Император Нерон Клавдий Цезарь Август Германик родился 15 декабря 37 года в семье Гнея Домиция Агенобарба и Агриппины Младшей, дочери популярнейшего римского полководца Германика и сестры императора Калигулы.

При рождении он получил имя Луций Домиций Агенобарб. Однако, в 39 году, после смерти любимой свой сестры Друзиллы, Калигула обвинил двух других сестер, Ливиллу и Агриппину в заговоре в пользу мужа Друзиллы, Марка Эмилия Лепида и сослал их на один из Понцианских островов - Пандетерию.

Условия ссылки были чрезвычайно тяжелыми. Калигула запретил оказывать сестрам какую-либо помощь, однако они научились нырять за губками на морское дно и за счет продажи собранного, смогли прокормиться.

Ребенок остался с отцом, но после его смерти в 40 году, попал под опеку тетки со стороны отца - Домиции. После смерти Калигулы, в 41 году, Клавдий возвратил Агриппину из ссылки. В 49 году она вышла замуж за Клавдия и стала Августой.

Дальнейшие события я довольно подробно изложил в рассказе об императоре Клавдии. Вкратце повторю основные вехи. Агриппина страстно желала сделать своего сына императором и для достижения этой цели шла, используя любые средства.

Молодой Нерон

В 50 году Агриппина уговорила Клавдия усыновить Нерона, который перешел в связи с этим в род Клавдиев и получил имя Нерон Клавдий Цезарь Друз Германик.

Поскольку Нерон был тремя годами старше родного сына Клавдия - Британника, он стал наследником первой очереди, оттеснив сводного брата на второй план. Окончательно Нерон закрепился на первом месте в иерархии наследников после того, как женился, по настоянию Агриппины, на дочери Клавдия – Октавии.

Свадьба состоялась в 53 году. Единственным препятствием к достижению трона оставался Клавдий, и, как и следовало ожидать, Агриппина его отравила. 13 октября 54 года Нерон был провозглашен новым императором. Молодому человеку было 17 лет.

Он был совершенно неопытен и не выказывал особого рвения к государственному управлению. Еще будучи ребенком, он любил творческие занятия: поэзию, музыку, рисование, театр, резьбу по дереву, а к наукам, необходимым для управления империей, относился холодно.

Сначала подлинным правителем государства была властная Агриппина, однако император быстро стал тяготится таким положением дел и, постепенно отстранил ее от управления империей, перепоручив эти обязанности фактически двум людям.

Луций Анней Сенека

Это были известный философ Луций Анней Сенека, которого сама Агриппина еще в 49 году возвратила из ссылки специально для того, чтобы он стал воспитателем юного Нерона, а также префект преторианцев Секст Афраний Бурр.

В течение семи лет, то есть, практически всю первую половину правления Нерона, они были фактически правителями Рима.

Во время своего правления эти деятели, как говорится, охулки на руку не клали, и изрядно разбогатели. Так, Сенека, воспользовавшийся своим положением, сумел сколотить состояние в 300 миллионов сестерций.

Но Сенека и Бурр тесно сотрудничали и проводили весьма продуманную и осмысленную политику, и у историков постоянно возникает соблазн назвать эти 7 лет едва ли не лучшими для империи в І веке.

Бурр перед Нероном. Художник Отто Валлгрен

Немалых успехов добились они во внешней политике. Так, Сенеке и Бурру удалось блестяще решить весьма болезненную армянскую проблему. Еще при Клавдии началась серия римско-парфянских войн, основной задачей которых было превращение Армении в зависимое государство либо от Римской империи, либо от парфян.

Римляне пытались поставить на армянский престол своего ставленника, парфяне – своего. Уступать никто не хотел и, казалось, войнам не будет конца. Армения для Рима была как чемодан без ручки: и бросить жалко, и удержать невозможно. Тогда в Риме решили сбагрить с рук столь дорогостоящий приз, сохранив, однако, при этом престиж.

Нероновская администрация признала царем Армении парфянского ставленника – Тиридата, брата парфянского же царя Вологеза І при условии, что он отправится в Рим, где принесет вассальную присягу и получит царскую тиару из рук Нерона. Результат превзошел самые оптимистические ожидания.

Тиридат

Тиридат (в армянской традиции Трдат І) посетил Рим, где его приняли с большой помпой, принес там присягу и действительно стал весьма лояльным вассалом Рима. В результате Армения по-настоящему вошла в орбиту влияния Рима, все разногласия с Парфией надолго ушли в небытие, а на Востоке на несколько десятилетий воцарился вожделенный мир.

Не случайно, после гибели Нерона, именно на Востоке появилось несколько Лже-Неронов, получивших значительную поддержку народа, наслаждавшегося, благодаря политике нероновской администрации, благами длительного мира.

Точно также, путем умелого совмещения разумного применения силы и необходимых компромиссов, удалось надолго умиротворить Британию после восстания Боудикки.

Внутренняя политика также была весьма успешной. В эпоху раннего Нерона было налажено деловое сотрудничество императорской администрации с сенатом, который был привлечен к решению важнейших вопросов внутренней политики.

Сестерций Нерона. Аверс: Нерон, реверс: Нерон и солдат верхом на конях

Значительную популярность принесла Нерону борьба с коррупцией. Увы, мой читатель, вопрос борьбы с коррупцией актуален не только ныне, но был весьма животрепещущим и в эпоху Нерона.

Налоги собирали откупные компании, щедро делившиеся с представителями местной администрации сверхприбылями с тем, чтобы они не замечали многочисленных нарушений закона при собирании налогов.

Теперь, надзор за деятельностью откупщиков был возложен на чиновников ведомства «a rationibus» («относительно счетов») императорской канцелярии, преимущественно вольноотпущенников, имевших значительно меньше возможностей для личного обогащения, чем сенаторы и всадники из провинциальных администраций.

Немало должностных лиц, обвиненных в коррупции и вымогательстве, пошли под суд. К тому же сами налоги и сборы были уменьшены вдвое, а на продовольственные товары, ввозимые морским путем, налоги были и вовсе отменены.

Следует также отметить, что Сенеке и Бурру удавалось сдерживать артистические увлечения императора в рамках приличия и, таким образом, избегать скандалов.

Нерон

Однако Агриппина постоянно старалась оттеснить Сенеку и Бурра от управления государством. У нее тоже был штат своих сотрудников, который возглавлял опытнейший вольноотпущенник Марк Антоний Паллас (Паллант), бывший одним из наиболее влиятельных чиновников еще в императорской канцелярии еще при Клавдии. Он, между прочим, сумел нажить состояние в целых 400 миллионов.

Однако, после недолгой борьбы, партия Бурра и Сенеки победила, и в 55 году Агриппина вместе с Палласом была полностью устранена от управления и удалена из дворца. В конце 58 года поползли слухи, что Агриппина плетет нити заговора, пытаясь отстранить сына от власти и Нерон принял решение ее убить.

Трижды он пытался ее отравить, но осторожная Агриппина, очевидно, принимала противоядие (в качестве такового называют териак, изобретенный врачом Нерона – Андромахом).

Затем был разработан сложнейший план, позволявший убить Агриппину и, в то же время не навести подозрения на Нерона, чтобы он не слыл матереубийцей).

Кораблекрушение Агриппины. Художник Густав Вертхаймер

Был построен корабль, который, при помощи специального механизма распадался на части и корабль тонул моментально. В каюте, над ложем Агриппины была подвешена специальная плита, которая должна была в нужный момент упасть на постель Агриппины.

Но и это покушение не удалось. Свинцовую плиту задержала высокая спинка кровати, а механизм разрушения корабля не сработал. Корабль накренился и Агриппина, великолепная пловчиха, спрыгнув за борт, вплавь добралась до берега. Перепуганный Нерон приказал ее убить уже невзирая ни на какие условности.

Тацит сообщал, что, когда «центурион обнажил меч, чтобы ее умертвить, она, подставив ему живот воскликнула «поражай чрево», очевидно, давая понять, что раскаивается в том, что родила такого сына.

Хотя, тот же Тацит, утверждал, что Агриппина уже давно знала о своей судьбе ибо за много лет до смерти обратилась к халдейским магам с вопросом о судьбе Нерона. Когда она услышала, что ее сын будет властвовать, но умертвит мать, она сказала «Пусть умерщвляет, лишь бы властвовал».

К чести Бурра и Сенеки, Нерон решился на убийство матери, очевидно, не заручившись их согласием. По крайней мере, известно, что исполнителями убийства были не подчиненные Бурру преторианцы, а флотские офицеры.

Нерон у трупа Агриппины. Художник Антонио Рицци.

Это случилось в 59 году. Как ни удивительно, но убийство матери, Нерон, как сообщают современники, тяжко переживал, испытывая муки совести.

В 58 году Нерон увлекся женой будущего императора Марка Сальвия Отона, Поппеей Сабиной, женщиной весьма сомнительных моральных качеств, и развел ее с мужем. Он вознамерился на ней жениться, но, поскольку против разрыва с Октавией выступил Бурр, он некоторое время сожительствовал с Помпеей.

Настоящим Рубиконом, подведшим черту под относительно благополучным периодом правления Нерона, стала смерть Афрания Бурра, последовавшая в 62 году. Он умер от опухоли в горле, хотя современники обвиняли в его смерти Нерона, который якобы передал ему яд под видом мази для горла. Что ж, эта версия правдоподобна, учитывая влияние на императора Поппеи, для которой Бурр был как кость в горле.

Смерть Сенеки. Художник Жан Луи Давид

Соратник Бурра, Сенека, был обвинен в растрате и был отстранен от дел, а в 65 году по приказу Нерона, покончил с собой. С Октавией Нерон развелся и, наконец, женился на Поппее. Вдобавок Октавия, была обвинена в заговоре и убита (собственно, ей насильственно вскрыли вены на руках и ногах).

Характерный штрих – голову убитой Октавии привезли показать торжествующей Поппее. Следует отметить, что замужество не принесло счастья и Поппее. В 65 году, во время одной из ссор, пьяный Нерон пнул беременную Поппею ногой в живот. Императрица и ее нерожденный ребенок, погибли. После смерти Поппеи Нерон пустился в сексуальное распутство в духе Калигулы.

Как указывал Светоний, «он справил свадьбу с мальчиком Спором…, чрезвычайно похожим на Поппею…, с великой пышностью ввел его в свой дом и жил с ним как со своей женой.

Поппея Сабина

В связи с этим, в Риме стала популярной шутка: «как счастливы были бы люди, если бы у Неронова отца была бы такая же жена». Позже он устроил свадьбу с отпущенником Дорифором (некоторые авторы называют его Пифагором), но теперь Нерон был в роли невесты, а не жениха.

Нередкими были разнузданнейшие оргии, во время которых, как отмечал Светоний, Нерон «в звериной шкуре выскакивал из клетки, набрасывался на привязанных к столбам голых мужчин и женщин и, насытив дикую похоть, отдавался вольноотпущеннику Дорифору».

Возобновились процессы по оскорблению величия, в результате которых приняли смерть многие римляне, в том числе и Марк Антоний Паллас. Вообще, согласно Светонию, «он казнил уже без меры и разбора кого угодно и за что угодно». Начались массовые конфискации имущества у представителей высших слоев. Расцвело доносничество.

Сенеку и Бурра заменили Фений Руф и Гай Софоний Тигеллин – новые префекты претория. Это были люди иного пошиба, чем их предшественники – совершенно аморальные и жестокие, окружившие Нерона толпой льстецов, превозносящих до небес любое деяние императора и тот совершенно утратил связь с реальностью

В этот период Нерон уж совершенно утратил интерес к управлению государством и фактическими правителями Рима стали Руф и Тигеллин, а после казни Фения Руфа в 65 году и до смерти Нерона – единолично Гай Софоний Тигеллин.

Нерон в театре в женской роли

Интересы Нерона сосредоточились на искусстве. Нерон любил петь, играть на кифаре, сочинял пьесы и стихи, наслаждался участием в соревнованиях поэтов, а также спортивных состязаниях на колесницах. Весьма тщательно он работал над эпической поэмой о гибели Трои.

Долгое время Бурр и Сенека не допускали выступлений императора на широкой публике – он декламировал стихи и музицировал перед избранными зрителями, преимущественно на банкетах. Однако, после смерти Бурра и отстранения Сенеки, Нерон, под влиянием придворных льстецов, поверил в свой талант и в 64 году впервые выступил в Неаполе публично.

На фестивале «Квинквеналия Нерония» в 65 году император выступил уже перед многочисленной римской публикой. Следует отметить, что Нерон относился к состязаниям очень серьезно, очень опасался, что судьи могут снять его с соревнований за невольное нарушение их правил, и, поэтому скрупулезно их соблюдал.

Получая приз за победу, он искренне верил в объективность судей и чрезвычайно радовался своим заслуженным, по его мнению, победам.

Нерон в фильме «Quo vadis», 1951 г. В роли Нерона – Питер Устинов

Нельзя сказать, что Нерон был совершенно бесталанным, его стихи хвалили многие современники, на все же, глава государства должен все-таки уделять хотя бы часть своего времени своим прямым обязанностям.

Венцом поэтической и артистической карьеры Нерона было участие в 66 году в специально организованных для него Олимпийских играх в Греции. Нерону захотелось блеснуть своим талантом на родине искусства и спорта, перед наиболее искушенной эллинской публикой.

Льстивые греки во всех соревнованиях, разумеется, присуждали ему победу, даже если было совершенно очевидно, что это не так. Так, в одном из состязаний, Нерон управлял колесницей, запряженной десятью лошадьми и был выброшен из нее. И хотя он не смог продолжить гонку, ему была присуждена награда, за что судьи получили, между прочим, миллион сестерций.

Нерон в фильме «Quo vadis», 2001 г. В роли Нерона – Михал Байор

Растроганный Нерон в награду за теплую встречу освободил греческие полисы от налогов – дал Греции свободу. Впрочем, греки пользовались этой свободой недолго, Веспасиан, придя к власти, немедленно отменил эту свободу, заявив в своем неподражаемом стиле, что грекам еще надо дорасти до свободы.

Рассказ о Нероне был бы неполным, если не упомянуть о пожаре Рима и событиях с ним связанными. В ночь на 19 июня 64 года в Риме вспыхнул наибольший за всю историю Рима пожар, бушевавший пять дней. В ходе пожара из 14 кварталов Рима уцелело лишь 6, множество людей погибло.

Распространились слухи, что виновником пожаров был сам Нерон. Так Светоний сообщает, что многие жители «ловили у себя во дворах его слуг с факелами и паклей, но, не осмеливались их трогать», а сам Нерон «на этот пожар смотрел с одной из башен, наслаждаясь, по его словам, великолепным пламенем, и в театральном одеянии пел поэму «Крушение Трои», собственного сочинения». Другие авторы также обвиняют Нерона в поджоге, но не из эстетических, так сказать, побуждений, а чтобы сжечь трущобы и расчистить место для перестройки Рима.

Нерон смотрит на сожжение Рима. Художник Карл фон Пилоти

Впрочем, если верить Тациту, Нерон, во время пожара находился в Анции и никакого отношения к поджогу не имел. Наоборот, услышав о пожаре, он немедленно явился в Рим и принял самое деятельное участие в устранении его последствий. Для оставшихся без крова римлян он открыл свои дворцы, спешно возвел новые строения, чтобы разместить в них толпы обездоленных переселенцев и сделал все возможное для обеспечения их продовольствием, причем резко снизил цены на хлеб.

Однако слух о вине Нерона, о том, что он сжег Рим ради чтения своей поэмы, упорно распространялся и императору необходимо было срочно найти виновников пожара. Долго искать не пришлось. Были обвинены христиане, довольно многочисленная община которых уже находилась в городе.

Обычаи христиан были непонятны римлянам, о них выдумывали различные небылицы и поэтому обвинения пали на благодатную почву.

Тацит писал об этом так: «и вот Нерон, чтобы побороть слухи приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, кто своими мерзостями навлек на себя всеобщую ненависть, кого толпа называла христианами…

Христианские мученики перед выходом на арену. Художник Константин Флавицкий

Их умерщвление сопровождалось издевательствами, ибо их «облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзаны насмерть собаками, распинали на крестах, или обреченных на смерть в огне поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения».

Не преминул Нерон и организовать зрелища для утехи толпы. Христиан выводили на арену цирка, где под радостное улюлюканье зрителей их травили специально обученными зверями.

По преданию, во время этих гонений были казнены апостолы Петр и Павел, пребывавшие в то время в Риме. Павлу, как римскому гражданину отсекли голову, Петр был распят на кресте.

Поскольку Петр считал себя недостойным умереть так, как умер Спаситель, он попросил распять себя головой вниз и по преданию, принял смерть в перевернутом виде.

Эти события, пожар Рима, преследования христиан, смерть Петра, описал Генрик Сенкевич в своем романе «Quo vadis» («Куда идешь»), на сюжет которого было создано несколько очень неплохих экранизаций.

В романе апостол Петр, поддавшись уговорам членов общины покинуть город и спастись бегством от гонений, встретил на Аппиевой дороге Христа.

Последняя молитва христианских мучеников. Художник Жан-Леон Жером

На вопрос апостола «куда идешь, Господи?», Христос ответил «Иду, чтобы снова быть распятым, раз мой апостол покинул верных». Устыдившись, Петр вернулся в город и отдался в руки властей.

После пожара в связи с необходимостью найти деньги на восстановление Рима снова увеличились налоги, резко усилилось давление на провинции, причем власти не гнушались даже изымать ценности из провинциальных храмов. Все это вызывало значительное неудовольствие в народе и приводило к восстаниям.

В марте 68 года поднял восстание наместник Лугдунской Галлии Гай Юлий Виндекс на помощь которому пришел наместник Тарраконской Испании, популярный полководец Сервий Сульпиций Гальба. Поскольку германские легионы заняли выжидательную позицию, Гальба без помех быстро двинулся к Риму, встречаемый везде толпами народа.

После того, как перепуганный сенат объявил Нерона врагом народа и особенно после сообщения, что преторианцы, во главе с Тигеллином готовы принести присягу Гальбе, Нерона покинули все окружающие.

Сервий Сульпиций Гальба

Император с четырьмя, оставшимися у него, спутниками, покинул дворец и отправился на загородную виллу в 4 милях от Рима. Нерон приказал выкопать для него могилу, но не смог совершить самоубийство.

И лишь услышав стук копыт преследователей, он, с помощью своего секретаря Эпафродита перерезал себе горло. Перед смертью Нерон повторял фразу «Какой великий артист погибает».

Так погиб император, имя которого стало нарицательным для обозначения жестокого и бездушного правителя, и названный в Апокалипсисе Антихристом.

Смерть Нерона. Художник Василий Смирнов

И в завершение, хочу пригласить всех, интересующихся историей, пересмотреть мои ролики на Ютубе, сосредоточенные на канале "Mihnik"

https://www.youtube.com/channel/UCg3j5quaczAxjDnSdz9ropA

Буду чрезвычайно благодарен тем моим читателям, кто подпишется на этот канал; это позволит донести мои мысли большему количеству людей. Очень хочется быть услышанным. Благодарю вас.

Спасибо @user7682277 за донат, отправленный в поддержку моего блога!

1 августа 527 года скончался император Восточной Римской империи Юстин I. Причиной его смерти стала загноившаяся рана на ноге, которая, по всей видимости, привела к заражению крови. За несколько месяцев до этого все вокруг, включая самого Юстина, понимали, что конец императора близок, а поэтому нужно было срочно решить вопрос с наследником. В конце концов, Сенат уговорил Юстина назначить соправителем своего племянника Юстиниана, которому и перешла власть в империи после кончины Августа. Вместе с Юстинианом на престол взошла его жена Феодора - женщина с крайне сомнительной репутацией.

Феодора происходила из небогатой семьи. Ее отец работал дрессировщиком медведей в константинопольском цирке, а мать была актрисой, так что немудрено, что и сама Феодора уже возрасте 7 лет стала принимать участие в цирковых представлениях. Однако по словам византийского хрониста Прокопия, арена цирка служила будущей императрице лишь рекламной площадкой для продажи куда более прибыльных услуг. Он прямо обвинял Феодору в занятии проституцией с малых лет и сообщал, что во время представлений она искусно танцевала непристойные танцы (во время одного такого представления дрессированные гуси вытаскивали зерна ячменя из-под узкой полоски ткани, прикрывающей ее интимные места), что позволило ей стать куртизанкой, ублажавшей развратных имперских чиновников. Примерно подобным образом с ней познакомился и сам Юстиниан. Также современник Феодоры Иоанн Эфесский в своём сочинении «Жития восточных святых» назвал её «Феодорой из борделя». Трудно сказать, были ли правдивы все эти слухи, но они точно никак не повлияли на головокружительную карьеру византийской императрицы.

Став полноправным правителем, Юстиниан запустил грандиозную правовую реформу в своей империи. В одном из посланий своей знати он писал: «Величие империи должно быть не только прославлено силой оружия, но и вооружено законами, чтобы надлежащим образом управлять как в мирные времена, так и во время войны». Император создал специальную комиссию, которая скомпилировала все известные законы со времен Октавиана Августа, правившего в I веке до н.э, в единый свод римского права, вошедший в историю как Кодекс Юстиниана. Свод состоял из 12 томов и охватывал все аспекты гражданского, церковного, уголовного и публичного права. Также император приказал создать "Институции" - учебник-справочник по изданным законам, который должны были изучать все студенты юридических школ Византии, что позволило бы передать образ правовой мысли Юстиниана будущим поколениям. Кодекс Юстиниана оказал огромное влияние на развитие европейского права. Именно его изучали студенты первых университетов, открытых в 12 веке в Болонье, Париже и Оксфорде. По его подобию был написан Кодекс Наполеона, по которому была проведена великая реформа жизни французского общества в 1804 году. Да и современные правовые государства живут по законам, чьи прообразы заложил Юстиниан в далеком 529 году.

Также, будучи убежденным христианином, император вел безжалостную борьбу с безнравственностью и распущенностью. Особенно беспощадно Юстиниан карал людей, уличенных в содомии и педофилии. В 528 году состоялся суд над несколькими епископами, обвиненными в мужеложстве. По его решению одного священника после жестоких пыток изгнали из Константинополя, а другому отсекли член, после чего его уже покалеченного на носилках пронесли по городу. Простым горожанам, уличенных в педерастии, вставляли в пенис острые соломинки и подвергали их публичным унижениям на форуме.

Пытаясь привести все население своей империи в христианство, Юстиниан запретил язычникам учить студентов и преподавать труды не христианских философов и ученых в своей империи. Это привело к настоящей утечке мозгов из Византии в Персию и очень поспособствовало в будущем бурному развитию наук в арабских странах, в то время как Европа на многие века впала в религиозное забвение. Во многом из-за такого необдуманного решения Юстиниана шею Средневековья крепко охватил ярлык "Темные века".

В 532 году правление Юстиниана подверглось первому серьезному испытанию. В VI веке самым популярным видом массовых развлечений в Константинополе были гонки на колесницах, которые проходили на огромном U-образном ипподроме. Византийская Формула 1 привлекала на трибуны тысячи зрителей, которые, подобно нынешним футбольным фанатам, объединялись в группировки. В византийской столице их было четыре: Зеленые, Синие, Красные и Белые. Самыми крупными из них были Зеленые и Синие. Члены этих фракций сидели блоками на Ипподроме и придерживались общих позиций по религиозным и политическим вопросам, рассчитывая, что их коллективный голос сможет повлиять на решения имперской администрации. Юстиниан в молодости был сторонником Синих, однако, став императором, он начал одинаково пренебрежительно относиться ко всем партиям.

В январе 532 года во время очередного заезда колесниц на трибунах вспыхнула драка между Зелеными и Синими, в результате которой погибло несколько человек. Юстиниан приказал арестовать и повесить главных зачинщиков. Во время казни под приговоренными сломалась виселица, и одному Зеленому и одному Синему удалось бежать и укрыться в ближайшей церкви. Впрочем, имперская стража вскоре их там нашла и вновь арестовала. Пока обвиняемых держали в тюрьме в ожидании новой казни, их сторонники из фракций Зеленых и Синих забыли о своей вражде и сообща требовали у императора их помилования, однако Юстиниан был непреклонен. В результате 13 января после очередных скачек Зеленые и Синие объединились и с криками "Ника"(побеждай) вместе пошли спасать своих братушек из неволи. Константинополь мигом погряз в хаосе. Восставшие поджигали дома и к вечеру освободили своих товарищей, однако к этому моменту в яростном экстазе они припомнили Юстиниану высокие налоги и царящую коррупцию и лишь увеличили свой напор. На следующий день они подожгли ипподром и стали требовать от императора увольнения его приближённых, повинных, по мнению бунтовщиков, во всех бедах в империи. Юстиниан в надеже прекратить мятеж согласился, однако и это не помогло. В течении следующей недели восставшие уничтожили военный отряд, направленный на их подавление, сожгли почти всю центральную часть Константинополя и провозгласили новыми императорами двух племянников бывшего императора, Ипатия и Помпея... Юстиниан уже подумывал отречься от престола и бежать из города, однако его остановила императрица Феодора, сказав мужу: «Тому, кто однажды царствовал быть беглецом, невыносимо» и добавила, что не хотела бы «дожить до того дня, когда встречные не назовут меня госпожой». Юстиниан послушался жену и решил действовать. 8 января, когда восставшие собрались на ипподроме для коронации Ипатия, он направил туда свою армию с приказом безжалостно вырезать всех бунтовщиков. В результате резни было убито около 30 000 тысяч человек, и бунт наконец-то был подавлен.

После подавления восстания Юстиниан активно занялся восстановлением сгоревшего центра Константинополя. Первым делом по его приказу начали отстраивать собор Святой Софии, которую и сегодня можно лицезреть в Стамбуле. Правда, в нынешнее время собор представляет уникальную смесь христианской церкви и мечети.

Летом 533 года Юстиан собрал огромное войско из 15 000 воинов и отправил его отвоевывать земли Северной Африки, которые оккупировали германские племена вандалов. Византийская армия с легкостью уничтожила противника и захватила в плен короля вандалов Гелимера. Летом 534 года его провели по Константинополю вместе с 2000 тысячами пленных вандалов, сняли с него королевскую мантию и заставили пасть к ногам Юстиниана. Император пощадил своего коллегу и отправил его на ПМЖ в Малую Азию. После этого византийские войска вторглись в Италию, чтобы вырвать ее из рук остготов. Вскоре они сумели захватить Рим и осадили столицу Равенну, после чего заключили с германцами перемирие, по которому за варварами оставался север Италии, а византийцам отходил юг. Юстиниан не стал пытаться освободить всю Италию, потому что примерно в это же время персидская армия под командованием Хосрова I вторглась Сирию, и византийцем пришлось воевать на два фронта.

В 541 году на Византию обрушилась чума. Предположительно, болезнь возникла в горах Тянь-Шаня, откуда ее по региону разнесли торговцы. К этому моменту византийцы уже несколько лет страдали от неурожая, вызванного внезапным похолоданием. По всей видимости, в нем были повинны два крупных извержения вулканов в Исландии и в Сальвадоре. Огромное облако вулканического пепла накрыло большую часть планеты, что привело к глобальному похолоданию, которое фактически отменило летний сезон на большей части византийской территории. Жители, спасаясь от голода, были вынуждены кучковаться в городах, что прекрасно способствовало мгновенному распространению смертоносной болезни. В июле 541 года население небольшого городка Пелусий в дельте Нила начало массово гибнуть. Оттуда болезнь вместе с торговыми караванами устремилась в направлении Малой Азии и Северной Африки и в течении двух лет распространилась по всей империи. По словам Иоанна Эфесского, посланного императором крестить язычников в Малую Азию, он попал в царство смерти. В городах, через которые он проезжал, по улицам бродили живые мертвецы - их животы были раздуты, глаза налиты кровью, а изо рта сочился гной. Улицы были забиты гниющими трупами, которые было некому убрать. Всех, кого болезнь обошла стороной, охватил первобытный ужас. Многие люди ходили с привязанными к рукам табличками: «Я такой-то, сын такого-то из такой-то местности. Если я умру во имя Господа и ради милосердия Его, оповестите моих родных, пусть придут похоронить меня...»

Не лучше была ситуация и в Константинополе, где, по словам хрониста Прокопия, умирало около 10 000 человек в день. Не обошла болезнь и Юстиниана, который впал в горячку после укуса блохи. Однако организм императора оказался сильнее вируса, и вскоре он полностью излечился. Вспышки Бубонной чумы мучили Средиземноморье до 749 года и унесли в общей сложности жизни нескольких миллионов (а по самым смелым оценкам несколько десятков миллионов) человек.

В 552 году Византия все-таки окончательно отвоевала Италию у остготов и воздухе повисла перспектива объединения старой Римской империи, однако эти надежды очень скоро разбила новая группа варваров. Лангобарды пересекли Альпы и за 30 следующих лет фактически подчинили большую часть Италии. О воссоединение двух частей Римской империи можно было окончательно забыть.

Юстиниан скончался 14 ноября 565 года. Он остался в истории самым успешным византийским императором, при котором Византия находилась на пике своего могущества. В последующие века византийцы вели непрерывную борьбу сначала с персами, затем с арабами, а потом с крестоносцами, которых они же сами и позвали на помощь в надежде отбить у мусульман потерянные земли. Крестоносная помощь в результате дошла до того, что в результате Четвертого крестового похода в 1204 году латиняне поочередно свергли сразу нескольких византийских императоров и захватили Константинополь ( Падение Константинополя ). Лишь в 1261 году армия никейского императора Михаила Палеолога сумела прогнать крестоносцев из своей бывшей столицы и реставрировать Византийскую империю, которая, впрочем, теперь была лишь тенью самой себя.

В 1299 году на Востоке появилась новая грозная сила - Османская Империя, чьи войска год за годом методично захватывали византийские земли. В результате к 1453 году византийские владения уменьшились до полуострова Пелопонисос (часть Греции), нескольких островов в Эгейском и Мраморном морях и Константинополя, который 6 апреля 1453 года осадила османская армия Мехмеда II. На протяжении 47 дней османы из огромных пушек обстреливали стены византийской столицы и, наконец, 28 мая приступили к решающему штурму. Защитники города отважно сражались с неприятелем, но силы были слишком неравны. Мусульмане ворвались в город, где в последующие дни убили несколько тысяч человек, включая и императора Константина XI.

Мехмед II торжественно вступил в Константинополь и проехал на белом коне по улицам города, любуясь древними строениями, которые он приказал своим людям не разрушать. На этом история Византийской империи, просуществовавшей на свете 1058 лет, была окончена, а Константинополь, один из главных городов христианского мира, перешел во власть мусульман, в чьих руках он остается и по сей день.

А вы уже думали сегодня о Древнем Риме? Поговорим о еде, точнее о важной ее части, без которой невозможно существование общества - о хлебе. Panis Quadratus - типичный и вероятно самый известный хлеб Древнего рима, круглая буханка, разделённая на части (quadra) насечками, обычно крестообразными, для более удобного отламывания.

Тут конечно же стоит вспомнить находку такой буханки в Помпеях (а также бутыли оливкового масла, но это уже другая история).

1 ВАРИАНТ

Ингредиенты для теста:

800 г. цельнозерновой пшеничной или полбяной муки; 2+1/4 стакана воды (зависит от степени помола используемой муки. Более крупная мука впитает больше воды); 10 г. (2 ч. л.) соли; ещё мука для присыпки.

Инвентарь:

Нужна кухонная бечевка или веревк, острый нож, противень или камень для выпечки

Инструкции

Тесто нужно приготовить за день или два до выпечки. Замесите тесто с низким содержанием влаги и дайте ему отдохнуть. Положите тесто в герметичный контейнер и оставьте его отдыхать на столе, а не в холодильнике. Вымешивайте тесто два раза в день по несколько минут. Во время отдыха держите его накрытым.

В день выпечки сформируйте из буханки круглую булочку и слегка прижмите, чтобы она стала плоской. Обвяжите её по окружности кулинарной бечёвкой, чтобы получилась «талия», которая останется на протяжении всей выпечки. Оставьте на час-два. Непосредственно перед выпечкой присыпьте верх мукой и сделайте четыре глубоких углубления бечёвкой.

Выпекайте при температуре 175-200°C в течение 45-60 минут, пока внутренняя температура теста не достигнет 80-90°C.

2 ВАРИАНТ

Ингредиенты:

350 г. полбяной муки; 350 г. ржаной муки; 170 г. закваски; 14 г. морской соли; 350 г. тёплой воды; 170 г. проса; 2 столовые ложки оливкового масла.

Готовую буханку нарезают на клинья. А в чём смысл бечёвки? Во-первых, как видно на фото с хлебом ниже, она помогает нести буханку весом 1,3 кг. Удобно для римского торговца/путешественника/домашнего раба.

3 ВАРИАНТ

Основан на записях Плиния Старшего и описании хлеба из Геркуланума.

Ингредиенты:

550 грамм цельнозерновой муки (50/50 полбы и эммера, так как они были повседневными зерновыми в древнем мире, но пшеница тоже подойдет); 0,4 литра воды; 10 г. соли; 10 г. пшеничной закваски; 1 чайная ложка семян черного тмина (Плиний упоминает их как специю для хлеба).

По желанию: немного крупномолотых семян аниса, тмина и фенхеля. Они усиливают вкус и были легкодоступны.

Инструкции

Растворите соль в воде и добавьте остальные ингредиенты, пока не получится плотное, но эластичное тесто. При необходимости добавьте воды или муки. Оставьте тесто в миске на 24 часа при комнатной температуре. За это время обомните его один-два раза.

Раскатайте тесто в плоскую форму на посыпанной мукой поверхности, слегка выпустив из него воздух. Тесто должно быть похоже на большую хоккейную шайбу. Накройте его кухонным полотенцем и оставьте ещё на 30 минут. Тем временем разогрейте духовку до 240°C (нагрев нужен снизу и сверху).

Выложите тесто на противень с пергаментной бумагой, щедро посыпьте поверхность мукой и сделайте выемки обратной стороной ножа (для деления на порции). Не продавливайте тесто насквозь – хлеб не развалится после того, как поднимется в духовке.

Сделайте отверстие посередине большим пальцем и слегка пошевелите, пока не увидите пергаментную бумагу. Отверстие закроется в духовке. Эти два шага важны, чтобы тесто не поднялось слишком сильно в центре, и вы могли легко разделить клинья позже.

Обвяжите хлеб пекарской нитью (в нижней трети, чтобы она слегка врезалась в тесто, иначе соскользнет в духовке). Выпекайте в течение 45 минут или до тех пор, пока при постукивании снизу не будет слышен глухой звук.

Наслаждайтесь вкусом с оливковым маслом, щепоткой соли, бокалом итальянского красного вина, во славу Империи!

Пост написан живым человеком

Доброе утро, Пикабу! Это @Woolfen, и сегодня я предлагаю посмотреть на то, как Римская империя чуть не самоубилась в 3 веке. Этот кризис часто выбирают как рубеж, с которого началось падение западной части Римской империи. Её упадок и ослабление в этот период не вызывают сомнений. Однако ключевая проблема восприятия кризиса 3 века в том, что мы часто склонны видеть в нем не совсем то, чем он был.

___________________________________________________________________

Оглавление цикла:
Введение
Нарративный источник — царь доказательств?
Археология: вторая среди равных
Методы истории: сила в многообразии
Империя расстояний
Империя городов
Империя вилл?
Кризис 3 века
От контроля цен к руке рынка
Империя налогоплательщиков
Империя обязанностей
___________________________________________________________________

Основной причиной и движущей силой кризиса 3 века, также называемого в литературе "военной анархией", был тот факт, что в период правления династии Северов (193–235 года н.э.) армия стала главной политической силой, которую были неспособны сдерживать прочие институты власти. Сенаторы уже не имели такого влияния, как прежде, и их постепенно выдавливали из армии сами императоры. А бюрократия, формируемая ещё со времен Августа, пока не была способна стать полноценной опорой власти, так как включала в себя слишком мало элит. До определённого момента сдерживало старт кризиса то, что армейские чины не вполне осознавали, какую власть они на самом деле имели, а вот императоры понимали, и поэтому заливали легионы деньгами, всё больше и больше год от года. Рано или поздно такая модель отношений армии и государства неминуемо дала бы сбой, так как нельзя было до бесконечности выкачивать финансовые ресурсы из населения.

Спад экономики, начавшийся еще в середине 2 века н.э., лишь усугубил проблему, приблизив тот момент, когда возможности империи платить войскам начнут серьёзно влиять на политику. Как только легионеры убьют собственного императора Александра Севера за то, что тот откажется идти у них на поводу, то разразится тотальный кризис политической системы, а армия превратится в малоуправляемый генератор постоянных проблем.

Мятежи легионеров и узурпации происходили почти ежегодно, прокатываясь кровавым катком по регионам. Редкий император мог похвастаться смертью в своей постели. На этом фоне осмелели и варвары, начавшие глубокие рейды. Ну а пиком кризиса стало появление сепаратистов. Местные элиты в Галлии и Малой Азии, видя слабость центральной власти, решили, что смогут лучше распорядиться имеющимися ресурсами. Они сумели на некоторое время отделить от империи огромные куски её территории, создав независимые государства.

Картина максимально мрачная, повествующая о глубочайшем упадке римского государства. Однако за ней скрывается куда более сложная история. До недавнего времени считалось, что кризис 3 века вызвал глобальное и значительное падение экономики, которое мешало выйти из него. Но, как мы уже видели в предыдущих частях, некоторый спад начался ещё во 2 веке, и был вызван несоответствием городской экономики её сельскому базису. Снижение числа заселённых участков в сельской местности и в городах сегодня не всегда считается следствием именно кризиса 3 века: ведь многие тенденции в экономике, проявившие себя во 2 веке, продолжились и в 3-м [14: c. 18 - 19, 459-460; 21: с. 177; 29: с. 9; 68: с. 156].

Однако, нужно помнить, что империя была огромна, и многие процессы в ней протекали крайне неравномерно. Упомянутый выше спад в экономической жизни наиболее видим там, где происходили основные боевые действия гражданских войн и вторжений варваров — в северо-восточной Галлии, Италии, Балканских провинциях и Малой Азии. На Южную Галлию и Иберию кризис 3 века не оказал явного влияния [21: с. 391; 29: c. 8; 61]. А в Британии и Африке и вовсе есть признаки экономического подъема [21: c. 209; 36: c. 8; 51: с. 87]. Из-за этого сложно судить о масштабе потерь от кризиса для всего государства. С одной стороны, внутренние конфликты и вторжения варваров не могли не нанести ущерб. С другой же, пока в одних местах гибли люди, уничтожались урожаи и рушилась торговля, в другие перетекали ресурсы, стимулируя их рост. То есть опять мы видим ситуацию схожую с той, что была во 2 веке, с поправкой на глубочайший политический кризис — кто-то проигрывал, а кто-то от этого и выигрывал.

Да и сами по себе проблемы в экономике были всё же второстепенны. Куда важнее для хода событий и государства был кризис фискальной системы. В условиях снизившейся экономической базы империя оказалась ещё и неспособна эффективно реквизировать средства на собственные нужды из-за противодействия местных элит [54: с. 109-110]. Неспособность постоянно платить легионерам лишь усиливала нестабильность.

Армия была источником всех бед, и только вернув полный контроль над ней можно было прекратить безумный круг насилия. Деньги всё ещё были важной частью уравнения, и на них можно было купить лояльность солдат. Но только выбив из них уверенность в том, что через мятеж можно всегда добиться большего, возможно было достижение хоть какой-то стабильности.

И ключом к этому стала кристаллизация в ходе кризиса новой военной элиты, не связанной со старой аристократией. Имперская армия была построена на отборе и продвижении в первую очередь наиболее эффективных и талантливых кадров, и лишь во вторую — лояльных. Задача армии была успешно воевать, а бесталанные, но лояльные делали это плохо, подрывая тем самым авторитет императора. Поэтому, к 3 веку многие высшие офицерские должности в легионах занимались дослужившимися до них солдатами.

Именно такие командиры, имевшие очень похожее низкое происхождение, прошедшие одинаковый карьерный путь и с огромным авторитетом у солдат, выдвинулись в первые ряды в 3 веке. На пике кризиса эти люди сформируют нечто вроде генштаба, выходцами из которого будут многие императоры вплоть до Диоклетиана (правил с 284 по 305 год н.э.). Армия была проблемой, и из её рядов и должно было исходить решение. Эти командиры были посредственно, по меркам аристократии, образованы, и не имели толком опыта гражданского управления, но они были сплочены и готовы унять личные амбиции ради стабилизации армии и государства. А это было важнее всего.

Легионы даже под управлением таких людей всё ещё были опасным зверем, периодически срывающимся с поводка. Но постепенно их удалось вновь сделать инструментом политики, а не главным её движителем. Немало помогли в этом военные победы над варварами и сепаратистами, дававшие мощный моральный авторитет и трофеи. Именно эти люди во главе с императором Аврелианом вновь соберут империю воедино, вернув ей широкую экономическую базу, без которой ни о каком восстановлении речи быть не могло.

Но путь к стабилизации был сложен. Старая система управления государством показала себя недееспособной, так как единственной силой, сдерживающей армию, оказалась сама армия. Поэтому требовалось создать ей противовес —- усилить гражданскую власть, забрав у армии функции собственного снабжения и, тем самым, усилить её зависимость от гражданских. Военные должны были заниматься только вопросами обороны и нападения, а за их обеспечение всем необходимым отвечали бы чиновники (милитарум и администратум, да).

И вот только после этого имели шансы сработать другие меры по стабилизации ситуации, в том числе покупка лояльности деньгами. Без реформы управления империей любая стабилизация снабжения армии и в целом государственных финансов и экономики, не имели смысла, так как армия рисковала вновь сорваться с поводка. Потребуется десяток лет, чтобы нащупать этот путь и начать его реализацию Диоклетианом.

Была и другая причина для интенсификации процесса создания бюрократии. Кризис 3 века чётко показал, что в условиях высокой автономности цивитасов у центральной власти было мало способов обеспечить рост налоговых поступлений в случае необходимости. В условиях нестабильности 3 века местные элиты могли не просто саботировать этот процесс, но и вообще показали, что при определённых условиях они могут отделиться от империи. Поэтому установление прямого контроля за сбором налогов было жизненно важно.

Диоклетиан не стал изобретателем бюрократии — она всё же существовала и задолго до него, но он превратил её, наконец, в стройную иерархическую и очень разветвленную систему. В каждой провинции теперь был свой гражданский наместник и военный командующий (dux). Задача наместника была обеспечить сбор налогов и функционирование системы армейских поставок. Военные командующие отвечали за использование этих поставок для нужд обороны и войны.

Провинции объединялись в диоцезы, у каждого из которых тоже был свой гражданский руководитель — викарий, и военный — дукс диоцеза. Диоцезы, в свою очередь, объединялись в префектуры во главе с префектом претория (гражданский) и магистром милитум (военный), а над префектурами была канцелярия императорского двора (палатин).

Вся эта иерархическая система была основана на командном начале — т.е. подчинении приказам вышестоящих, и нужна была с одной стороны для надзора за нижестоящими уровнями и ограничения их самостоятельности, а с другой — для более эффективного использования ресурсов. Для военных такое положение было привычно, а вот в гражданском управлении это было в новинку, так как долгое время сохранялись пережитки республиканизма с формальным равенством магистратов.

Разделение гражданской и военной сфер было осуществлено не только на уровне полномочий, но и на куда более глубоком — ментальном. В чиновники шли представители землевладельческих элит, как сенаторских, так и провинциальных (куриалов). В военные — выслужившиеся солдаты и сыновья офицеров. Это были буквально два разных слабо пересекающихся мира. И речь тут не только о разном образовании и воспитании, но даже языке — далеко не каждый офицер мог хорошо изъясняться на литературной латыни. Хотя своим детям они старались дать некоторое образование, за своих в аристократических кругах их принимали очень с трудом. А так как для многих аристократов военная служба была в принципе закрыта законом [55: с. 3], то между армией и бюрократией создавалось намеренное отчуждение, мешавшее устроить сговор.

Кроме того, чтобы чиновники и командиры не прирастали к должностям, была постоянная ротация, их старались не назначать в родную провинцию. Таким образом данная политическая система встраивала армию и местные элиты в сложную систему взаимоотношений, в которой единственной константой был императорский двор, утверждавший назначения. Армия не могла полноценно функционировать без бюрократии, а значит её опасность как самостоятельного игрока уменьшалась. В то же самое время эта реформа унифицировала управление империей и позволила теснее привязать к себе региональные элиты.

Параллельно с решением проблемы армии и бюрократии, Диоклетиан полностью преобразовал и налоговую систему. Здесь тоже произошла унификация, в ходе которой были отменены все прежние иммунитеты, даже у Италии, и введена единообразная система прямого налогообложения capitatio-iugatio. В прежние годы имперское налоговое бремя было запутанным и неравномерным: граждане, проживавшие в Италии, не платили никаких прямых налогов, провинциалы — кто платил, кто — нет. Часть налогов взималась серебром, другая — натурой. Сложная, запутанная система с кучей лазеек.

Теперь на её месте была прямая как палка система, где налоговое бремя зависело от размера земли, оценки ее производительности и числа людей, живущих или работающих на ней. Но, что еще важнее, с помощью этой системы взымался единый для всех постоянный военный налог. Это было подлинным новаторством, так как в эпоху принципата государство тратило значительную часть налогов на армию, но прямо это никогда не афишировали. Диоклетиан же, наоборот, стремился дать понять всем жителям империи, что теперь защита её границ — это общее дело [10: с. 25].

Кроме этого, были закреплены и многие другие обязательства (литургии на греческий манер или мунус на римский), важные для государства: предоставление кораблей и животных для перевозок анноны, участие в городских праздниках, передача по наследству важнейших профессий и т.д. Большая часть таких литургий были связаны с обеспечением обороноспособности, но некоторые — с функционированием традиционных городских институтов. Хотя такое государственное вмешательство может показаться беспрецедентным, компенсировалось оно тем, что литургии давали иммунитет или ослабление других налоговых обязательств. Например, такими иммунитетами пользовались ветераны или владельцы кораблей, используемых для перевозок в рамках анноны [10: с. 27; 42: c. 328].

Тем не менее эти нововведения создали, фактически, новую систему отношений между государством и гражданином. Теперь подлинным гражданским статусом обладал лишь тот, кто вкладывался в оборону государства — платил налоги. Это был моральный долг гражданина [63: с. 12], но он также мог надеяться на большую защиту его интересов правительством и лояльное отношение [9: с. 57]. И это было настоящей революцией в сознании людей.

В комментариях почему-то часто можно услышать, что не было в Римской империи гражданства, а было только подданство. Но это дурная игра в ярлыки, скрывающая за собой истину. Гражданство в античных обществах было набором прав и обязанностей перед общиной или государством. В ранней империи гражданство давало налоговые льготы, а также больший уровень правовой защиты по сравнению с негражданами. То есть гражданином было быть выгодно.

Однако постепенное расширение числа граждан привело к тому, что эта плоская система гражданства перестала отвечать задачам. Тогда при Антонине Пие во 2 веке была введена новая классификация граждан — honestiores (почтенные) и humiliores (низшие). К первой категории относились сенаторы, чиновники и военные офицеры — т.е. полезные люди, от которых зависела стабильность государства. Они имели более легкие наказания в случае преступлений, а также могли рассчитывать на льготы по налогам. Это не было новинкой, так как в Риме всегда были категории более привилегированные, чем иные. Но впервые это законодательно закрепили.

После эдикта Каракаллы с распространением гражданства на большую часть жителей империи наличие более элитного статуса honestiores было стимулом для куриалов переходить на имперскую службу. Реформа Диоклетиана же изменила логику римского гражданства, и теперь оно фактически стало синонимом слова «налогоплательщик». Таким образом внутри honestiores и humiliores появлялись две дополнительные градации.

Однако, в то же самое время, лояльность гражданина теперь становилась зависима от успешности выполнения государством своих обязательств по защите и поддержанию привычной жизни. Требуя больше, нежели прежде, от населения, империя и брала на себя публично куда больше обязательств.

Гражданство продолжало быть и важной юридической категорией — одни из самых суровых наказаний касались лишения гражданства. В этом случае человек лишался прав на получение наследства, составление завещаний и серьёзно ограничивались его возможности по владению имуществом [64: c. 78-79].

Империя Диоклетиана была государством более милитаризированным и централизованным, чем 2 века назад. Иногда историки даже идут настолько далеко, что описывают поздний Рим вовсе как страну с командно-административной экономикой. И на то у них есть причина — эдикт Диоклетиана о ценах, установивший максимумы цен на большую часть товаров. Вот только в реальности всё куда сложнее, и эдикт был самой неудачной реформой спасителя империи. Но об этом в следующей части.

Продолжение следует...

Источники данной главы:

9 - Clark Patrick «Taxation and the Formation of the Late Roman Social Contract», 2017 г.
10 - John Steven Mooney «Fourth-Century Gothic Settlement and the Late Roman Economy», 2018 г.
14 - Simon Esmonde Cleary «The Roman West AD 200-500: an archaeological study», 2013 г.
21 - PAUL ERDKAMP, KOENRAAD VERBOVEN, and ARJAN ZUIDERHOEK «Ownership and Exploitation of Land and Natural Resources in the Roman World», 2015 г.
29 - Сборник «Archaeology and Economy in the Ancient World. 8.7» под ред. Martin Bentz and Michael Heinzelmann, 2019 г.
36 - Paul Johnson «Late Roman economic systems: their implication in theinterpretation of social organisation», 2003 г.
42 - «THE CAMBRIDGE ANCIENT HISTORY. VOLUME XIII», 2008 г.
50 - Prodromos Prodromidis «Economic Environment, Policies and Inflation in the Roman Empire up to Diocletian’s Price Edict», 2009 г.
51 - Simon Esmonde Cleary «The Ending of Roman Britain», 1989 г.
54 - Christopher Kelly «Ruling the later Roman Empire», 2004 г.
55 - Rita Lizzi Testa «CHRISTIAN EMPERORS AND ROMAN ELITES IN LATE ANTIQUITY», 2022 г.
63 - Koenraad Verboven, Paul Erdkamp «Introduction: Legal Systems and Economic Development», 2022 г.
64 - Andrew Wallace-Hadrill «The Idea of the City in Late Antiquity», 2025 г.
68 - Pilar Diarte-Blasco «Urban Transformations in the Late Antique West Materials, Agents, and Models», 2020 г.

Список всех источников цикла, так как их очень много и Пикабу не переварит полный список, вынесены в отдельную статью: https://teletype.in/@catlegat/A5X_XkBcTH7

Подпишись на сообщество Катехизис Катарсиса, чтобы не пропустить новые интересные посты авторов Cat.Cat!

Также читайте мои тексты первым на других ресурсах:

ВК
Телеграм