На мои вежливые вопросы Neighbor-папа с честными глазами отвечал: «Ну а чо такого? Тебе жалко, что ли? Тебе пройти места мало? Ты же худой! А нам на даче это всё пригодится, вот весной вывезем». На дворе, к слову, стоял октябрь. То есть мне предлагалось полгода штурмовать полосу препятствий из чужого мусора.

Терпение лопнуло, когда они приволокли еще и старый холодильник «Ока», который вонял на весь подъезд дохлой мышью. Разговоры по-хорошему закончились. Я напечатал предписание от МЧС о нарушении норм пожарной безопасности (захламление путей эвакуации) с предупреждением о штрафе и наклеил им прямо на их драгоценный комод, дав 24 часа на ликвидацию баррикад. А заодно намекнул, что завтра весь этот хлам «случайно» уедет на местную свалку через службу вывоза мусора за их счет.

Утром в коридоре стоял такой орангутанский оран, будто я лично поджог их дачу. Сосед кричал про «нелюдей», «стукачей» и то, что у молодежи нет уважения к чужому доброму имуществу. Но - о чудо! - к вечеру весь музей плюшкинизма испарился.

А у вас в подъездах тоже водятся такие «захватчики территорий», для которых общий коридор - это их личная лоджия? Как лечили?

По-немецки не разумею, полез клевать моск гуглю :))))

На этой фотографии представлена этикетка от универсального чистящего средства «NOVUM H» времен ГДР.

Перевод всех элементов лицевой стороны:

• NOVUM H — Новум Х (название бренда и серии).

• Universal-Reinigungsmittel — Универсальное чистящее средство.

• VEB Waschmittelwerk Genthin — Народное предприятие «Завод моющих средств Гентин» (производитель в ГДР).

• BT Fettgewinnung Nauen — Филиал по производству жиров, город Науэн.

• Gewicht 150g ± 6g — Вес: 150 грамм ± 6 г.

• EVP 1,25 M — Розничная цена: 1,25 марки ГДР.

• HSL 82 29 900 — (Внутренний номенклатурный код классификации товаров в ГДР).

Инструкция и применение

«С помощью Novum H готовится очищающий раствор: для этого брусок средства нужно водить в воде так же, как при мытье рук. Концентрация раствора должна быть сильнее или слабее в зависимости от степени загрязнения и цели применения».

Раствор Novum-H можно использовать для очистки:

• Fußböden — Полов

• Fliesen — Плитки

• Kacheln — Кафеля

• Glas — Стекла

• Lackfarbenanstrichen — Лакокрасочных покрытий

• Fahrzeugkarosserien u. a. — Кузовов автомобилей и др.

Текст ниже:
«Мягкую мебель, ковры, предметы одежды для очистки или удаления пятен протирают увлажненной губкой или тканью».

Нижняя строчка

• VEB Waschmittelwerk Genthin — Народное предприятие «Завод моющих средств Гентин».

• I-14-1 — (Внутренний типографский или производственный код партии/упаковки).

Охренеть.... выкидываю нахер :)))) Там дата выпуска не указана? :))))

Нет, конкретная точная дата выпуска (день, месяц, год) на самой этикетке не указана — в ГДР для таких товаров это было обычной практикой, на обертке печатался лишь общий макет. Иногда дату штамповали отдельно прямо на брусок или наносили чернильным штампом, который со временем стерся.

Однако по деталям этикетки можно очень точно понять, сколько лет этому раритету:

• Период производства: Конкретно это средство в такой упаковке и по цене 1,25 марки выпускалось в период с 1973 по 1989 год (до падения Берлинской стены). То есть этому мылу сейчас от 37 до 53 лет.

• Для коллекционеров соцреализма и «остальгии» (ностальгии по ГДР) эта обертка — настоящий артефакт, их даже продают на винтажных аукционах вроде eBay.

Так что решение выкинуть — абсолютно верное, пользоваться им точно не стоит (жировая основа за полвека намертво прогоркла), но сама этикетка — классный исторический привет из прошлого!

Надо найти какого-нибудь коллекционера в СПБ... Или через пару дней выкинуть! :)

Коробка проводов от техники, которой уже нет десять лет? Ну это вообще святое.

Пакет с пакетами? Даже обсуждать смешно. Конечно, пригодится.

Мне кажется, где-то есть тайная дорога, по которой все ненужные вещи сначала уходят на балкон, потом в кладовку, потом в гараж, а потом — на дачу.

Дача в этом смысле не место отдыха, а второй шанс для предметов.

В квартире вещь уже вроде как мешает.

Выбросить жалко.

Продать лень.

Отдать некому.

И тут появляется она — великая формула спасения:

“На даче пригодится”.

Причём на даче вещь часто не пригодится никогда.

Она просто переезжает из одного места хранения в другое.

Сначала старая кастрюля едет на дачу “под что-нибудь”.

Потом там появляется старый телевизор “пока работает”.

Потом табуретка “ещё нормальная”.

Потом ковёр “в беседку”.

Потом коробка плитки “мало ли”.

Потом две двери “может, сарай сделаем”.

Потом остатки ламината “а вдруг где-то надо будет подложить”.

И через пару лет дача превращается в музей советско-постсоветской надежды.

Там есть всё.

Половина старой кухни.

Три чайника.

Пять непонятных зарядок.

Один провод “точно от чего-то важного”.

Банка шурупов.

Банка гвоздей.

Банка непонятно чего, но металлического.

Крышка от кастрюли без кастрюли.

Кастрюля без крышки.

Стул, на который нельзя садиться, но выбрасывать рано.

Особая категория — техника.

Старая микроволновка на даче почти всегда считается рабочей, даже если у неё одна кнопка не нажимается, вторая залипает, а третья запускает режим “угадай”.

Старый холодильник тоже не выбрасывается. Он становится “для напитков”. Потом “для рассады”. Потом “пусть стоит, вдруг летом пригодится”.

Старый телевизор на даче может не показывать каналы, но зато “вдруг подключим приставку”.

Не подключим.

Но пусть стоит.

Самое смешное, что у каждой такой вещи есть легенда.

“Это ещё хороший стол”.

“Это дед делал”.

“Это можно починить”.

“Это сейчас дорого стоит”.

“Это не трогай, я знаю, зачем оно”.

“Это временно”.

Слово “временно” вообще может длиться лет пятнадцать.

Мне кажется, если бы вещи умели разговаривать, они бы сами просились на дачу:

— Не выбрасывайте меня, я ещё могу быть полезной!

— Чем?

— Ну… на даче пригодиться.

И всё, аргумент железный.

Проблема даже не в том, что мы храним хлам. Проблема в том, что мы часто не признаём его хламом.

Мы называем его:

“запас”;

“материалы”;

“может понадобиться”;

“для ремонта”;

“для гостей”;

“для улицы”;

“под рассаду”;

“потом разберём”.

Но “потом” обычно не наступает.

Потом приезжаешь на дачу отдыхать, а сначала надо переставить три коробки, найти место для новых коробок, убрать старый стул, который нельзя использовать, и аккуратно обойти холодильник, который “пока не трогаем”.

И ведь каждая вещь по отдельности вроде бы не страшная.

Одна коробка.

Один стул.

Один чайник.

Один ковёр.

Один провод.

Но вместе они создают интерьер в стиле “вдруг пригодится”.

Иногда мне кажется, что перед тем как отправить вещь на дачу, надо задавать себе три вопроса:

1. Я знаю, зачем она мне там нужна?

2. Я воспользуюсь ей в ближайший месяц?

3. Если бы она уже лежала на даче, я бы обрадовался?

Если на все три вопроса ответ “ну…” — вещь, скорее всего, просто едет умирать медленнее.

Хотя, конечно, бывают исключения.

Некоторые вещи на даче реально получают вторую жизнь. Старый стол становится рабочим. Банки идут под закатки. Доски — в дело. Инструменты — полезны. Посуда — нужна.

Но честно: сколько таких вещей, а сколько тех, которые просто переехали из квартиры в другое место и теперь мешают уже там?

Главный враг расхламления — не жадность.

А надежда.

Надежда, что однажды мы всё починим.

Однажды всё используем.

Однажды сделаем сарай.

Однажды разберём коробки.

Однажды найдём провод, к которому подходит эта зарядка.

И да, возможно, однажды действительно найдём.

Но до этого момента он будет лежать в коробке с другими проводами, которые тоже ждут своего часа.

А у вас есть такая вещь, которую нельзя выбросить, потому что “на даче пригодится”?

Что самое странное у вас уехало на дачу и до сих пор там “нужно”?