Кадры из Творческих и Коммерческих работ за этот период.

Продолжаю Экспериментировать с разными стилями покадровой и перекладочной анимаци и эффектов

Софт: Animate, After Effects, Krita, Premiere Pro

Шло время. Дочь росла, рисунки сменялись другими делами. Я думал, что та наша «творческая связь» осталась где-то в старом жестком диске.

Но она мне присылает... своих персонажей. Со своими именами, характерами, историями. В первое время, я просто принимал их, обсуждали каждого персонажа. Кто такой? Почему он таким стал? Каковы были условия, что привело его к этому? Какая боль у него внутри и т.д. В основном, это были просто мои вопросы, а ее ответы по детски односложны.

Сегодня я хочу вас познакомить с одним из персонажей. Знакомьтесь — это Лэнс.

Дальше случилась магия.

Я попросил девушку дизайнера, которая учится на дизайнера и пробует свои силы в использовании инструментов ИИ, Лану, за что ей отдельное СПАСИБО!
Оставлю ее контакты, а вдруг, кому тоже нужны будут ее услуги:

Лана в ТГ: https://t.me/+h2cyCHnNgE8wZTgy

Лана в ватцап: +7 914 828 9936

И вот Лана помогла нам превратить статику в движение через нейросети. И у нас получился маленький мультик.

Скрины процесса — как рождался персонаж: от первых каракуль до финального образа.
Первая анимация — которую я когда-то сам делал в AE (через Алису, да, смешно звучит, но так и было). Она кривая, ламповая и безумно дорогая мне.

Сам мультик — уже сделанный в ИИ, с плавными движениями и цветом.

И рассказ — который мы написали вместе с дочкой. И тут тоже без помощи ИИ)

Эпизод 63: Карта и территория
Память — это мышца. Лэнс повторял это себе каждое утро, просыпаясь на матрасе, пахшем пылью и старым страхом. Память — это мышца, которую он качал, чтобы помнить. Помнить расположение руин, где крыша вот-вот рухнет. Помнить узор инея на стекле, который означал слабое место. Помнить лицо сестры, которую он не смог вытащить из-под завала. Он сжимал эти воспоминания, как сухпай, до последней крошки, и они делали его сильнее. Холоднее.
Его звали Лэнс. Команда 53. Картограф.
Они двигались по Аллее Павших Тканей — так Лэнс обозначил это место на своей карте. Раньше тут был проспект с дурацким названием в честь какого-то цветка. Теперь это была глотка, выстланная острыми осколками бетона и железа. Снег здесь был не белым, а пепельно-серым, и хрустел на зубах, как толченое стекло.
Мэри шла сзади, ее дыхание вырывалось ровным паром. Она не болтала. Он научил ее этому. Звук — это валюта, которую ты платишь за внимание. Внимание каннибалов. Внимание охотников.
Он поднял руку в кожаной перчатке, сжал кулак. Стоп. Мэри замерла мгновенно, вжимаясь в тень вывернутого наизнанку автобуса. Ее глаза, широкие и слишком живые для этого мира, смотрели на него, а не вперед. Она все еще доверяла ему больше, чем себе. Глупость, за которую рано или поздно придется заплатить.
Лэнс медленно опустился на одно колено. Его пальцы скользнули по шершавой поверхности тротуара. Песок. Мелкий, почти не тронутый ветром. И на нем — четкий, как на учебном пособии, след. Не кожаный ботинок поисковика. Не стоптанная колодка из Центра. Это была обмотка из грязной ткани. Каннибалы. Любители тишины и мягких шагов.
«Один. Свежий», — его голос прозвучал как скрип ветки. Он не смотрел на Мэри, ведя пальцем по следу. «Пошел в сторону Эхо-Парка. Минут двадцать назад».
Мэри кивнула, ее пальцы сжали древний монтировку — ее «жезл», как она ее называла. «Значит, идем дальше?»
Он поднялся, отряхивая колено. Мышцы на спине напряглись, как тросы. «Мы идем назад».
«Что? Мы же почти у цели. Тот склад с медикаментами...»
«Это приманка, Мэри». Он повернулся к ней. Лицо ее было бледным пятном в полумгле, губы поджаты. Ребенок, которому отказали в мороженом. В мороженом из трупов крыс. «Они умнее, чем ты думаешь. Один след — это письмо с приглашением. Иди за мной».
«Ты несешь чушь, Лэнс. Мы проверили район. Он чистый».
«Районов не бывает. Есть направления. И направления меняются. Как и люди». Он взял ее за локоть, жестко, повел за собой. Его прикосновение было быстрым и безличным, как удар щупа. Он чувствовал, как дрожь пробежала по ее руке, и отпустил. Привязанность — это дыра в броне. Дыра, в которую вливается холод.
Они свернули в узкий проулок, где тень съедала последние клочья серого света. И тут она его поймала. Ее рука легла на его предплечье, заставив его снова остановиться. Но на этот раз не из-за опасности.
«Смотри», — прошептала она.
В нише между двумя стенами, под козырьком из шифера, рос цветок. Маленький. Желтый. Как кусочек старого солнца, упавший с неба и проросший сквозь пепел и отчаяние.
Лэнс смотрел на него, и его мозг, этот идеальный инструмент для вычисления угроз и дистанций, дал сбой. Он не мог классифицировать этот объект. Он не представлял питательной ценности. Не был оружием. Не был полезен для карты. Он был просто... есть. Абсурдный, упрямый акт неповиновения миру, который давно умер.
Мэри присела, не отпуская его руку, и потянулась к цветку. Не сорвать. Просто дотронуться до лепестка кончиками пальцев.
«Красиво», — сказала она, и ее голос прозвучал так, будто она произнесла запрещенное, магическое слово.
И в этот момент Лэнс почувствовал не страх, не холодный расчет. Он почувствовал прилив чего-то горячего и невыносимого где-то под ребрами. Желание. Желание не выживать, а жить. Желание помнить не только расположение руин, но и то, как свет мертвой звезды отражается в ее волосах, когда она наклоняется к хрупкому, бесполезному цветку.
Он резко дернул ее за руку, заставив встать.
«Они тоже смотрят на красивое»,— его голос сорвался, прозвучал хрипло. «А потом едят его. Иди».
Он потащил ее за собой, прочь от желтого пятна, пылающего в серости, как обвинение. Его сердце колотилось где-то в горле, глупо и по-детски.
Она шла сзади, и он знал, что она улыбается. Черт возьми, он это знал. Она видела его сбой. Она видела трещину.
И пока они пробирались обратно к своим, Лэнс понимал, что самая большая опасность сегодня была не в следах каннибалов. Она была в нем самом. В тепле, которое разлилось по его жилам, когда ее пальцы коснулись его руки. В желании нарисовать на своей карте, полной смерти, один маленький, желтый, ни на что не годный цветок.
И это было страшнее, чем любой голодный вой из темноты. Потому что это нельзя было убить монтировкой. Это можно было только принять. Или умереть, пытаясь задавить это в себе.

Записал голос. Послушал. Ужаснулся. Перезаписал. Смирился.
Ещё раз перезаписал.

3) Монтаж

Вот тут начинается настоящая магия, блядь, вне стен психбольницы.
Открываю After Effects - и всё, время куда-то девается.
Моргнул - уже ночь.
Моргнул второй раз - уже “с холма ли у меня в проекте 328 слоёв, я делаю сраный рекап, а не эффекты для группы Стекловата”.

4) ИИ-картинки

Приходится иишкой перерисовывать скриншоты из фильма (если самому править - вообще сознание потерять можно навсегда):
“ИИ, перерисуй этот кадр”.
ИИ: “понял” - и выдаёт какую-то лютейшую ебанину, где надо ещё понять, а что это, вообще, такое? И это, я напомню, промпт для перерисовки, а не моя насквозь свистящая кукуха, которая попросила нарисовать в точности «забор, гуся, 15% сметану, покрышку и немного бензина. И важно: это всё должно быть одним человеком.»

5) Финал

В итоге я неделю делаю 6 минут.
Выкладываю.

Короче. Да, это пост с рекламой. И что?
Если тебе нравятся пересказы фильмов с сарказмом и матом(иногда)- вот канал: “ЧёЗаКадр” (ссылка там, где обычно ссылки)
Если зайдёшь - оставь метку, «я тут был». Лайк, коммент, след на песке, отпечаток лапы - что угодно.

Суть в том, что это не просто очередная рисовалка, а полноценный комбайн. Внутри интегрировано более 100 топовых моделей через API (fal.ai и Runware).

Что умеет этот зверь:

• Топовая генерация видео: Доступны самые свежие модели, включая Google Veo 3.1, Kling 2.5 и Hailuo-02. Можно создавать ролики как из текста, так и оживлять изображения.

• Работа с картинками: Генерация через FLUX.1 Pro, Imagen 4 или Gemini 2.5 Flash. Плюс, есть инструменты для AI-редактирования фото (удаление объектов, дорисовка).

• Полноценный монтаж: Это, пожалуй, киллер-фича. У вас есть нормальный таймлайн (как в Premiere), поддержка слоев, кейфреймы для анимации и микшер звука. Можно сразу сгенерировать контент, тут же его смонтировать, добавить музыку (которую тоже напишет ИИ) и сделать липсинк.

• Приватность: Все процессы происходят локально. Ваши проекты и ключи хранятся в браузере (IndexedDB), ничего не улетает на сторонние сервера для «анализа».

• Контроль бюджета: Встроена детальная аналитика расходов. Вы видите, сколько стоит каждая генерация, и можете выбирать провайдера подешевле или помощнее.

По заявлению разработчика, инструмент способен заменить связку Premiere Pro и After Effects для создания контента. Учитывая, что рендеринг идет через FFmpeg.wasm на стороне клиента, работает все довольно шустро.

Проект с открытым кодом, забрать и потестить можно на GitHub.

Мой канал в Telegram: Хак Так https://t.me/Xak_Tak/39