То есть, уже совершенно не стесняясь мирового сообщества, престарелый первый гражданин США признался в том, что гибель людей на Украине - это всего лишь бизнес на крови.

Но куда же подевалась прежняя риторика от том, что Америка, помогая Украине, демонстрирует "готовность отстаивать самые основные принципы, отстаивать суверенитет?" Правда, за кадром речи тогда ещё Байдена осталось то, что это за "основные принципы". Но вот теперь нам Трамп разъяснил. Благодарствуем!

Зато в последние дни заметно полиняли гневные речи западных СМИ о "плохих русских". Здесь ссылки не даю по понятной причине - статьи подобного рода подпадают под действие УК РФ. Скорее, наоборот, произошёл небольшой разворот в сторону России. Например:

"Западные СМИ начинают признавать успехи Российской Федерации в зоне проведения спецоперации, а также понимать, что конфликт для них проигран. Об этом пишет пишет Steigan".

Ну, а мы теперь ждём от Трампа новых откровений. Тем более, что у США немало подобных "достижений" в украинской теме:

1. "Американцы на Украине годами занимались разработкой биологического оружия" - источник.

2. "Незалежная стала центром «черной» трансплантологии: раненых украинцев везут в госпитали НАТО, чтоб разделать на органы" - источник.

3. "Украинские дети стали таким же товаром, как оружие, их тысячами вывозят на Запад для педофилов и трансплантологов" - источник.

И на фоне этого мне очень интересно, когда украинцы поймут, что они для "старшего брата" всего лишь пушечное мясо и товар? Что страну лишают мужчин репродуктивного возраста, тем самым, перечёркивая будущее?

Я не люблю конспирологию, но мне всё больше и больше кажется, что проекты с тематикой "Украина без украинцев" - не такая уж и фантастика.

Вампир

Вампир. Глава 2

Крыши домов раскалялись на солнце. Олег всё никак не мог привыкнуть к шлему на голове и к необходимости заворачиваться в максимально плотную одежду, чтобы не получить ожогов. Однажды ему довелось проверить, что же случается, если вампирская кожа попадает под ультрафиолет – адская боль и обугленная корка, которая сошла и зажила только после того, как он выпил крови. Повторять опыт не хотелось – у него даже развивалась специфическая для вампиров гелиофобия, боязнь Солнца. Выходить из тени было попросту страшно. То, чему Олег так раньше радовался – ласковому солнышку и его тёплым лучам – теперь сделалось для него страшнейшим палачом; мечом, непрестанно висящим над головой Дамокла.

Они сидели с Валерием и разговаривали, пытаясь скоротать время на скучном карауле.

-- Зачем Септимус вообще взял к себе Киру и Настю? – спросил Олег. Выбор Септимуса был ему непонятен. -- Почему он не убил их так же, как сегодняшних новообращённых? Будто от них есть какой-то толк. Кроме того, что они красавицы.

-- Всё просто, -- пожал плечами Валера. – Иногда нам нужно мясо, а иногда – нет. А сегодняшние смешарики ваще резню устроили. Хреновые из них получились бы подчинённые, а эти наши альтушки хоть и бестолковые, но хотя бы не пизданутые...  Сколько их было, четверо? А задвухсотили сколько? Двадцатку? Поехавшие, блин. Таких только в печку.

-- Было тяжко их убивать. Умоляли меня. Совсем молодые, -- поделился Олег своими не лучшими переживаниями.

-- Да забей. Это всё крокодильи слёзы. Да и сам видишь – не очень то и хорошо живут попавшие в наши отряды. А по-другому в вампирский мир попасть сложно. Нужна «нянька», а откуда её или его брать? Куча бабок не у каждого есть. В общем, облегчил ты им судьбу. И всё нормально закончил.

-- Хотелось бы и мне в это верить.

-- А чё тут верить? Ты скольких замочил, когда обратился? Одного, как там его, Серёгу? И то, говоришь, он уже был в Вальгалле. Я тоже одного замочил. Одну, то есть. Жену свою ненаглядную. Но потом-то мы оба взяли себя в руки и перестали всех подряд мочить, да? Потому мы и нормальные. А когда там на рыло по четыре трупа – это клиника. Наши девочки тоже молодцы, сдержанные, потому и с нами.

-- Может ты и прав.

-- Девочки и пацаны – бесполезны сами по себе. Но, говорят, чтобы подразделение хорошо воевало, нужно чтобы  оно состояло из ветеранов хотя бы двадцать процентов, которые бы понимали, что к чему, а этот пункт выполняется. Но Кира и Настя бедняжки, да. Мне их очень жаль. Чё тут поделать – мир жесток. Вот увидишь – они скоро сдохнут.

-- Я восхищаюсь твоей жизнерадостностью, Валера.

-- Да это как пить дать – понятно и без гадалки. Потому и жалко их. Очень.

Они сидели в тенях одного из чердаков заброшенных домов, откуда местность неплохо просматривалась, благо, в сёлах имелось много заброшек – все люди валят в город, а продавать дома в таких случаях попросту некому. Сидели и разговаривали, потому что больше делать было нечего. Преступники, казалось, и не хотели возвращаться.

-- Как думаешь, зачем преступники обратили гражданских? – задал вопрос Олег. – Чтобы устроить засаду на Судей?

-- Да не, -- сказал Валерий. -- Я думаю это обычные пакостники. Такое тоже бывает.

-- И с какой целью они тогда кусают людей?

-- Это у них хобби такое. Любимое.

-- Ага. Я так и подумал.

-- По миру много вампиров шароёбятся, которые не хотят жить по законам. Такие считают себя свободными потому, что хлебают кровь не из пакетиков, а прямо из шей. Не спорю, это вкуснее, но хрен знает, стоит ли оно того – постоянно бегать, как преступник, от смертной казни. Вот они иногда и пакостят. Кусают людей, чтоб шуму навести. Напакостить. Злятся на всех остальных. Обиженные, я считаю.

-- Да, это, наверное, объясняет, почему меня не тронули, -- задумался Олег. – Если бы была засада, наверное, меня бы здесь уже не было. Я даже не заметил, как к вышке подкрались. Вернее, заметил, но подумал, что это ветер. Показалось, подумал я.

-- Когда кажется – это значит, что не кажется! – мудро заметил Валера. – Обычно так оно бывает. Ну ниче, привыкнешь. Я тоже телом владеть не научился ещё. Запахи там нюхать, звуки различать или тупо эквели… эквиле… короче, как ниндзя скакать не умею. Ещё не понимаю, на чё способен организм. Привык слишком к человеческому телу и страшно иногда спрыгнуть откуда-то свысока или вывернуть какой-то трюк, или лишний раз пулю поймать. А надо учиться. Кровосиси, как терминаторы, нафиг. Способны на многое, если правильно освоиться. Если мрут, то по тупости, я считаю. Ну ничё. Евдокимыч нас научит, этот КГБшник. Он обещал устроить нам курс фехтования и прочей хрени. Если доживём.

-- Конечно доживём. Есть сомнения?

-- Да я уже ни в чё не верю, Олег. Оно как бывает – был человек, а потом «пуф-ф» -- и не стало человека. То есть, вампира, в нашем случае. Ну да не суть.

Некоторое время они сидели, окидывая взглядом окрестности. Мимо иногда проезжали раскалённые на солнце автомобили. Крыша тоже накалялась. На чердаке было очень жарко. Вдалеке колыхались тополя, а асфальт плавился, и воздух над ним колебался, как над костром, рисуя миражи из луж.

-- А рожают ли вампиры детей? – вдруг спросил Олег.

-- Тебе чё, настолько понравились наши альтушки? – заржал Валера.

-- Да не, я просто… интересуюсь, -- даже растерялся Олег. – Я ещё многого ведь не знаю.

-- Нет, не рожают. Но самое главное, что хуй стоит и щели мокнут – хотя бы с этого кайфуй! – сказал Валера.

-- Попадос. А я всегда хотел завести семью, построить дом... Не получилось, -- грустно вздохнул Олег. – И, похоже, не получится.

-- Ну а фигли. Вампиры же типа как мертвецы. Жизнь отринула нас, а Изнанка – приняла. Мы получили бессмертие, но потеряли возможность рождать новую жизнь. Уот така хуйня.

-- А как же кланы? – удивился Олег. -- Я точно помню, что там есть сыновья и дочери, отцы. Целые «семьи»…

-- Это либо их обращённые дети, рождённые ещё при жизни, либо приёмыши. Вон – даже знаменитый Влад Цепеш, он же – Дракула, был приёмышем нашего Дана Второго. Распространённая практика. Но наш Арчи ищет, говорят, способы зачатия между вампирами. Или искал когда-то… Но покамись не нашёл.

-- Про Дракулу я слышал, а кто такой Дан Второй? Его батя? Ни разу не слышал про батю Дракулы…

-- Ты чё, реально?

Олег кивнул.

-- Это же самый первый вампир. Он знаменит своим Драккаром Смерти и прочими приколами. Это у вампиров – как у людей сказки про Красную Шапочку или колобка. Все об этом знают. Ты почитай как-нибудь. Хоть Дан и тот ещё пиздобол: всё у него постоянно «языки пламени вырываются изо рта», и «демоническая тьма» выползает наружу, убивая всех его противников.

-- Он ещё первее Семеркета?

-- А чёрт их разберёт, кто первей. Всё это было так давно, что никто не знает правды. Даже сами древние не знают – забыли. Тем более это всё – политика. Типа, как у людей – кто наследник Римской Империи – тот и прав. Вот и тут. Кто самый первый – тот и самый крутой, за тем и должны идти все кровосиси.

-- А ты как думаешь? Кто первый?

-- Я ничё не думаю. Меня политика не интересует. Лишь бы свою жопу сохранить. Это всё нас, простых смертных, то есть, я хотел сказать, бессмертных, не колышет и не касается. Нам с этого толку ноль – только на кухне посраться во время запоя. А, и здесь оговорочка, мы же не можем бухать… -- Валера тяжело вздохнул, о чём-то задумавшись.

-- А Септимус тоже один из первых?

-- Да ты чё, Олег, историю в школе совсем не учил? Он же римлянин. А между древним Римом и древним Египтом, где и появились первые вампиры, времени столько же, как между нашим временем и древним Римом. И даже больше.

-- Дан Второй тоже египтянин, получается?

-- Кстати нет. Он наш. Белый человек. Это кстати странно. Но говорят, он потому и первый, что провёл какой-то ритуал первее, чем первые фараоны. Просто фараоны шума наделали своими завоеваниями и пирамидами, а Дан тихонечко стал вампиром до того, как это стало мейнстримом – где-то в ебанном палеозое, или как их там, эти древние времена называют.

-- Палеолит.

-- А говоришь историю не учил!

-- Это ты так сказал. Слушай, а Дан Второй, наверное, может остановить Семеркета? Если такой матёрый. Наверняка они знают друг друга.

-- Его уже давно никто не видал. Поговаривают, что мёртв, и что покончил с собой. Слухи. Но я думаю, что бесконечность спустя тысячи лет очень сильно приедается... А вообще, Олег, я себя чувствую, как на допросе. Ты чё, был следаком?

-- Нет, хуже. Я же служил в Организации.

-- Это уж точно – хуже. И как тебя вообще приняли тогда к нам? Это же запрещено! – Валера каждый раз задавал Олегу этот вопрос, удивляясь. Впрочем, все остальные тоже спрашивали об этом, едва узнавали о необычном прошлом.

-- Вот так и приняли, -- сказал Олег. – Что теперь я выступаю в роли пушечного мяса, пока не задвухсочусь окончательно.

-- Ну, тебе-то не привыкать, -- сказал Валера. – Мы тут все – пушечное мясо, как и штурмовики Организации. Только к вам там относились уважительно, а здесь тебе сразу говорят в лицо, что ты – говно, и твоя задача – сдохнуть покрасивше выбросив кишки из пуза. Так и живём. Ну ничё! Все свободны станем, главное контракт отбыть и выжить. Ну, кроме тебя. Тебе я сочувствую. Убить Семеркета… ха-ха-ха, -- Валера горько покачал головой. – Ну Септимус хорошо пошутил, конечно, когда придумывал тебе контракт посложнее. Шутник. Ну, ладно, зато живой, хоть и в рабстве. По другому бы тебя точно не взяли.

-- Это правда.  

-- Да-а. Попал ты. Но ничего. Я уверен, Судьи могут передумать, если увидят твою пользу. Если ты не будешь хамить и выделываться – повысят. Стопудово. А там уже и жизнь наладится. Главное – крепанись! И не сдохни раньше времени.

-- Да. Главное сжать булки крепче, -- буркнул Олег. Ему не верилось, что Септимус просто так простит ему случайное освобождение Семеркета с последовавшими за этим гибелями Судей, с последовавшими за этим гибелями участников «своры» -- потому-то Олега и недолюбливали.

Он принёс в вампирский мир очень много больших проблем. А ведь он всего-то попытался спасти своих собственных бойцов…

-- Получается, ты служил в Организации, но при этом совсем не знаешь вампирской истории? – хмыкнул Валера. – Эт как так? Или ты не из любознательных?

-- У нас на многое не было допуска. Мы же были просто бойцами, ликвидирующими сверхъестественное – не больше. От нас всё равно был спрятан целый мир. Что-то я знаю, уж точно больше, чем обычные гражданские. Но далеко не всё. Вообще, за свои месяцы службы там я узнал только одно – что мир совсем не такой, как всем нам сказали в школе. У мира не просто двойное – тройное или даже четверное дно.

-- Чтож, Олег. Я рад нашему знакомству. И добро пожаловать. В нашу мясную команду, ха-ха!

Из двухэтажного дома то и дело доносился смех. Аристократы что-то живо между собой обсуждали, веселились. Темы их разговоров зачастую были не понятны Олегу. Кроме того, вампиры любили переходить на латынь, когда хотели, чтобы их рабы не понимали сказанного. И обычно после таких «переходов» и начиналось самое весёлое для группы…

Открылась дверь. Из тени выглянул самый молодой из «своры», по имени Сноу или, по-нашему, Снег. Худощавый светловолосый утончённый аристократ с длинной чёлкой. По этому пареньку уж точно нельзя было сказать, что он – почти двухсотлетний дед, принадлежавший эпохе Бисмарка. Встреть его Олег у себя на районе, то подумал бы, что этот эмо-парень просто зашёл получить пиздюлей от местных гопников.

-- Эй, штурмовик, -- прикрикнул он, сразу разглядев их позицию на чердаке соседней заброшки. Олег напрягся. Что они там снова придумали? – Иди к нам. Разговор есть… Ну, чего, сидишь? Не бойся, бить не будем. Просто обоссым. Шучу, ты только не обижайся и не быкуй. У нас вопросы возникли по теоретической части. Давай сюда!

Валера пожал плечами, а Олег спустился вниз.

Внутри двухэтажного дома было темно, но зато прохладно. Олег снял шлем, вздохнув полной грудью – всё-таки в мотокостюме расхаживать по жаре неуютно даже холодным вампирам.

-- Нам сделалось скучно в этом пустом доме, -- Септимус сидел, закинув ноги на стол и со скучающим видом подравнивал пилочкой ногти на руках. Остальные аристократы тоже расположились в креслах вокруг стола. Перед ними стояли бокалы с ароматной кровью, кажется, от настоящих людей.

Они все делали вид, будто Олег им был совершенно безразличен. – А так как застряли мы здесь из-за тебя, то решили, что ты нас и должен развлекать. Как думаешь?

-- Мне залезть на стол и сплясать канкан? – спросил Олег.

-- Какая наглость, он ещё и хамит… -- манерно обмахивалась веером Катерина. Бледное личико покрывала тёмная вуаль. Дама Викторианской эпохи.

-- А по-моему оригинальный ответ, -- сказал Снежок. – Для человека.

-- И глупый – для того, кто в рабах у палачей, -- прокартавил Александр – французский вампир наполеоновской эпохи, с аккуратной бородкой и усиками, но грубыми руками, будто принадлежавшими какому-то работяге.

-- Не люблю канкан, -- спокойно сказал Септимус. -- Расскажи нам лучше о своей службе в Организации. Всё-таки нам крайне редко доводится поговорить с теми, кто работал на Организацию.

-- Да-да, законы вампирского мира не позволяют нам брать на службу тех, кто на неё работал, -- сказал Сноу. -- Чтобы избежать просачивания и формирования человеческого лобби.

-- Да ведь он, должно быть, шпион! -- заявила Катерина. -- Внедрённый в наше общество, чтобы воровать сведения для Большого Брата. Как же всё хитро подстроил Карл Нойманн, как всё нагло вывернул этот зазнавшийся человечишко!…

-- Ну это вряд ли, Кейт, -- сказал Александр. – Слишком неочевидный ход получился. Слишком сложный, а потому хрупкий и вряд ли реализуемый.

-- Да, мы тебя подозреваем, Олег, так что пойми наше неудовольствие, -- сказал Сноу. – Потому же, кстати, и Организация никогда не вербует вампиров, хотя те бы им очень пригодились, верно? Согласен?

-- Думаю, всё так, -- кивнул Олег. – Люди гораздо слабее вампиров. Зря Организация не применяет их в штурмгруппах. Удалось бы кратно сократить потери на выездах.

-- О, ваша, так называемая, Организация много чего не применяет в штурмгруппах, -- сказала Катерина. -- Она прячет все свои тайны даже от бойцов. Карл Нойманн боится собственных псов.

-- Ну, таковы правила тайных обществ, -- усмехнулся Сноу. – На то они и тайные, что даже «шестёрки» знают не сильно больше истинно посвящённых. Мне всё это очень близко, можно сказать. Было время, когда я возглавлял «масонскую ложу»…

-- В общем, пока ты не помер на очередном задании, -- сказал Септимус. – Особенно учитывая твоё разгильдяйство… Мы захотели послушать твои истории. Другого случая вот так побеседовать с штурмовиком Организации, думаю, не представится нам в ближайшие лет двести, если экстраполировать частоту подобных казусов на моей памяти.

Снег-Сноу или, как его про себя прозвал Олег – Снежок – неприятно засмеялся.

-- Даже и не знаю, с чего начать, -- Олег скромно почесал в затылке.

-- Ты присаживайся, -- пригласил Александр. – В ногах правды нет.

Олег начал свой рассказ издалека, с событий в горах Алтая – с которых-то всё и началось. Странный и опасный паразит поразил тело его ныне покойной жены. Эти сверхпаразиты навели немало шумихи в богом позабытой долине – особенно среди горцев-пастухов и фермеров, чьи животные заражались в первую очередь. Олег объединил усилия местных для противостояния очень странным существам, и после этих событий Олег и попал в Организацию – ведь он столкнулся со сверхъестественным и при этом проявил предприимчивость и смекалку, вербовщики не могли пройти его стороной, особенно учитывая постоянный дефицит кадров. После этого Олег провёл полгода в тренировочных лагерях, и только тогда его допустили к самой службе. Девять месяцев он провёл на выездах.

Синие фургончики патрулировали город и днём и ночью. Они спасали людей и одновременно держали их в неведении благодаря своевременным устранениям опасностей. Ведь если бы люди по-настоящему верили в существование сверхъестественного, то они бы и жили соответственно – стремясь познать грани непознаваемого. А это неизбежно приводило человечество к катастрофам в прошлом – до тех пор, пока Организация не решила полностью дискредитировать эзотерическое знание при помощи пропаганды. Во благо людей.

-- Конечно, во благо, -- усмехнулся Александр. – Власть попилили между своими и довольны. Эх, хорошо промыли тебе мозги на службе, солдат. Тамушта знал бы ты, кто такой на самом деле этот Карл Нойманн – не стал бы оправдывать тоталитарные жертвы во имя «безопасности». Кто меняет свободу на безопасность, тот обычно теряет и свободу и безопасность.

-- Поменьше разговоров с осуждением Спонсоров,  -- шикнула Катерина. – Он же донесёт на нас…

-- А что он скажет? Спонсоры и без того в курсе, что более менее старинные вампиры всю подноготную знают. Это для них не новость.

-- Ты давай про выезды, штурмовик, -- сказал Снежок. –  В общих чертах мы всё и без тебя знаем, и явно больше, чем ты. Ты лучше байки трави давай! Что было у вас на выездах? В какие переделки попадали? Вот про это нам послушать интересно, а не эти горе-софизмы о всеобщем благе посредством угнетения миллиардов. Тошно.

-- Да. Байки. Кроме той, в которой ты освободил Семеркета, -- сказал Септимус. – Не хочу сегодня лишний раз портить себе настроение.

Олег не стал оправдываться. Он вообще считал, что отпустив Семеркета, спас жизни не только двум бойцам, прикрывавшим тыл, но и всем остальным бойцам, которым пришлось бы контролировать древнего вампира до прибытия Судей. Да и удержали бы Семеркета даже Судьи? Ведь когда те догнали бегущего Семеркета в лесах – тотчас же погибли, все трое. Семеркет очень опытный воин. Для него даже тысячелетний Судья – ребёнок. Прожить шесть тысяч лет в бесчисленный битвах – это опыт, который Олегу было очень сложно себе вообразить.

Пытаясь скрыть свою скорбь, Олег рассказал, как работали их штурмгруппы. Как убивали Одержимых; как вязали необычного маньяка-насильника, заражённого чем-то чудовищным и вряд ли земным; как в сельской «яме Беккери», в скотомогильнике, куда много лет сбрасывали потроха и кости больных коров и быков, самозародилось нечто совершенно кошмарное и выползло наружу; как взяли штурмом подпольную лабораторию, тестировавшую аномальный антидепрессант «зоптилин» на больных депрессией, тела которых неизбежно выворачивало в нечто пульсирующее, фрактальноподобное и мерзкое; и как тяжело далась их отделу зачистка Загорска – уральского городка, из окрестных шахт которого выполз целый ад, с которым не посоревнуется даже «сайлент хилл».

Многое поведал Олег, опустив, правда, некоторые детали, а о чём-то так и не дорассказав – особенно о том, что вспоминалось с болью. Аристократам было незачем знать и всех его душевных стенаний – пусть насладятся весёлыми и увлекательными байками, какие попросили.

Всё это было в прошлом, будто и в прошлой жизни. Сейчас же начиналась жизнь совершенно другая.

-- Как же хорошо, что наш вампирский мир относительно свободен, -- подвёл итоги Александр. – Вампиры помнят. Много помнят, чего хотели бы скрыть Спонсоры, эти главари, притворяющиеся святошами. На смертных легко действует пропаганда Организации. У смертных память коротка, их век – ничтожно мал.

-- Но мы-то помним всё, -- Снег поправил чёлку, вложив в этот жест всё своё превосходство.

-- Например? – спросил Олег.

-- Позже узнаешь, если будешь внимательно вникать, -- Септимус глянул на часы. – А нам пора выдвигаться. Время заката настало. Нужно возвращаться в город. Здесь нам делать больше нечего, -- он перевёл взгляд на Олега. – Бедолага с непростой судьбой, такой короткий век, а столько нытья. Но таков твой рок, судьбы ещё никто не избегал, крепись. Много ты нам проблем доставишь своими склонностями. Не рассчитывай на жалость, ты, убийца моих соратников не только в настоящем, но и в далёком прошлом... И всё же я милосерден. Отдохни пару дней, расслабь свой разум и тело. Так уж и быть. Но только будь наготове. Я призову тебя, если что-то снова случится.

-- Благодарю вас, -- кивнул Олег. Наконец-то его отпустили домой, и он сможет посвятить всё время себе, а не своим жестоким хозяевам.

Продолжение (4 глава) есть уже здесь: https://author.today/work/529651

*

Книга о прошлом Олега: https://author.today/work/299775

*

**

А спонсорам сегодняшней главы выражаю благодарность!

Андрей Бирюков 1000р "За Олега и двор!"