Я, Dota и мой лучший друг - пиво.
Исключительно на Weaver и всю ночь, до тех пор, пока не пойду на работу..

С чем связано моя "пьянка" и ночная посиделка в доте?
Я кстати ни разу в жизни не спал больше чем 24 часа и не играл всю ночь, но т.к. сегодня произошло это..

Я устал от - СТРАХА!
Мне понравилась девушка с ПВЗ, мы ездим на одно автобусе и садимся на одной остановке, у меня было пару шансов подойти и узнать как у неё на личном, но я не воспользовался этим, и сегодня я иду на остановку и там стоит она, я был настроен подойти к ней, но меня замкнуло и я просто стоял рядом и смотрел.. Бля.. Такая неловкая ситуация.
И тут меня это окончательно сломало. Ладно, Тайлер Дерден, я признаю свою трусость и страх перед мнением людей, ты доволен?

И на этой почве (там мой мозг подкручивал многое, но это всë равно прочитают дай бог 10 человек) я считаю себя лузером по жизни

Мечтаю однажды проснутся и забыть про слово "страх" и жить в кайф, не боятся ничего и тем более мнение окружающих. Я хочу стать экстравертам, а не интровертом. Хочу побороть социофобию.

Блять, хочу проснутся Тайлером Дерденом

История основана на рассказе соседки

Автор Волченко П.Н.

Мама опять была на работе.

Маленькая Ира решила, что уж сегодня она точно будет храброй, сегодня она сможет стать отважной и не побежит, как всегда на балкон от своих страхов. Она включила свет во всех комнатах, она сделала бутерброд с маслом и вареньем, включила телевизор погромче, и уселась в зале на диване напротив телевизора. Вроде пока удавалось не бояться. Тут ведь главное что: не смотреть в сторону прихожки, где хотя и горит яркий свет двух лампочек плафонных, но все же…

И она таки взглянула в сторону, и увидела мгновенно исчезнувшую тень, будто показалось, а может и не показалось – черная собака черной кляксой отпечаталась в ее сознании, в кратком миге воспоминания. Она все же дожевала кусок бутерброда, проглотила, уставилась в телевизор. Как жаль, что телевизор стоит вот так, в сторонке от входа, и толком не увидишь, что там в прихожке творится, и в то же время полностью никак не отвернешься. Вот и кажутся все эти тени на самом краешке взгляда, и становится от этого еще страшнее, еще холоднее внутри, особенно когда вот так вот – когда одна, когда мама на работе, а за окном уже темно, почти ночь, хотя почему почти? Для нее, для маленькой Иры – это уже ночь, она уже должна, как хорошая девочка, включить ночник, лечь в кроватку и пытаться заснуть, как она и делала на старой квартире, до переезда. Но тут… тут так не получалось. Все ей казались какие то силуэты, какие-то шорохи, какой-то сквозняк, и потому, оставаться дома одной, а тем более одной ложиться спать – она не могла.

По телевизору шло «Ну погоди», Ирина улыбалась, но вот рассмеяться никак не могла – ползли мурашки по спине, да и улыбалась она вымученно, потому как надо было вроде как улыбаться – так проще побеждать свои страхи и всяких там Бук да Бабаек.

Снова что-то промелькнуло, но она даже не вздрогнула – была к этому готова. А потом еще что-то зашуршало, тут она уже еле удержалась от того чтобы не взвизгнуть, но все же держалась, сама себя успокаивала, что может это у соседей, может еще что, может…

Скрипнула половица и совсем рядом будто зашипела змея. Ирина не выдержала, завизжала во весь голос и опрометью метнулась к балкону, к своей холодной крепости. Выскочила на улицу, захлопнула за собой балконную дверь, и тут же съежилась от порыва холодного ветра. Поздняя осень, блестит первый снег в желтом свете уличных фонарей, холодно. А она в футболке и в шортах. Глянула через окно балконной двери в зал: мягкий теплый свет, телевизор, на полу бутерброд валяется, конечно же маслом и вареньем вниз – все тихо, все спокойно, вот только не вернется она туда, и будет мерзнуть тут, на балконе, пока не увидит внизу, как мама входит в подъезд.

Страшно.

Приехал двоюродный брат из деревни в гости. Большой, сильный, высокий, розовощекий, и с холода, когда он зашел в квартиру, от него просто дохнуло этаким запахом морозным, новогодним, да еще и снежинки эти, что блестками налипли на его воротник, на шапку его. Ирина радовалась, прыгала вокруг него, лезла с расспросами, а он, то и дело, подхватывал ее на руки, подбрасывал к потолку, щекотал, да расспрашивал, как она в школе учится, что сейчас проходят, просил показать рисунки, да и вообще – веселый-веселый, простой и надежный. Рядом с ним Ирине становилось спокойно и весело.

Он привез два огромных баула с гостинцами: варенья, соленья, целлофановые пакеты с зелеными хрусткими яблоками, копченое сало, которое Ира конечно же не любила, но все же с каким то бурным воодушевлением рассматривающая эти пласты, а брат рассказывал какая вкусная получается картошка, если на этом сале жарить. И так ей той картошки захотелось! Аж слюнки потекли.

А потом они вытащили в зал стол, мама достала новую, хрустящую скатерть, и пили чай с тортиком. Было вкусно и весело, за окном уже темнело, а потом брат глянул в сторону прихожки и… сушка выпала из его рук, звякнула тихонько о край блюдца и покатилась по столу.

- Леша, ты чего? – спросила тихо мама.

- У вас там… что-то, - лицо его было бледным, весь румянец враз сошел и глаза расширенные от испуга.

- Что? – спросила мама, а Ира прямо обмерла. Неужели он тоже видит, неужели он тоже что-то заметил? Может это и правда, может это не она такая трусиха а…

- Тени.

- Какие тени?

- Я такие маленьким видел, когда бабка Марфа к нам переехала. Помнишь ее?

- Конечно. Такую гром бабу не забыть.

- Она же со всем добром приехала, и домового, говорила, на венике принесла.

- Да помню я, Леш, что за глупости говоришь. И про то как вы попа звали тоже помню. В каком веке то живешь?

- А вы не замечали сами… - он все же повернулся в их сторону и посмотрел сначала маме в глаза, а потом Ирине.

- Ну что ты… - начала мама, но Ира ее перебила.

- Видела-видела-видела! Я видела! Я только никому не говорила! Я боялась, что меня трусихой назовут. А я видела! И слышала, и холодные они еще, и страшные!

- И я… - тихо призналась мама, - только думала, что мне показалось.

Через два дня приехал батюшка. Большущий, огромный, в черной рясе, и борода у него была огромная – лопатой, вот только не седая, а, почему-то, рыжая, потешная, хоть волосы его были и черны как смоль.

Батюшка шутил, ходил по дому, читал какие-то молитвы и делал пальцами Ире козу, отчего та фыркала и смеялась. А потом он остановился в прихожке, сел на корточки и сказал с доброй улыбкой, толком ни к кому вроде и не обращаясь

- Два хозяина у вас в доме, вот и дерутся. Чего деретесь, бедолаги, все ваше, и пугать своих гостей не надо.

- Каких гостей? – спросила Ира испуганно.

- Вы их гости, а они в доме вашем хозяева. Кормите их, молочко оставляйте, печенья крошки и все у вас будет хорошо. А вы, братцы, не пугайте никого, в мире живите. И вон, смотрите, какая красавица в доме вашем на выданье растет. Вот мужа найдет, и пойдет она к нему жить, а один из вас с нею уйдет, чтоб под присмотром, чтоб ничего плохого у нее в жизни не было. Договорились, а?

Улыбнулся, раскланялся, чмокнул Иру на прощанье в щечку, да и ушел.

И не было в доме с тех пор страхов, и все дела их домашние спорились, а когда Ира замуж вышла и в новый дом ушла, то принесла она туда веник из отчего дома, и может был на том венике хозяин – домовой, и жили они с мужем ее ладно, да славно.

Ой, у меня была похожая ситуация. Только я напугала, а не меня. Я училась в универе на вечернем, а днём у меня была работа, чтобы этот самый универ оплачивать. Так вот, с универа я возвращалась поздно, т.к. пары заканчивались в 22, а домой мне ехать часа 1.5-2 в другой конец Москвы. Благо пробок уже почти не было. Иду я от остановки, а впереди меня женщина. Идёт она неспешно, а мне ппц как домой надо, т.к. в 6 вставать уже на работу, а я в лучшем случае лягу спать в полпервого. Была то ли весна, то ли осень, но ходили в туфлях все и я не исключение, ибо дресс-код на работе никто не отменял. Обойти её никак нельзя было, т.к. с одной стороны был забор садика, а с другой грязь и лужи по колено. Я шла в наушниках, чтобы не скучно и не страшно было, поэтому на женщину внимания особого не обращала. Попросить дать пройти как-то тоже не смогла или не захотела. Скромная ещё очень была и лишний раз с незнакомыми людьми не заговаривала (особенно после работы вообще говорить ни с кем не хотелось). Тут я заметила, что женщина немного ускорилась и на радостях, что не придется за ней телёпать, тоже прибавила шаг. Шагов через 5 она стала идти ещё быстрее и потом чуть ли не в лёгкий бег перешла. Так как она была явно старше и с явно лишним весом, то мне бежать не пришлось, я просто ускорилась на быстрый шаг и само собой от нее не отставала. И когда наконец-то узкая тропа с забором закончилась, я смогла пойти на обгон. Когда я обходила её слева, то увидела, как она шарахнулась от меня и вытаращила на меня безумные глаза по 5р. (а я напоминаю, что всё время была в наушниках). До меня не сразу дошло, что всё это время я цокала своими коблуками за ней и ускорялась вместе с ней. Надеюсь, она не сильно постарела в тот вечер 🤣 когда до меня это дошло, я была уже дома и готовилась ко сну)) время было очень тяжёлое и запарное, но весёлое 😃

Вчера вечером (где-то между 20:00 и 21:00) возвращаюсь домой пешком (транспорт в нужную мне сторону уже не ходит).
На улице темно, тусклые фонари есть только на дороге, тротуар (полностью убитый) в темноте.
Так как на дороге очень мало машин, принимаю решение идти по обочине, потому что там хоть что-то видно. На самой улице вообще никого - тишина и темнота.
Почти прошла половину пути, стараюсь идти быстро, шестое чувство подсказывает, что опасность где-то рядом.

Сзади притормаживает машина, внутри трое или четверо парней.
Начинают свистеть, предлагают подвезти.
Чётко, ясно и вежливо отказываю, быстро сворачиваю с обочины дороги в темноту тротуара. Иду в никуда, практически на ощупь.
Парни не отстают, продолжают настойчиво приглашать «прокатиться», «подвезти», «познакомиться». Светят в мою сторону фонарями от телефонов.

Я уже в ужасе, холодный пот, практически бегу, запинаясь и оступаясь.
Вдалеке виден свет от небольшого магазинчика и светофоров. Нужный мне перекрёсток, откуда начинается уже нормальная освещённая дорога.
Машина продолжает преследовать, голоса становятся всё агрессивней и настойчивей.

Я каким-то чудом успеваю добежать. И только на перекрёстке, где были люди, шум и другие машины, эти парни отстали.
Может быть испугались.

Настолько сильно я испугалась за свою жизнь во второй раз.

И сейчас меня не отпускает мысль, что если бы они подъехали чуть раньше, или я не успела бы добежать...

Как нужно описывать отказ? В каких эпитетах и сочинениях на сколько страниц, чтобы тебя поняли что нет - это нет, и здесь не может быть многоточия и завуалированного предложения на флирт?

Испуганная девушка, дрожащим голосом говорит - «нет!». Ну, наверное она готова познакомиться...