— Ну и корпоратив, — Иван потягивал напиток, похожий на жидкий азот, но с мятой. — Я ожидал шашлыков под водку, а получил… — Он кивнул на коллегу из отдела аналитики, который пытался танцевать, словно его дёргали за нитки.

— В Китае корпоративы это ужин из двадцати блюд и караоке, — Чен аккуратно поставил стакан с «Бинарным мохито» на салфетку с формулами. — Здесь же всё как в симуляции, много света, шума и… странная еда. — Он посмотрел на фуршет с пирожными в форме символов и кодов.

Раджеш усмехнулся, прислонившись к стене в своей оранжевой куртке:

— Вы не видели индийских айтишных вечеринок. Там танцуют до утра, ведь танец это активная медитация.

— А как ещё программисты развлекаются? — спросил Иван, делая глоток. — Кроме как баги на спор чинят?

Чен достал телефон, открыв статистику:

— По данным опросов, семьдесят процентов играют в онлайн-головоломки, сорок процентов участвуют в хакатонах ради призов, а двадцать процентов коллекционируют мемы про котиков.

— Хакатоны это работа под видом веселья, — Иван фыркнул. — Настоящий отдых это когда в пятницу вечером напиваешься так, чтобы на следующий день ничего не помнить.

Раджеш засмеялся, глядя, как глава отдела безопасности пытается взломать сейф с призом, внутри которого была золотая флэшка:

— В Бангалоре мы играли в игру «Баг против Хакера». Одна команда прячет уязвимость в коде, а другая ищет.

— А мы в России, — Иван мрачно ухмыльнулся, — играем в русский си плюс плюс и пьём столько, сколько находим ошибок в чужом коде. Выживает сильнейший.

— Это объясняет ваш код после новогодних каникул, — Чен поднял бровь и Иван швырнул в него салфеткой.

Внезапно музыка сменилась. Из динамиков полился трек, сгенерированный нейросетью на основе настроений собравшихся. Барабаны стучали как клавиши механической клавиатуры, а бас гудел, будто серверная стойка.

— Танцевать? — Раджеш поднял руки, изображая Шиву в стиле техно.

— Я лучше пройду квест, — Чен указал на угол, где стоял автомат с надписью «Победи алгоритм и получи бонус». Нужно было за минуту решить задачу на графах, используя джойстик.

— Я с вами, — Иван потянулся за вторым коктейлем. — Танцы это многопоточность, где слишком много коллизий.

Раджеш наблюдал как толпа программистов ритмично кивает в такт музыке, словно отлаживает метроном. Он поймал пролетающий дрон и поставил на поднос пустой бокал.

— Твоя очередь, — Иван протянул ему полный бокал. — Покажи, как развлекаются хакеры.

— Взломаем корпоратив? — улыбнулся он, стирая голограмму. — Например, можно поменять музыку на… ну, смотри.

Из колонок грянул тяжёлый бас и свет погас. На стенах замигали зелёные строки кода, а из проектора выплыл трёхмерный змей, танцующий под бит. Программисты зааплодировали. Кто-то закричал:

— Легаси-код ожил!

Все бурно зааплодировали и пошёл новый ритмичный бит в стиле техно. Толпа ринулась танцевать.

— Вот это вечеринка, — Пробормотал Иван, наблюдая как Чен методично бьёт рекорд автомата. — Жаль, что Пол не видит. Он бы оценил!

— Знаете, что самое смешное в нашей профессии? — начал Иван. — Мы можем неделями сидеть над кодом, решая какую-то безумную задачу, а потом, когда уже всё работает, испытываем такое же удовольствие, как от прохождения уровня в видеоигре.

Чен кивнул:

— Точно! А помните, как мы недавно устроили соревнование, кто быстрее напишет скрипт для автоматизации отчётов? Я тогда всю ночь не спал, допиливал свой код, а утром Раджеш просто взял и использовал готовую библиотеку.

Раджеш скромно улыбнулся:

— Ну а что поделать, я всегда за эффективность.

— Знаете, что самое странное? — задумчиво произнёс Раджеш. — Мы можем часами спорить о том, какой язык программирования лучше, но когда дело доходит до веселья, нам достаточно просто посидеть вместе и поболтать.

— Это потому что мы особенные, — подмигнул Иван. — Программисты это единственные люди на свете, которые могут найти общий язык с машиной, но при этом не всегда могут нормально поговорить с человеком.

— Эй, я же человек! — шутливо возмутился Раджеш.

— Ну да, человек, который пишет код быстрее, чем большинство людей говорит, — пошутил Иван и все трое рассмеялись, поднимая стаканы за свою необычную, но так любимую профессию.

Разгорячённая троица подошла к стойке с напитками, которая была стилизована под терминал. Иван ткнул в сенсорный экран и заказал водку.

Чен с Раджешом одновременно уставились сначала на водку, а потом на Ивана. Первым не выдержал Чен:

— Ты с ума сошёл? — сказал он с нотками удивления и сожаления в голосе.

Иван налил водку в рюмки:

— Я пил вчера твою зелёную жижу, теперь ты просто обязан попробовать настоящую русскую водку. Раджеш?

— Могу за компанию, если Чен согласится, — сказал Раджеш и улыбнулся.

— Каждая рюмка убивает тысячи нейронов, — заявил Чен, тыча в экран. — Эритроциты это красные кровяные тельца, которые отвечают за доставку кислорода в крови. Из-за алкоголя они лишаются своего заряда, слипаются, закупоривают капилляры и возникает гипоксия. В результате этого блокируется доступ кислорода к нейронам и они отмирают. Ты буквально убиваешь свои синапсы алкоголем.

— Это от сивухи всякой они гибнут, а от хорошего качественного продукта, наоборот, только рождаются новые!

Раджеш не выдержал:

— А как тогда люди выживают после больших доз алкоголя?

Чен был готов к этому вопросу:

— В нашем организме предусмотрен огромный запас капилляров, которые замещают функции отмерших клеток. Если это касается мозга, то отмершие синаптические цепочки перестраиваются, замещая утраченные нейроны!

— Вот видите, всё предусмотрено в природе, чтобы мы с вами могли выпить и расслабиться! — сказал Иван с улыбкой на лице. — А потом нейроны отрастут, как ногти.

Чен развернул модель мозга на планшете, где анимированные нейроны гибли под каплями воздействия алкоголя.

— Вот контрольная группа трезвых программистов, а вот те, кто пьёт. Видишь сокращение серого вещества? Через пять лет ты деградируешь до уровня примата.

Иван наливал водку, щурясь на анимацию:

— А ты знаешь, что Достоевский и Толстой пили как лошади? И написали книги толще твоих дата-сетов.

— Они жили до изобретения языков программирования, — парировал Чен. — И умерли от проблем с печенью.

— У нас это называется прокачать стрессоустойчивость, — Иван разлил водку по стопкам. — В России холодно, баги бессмертны, а водка это радость для души.

Иван пододвинул бутылку:

— Ты же сам говорил про важность личного опыта в аналитике. Ну так протестируй гипотезу! Одна рюмка для науки.

Чен замер. Его пальцы дрогнули то ли от ужаса, то ли от любопытства.

— Я… не могу. Это нарушит…

— Жизнь это сплошной баг, — перебил Иван. — Иногда надо перезагрузиться.

Чен нехотя взял рюмку в руки. Друзья синхронно подняли рюмки, чокнулись и выпили. Чен тут же скривился, будто глотнул кислоты.

— Как вы это пьёте? Это же дезинфектант!

— Ты просто не закусываешь, — засмеялся Иван. — Надо закусывать!

Раджеш сидел с глупой улыбкой на лице и молчал.

Через несколько минут Чен захмелел:

— Интересно… Алкоголь это плацебо для лимбической системы! Ощущение решения проблем иллюзия, но приятная.

Довольный Иван налил ещё:

— Видишь? Ты уже говоришь, как нормальный человек, а не как робот.

Раджеш достал телефон и включил камеру:

— Чен пьёт! Мир перевернулся! Я должен это заснять!

Иван встал со стула и громко произнёс:

— Все идут танцевать!

Раджеш указал на центр зала, где глава отдела аналитики пытался неуклюже танцевать. — Вот где настоящий вызов. Держу пари, через пять минут он свалится.

— Если упадёт, выпьем за него, — Иван потряс бутылкой.

— А если нет? — парировал Раджеш.

— Стоп, — Чен вставил телефон между их лицами, показывая расчёт:

— Вероятность падения составляет семьдесят процентов, но учтите, что фактор костюма снижает устойчивость на сорок процентов.

Не успели они заключить пари, как танцор грохнулся на пол, увлекая за собой голограмму с логотипом компании. Зал взорвался смехом и аплодисментами.

— Победа! — Иван торжествующе налил три стопки. — За анархию!

— За… эмпирический подход, — поправил Чен, но всё же взял свою рюмку.

Все чокнулись и выпили. Чен кое-как выпил, покривив лицо, закусил и поправил очки. Раджеш с нестираемой улыбкой на лице откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Иван резко встал, качнулся, взял Чена за руку и потащил его на танцпол. Они закрутились в спирали и слились с толпой и после нескольких минут танцев вернулись к столу. Раджеш уже свернулся калачиком и спал как младенец, изредка посапывая.

— Слабак, — бросил на него взгляд Иван, — не умеет пить! Сразу видно, что слабая генетика.

— Да-да, — ответил Чен машинально. — По данным… шаги в такт музыке повышают… э-э… когнитивную…

— Брось ты эти цифры! — Иван втолкнул его в лучик света от проектора. — Ты теперь не Чен, а… Чен-Данс-Дэ!

Чен, внезапно осознав, что его ноги живут отдельной жизнью, замер:

— Мои движения… имеют дисперсию восемьдесят процентов. Это… неконтролируемая выборка!

— Давай присядем, дружище, — Иван обнял Чена рукой через шею, — братаааан!

Чен улыбался и поправлял очки. Они начали качаться из стороны в сторону в такт музыке.

— Мы самые крутые кодеры на планете! Понял? — громко сказал Иван Чену в ухо.

Это взбодрило Чена как ушат холодной воды. Он поднял голову на Ивана и сказал ему с виноватым видом:

— Прости меня, я вас всех подвёл. Обманул всех, я ничтожество…

— Братан, знал бы ты, какой я подонок, не говорил бы так, — ответил кое-как, ворочая языком, Иван.

— Нет, ты не понимаешь, я вас всех предал, — не унимался Чен.

Иван собрался и с серьёзным видом выдал целую речь:

— Тут все волки, хищники, которые пожирают друг друга. Они даже не скрывают этого! Цифровая стая, мля! Волчары позорные! Руководство даже не пришло на корпоратив. Ни Пола, ни Мэта не было. Им плевать на нас. Мы для них всего лишь расходный материал. Они используют нас в своих интересах и выкинут. Только наша дружба останется, понимаешь? — Иван достал бутылку водки из-под стола и разлил в рюмки. — Давай ещё выпьем, братан!

Чен уже не мог связно говорить:

— Я… должен тебе признаться…

Иван перебил его:

— Ты меня уважаешь?

Чен кивнул.

— Тогда давай выпьем! — Он поднял рюмку со стола и всунул в руку Чена. Взял свою, чокнулся и выпил залпом!

Отрывок из книги "Нексус" - Дмитрий Романоф

Читайте на литературных площадках страны в серии "Большие деньги"

— Спасибо, Пол, — она слегка наклонила голову, играя с ободком бокала.

Он сел напротив, его глаза изучали её с явным интересом. Вика видела, что он хочет от неё, но не собиралась быстро сближаться.

— Ну что, как твой день? — спросил он, заказывая бутылку дорогого вина.

— Обычно, — ответила она, делая вид, что зевает. — Работа, скучные встречи… Ничего интересного.

— Ты слишком красива, чтобы скучать, — он улыбнулся, но в его глазах читалось что-то большее.

— Ты знаешь, как сделать комплимент, — Вика притворилась, что смущается, но внутри она была холодна, как лёд. Она знала, что ему нужно, и она знала, как это использовать.

Ужин прошёл в лёгкой беседе, но подтекст был ясен обоим. Пол намекал на то, что мог бы предложить ей больше, чем просто ужин в дорогом ресторане. Вика же играла свою роль идеально — она была загадочной, но не слишком, доступной, но не до конца.

Они вышли на улицу.

— Может, зайдём ко мне? — предложил Пол. — У меня отличный вид на город.

Вика сделала паузу, как будто раздумывая. Она знала, что это момент истины.

— Ты знаешь, Пол, — начала она, глядя ему прямо в глаза, — я не из тех девушек, которые легко поддаются на такие предложения.

— Я понимаю, — он улыбнулся, но в его голосе появилась нотка раздражения. — Может быть, ты сделаешь для меня исключение?

— Возможно, — она улыбнулась, но её глаза оставались холодными. — Но только если ты сделаешь исключение для меня.

— О? И что ты имеешь в виду? — он поднял бровь, явно заинтересованный.

— Я слышала, у тебя есть яхта. Можешь меня покатать на ней? — её голос звучал невинно, но она знала, что он понимает намёк.

Пол засмеялся:

— Ты хитрая, Вика. Мне это нравится.

— Я просто знаю, чего хочу, — она пожала плечами, играя с кончиками своих волос.

— И чего же ты хочешь? — он подошёл ближе, его голос стал тише.

— Ты знаешь, чего я хочу, — она посмотрела на него, её взгляд был полон обещаний. — Но ты должен заслужить это.

Он засмеялся снова, но на этот раз в его глазах появилось уважение.

— Ты играешь в опасную игру.

— А ты любишь риск, — она улыбнулась, зная, что уже почти выиграла этот раунд.

Они сели в его машину и Вика знала, что её план работает.

Читать книгу "Нексус" полностью >>

(Спасибо большое за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу!)

Линь Шэн Лун появился из тумана, как воплощение самой природы. Неотвратимым, несущим в себе ярость урагана и мудрость древних камней, он был тихим монахом из Шаолиня, чьё имя переводилось как «Побеждающий Дракон Леса». Он не носил мечей и не звенел доспехами. Его оружием была пустота, что рождает форму, и тишина, что громче любого клинка.

Его тело, гибкое как бамбук в шторм, было покрыто татуировками в виде вихрей. Это были символы стихий, подчинённых через медитацию. Глаза цвета обсидиана светились странным огнём. В них читались свитки «Книги Пяти Колец» Миямото Мусаси, хотя сам он никогда не держал её в руках. Линь Шэн Лун не отращивал бороду. Его гладкое и молодое лицо хранило следы невидимых битв в виде морщинок у губ, будто оставленных ветром после тысяч схваток.

Он сражался так, будто танцевал с невидимым противником. «Танец Сухого Листа». Уклоняясь от атак, он заставлял врагов падать, запутавшись в собственном импульсе. «Прилив Ци». Ладонь, приложенная к груди противника, вызывала волну внутренней дрожи, выбивая дыхание, но не оставляя ран. «Глаз Тайфуна». В центре хаоса он оставался недвижим, обращая ярость врагов против них же.

Как Мусаси побеждал деревянной палкой, так Линь Шэн Лун побеждал намерением. Говорят, однажды он остановил войну двух кланов, встав меж сотен воинов. Никто не видел, как он двигался, лишь слышали звон разбитых клинков, падавших на землю добровольно, будто стыдясь своей грубости. Когда его спросили, как ему это удалось, он ответил:

— Я напомнил их мечам, что они когда-то были мирным железом в земле.

Линь Шэн Лун не учил драться. Он учил слушать:

— Удар рождается не в кулаке, а в трепете листа перед падением. Сопротивление — это иллюзия. Позволь миру пройти сквозь тебя, и ты станешь непобедим.

Род мастера шёл с древних китайских традиций и его имя отражало глубину мышления предков. «Лун» это дракон и символ силы, скрытой в спокойствии. «Шэн» же победа, что достигается без боя, а «Линь» в его имени было напоминанием, что даже тигр, царь джунглей, не может укусить ветер.

Монастырь, где жил монах, прятался в горах, будто стыдясь своей славы. Никаких туристов, никаких золотых статуй, лишь каменный двор, где Линь Шэн Лун, худой как тростинка, поливал цветы. Увидев Пола, он улыбнулся, словно ждал старого друга:

— Здравствуй, дорогой! Ты пахнешь страхом и деньгами.

Первый урок начался с уборки. Пол, в дизайнерских кроссовках, скрёб пол метлой из бамбука.

— Грязь — это твои мысли, — говорил Линь. — Ты сражаешься с пылью, но она возвращается. Пока не поймёшь почему, будешь рабом.

Пол смеялся, когда Линь заставил его сдать телефон.

— Ты не сможешь торговать!

— Хорошо, — ответил монах. — А что ты продаёшь? Страх? Жадность? Или воздух?

Тренировки были настоящей пыткой. Пол стоял столбом по пять часов и начинал чувствовать, как земля говорит с ним через стопы. Линь учил его предсказывать удары по колебаниям воздуха, а не по мышцам. Каждый день с утра они проводили медитацию в ледяном ручье:

— Если можешь услышать тишину в боли, то услышишь правду в хаосе, — говорил мастер Линь.

Пол рвал связки, терял сознание, но Линь лишь повторял:

— Ты всё ещё бьёшь кулаком. Научись бить намерением.

Ночью Пол, измученный тренировками за день, увидел как тренируется Линь. Его движения были похожи на падение листьев. Они были непредсказуемые, но совершенные. Внезапно монах остановился:

— Твой мозг ищет паттерны, но настоящий паттерн — это дыхание.

Он подошёл к Полу и коснулся его лба:

— Ты проигрываешь, потому что боишься пустоты. Пустота это и есть поле боя.

Наутро Пол, впервые за годы, не полез за телефоном. Он сидел, слушая пение цикад и вдруг понял:

— Рынок это не числа, а ритм и его можно вести.

Линь привёл его в деревню, где местный боец, громила с кулаками как молоты, вызывал его на бой.

— Победи его, — сказал монах.

Пол шагнул вперёд, вспомнив графики, алгоритмы… и отпустил их. Когда гигант ринулся в атаку, Пол просто уклонился, позволив инерции противника бросить того в грязь.

— Как? — вопил громила.

— Ты проиграл ещё до удара, — сказал Пол, сам не веря своим словам. — Ты боишься проиграть, а я научился не бояться выиграть.

Дождь стучал по крышам древних пагод, смешиваясь с рёвом водопада. Мастер Линь Шэн Лун сидел под сосной, полируя свой деревянный меч. Его глаза, узкие и острые, будто лезвия, уставились на Пола, который стоял в мокрой от пота футболке, пытаясь повторить стойку «Побеждающего Дракона».

— Твой отец думает, что я научу тебя драться, — сказал Линь на ломаном английском. — Но ты и так воин. Только сражаешься ты с тенью.

Пол встал прямо:

— Я здесь, потому что мой отец верит в какую-то… древнюю магию, но я не верю в сказки.

Линь громко рассмеялся. Его смех напоминал скрип бамбука на ветру.

— Мусаси убил Саскэ Сасаку Кодзиро на острове Ганрю. Знаешь чем? Деревянным мечом, вырезанным из весла по пути на бой. — Он бросил Полу свой деревянный меч. — Магия? Нет! Это расчёт.

Тренировки оказались адом. Пол рубил бамбук до кровавых мозолей, медитировал в ледяном ручье, учился «видеть» противника в порывах ветра, но главным уроком стал один эпизод.

Однажды ночью Линь разбудил его и вывел в лес.

— Выбери, что делать, атаковать или защищаться, — сказал он, указывая на тень среди деревьев. Пол бросился вперёд, дрожа от холода, и провалился в яму, засыпанную листьями.

— Мусаси всегда говорил: «Не входи в схему врага!»

На следующее утро Пол, выполняя стойку «Журавля», вдруг понял, что его тело движется не по заученным траекториям, а в ответ на шелест листьев, крики птиц и биение собственного сердца. Так заново родился тот, кому предстояло изменить мир.

Читать книгу "Нексус" полностью

Пол, вертевший в руках телефон, уронил его на стол. Экран треснул, как и его подростковое равновесие.

— Завтра ты едешь в Шаолинь! На всё лето.

— В Шаолинь?! — мальчик вскинул голову, будто получил пощёчину. — На кой он мне сдался?

Отец никогда не просил. Его приказы висели в воздухе, как лезвия гильотины, но сегодня в голосе, обычно холодном как слитки в хранилище, дрогнула нота, которую Пол не слышал прежде.

— Ты силён в числах, но слаб духом, — он разглядывал сына, словно оценивая сомнительный актив. — Линь Шэн Лун научит тебя побеждать!

— Побеждать? — Пол фыркнул, откинувшись на кожаное кресло. — Я, потомственный финансист, должен учиться у какого-то там монаха?

Отец провёл рукой по кейсу из крокодиловой кожи. Защёлка щёлкнула, обнажив клинок. Лезвие блеснуло под светом люстры, выхватив из полумрака гравировку: «Побеждай, не обнажая меча» на старояпонском.

— Мой друг Лю Вэй рекомендовал тебя мастеру. — Палец скользнул по надписи. — Линь Шэн Лун постиг не только технику меча, но и стратегию Миямото Мусаси.

— Мусаси? Это тот, что писал «путь воина»? — Пол закатил глаза, щёлкая треснувшим экраном. — Пап, это же сборник метафор! Драться палкой против катаны? Просто смешно.

Кейс захлопнулся с грохотом, заставив вздрогнуть портрет прадеда-банкира.

— Мусаси выиграл шестьдесят поединков, потому что видел мир как шахматную доску! — Голос отца врезался в тишину, как клинок в плоть. — Ты научишься видеть слабости раньше, чем их используют против тебя. Понял? Настоящая битва идёт за контроль над собой.

Пол втянул голову в плечи, вдруг ощутив себя тем самым гранитом — непробиваемым снаружи, но треснутым внутри.

— Собирайся. — Отец повернулся к окну, за которым плыли огни мегаполиса. — Мастер не терпит опозданий.

В отражении стекла Пол увидел, как его лицо исказилось и маска благополучия дала трещину. Родной город гудел как живой организм, а он ехал туда, где учат слышать тишину между ударами клинка.

Читать книгу "Нексус" полностью >>

(Спасибо за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу!)

Внезапно дверь открылась. Пол вошёл в чёрной футболке с провокационной надписью: «Деньги не воздух, но попробуй без них выживи!», держа стакан зелёного чая. Его взгляд излучал уверенность, а в глазах плясали озорные искорки.

— Серьёзность — это когда вы доверяете алгоритму, а не куску шёлка на шее, — ухмыльнулся он, словно прочитав мысли Марка. — Кстати, ваш винный фонд, Марк, только что потерял два процента. Хотите спасти своё бургундское — продавайте.

Марк побледнел, хватаясь за трость. Томас достал телефон, пряча усмешку.

— Пол, ваш фонд показал восемьдесят пять процентов доходности, — произнёс Марк, оглядывая голые стены. — Но ваши методы… это же чистой воды казино, а не финансы.

Пол рассмеялся, запуская голограмму с данными.

— Гарантии? Вы пришли не на банкет, а в лабораторию, — сказал он, указывая на мерцающие графики. — Вот ваши страховки — двенадцать миллионов транзакций в секунду. Ваш страх и жадность — наш алгоритм уже купил их… пока вы завязывали галстук.

— Мы слышали, ваш ИИ сливал наши акции, чтобы купить бразильский крипто-мусор, — возмутился Томас. — Это не инвестиции, а саботаж!

Пол встал, прищурив глаза. На экранах заплясали изображения угольных карьеров и нефтяных вышек.

— Саботаж? — спросил он. — Ваши портфели двадцать лет пожирали это. Я просто заменил лопаты на нейросети.

Марк перебирал чётки с Лазурного берега.

— Бог не простит игры с судьбами, — произнёс он. — Ваши алгоритмы… они же могут ошибиться?

Пол включил запись, где голос Януса на ломаном французском предсказывал обвал швейцарского франка.

— Ошибка — это когда вы платите два процента комиссии за надёжность, — сказал он, поворачиваясь к Марку. — Вчера Янус обвалил ваш любимый фонд шампанского на десять процентов, чтобы мы купили акции австралийских дронов. Вы получили двадцать процентов прибыли за пять часов. Грешно? Тогда кайтесь в церкви прибыли!

— Нам нужен контроль, — настаивал Томас, сжимая договор. — Хотя бы право вето на сделки!

Пол подошёл к окну.

— Контроль? — спросил он, доставая чип «красный выключатель», обёрнутый в этикетку от шато-марго. — Нажмите, и ваш капитал превратится в пыль. Или пейте вино, пока мы делаем историю.

В комнате повисла тишина.

Томас медленно подписал договор. Его лицо напоминало выражение шахматиста, проигравшего компьютеру.

— Дьявол носит Прада, — пробормотал он, — а гении носят кроссовки. Я в деле.

Марк, бледный как полотно, уронил трость.

— Пол, передайте мне бумаги, я тоже! — произнёс он, словно подписывая свой финансовый приговор.

В этот момент будущее их капиталов растворилось в воздухе, как утренний туман над Ла-Маншем, уступая место новой эре финансовых возможностей, где правила писались заново, а старые догмы превращались в пыль под ногами нового поколения финансовых гениев.

Читать книгу "Нексус" полностью >>

(Спасибо за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу!)