпрот, подвинутых поближе ко мне. Вот таких мелких рыбов и ловит конфиденциальный источник Лёшенька, когда мы с ним пересекаемся.  А ведь с ним тоже вроде всё норм, но что-то не так, интуитивно чувствую.

Дважды за прошедшее время я встречался с ним, дважды передавал он мне качественную  информацию, на основании которой я один раз заснял уже на видео от и до небольшую порубку тремя людьми, загрузку кругляка и его перевозку, вплоть до въезда в ворота Мошенского ДОКа. Ещё один гвоздь в уголовно-процессуальный гроб бригады Корчевского. Второй раз Лёшенька сдал мне стороннюю, такую же небольшую  группу рубщиков в Мошенском районе, которую мы с успехом и прихватили.

Такими малыми  группами и работал теперь и Корчевский и всякие более мелкие хищники в своём и соседних районах. Всё же начало сказываться наше, лесного отдела, особое внимание на их ареал обитания и они не могли не реагировать. Сейчас, в августе, маленькие бригады по три-четыре человека, преимущественно в ночное время. На подготовленном тракторе ( белоруске, с люстрами и фонарями) они залетали в лес, рубили деревья и складировали. Ставили геоточки.  А потом, через пару дней забирали на фишке по навигатору. Немножко труднее стало работать, надо подумать, как подход изменить, так, чтоб получше это всё документировать. Была у меня одна мысль на этот счёт.

А по сводкам начало проходить, что иногда порубленный и сложенный в небольшие кучки лес исчезал. Бригадиры жаловались Черныху, что «фишка» приезжает а на геоточке ничего нет. Лёшенька клялся и божился  что это не он, но я ему не верил ни на грош. 

Вот так вот. Я удручённо кивнул головой своим мыслям, которые при новом взгляде на жуткую, наполненную спиртом стаканюгу не желали заканчиваться. Ну вроде о другом надо думать, а может ни не думать вовсе, а бухнуть и отойти на алкашскую вальгаллу, но я почему-то не мог. Слушая гомон собиравшихся людей вокруг, я задумчиво качнул банку с маринованными огурчиками перед собой и они бултыхнулись в рассоле. Туда-сюда. Движение есть, результата нет, как и с поездками и беготнёй по контролю в Министерстве. Вроде сделали всё. Дело поставили на контроль не абы у кого, а у целого зам Министра.  Видали видео, где нынешний министр учит сотрудников снимать стресс от пиздеца на работе и маленькой зарплаты с помощью йоги? Вот этот зам ему лично коврик и постилал. Большой человек.

Денис и Борис активно включились в наши разборки. Борис даже приезжал к нам в область, наобещал всякого хорошего, полистал дело оперучёта и выпил пару стопок. А потом всё стихло. Я, конечно, понимаю что две недели это не срок, но всё равно, какой-то нервяк есть. Ладно, их дело договорится с эсбэшниками насчёт Полухина и проконтролировать московские банки насчёт обналички и фирм-прокладок Корчевского. Сделают, Денису нужны дела для продвижения в большое начальство.

Народ вокруг меня подзатих и начал рассаживаться. Виталик толкнул меня в плечо, поставив на стол пластиковую тарелку с колбасой и ветчиной. Я что-то вякнул ему, поправил тарелку и, ощутив нервный холодок, закурил. Есть ещё время до пиздеца.

Ха блин, нарезка из колбасы. Надеюсь, купленная мной колбаска не такая как на том заводишке, где я был один раз в конце девяностых. Тогда  приехал за документами с утра пораньше, утренняя смена запускала огромные барабаны с фаршем, а в них раздавался шорох и писки пировавших ночью крыс.

Я затянулся честерфилдиной. Кстати с нашей крысой всё затихло. Как по мановению волшебной палочки. Мы ездили в лес, были и удачи и неудачи но всё без  какой-то внутренней утечки.  Один раз даже спецом подслили информацию, как раз по той небольшой группке, но всё сработало, как надо.  Мои личные подозрения насчёт нашего штангиста-призёра, тоже пока были не больше чем подозрениями. А Алексеич почти успокоился, полностью применяя принцип бритвы Оккама на ситуацию с Джамаловым и убеждая меня не множить сущности.

А на добивочку,  вчера, на утреннем совещании, прямо перед лицом товарищей, Алексеич  с постной физиономией произнёс следующее:

- И в завершение, хочу сообщить, что пришла бумага на нашего товарища, сотрудника сводного отдела по борьбе с лесонарушениями – Сырников сделал многозначительную паузу, во время которой пялился на меня обозначая кто этот «товарищ»

-  Его руководство, в лице заместителя начальника Управления по борьбе с экономическими преступлениями Эс-Эф Зайкина – после паузы продолжил Алексеич - просит принять к сведению и провести проверку по факту использования этим недотёпой служебного автомобильного транспорта в личных целях.

Алексеич нацепил на нос очки и зачитал

- Такого-то числа, заместитель начальника…бла-бла-бла возвращаясь со служебной командировки в посёлок Феново, в пяти километрах от населённого пункта на берегу реки Лисички, обнаружил оперуполномоченного по особо важным делам УБЭП УВД, прикомандированного в состав сводного отдела по борьбе с лесонаршунениями Арнова вэ-эс, в гражданской одежде с предметами, сответсвующими рыболовному хобби!

- О как!  - начальник поднял палец вверх и овлёкся от бумаги – в рабочий то день! Когда вся страна пытается подняться с колен! Сотрудник Арнов прохлаждается! И это ещё не всё!

Палец по судейски обвинительно нацелился мне в лицо. Все присутствующие на совещании с предвкушением следили за шоу.

- Согласно этому документу, по полученным Зайкиным данным, оперуполномоченный Арнов был в отгуле и в то же время на служебном транспорте. На рыбалке, представляете! Доколе?! Доколе мы будем потакать таким, использующим административный ресурс офицерам!? Зайкин во многом прав, обнаружив оперуполномоченного Арнова в кустах у реки! Что он делал то там, напомни Валерьян?

- Ссал – я развёл руками и горестно мотнул головой, поддерживая общий тон выступления Сырникова. Народ заржал.

- Полковники не ссут, запомни!  Они справляют естественные потребности. И контролируют обстановку. То есть тебя, на ответсвенном задании, а товарищ Арнов был на ответственном задании, что немного снижает степень его вины, спалил бумажный червяк?

-  Что делать. Случайность…- нагло улыбаясь протянул я.

- Это не случайность! - загремел Сырников – это безалаберность и отсутствие навыков конспирации! Мне лично пришлось доказывать Артемьеву, что оперуполномоченный Арнов не олень, а ответсвенный сотрудник! И неизвестно получилось ли.

-Ладно – уже потише продолжил Алексеич. В его глазах так и наблюдались огоньки смехуёчков- дальше полковник Зайкин перечисляет многочисленные негативные факты, допущенные Арновым ранее. Да, уважаемый коллектив, я зачитывать это не буду, но эта бумага, на мой взгляд, лишь подчёркивает худшие качества товарища Арнова! Такую змею на груди пригрели! Как сказал мне лично полковник Зайкин – гнилой пенёк! Между прочим, он лично обошёл хуеву тучу кабинетов, только чтоб донести о тебе эту информацию.

- А самое главное! – по змеиному улыбнулся Сырников – Это жжжжжууу не просто так! Эта бумага передана мне руководством УВД вместе с другим документом. Приказом о присвоении Арнову Валерьяну Сергеевичу специального звания майор милиции!

Отдел, наконец, понял что к чему.

-УУУ!!! – раздалось одобрительное жужжанье

- Вот  - вопросительно оглядел всех начальник - теперь не знаю что делать. То ли проводить служебную проверку, то ли всё же разрешить капитану стать майором?

- Поздравляю! – протянул руку Виталя

- Валерьян Сергеевич.. - протянул мне краба Курлыга.

- Через магазин! – заорал Павел.

- Разумеется, через магазин – степенно произнёс Сырников -пока  документ качественно не придавили, он не является действительным. А завтра как раз пятница. Так что есть возможность себя показать. А там и решим, что делать с предыдущими пасквилями.

Что делать. Традиции, куда деваться.

За столом наступила тишина. Мероприятие официально началось. Я вздохнул, собираясь поднялся, оглядывая коллектив.

- Товарищи офицеры! – прозвучал громогласный рявк Курлыги. Сырников тоже встал со своего стула. За ним поднялся и остальной народ.

- Товарищ подполковник! – поддерживая официальную обстановку, скорчив серьёзную морду, произнёс я – капитан Арнов. Разрешите представиться по поводу присвоения очередного звания майор милиции?

- Разрешаю!

Я выдохнул и заглотил содержимое стакана двумя долгими  и неимоверно отвратительными глотками. Выплюнул на руку две большие золотистые звёздочки, я аккуратно положил их на плечо. Приложив титанические усилия по приданию голосу нормального звучания, заявил:

- …Представляюсь по поводу присвоения очередного специального звания майор милиции!

- Ура!!! -  завопил Курлыга и его поддержали присутствующие.

Потом всё покатилось, как оно и бывает, по наклонной. Я старался больше не усугублять, хотя бы  первый час после стакана, но где уж там. Вечером, уже в  темноте, по окончании проставы, Сырников у открытого окна дал мне прикурить сигарету от зайкинской кляузы.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

Мы пошли по длинному коридору, глядя на медные номера дубовых дверей кабинетов. Царила полная тишина и безлюдие. Шаги заглушали толстые зелёные ковровые дорожки. Здесь вполне можно было снимать апокалиптические сериалы о полном исчезновении человечества. Думаю, даже не предупреждая местных обитателей, настолько редко они выходили из своих уютных норок.

Мы находились здесь не просто так. С нами были справки и продукция одного из наших ликёро-водочных заводов, необходимые для постановки большого дела «Нуменор» на контроль у одного из местных боссов.

Постановка дела на контроль, это одна из редких и крайне геморройных процедур, которые, тем не менее, время от времени применялись в отношении особо перспективных дел оперучёта (сейчас такого баффа нет, а жаль). Нужно это участникам процесса по разным причинам. Для работников Министерства это средство повысить отчётность и получить дополнительные бонусы для себя. Для руководства нашего УМВД, для Дениса или Артемьева например, по сути организовавшего весь процесс это способ прославиться и добавить себе дополнительные данные в портфолио. А для таких как я или Сырников это ещё и страховка, что дело Корчевского, приобретающего уже размах и региональную значимость, не замылит кто-нибудь обладающий властью и финансово заинтересованный. Плюс, бонусом, дополнительные возможности оперативных подразделений МВД. Ну а так же слава, почёт и жалобные крики добычи, не без этого.

Короч, всё это стоило того, чтобы битый квартал подряд ебаться с документами, исполняя любые прихоти всех, желающих с ними ознакомится. Стоило того, чтоб выклянчить особо редкую и дорогую коллекцию настоек на какашках единорога и слюнях лепреконов. Стоило многочасовых созвонов, пробивонов, уничижений, чтоб договорится о приёме на сегодня у начальника, который представил нас ещё более крутому начальнику, в кабинет которого, под номером 4121 мы сейчас и шли по нескончаемому, как жизнь Коннора Маклауда, коридору.

Наконец медные циферки на очередной двери сошлись в нужную вариацию. Денис вздохнул, глянул на меня и постучался. Открыл дверь, за которой оказался небольшой кабинет с секретаршей средних лет. Рядом с ней виднелась ещё одна, на этот раз ореховая, дверь.

- Доброе утро! – поздоровался Денис - Мы к Альберту Григорьевичу. Там Анатолий Всеволодович звонил…

- Да, мы в курсе – секретарша даже не подняла взгляд – подождите.

Мы потоптались в предбаннике, поправляя в зеркало пиджаки с галстуками. Видимо ожидание было какой-то данью традициям или неким обрядом, потому, что минут через пятнадцать, просидевшая в полной тишине секретарша сообщила:

- Проходите!

И снова уткнулась лицом  в стол. Перешла в режим «StendBy», решил я.

Аккуратненько, как по тонкому льду, я, вслед за Денисовским «Разрешите?», зашёл в громадный зал, служивший обиталищем немалого министерского чина. Обошёл громадный блестящий стол для совещаний и, следуя скупому разрешающему жесту хозяина кабинета, присел на краешек стула перед столом уже рабочим, на котором не было ничего, кроме телефонов и малахитового письменного прибора. Я усиленно старался не звякнуть при этом содержимым пакета.

Министерский чин был стареньким, кругленьким и лысеньким, в генеральской форме. Он обвёл нас добрыми глазами (не знаю почему, но интуитивно было понятно, что доброта в этих глазах может легко смениться злобой или отвращением) и, неожиданно мелодичным голосом приказал:

- Докладывайте!

- Товарищ генерал, в производстве сводного отдела криминальной милиции по борьбе с нарушениями в сфере лесопользования УВД по Такойтовской области – раскрыв папку с документами, бодро начал рассказывать мою, уже выученную на зубок справку-меморандум, Денис - находится дело оперативного учёта «Нуменор». В рамках данного дела  проводится проверка оперативной информации о том, что  генеральный директор Мошенского древообрабатывающего комбината  Корчевский Олег Викторович используя должностное положение и коррупционные связи, в том числе в государственных структурах, осуществил создание преступной организации в целях совершения нескольких тяжких и особо тяжких преступлений, и, в настоящее время осуществляет руководство таким сообществом, с входящими в него структурными подразделениями, создавая устойчивые связи между ними. Содействие в разработке  планов и создании условий для совершения преступлений организованными группами, разделе сфер преступного влияния и преступных доходов между такими группами, осуществляют гражданин Черных…

- Так, остановись! -  генерал-лейтенант милиции сделал жест рукой – справку я вашу уже читал, не надо её озвучивать. Мне она понравилась, иначе я бы вас тут не слушал. Восемь тяжких, два особо тяжких…Проблема то ваша в чём? Почему в установленном порядке не направляете документацию?

- Тащ генерал – Денис отложил справку – проблема возникла с определением Департамента в Министерстве, куда отправлять материалы. Отдел сводный, в нём работают как сотрудники уголовного розыска так и БЭПа. Мы писали…

- Это инициатор, так? – министерский посмотрел на меня – ты откуда?

- Так точно, инициатор – ответил Денис. Меня изначально предупредили, чтоб я не лез с рассусоливаниями, поэтому я молчал, как рыба об лёд, говорил только начальник - из БЭПа, мой подчинённый.

- Вот и молодец. Это весь вопрос?

- Так точно, никто нам подсказать не…

- Не суетись. Подождите в приёмной, через пару минут зайдёшь. Я сейчас решу ерунду вашу.

- Спасибо товарищ генерал! - Денис встал с тяжеленного сиденья, я последовал за ним. Денис многозначительно глянул на меня. Я передал ему пакет.

- Альберт Григорьевич! Это эксклюзив от нашего производителя. Спасибо большое!

Денис поставил пакет рядом со столом. Генерал даже ухом не повёл.

-Разрешите идти?

- Идите…

Мы вышли. Секретарша вышла из режима ожидания и предложила водички из кулера. Я отказался, а Денис с жадностью вылил в себя пару пластиковых стаканчиков. Минут через десять, опять получив, скорее всего телепатическим путём, указания секретарша посмотрела на Дениса и проскрипела:

- Зайдите.

Тот покачал головой, дав мне понять, что пойдёт один. Я и не настаивал. Ручкаться с генералитетом МВД не особо входило в круг моих жизненных интересов. Я пока отметил у секретарши оба наших пропуска, чтоб нас потом выпустили из этого монументального и немного жуткого здания.

Денис вылетел из кабинета через пару минут. Мы попрощались с опять ушедшей в анабиоз секретаршей и вышли в коридор.

- В общем нам дали два адреса. Один в Департаменте уголовного розыска, они сидят на Петровке тридцать-восемь, один в оперативно-розыскном бюро ДЭБа, на Войковской. Оба согласились принять материалы. Альберт Григорьевич дал возможность выбрать нам. Повезло.

Мы прошли сложную процедуру выхода из здания МВД.  Процедура входа была ещё сложнее, так что мы справились.

Перешли через шумящую машинами дорогу, прошли с квартал и свернули во двор сталинского дома, где дремал в служебной  бэповской «десятке» Вячеслав Алексеич Сырников, работавший в сегодняшней командировке за водителя.

Немного перекурили. Здесь, в теньке, было даже немного прохладно, что меня, в неудобном костюме с галстуком, не могло не радовать. По результатам совещания и сверкой с прихваченным автомобильным навигатором выбрали для посещения первой Петровку, так как она была банально ближе.

Погнали.

Алексеич за рулём, в напряжённом московском траффике немного нервничал. Он ехал медленно, постоянно сверялся с навигатором и бормотал:

- Эх, блядь, Настя, как ты постарела!

Именно из-за Сырникова мы называли электронный голос навигатора Настенькой. Даже сейчас все говорящие бабы в смартфоне, указывающие мне дорогу, именуются именно так.

Споря, матерясь и обвиняя Настеньку в тупости, чуть не устроив парочку ДТП с обгонявшими нас автомобилями, Алексеич довёз нас до Петровки. Денис всю дорогу ржал и подкалывал Сырникова. Надо рассказать бы Алексеичу, что доблестный начальник БЭПа своей манерой езды всё же довёл своего служебного «Логана» до переборки двигателя. Пусть приколется.

В уголовный розыск мы пошли втроём. Сырников в свои убоповские времена тут бывал и надеялся встретить кого знакомого. Однако, на проходной, под вывеской с неблагозвучным названием «ДУУР» ему дали понять, что много воды утекло с тех пор, как старый Пью потерял свои иллюминаторы как он ходил сюда свободно.  Его старые знакомцы не брали трубки, а человек, координаты которого дал генерал с Житной, согласился иметь дело исключительно с Денисом, как начальником. На вопрос Дениса, можно ли провести непосредственного инициатора обсуждаемого дела, в трубку хихикнули и посоветовали притащить ещё и бомжа с Белорусского. Так что Денис взял очередной пакет, папку и пошёл один, а мы пошли обратно к машине, ждать результата.

Я по пути отстал и зацепил чебурек и отвратительный, обжигающий пальцы чёрный кофе в пластиковом стаканчике. Подойдя к машине, застал возле неё Сырникова, шуганувшего какого-то разводилу парковщика, думавшего срубить бабла на ведре с немосковскими номерами и не ожидавшего напороться на злобного мента. Постепенно разогревало и, подкрепившись, я снял пиджак.

- Убери с задней полки пакеты с бухлом – попросил спереди Алексеич – нагреются.

Я убрал два оставшихся пакета в багажник. Ох уж мне эта подать. Напоминает картинку из учебника истории пятого или шестого классов, где изображена выплата оброка крестьянами господину с гусями и шлюхами баранами.

В своё время была, кстати, показательная история в БЭПе по этому поводу.  В одном из районных подразделений БЭПа нашей области взяли в качестве начальника отделения одного военного, вертолётчика. Звали его Лёня. Лёня в экономике не понимал вообще ничего, однако умел организовывать и командовать. Так вот, Денису, только начавшему путь в руководство БЭПа один из московских министерских поставил задачу привезти клюквы. Семь килограмм. В начале марта. И ниибёт.

Денис собрал редкое в те времена совещание, на котором  прямо спросил всех присутствующих, есть ли у них возможность найти клюкву. Или придётся посыпать голову пеплом и искать другой способ удовлетворения московских хотельщиков. Все, спрятав глаза молчали. За исключением Леонида, который подумал, встал и сказал «нет проблем».

На следующие выходные Лёня привёз ровно семь килограмм клюквы. Радостный Денис повёз оброк в Москву, даже не спрашивая, откуда добро. Но я спросил. Как оказалось, Лёня просто, используя ксиву и двух пэпээсников, на областном вокзале набрал бомжей, вывез их к себе в район и отправил в лес, с наказом выкопать из-под снега и собрать необходимое количество ягод. Наградой новоявленный рабовладелец в погонах объявил возвращение бомжей на родной и тёплый вокзал. Ну и небольшой перекус в крышуемой им рыгаловке после работы.

За день дело было сделано.

Я потом делился этой историей с некоторыми сотрудниками и часть из них полагали, что в ней нет ничего стрёмного. Просто прикол такой. Как по мне, это всё отвратительно, особенно неконтролируемые барские капризы начальничков, полагающих, что должность даёт им какие-то дополнительные права.

Я как раз дожевал чебурек и выкинул в мусорку пластиковый стаканчик, когда припылил Денис. Без пакета, но на лице у него было прям нарисовано замешательство.

-Чо, как? – спрсил Алексеич и завёл двигатель.

- Подожди, не выезжай, надо подумать – произнёс начальник всея областного БЭПа. Сырников заглушил двигатель.

- Дошёл я, значит, до начальника отдела в этом ДУУРе, он меня выслушал, покачал головой и знаете что?!  - уже не с сомнением, а с гневом сообщил Денис – он бабки с меня потребовал!

- За что?! – подохуели мы с Сырниковым в два голоса.

- За постановку на контроль. Вообще не стесняясь. Вам, говорит, это надо, мне это не надо, так что думайте. Сумму я тебе – передразнил видимо голос милицейского крючка Денис – по изучению всего материала обозначу. Как привезёшь, так и поставим на контроль. И, блядь, ведь вообще не стесняется ничего! Так что, вот я думаю, есть ли смысл в ДЭБ ехать? Если в розыске деньги требуют, то эти ваще на счётчик поставят!

- Да уж… Может, действительно на хрен?. Обойдёмся без контролей и своими силами реализуемся. Единственное, конечно, с Полухиным ничего не получится…

-  Давайте всё же сгоняем! – подал голос с заднего сидения я. Хоть меня и прихватили в основном в качестве мебели, на всякий случая, но у меня есть собственное мнение на счёт моего же дела – За спрос денег не берут!

- Это ты так думаешь – буркнул Денис. Похоже наговорили ему порядком гадостей.

- Да, похрен. Нам контроль нужен, чтоб нормально взаимодействие наладить. Я считаю, надо ехать.

- Ну что, куда? -  видно было, что Сырникову хотелось свалить из этой Москвы побыстрее.

- Ладно, поехали съездим. Всё равно по пути – Денис махнул рукой на выезд и вздохнул - Поехали.

Снова матерился и склонял Настеньку Алексеич. Денис всю дорогу замкнуто молчал, не отвечая на мои расспросы, что же там за клоун такое исполняет.

На Войковской свернули на тихую для Москвы, с трамвайными путями и густыми тополями улицу. Алексеич нашёл свободное местечко, метрах в пятистах от места назначения и приткнул десятку.

- Бери пакет. Пошли – кивнул мне Денис.

- Сейчас спошлю – хихикнул я, но начальник на нервяке на шутку не среагировал.

У входа в старое дореволюционное здание с длиннющей надписью  «10 ОРБ ДЭБ МВД по борьбе с организованной преступностью в сфере экономики» мы , так же как и на Петровке созвонились с контактом, выданным нам генерал-лейтенантом. Однако, на наше удивление, собеседник Дениса не стал нас мариновать пропусками, а спустился сам. Не успели мы зайти в дежурку, нас встретил молодой, высокий и мордатый мужик, в джинсах и светлом лакостовском поло.

- Борис –представился он пожав руку Денису, а потом мне.

- Денис…

- Валерьян…

- О, как раз сейчас к твоему тёзке пойдём – улыбнулся Борис, махнул дежурному - давайте, за мной.

Мы поднялись на четвёртый этаж. В здании, в отличии от Министерства на Житной было людно. Сновал разнообразно одетый народ, люди общались, куда-то спешили, таскали пачки бумаг в папках.  Наконец, Борис открыл дверь в средних размеров светлый кабинет , в котором располагались два приличных стола, ряды офисных стульев, сейфы и, слава те господи, кондиционер! А то я, в своём  чёрном малонадёванном костюме уже почти сварился, по летнему времени то.

- Денис, заместитель начальника ОРБ  - представил сидящего за столом человека Борис, и плюхнулся на свободное место за второй стол.

- Это с Такойтовской области коллеги. С утра Альберт Григорьевич звонил – счёл нужным пояснить он.

Человек из-за стола поднялся и протянул руку. Одет он был в том же стиле, что и Борис. Молодой, моего возраста мужик, полковник уже, судя по фотографии на стене, где он в форме с нынешним  министром. Светлые волосы, среднее телосложение.

- Пока ещё не заместитель. Но буду. – уверенно улыбнулся он и представился –Денис.

- Начальник управления БЭП по Такойтовской области – протянул руку ему «наш Денис» - это оперуполномоченный по особо важным делам Валерьян Арнов. Инициатор разработки.

Я пожал протянутую мне  руку.

- Присаживайтесь – Денис кивнул на ряд стульев у стены – ну, и с чем приехали?

- С материалами – «наш Денис» снова потащил разговор сам – хотим дело на контроль поставить. Проблема в том – коротко улыбнулся он – что пока не можем определиться где.

- Определяться надо – улыбнулся москвич – в Москве с неопределившимися чудные вещи случаются… Справочные материалы есть?

- Так точно – Денис глянул на меня. Я зашелестел бумажками из папки.

- Давайте – протянул руку оэрбэшник – озвучивать не надо, я лучше почитаю. Борь, сделай ребятам кофе.

Я достал толстую, на пятнадцать листов справку-меморандум, в которой сухим и канцелярским языком раскрывалась деятельность Корчевского, его связи с Полухиным, лесничими, бандосами и финансистами. Московский Денис раскрепил справку и стал внимательно читать по листочку.

Борис неторопливо подошёл к шкафу, за дверцей которого оказалась шикарнейшая итальянская кофемашина и сварганил нам одуряющее вкусный кофе. Отказаться от него было бы преступлением против жизни.

Мы пили кофе, наслаждаясь прохладой кабинета и глядя как Денис читает справку, покачивая головой и передавая прочитанные листочки Борису, который тоже с ними ознакамливался. Пару раз при передаче листов они многозначительно переглядывались между собой, как бы отмечая моменты, на которые стоило обратить внимание. Я даже знал, что это за моменты, так как помнил наизусть, что написано на каждом листе документа.

Первый момент , кстати ожидаемо, касался Полухина и хранимой в кабинете РОВД «чёрной» бухгалтерии ДОКа. Факты, превращающие большое но, по сути, обычное экономическое дело в громкий коррупционный скандал.

Второй момент касался вытащенной Пашей, прокуроршей и используемой в «тёмную» налоговой, информации об операциях с выпущенными ДОКом обезличенными векселями. Это был замут финансового заместителя Корчевкого, Швеца, который напрямую схематозов с вырубленной древесиной и её легализацией не касался, но позволял заработать кучу «левых» денег на сопутствующие основной деятельности ништяки. Типа взяток, покупки техники и прочего.

- Да уж – произнёс Борис, дочитав до конца – страсти у вас там, в глуши, недетские.

- Мы берём -  коротко и как то «по рыношному» сказал Денис – Дело перспективное, видно, что прорабатывается качественно, поэтому на контроль поставим. Только у нас одно условие.

Ряд офисных стульев скрипнул и больно защемил мне кусок жопы. Это «наш Денис» сидящий за два стула от меня резко дёрнулся.

«Псих, сука!» - подумал про себя я, мысленно потирая своё седалище.

- По делу в перспективе, помимо двести десятой, ожидаются ещё порядка шести преступлений. Это не считая многоэпизодников, как незаконные порубки – продолжил «московский Денис» не обращая на реакцию «нашего» - две из них отдадите нам. Желательно, одну либо налоговую, либо вот эту, с векселями. Договорились?

- Да вообще не вопрос! - начальник УБЭП прямо засиял. Я кивнул, подтверждая его слова.

- Ну и отлично. На контакте с вами будет Борис, сейчас оговорим все детали.

… Где-то километров за сто до областного центра, мы свернули с федеральной трассы и остановились у речки. Все сняли пиджаки, галстуки, разложили на багажнике «десятки» купленный паштетик, арбуз и помидорки, и открыли оставшийся незадаренным последний пакет с «эксклюзивом от нашего производителя». Большое дело сделали, можно и отметить.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий

Тем не менее, работа по большому делу шла своим чередом, и собственно те самые «сливы» информации, из-за которых и происходила последнее время охота на ведьм, прекратились. Как будто всё указывало на отправленного в ООПАЗ, опять гонять бабушек с пирожками на рынке, лейтенанта Ибрагима Джамалова. Алексеич многозначительно на меня смотрел, когда я сообщал ему результаты очередного выезда в Мордор, где удалось во всех красках заснять погрузку очередного «фрэда»  украденным лесом и доставку этого леса на ДОК. Дальнейшей судьбой этого кругляка, кстати, уже занимались мошенская прокурорша и десноямские налоговички. Разумеется, под чутким контролем Паши Глыбина, который помогал легендировать запросы, разбирать ответы, а так же расширять межведомственное взаимодействие.

Так что дело двигалось, материалы для постановки его на контроль в Министерстве у меня были практически готовы.

А сегодня с утра на утреннем совещании нам всем представили нового исполняющего обязанностями Феновского РОВД. Некий майор с соседней области переехал в Феново и теперь возглавлял подразделение вместо Коли Тяглова. На представлении майор сидел рядом с довольным Полухиным и восхищённо смотрел на него, когда тот, что-то с важным видом втирал.

Что случилось с бывшим врио начальника Феновского РОВД Николаем Тягловым? В первую очередь с Николаем случился сам Николай. Во вторую то, о чём я его предупреждал. Коля расслабился. Ожидая долгожданного назначения на должность начальника, о котором ему уже на все лады пели кадровики, Николай начал побухивать. Несильно, по бокалу-другому коньячка, но каждый день. По окончании рабочего дня. А потом садился за руль своей девятки и ехал в свой, выстроенный собственными руками, дом у озера. Километров тридцать. Дорога всегда была прямая, пустая, Коля мог проехать по ней даже с закрытыми глазами.

На этой то дороге, одним прекрасным вечером его обогнал большой чёрный внедорожник  с московскими номерами, к которому сзади был присобачен старенький  и немного ржавый прицеп «Алиса».  Обогнав девятку, внедорожник резко затормозил и Коля влетел передним бампером прямо в ржавый борт прицепа.

Люди во внедорожнике оказались весьма принципиальными и правильными. Несмотря на то, что весь район знал их как полубандитов, братьев Курковых. Остановившись, они без долгих разговоров покачали головами, посочувствовали горестно вздыхающему Коле и вызвали на ДТП сотрудника ГИБДД.

Сотрудник Мошенского ГАИ тоже оказался очень бдительным, принципиальным и, как пишут в служебных характеристиках, с неформальным подходом. Он нарисовался на пустынной дороге, изгибом задевающей Мошенский район, буквально через шесть минут. Видимо, переживая за увеличивающееся число дорожно-транспортных,  патрулировал район поблизости.

Коле сразу же было предложено пройти освидетельствование на алкоголь.  Николай подышал в трубку и она, конечно же,  зафиксировала ту пару бокальчиков, которые Николай считал больше лекарством от нервов, чем  употреблением. Был оформлен протокол, незамедлительно отправленный в инспекцию по личному составу.

Коля на всё это отреагировал ожидаемо для тех, кто его знал. Он выключил телефон, закупился алкоголем и закрылся в своём, выстроенный собственными руками, доме у озера. На рабочем столе он оставил рапорт на увольнение по собственному. Минималка у Николая уже была, поэтому Арсеньев откричавшись и изучив ситуацию, ходатайствовал перед генералом об удовлетворении рапорта. Хотя начальник ИЛС и настаивал на публичном развитии ситуации и дополнительных карах для «алкообортня в погонах».

Такая вот хуйня, произошедшая быстро, за три дня, лишившая меня поддержки в Феново. Завтра же, с согласия Сырникова, я собирался доехать до места обитания Николая, чтоб эта  же хуйня не лишила меня ещё и друга, а такое бывало. На синих собаках то.

В общем, Полухин нанёс ответный удар и теперь надо было ещё думать, как сделать так, чтобы уже готовое уголовное дело в Феново не развалилось. И готовиться к расширению географии незаконных рубок Корчевского.

Вечером же, как будто решив добить ситуацию, Курлыга привёл, назначенного приказом генерала вместо Ибрагима нового сотрудника. Старлея из участковых по фамилии Пафнутьев. Подбором кандидата занимался непосредственно Борисыч, что было очевидной ошибкой поручившего ему это Алексеича. Ну откуда прямолинейному, честному и повёрнутому на законодательстве Курлыге, было знать, что половина областного УВД знала участкового Пафнутия как участника очень тёмного, можно даже сказать, тёмно-коричневого скандала. С голубоватым оттенком.

А дело было так.

В одном городском отделении милиции (Отделение милиции, это такое  обособленное подразделение, в той части города, которая не дотягивает по количеству жителей до района, но значительно переросла микрорайон. Обычно в таком обитают , в зависимиости от размера обслуживаемой территории четыре-пять участковых, может быть пара пэдэнщиц и  начальник отделения. Ну и ещё, на общественных началах, какой-нибудь бомж корешок начальника отделения, обычно из оперов уголовного розыска, который посрался с очередной женой и ночует в помещении уже третью  неделю), лет шесть назад обитали четверо участковых.

Времена были тяжёлые, денег в ментовке не платили от слова совсем (а иногда ещё и задерживали) поэтому одному из них пришла идея подзаработать. Недалеко от отделения, в бывшем советском ДК, открыли ночной-стриптиз клуб и казино в которых два раза в неделю по ночам проводили «женские дни» с мужским стриптизом. Участковый, пару раз наблюдавший во время суточных дежурств ажиотаж, подумал, посмотрел на себя в зеркало, решил что достоин, и пошёл плясать размахивая причиндалами в рыболовной сеточке. Сначала он стеснялся, брал отгулы или подрабатывал в свободное время, но когда пошли хорошие бабки, плюнул на всё и стал торговать собой у шеста даже в рабочее время.

Второй участковый, друг стриптизёра, хоть изначально и не обладал выдающимися данными, глядя на успешный успех корешка, подкачался и тоже, под протекторатом первого,  ворвался в бизнес. А там и покатилось. Через пару лет все четыре участковых отделения составляли основной костяк не только локальной правоохранительной структуры, но и стрип-клуба. Делали они это настолько профессионально, что на них приезжали посмотреть дамы с самой столицы.

Конечно, иголку в стоге сена не утаишь. Про сосисочный бизнес прознали  коллеги и кое-какое руководство, но участковые ситуацию с начальством устаканили (ну а чо, деньги есть!) а на шутки коллег не обращали внимания (время было такое, кто-то таксовал, кто-то дежурил сторожем, кто-то взятки брал, на жизнь копейки подрабатывали многие) и они почти утихли.

Но. Через какое-то время шоубиз проник в участковых по полной программе. По непонятной мне, но часто встречающейся в этих кругах схеме, первый и второй участковые стали не просто коллегами, но и подружайками. А потом и третий плясун в их команде тоже встал под гомосяцкие знамёна, образовав классический любовный треугольник. Вот такой вот пиздец в отдельно взятом отделении.

Ну и ещё через полгода случилось то, что очень часто происходит при таких раскладах, неважно, гомосяцкие они или нет. Номер два заревновал номер один к номеру три и исключил номер один из геометрической фигуры с помощью слесарного инструмента. Прибил, короче, соперника по темечку молотком. Тело попытался спрятать, но, как и все менты, становящиеся преступниками, на этом деле прогорел.

Разразился тихий, не слышный снаружи МВД, но от этого не менее мощный скандал. Оказалось, что третий участковый скрывал дома орудие убийства, отмазывая любовь всей своей жизни, оказалось что их начальник получил в дар от танцоров за покровительство трёхгодовалый ВАЗ-2108, оказалось, что в отделении милиции делами никто не занимался три года кряду, оказалось ещё много чего.

Полетело множество голов  и было сломано немало судеб. Участковых посадили надолго и, чисто из вредности, не на «красную» зону (это такая, где сидят правоохранители и контролёры всех мастей, от редких, как алмаз в говне, прокурорских до вэвэшников). Отделение ликвидировали и начальника РОВД, которому оно подчинялось уволили к чертям собачьим. и да, сам РОВД, само собой разумеется,  не называли больше никак, кроме как:

В общем, жесточайшим ураганом смели все упоминания и последствия инцидента.

А посреди урагана, в этаком «оке бури», совершенно нетронутым остался четвёртый участник танцев, лейтенант милиции Пафнутий. Он вроде как нигде не участвовал, вроде как следствию помогал, вроде как даже особо денег то не намутил, так как плясал не больше полугода. Короче, руководство УВД оттоптавшись на всех вокруг, вдруг проявило аттракцион нежданной щедрости и Пафнутьева не уволили, а отправили в самый далёкий район, самым младшим участковым, где пиписку можно было показывать исключительно существам далёким от высокого, то есть коровам и деревенским бабкам.

И вот оттуда, Пафнутий потихоньку, за пару лет, кочуя по разным районам области вернулся в город, а теперь Курлыга, сияющий довольной и неискушённой улыбкой от находки толкового участкового, только почему-то никому не нужного, его подобрал и притащил к нам, в лесной отдел. И уже с приказом, отменять который никто никогда не стал бы.

Фейспалм Сырникова было слышно даже на нижних этажах РОВД.

Кому надо, ссылка на другую серию баек : Начало

Для тех, кому непонятны сокращения: Глоссарий