Я пока не знаю, что это означает, но определенно выясню это, нужно только начать действовать, но с чего? Сон прерывается, и я некоторое время лежу, просто лежу чтобы успокоить свое нормальное-утреннее, которое в панике принялось мне рекомендовать огромные дозы успокоительного.
Нет, не нужно. Спасибо. Нет, все нормально. Нет, я в порядке. Я в порядке. Я в порядке. Чертовы роботы, идите нахуй. Сбой системы, к вам срочно выдвигается ремонтная бригада…
Встаю, выключаю будильник на пятнадцать минут раньше его срабатывания, плетусь на кухню, включаю кофемашину и иду в душ. Струи воды приводят меня в тонус, мысли ускоряются, кофе добавляет моему мозгу эффективности и вот я в рабочем состоянии. Что ж…Первое что приходит в голову- начать вести свой собственный дневник. Надо будет заказать тот самый вариант, по спецзаказу. Делаю спецзаказ прямо из-под горячих струй душа, лицо принимается банком, спецзаказ будет через 1,5 часа курьером в ящике для почты. Ок.
Я понимаю, что это сигнал, только до сих пор не разобрался от кого и для кого. И что он означает. Ну что-ж, вторая чашка кофе поможет мне разогнать себя. Стать более чувствительным, это по вашим понятиям. Кофе у нас особенный, да и понятия другие. Дураки вы, сейчас я всё узнаю, просто потому что меня эти сны достали.
Я тогда расслабился и да, был на этом самом перекрестке миров.
Я думал, что в силу своей развитости я имею преимущество над менее развитыми. Это было моей ошибкой.
Когда он спрыгнул ко мне, бело-оранжевый( по крайней мере, я его таким увидел), я не знал, что делать, он сам пошел на меня. Потом я помню только то, что во мне появилась вторая личность-его
«Мне чуть за тридцать, я никогда не был женат, детей у меня нет, и я очень люблю причинять боль другим людям.
Мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне было 13, затем детдом, лишения, трудности, преодоление, и вот я такой, каким создал себя сам.
Природа не обделила меня внешними данными и здоровьем и поэтому у меня очень легко получается заводить знакомства среди самых разных людей обоего пола. Соответственно, прибавляя к этому мой вполне себе подвешенный язык и некоторые другие мои способности, о которых чуть позже, я всю свою сознательную жизнь никогда не испытывал недостатка в средствах к существованию. Не всегда это было материальным, далеко не всегда…
Что же касается боли для других…Как-бы вам это объяснить попонятнее…
В момент боли человек раскрывается по-настоящему, выворачивает свое гнилое, тщательно спрятанное от посторонних глаз нутро, всю свою грязь, и через это очищается. Он становится таким, каким родился. Настоящим. И мне нравится их такими видеть, это и есть реальный мир.
Первые записи даются мне пока с трудом, но дальше будет лучше, поехали…»
Яркий белый свет даже сквозь веки …Больно… Но ведь я умер. Мне ввели инъекцию, и я умер…Но моё тело живо, все члены отзываются, сквозь закрытые глаза чувствую, что кто-то производит манипуляции с моей левой рукой. Долгожданная прохлада и облегчение… Кайф… Вырубаюсь.
Когда я смог прийти в себя, первое что сделал, когда смог открыть глаза-осмотрелся, насколько позволяло моё зрение. Смутные лица в каких-то масках, типа больничных, что-то говорят, я не чувствую исходящей от них угрозы, ее нет, но и облегчения не…стоп, что-то вкололи в левую систему, изображение стало четче, а звуки –разборчивей.
-Как вы себя чувствуете? -, спросило меня ближайшее изображение. Я посмотрел по сторонам как мог.
- Скоро будет лучше, главное-вы живы и без протокольных отклонений.
После этого они меня куда-то везли, а я вырубился, размышляя над понятием «протокольные отклонения».
Я находился в полутемной комнате с мягкой мебелью, журнальным столиком, комодом и большим, во всю стену, старинным шкафом. Освещение было очень тусклым, его обеспечивали две пары сделанных под старину светильников, расположенных на стенах комнаты. Стены были покрыты обоями с ретро рисунком. Окно закрывали плотные, даже на вид тяжеленные шторы.
В целом, если бы я постоянно не щипал себя за руку, дабы удостовериться, что это всё не плод моего воображения, я бы мог вполне принять окружающую локацию за одну из вип-комнат замка Resident Evil-2. Довольно известной компьютерной ретро- игры прошлого. Я проходил ее, было прикольно. Но я отвлекся. Меня насильно усадили в одно из кресел.
Заметив, как минимум пару камер наблюдения, я понял, что замок не такой уж и средневековый. Возможно, даже и не рыцарский.
Так, ладно, тело требовало действия. Когда я был в последний раз на койке, руки были зафиксированы. Пробую… Абсолютная свобода. А если попытаться встать? Пробую… Получилось встать, я свободен!!! В этот момент тяжелая дубовая дверь, тихонько скрипнув, отворилась… Я обернулся влево, на открывшуюся дверь.
В облике вошедшей молодой женщины было что-то очень-очень знакомое. Где я ее видел? Больничный халат, джемпер и юбка до колен подошли бы ей лучше, по моему мнению. Вошедшая была в форме- синего оттенка юбка на 8 см выше колен, форменная офисная блузка, китель поверх блузки с погонами без признаков звания- рядовая? строгое выражение лица.
Я не смог сдержать своих эмоций и поднялся чтобы чмокнуть ее в щеку. Она не отстранилась, но по ауре общения я понял, что это была последняя позволенная мне вольность. Ковровое покрытие заглушало ее легкие шаги. Она прошла к журнальному столику, села в ближнее ко мне кресло и уставилась на меня. Каштановые, аккуратно уложенные в прическу волосы, голубые глаза, неяркая помада, минимальный макияж
-Привет…она назвала моё имя и слегка улыбнулась.
-Как? Что случилось? Где я, что со мной?
-Я знаю, у тебя много вопросов, поэтому я здесь. Сейчас я начну эту историю с самого начала, чтобы помочь тебе как можно быстрее восстановиться. Итак, слушай…
И она действительно с самого начала рассказала мне эту историю, которую я уже рассказал вам в своем дневнике, но вот концовка была неожиданной.
-Мы вели тебя, потому что всё это дело с самого начала было мутным. Поэтому для тебя сделали исключение и твоя казнь, хоть и была официально проведена, была имитацией. Ты вне закона, официально тебя нет.
- Конечно, ты волен уйти, только далеко ли ты уйдешь?
-С другой стороны, наш проект предлагает тебе возвращение. Не обязательно в наш мир. Она сказала это и отвернулась, дальнейшие ее слова звучали глухо.
«Мне 13 лет, и я еду с родителями на заднем сиденье нашей машины. Родители снова начинают тихонько переругиваться. Повод? Они это делают почти без повода в последнее время, так что я уже совсем к этому привык. Раньше, когда я был маленьким, но что-то уже понимающим, мне всегда было страшно во время их ссор.
Помню, когда однажды они скандалили на кухне, очень громко, с криками и битьём посуды, я выбежал из своей комнаты, забежал на кухню, и обнимал их по очереди, до куда мог дотянуться, наверное, я обнимал их за колени, затем я взял маму за руку и потащил ее к отцу. Они стояли в двух метрах друг от друга и явно не ожидали моего вмешательства, остановились. Что я тогда понимал? Но это был порыв, искренний порыв моей детской души. Я хотел, чтобы они обняли друг друга, а затем вдвоем обняли меня и у нас снова была бы нормальная любящая семья и больше не было бы никаких ссор. Вот и сейчас, когда я рассказываю об этом, комок к горлу подступает до сих пор. Как же мне жаль того маленького наивного мальчишку!
Тогда все закончилось печально. Пьяный отец со всей силы отшвырнул меня в сторону и ушел из квартиры, хлопнув дверью так, что посыпалась штукатурка с потолка. Впрочем, я этого уже не слышал, потому что ударился головой о кухонную плиту и, наверное, вырубился. Следующий момент, который я помню- я лежу в кровати с ледяным компрессом на левой половине головы. А мать стоит надо мной, смотрит на меня и курит. Когда она увидела, что я очнулся, просто молча пошла на кухню докуривать и допивать.
Следующий яркий момент я помню, когда прошло уже несколько лет, и после очередной ссоры отец, хлопнув дверью, снова ушел, мама сидела на кухне за столом и плакала. Мне захотелось пожалеть ее, я подошел, положил руки ей на плечи и сказал что-то, на мой взгляд утешительное.
-Оставь меня, не прикасайся ко мне, уйди прочь! - закричала она.
-Отвали, я сказала! - ее крик заложил мне уши.
Но страшным было даже не это. Страшными были ее глаза, полные ненависти. Взгляд, который я запомнил на всю жизнь.
В тот момент я понял, не сразу правда, что надеяться мне в этой жизни, кроме как на самого себя, больше не на кого.
Так вот, едем в машине на дачу, «Жигули» трешка, отец нервничает и добавляет газу, потому что мы опаздываем, должна приехать машина с песком, которую надо принять, выгрузить и затем раскидать весь песок.
Я привычно отключил связь с внешним миром, погрузившись в свои мысли. Следующий момент: громкость родительского скандала повышается до критического уровня, мама прямо на ходу начинает избивать отца.
Сначала руками, потом что-то ей попалось под руку, отец слабо отбивается одной свободной рукой, другой пытается управлять машиной. Все произошло очень быстро, я даже не успел испугаться. После очередного маминого удара отец резко дернул руль, машина качнулась и пошла юзом, став неуправляемой…Мгновения свободного полета, это мы вылетели с трассы и затем удар со звуком, который до сих пор помню…Машина врезалась в дерево.
Дальше как в тумане. Я стою снаружи, метрах в трех от того что недавно было нашей машиной и наблюдаю как какие-то люди пытаются открыть заклинившие двери и вытащить моих родителей. Я почему-то уверен, что они мертвы, затем я вижу себя лежащим внутри груды искореженного железа, из моей головы течет кровь, меня вытаскивают через заднюю дверь и кладут на траву. Правая рука неестественно вывернута из плечевого сустава. Мне жалко самого себя, такой худенький и беззащитный…На родителей я старался не смотреть, странно, но жалости к ним я в тот момент не испытывал, было чувство, будто я завершил определенный этап жизни, дальше меня ждет следующий, и это мне очень нравилось…
Больница, переломы руки, ключицы, закрытая травма головы, многочисленные ушибы и кровоподтеки… Какие-то казенные тетеньки, уговаривающие меня подписать какие-то бумаги…»
От автора. Простите, читатели, в этой части включается параллельный герой. Чтобы вы их смогли отличить, пришлось поиграть текстом и порезать кое-что, немного. Пикабу не позволяет. Приятного вам отдыха))).