Лига психотерапии

С рождения сына она знала, что с ребёнком у неё что-то не так. Старший был ближе к сердцу, роднее, хоть и ершистый; младшая была ласковая, болтушка и проказница. А со средним она знала - не складывается.

Свою тонну книг по воспитанию детей она перечитала ещё в молодости. Сыну, казалось, ничего от них не надо: ни подарков, ни объятий. С детьми во дворе особо не играл, сторонился. К отцу тянулся, ездил с ним на рыбалку. Остальное было ему не интересно.

У неё попросил однажды набор инструмента для резьбы по дереву. Это было в его седьмом классе. Она удивилась, стала узнавать, что лучше купить. Никаких денег было не жалко, билась одна мысль - хоть так дать то, что не додала, не вложила, не долюбила. Поиски свели её с мастером резьбы по дереву, у него сын и перенял основы ремесла.

В школе учился сам, хорошо. После школы сын уехал из их маленького города в большой, поступил. Домой не приезжал, - начал подрабатывать. В гости не приглашал, а они показаться дома и не уговаривали - знали, что давить бессмысленно. Пообещает под нажимом, чтобы отвязались, а в последнюю минуту всё переиграет так, чтобы вырулить по-своему.

Когда её мальчику было десять, она разговаривала с психологом о том, в чём её вина, что она сделала не так, что он таким вырос.

Где совершила ошибку?

Психолог задавала пугающие её вопросы - страшным было то, что психолог как будто сына знала, предчувствовала то, как он поступит в разных ситуациях. Потом говорила с ней про то, что ошибки никакой нет, что между людьми бывают разные отношения, и у её мальчика - такой вот тип привязанности, избегающий.

Она шла домой, повторяя про себя слова про то, что он таким уродился и она в этом не виновата. Чувствовать себя недоматерью она перестала только в его шестнадцать, когда он, волнуясь, подарил ей собственноручно вырезанную липовую шкатулку.

Она обомлела, а сын показывал кто где: на крышке скульптурно изображены были и отец, и брат с сестрой, и она с ним у костра, все вместе на рыбалке. Всю композицию он придумал и сделал сам.

После вуза сын приехал один раз повидаться и сказать им, что на Родину не вернётся.

Работать устроился вахтами, чтобы скопить на квартиру в большом городе. Не пил, не курил. С тем, что он проживёт всю жизнь один, она не могла и не хотела смириться.

Раз в неделю она ему звонила, ненадолго. Денег он накопил, квартиру купил, зарабатывал сначала на ремонт, потом на хорошую кухню. Всё сам, без женской руки, - когда речь зашла о кухне, она твёрдо сказала, что после выходных приедут с отцом на новоселье.

Спрашивала, что привезти, что подарить. "Не надо ничего везти, у меня все есть", - как же ранил её раньше этот ответ! Сейчас она ответила спокойно, мол, поняла.

В выходные на базаре столкнулась с учителем по резьбе. Он сильно сдал. Спрашивал, как у сына дела, рассказывал о своих многолетних хворях. Уговорил их с мужем поехать к нему прямо с базара.

В подарок сыну повезли от него тяжёлый мешок грушевых чурбачков. На словах просил передать, что высушена древесина на совесть, сушил для себя.

Дверь по адресу сына им открыла пухлая белокурая девушка. Отец только крякнул.

- Спустись к машине, гостинцы поможешь поднять. Тебе там мешок кой-чего передали, - попросил сына.

Всю дорогу домой она проплакала.

Соседки завидовали, какой он у неё ответственный, разумный и самостоятельный, а ей не хватало его ребячьей открытости, желания прильнуть к маме, того, что было в отношениях с другими детьми - души, тепла. Так и вырос, в своём дому хозяин и при хозяйке теперь. Навсегда взрослый.

- Не угодишь тебе! То один он - плачешь, то женат он - плачешь, - не мог взять в толк, отчего у неё льются слёзы, муж.

Она плакала не о нём, а о себе. О третьем ребёнке, которого у неё не было.

Младшая дочь взяла дело в свои руки, навела мосты, подружилась в Фейсбуке с невесткой. Приходила, показывала ей на компьютере фотографии, которые та выставляла.

Сын тоже там в Фейсбуке был, вёл страницу. Лица его там не было, только на снимках - вырезанные из дерева фигурки. Непостижимо живые.

Она заходила на его страницу каждый день. Научилась лайкать его посты.

Написал он на своей странице только один раз.

На смерть мастера, у которого учился.

Про то, как много этот человек ему дал. Про то, как важно ему было встретить человека, который чувствовал сокровенные движения его души, даже когда словами он не мог их сказать. Про то, что в жизни таких людей у него было только двое - мастер и мама, которая подарила ему первые инструменты, поддержала в учении, всегда верила в него.

Что она не похожа на других мам - она не любит пустые разговоры. А однажды привезла ему тяжеленный мешок дров в подарок, а не занавески и кастрюли на обзаведение хозяйством. Но это был самый желанный подарок на свете, потому что древесину сушил далеко в другом городе его учитель, и это его наследство. Это его дух делает такими чудесными его скульптурки.

В комментариях к посту чужие люди восхищались ею и пели осанну её материнству.

Она молча легла пластом и не могла сдвинуться с места два дня. О том, что она передумала внутри себя, она никому никогда не рассказала.

Источник

Всем привет!

Представлюсь. Назову себя, пожалуй, Ларой. Мне шестнадцать лет, живу в Петербурге, заканчиваю школу и планирую поступать в Университет.

Недавно у меня с молодым человеком произошла история, которая выбила меня из колеи, пошатнула мои представления о том, как могут и должны развиваться отношения между парнем и девушкой, и мне нужен совет старших и более опытных людей, понимающих в психологии, о том, как быть дальше. А может быть, другие девушки сталкивались с такой ситуацией и смогут подсказать мне, что делать.

Заранее извиняюсь за долгий рассказ, но это нужно, чтобы дать полное представление о сложившейся ситуации. Сколько себя помню, мне всегда нравились парни постарше, потому что, мальчики, не обижайтесь, но у моих ровесников парней в голове только всякие компьютерные стрелялки и прочие глупости. Два года назад подруга из общей тусовки познакомила меня с Алексом. Это была ранняя осень, и я отпросилась на дачу к подруге с ночёвкой на шашлыки. Алексу было двадцать четыре. Несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте, у нас оказалось удивительно много общих тем, и разговор как-то сам собой непринуждённо складывался, выяснилось, что мы слушаем одну и ту же музыку, гуляем в Питере в одних и тех же местах, любим «Дом Кино» на Караванной, и мы, в итоге, стащили бутылку вина и, сбежав ото всех, гуляли вдвоём по дорожкам осеннего парка и общались обо всём на свете. Я не питала иллюзий и понимала, что вряд ли такого взрослого парня заинтересует такая «мелкая» девушка, как я, и даже в конце, когда он попросил адрес моей анкеты во ВКонтакте, особо ни на что не надеялась, но на следующей неделе Алекс написал мне и предложил сходить с ним в кино. С этого всё и началось.

Когда Алекс первый раз оставался у меня с ночёвкой...

Здесь, думаю, я должна сделать небольшое пояснение. У моих родителей двойное гражданство. В начале нулевых мой отец получил приглашение преподавать в Белградском университете. Со временем родители получили в Сербии вид на жительство, а затем и гражданство и несколько лет назад купили квартиру в Белграде. А после начала СВО отец насовсем остался в Сербии и больше не возвращался в Россию. Так что теперь мама частенько летает к отцу в Белград на выходные, а то и остаётся у него на неделю. Поэтому, когда мамы нет дома, я сама себе хозяйка и могу пригласить на ночь кого-нибудь из друзей или подруг.

Так вот, когда Алекс пришёл ночевать ко мне, я очень боялась, что он будет ко мне приставать, потому что понимала, что он взрослый парень, и ему хочется секса, а мне было всего четырнадцать и я совсем не была готова была начинать интимную жизнь... Но он, всего лишь, нежно обнял меня, и мы заснули в обнимку, а потом с утра, наверное, два часа целовались и обнимались, лёжа под одеялом, так что я пропустила два первых урока, и потом он провожал меня до школы...

Алекс оказал огромное влияние на становление моей личности. Я была не слишком эрудированным человеком, и Алекс постоянно приносил мне разные книги и фильмы, он привил мне вкус к хорошему кино, литературе и живописи. Я понимала, что не дотягиваю до его культурного уровня и не обладаю таким широким кругозором и постоянно боялась, что ему станет неинтересно со мной, и он перестанет со мной общаться. Поэтому усиленно взялась за самообразование. Бросила смотреть дурацкие сериалы от Нетфликса, и взялась за классику мирового кинематографа – Андрея Тарковского, Ингмара Бергмана, Анджея Вайду. Преодолевая скуку, стала читать Гранина и Солженицина.

Первый звоночек прозвенел уже тогда. Алекс принёс какой-то очередной фильм на тему ЛГБТ, мы сели смотреть, и когда у персонажей дошло до постели, сказал, что, а вот, было бы интересно оказаться на время в теле девушки, чтобы понять, а что чувствует девушка во время секса, как она всё это ощущает, когда партнёр проникает в неё, чтобы лучше научиться понимать женщин, посмотреть на мир с их стороны. Мне стало неловко и не очень комфортно в этот момент, но я быстро подавила в себе это ощущение и наоборот, порадовалась, что общаюсь с человеком таких широких либеральных взглядов, что он не ватник какой-нибудь и не поборник этих традиционных ценностей, с которыми нам в школе надоели, и от которых уже тошнит. Что человек мыслит современно и по-европейски.

За два года, что мы общаемся, у нас ни разу не было секса. Когда я рассказала об этом подругам, они были сильно удивлены, потому что, повторюсь, у нас общая тусовка, друзья видят, что мы вместе уже два года и привыкли воспринимать нас, как сложившуюся пару. То есть, вы не подумайте, у нас с Алексом нет друг перед другом никакого стеснения. Мы можем принимать душ вместе, можем спать в обнимку, можем целоваться взасос, лёжа под одеялом и обнимать друг друга, и Алекс будет гладить меня по попе, но никогда, никогда он не пытался зайти дальше. И, если в начале нашего знакомства мне было четырнадцать, и я сама была не готова вести сексуальную жизнь, то теперь мне шестнадцать, и вроде бы, уже и самой хочется, но я считаю, что первый шаг в этом вопросе должен сделать парень, поэтому не заводила об этом разговор и не пыталась проявлять инициативу.

Я читала законы на этот счёт и знаю, что шестнадцать лет по законам РФ считаются возрастом согласия, то есть, теперь я могу дать осознанное согласие на секс, и парню ничего за это не будет. И, если в начале наших отношений я думала, что Алекс просто боится последствий, то теперь ситуация всё больше и больше кажется  мне странной.

И вот на днях Алекс позвонил мне и сказал, что хочет поговорить, что это серьёзный разговор, и он хочет обсудить это при встрече. Я догадалась, что он, наконец-то, решил предложить нам заняться сексом. Надела красивое бельё и целый день с «бабочками в животе» ждала его прихода... И да, Алекс действительно предложил заняться сексом, но всё оказалось не так, как я ожидала.

Алекс принёс бутылку вина, мы разогрели ужин и ели, сидя на ковре на мягких подушках, как мы обычно любим это делать. Я видела, что он хочет сказать мне что-то, но ему неловко, и он не знает, как начать разговор. Ни разу не наблюдала Алекса таким. В последнее время он часто бывает грустным, но у него никогда не было проблем с коммуникацией, и, повторюсь, у нас нет стеснения друг перед другом даже в самых интимных вопросах. Но в этот раз я видела, что ему действительно трудно начать говорить.

Тогда я просто взяла его руки в свои и сказала, чтобы он был спокоен, и я готова принять всё, что он скажет. (Забегая вперёд, к тому, что я услышала, я оказалась не готова).

Алекс сказал мне, что ему всю жизнь хотелось поменяться ролями с девушкой и почувствовать себя на месте своей партнёрши. И попросил меня «побыть для него мальчиком в постели», сделать с ним ЭТО при помощи страпона. Что за эти два года я стала самым близким ему человеком (и это взаимно), и только ко мне он может обратиться с такой просьбой. И ещё, что «в этом месте» он девственник и только мне он может доверить своё тело в таком деликатном вопросе.

Я видела, как он волнуется, чувствовала, как дрожат его руки в моих ладонях, но и сама сильно смутилась и попросила на размышления несколько дней. Сказала, что не могу ответить ему сразу. И, в общем-то, остаток вечера прошёл хорошо, и мне удалось развеселить Алекса, и мы над чем-то смеялись и смотрели хороший фильм под вино...

Но, оставшись одна, все эти последние дни я хожу сама не своя. Столько вопросов в голове...

Я часто фантазировала в мыслях, каким будет мой первый секс с парнем. Ждала, хотела и боялась этого. Представляла разные картины, но я и подумать не могла, что моему первому сексуальному опыту предстоит стать именно таким. Опять же, я абсолютно нормально отношусь к ЛГБТ, но меня бросает в краску при одной мысли о том, что мне придётся делать что-нибудь подобное.

А что, если я откажу, и Алекс обидится на меня, перестанет со мной общаться и найдёт себе другую девушку?

А что, если Алекс гей, и ему девушки не интересны? Но ведь, тогда он бы с парнем встречался, а не со мной, ведь так ведь?

А что, если ему обычный секс вообще не интересен, и я так и останусь для него партнёршей со страпоном?

Потому что, опять же, как парень меня Алекс полностью устраивает, и я уже начала строить планы, что после окончания школы я съеду от мамы и мы будет жить с Алексом вместе, и тут вот такие новости...

Ааа... Помогите мне, у меня реально едет крыша!

С уважением, и искренне ваша (пребывающая в состоянии шока) Лара Равель.

Признаки эмоционального выгорания в коллективе.

Эти признаки тоже нужно уметь диагностировать и замечать. Например, общая апатия в коллективе по отношению к свойству или к происходящему: допустим, у человека день рождения, самый элементарный пример, который часто происходит в коллективе. При эмоциональном выгорании мало кто реагирует на это событие, нет никакого желания кого-то поздравить или как-то отметить, даже если человек принес тортик, поставил на кухню, ничего не происходит – каждый пришел, себе по отдельности кусочек отрезал и больше ничего не произошло, нет этого настроения, улыбок, поздравлений. Руководству коллектива нужно задуматься – что-то происходит не так: сотрудники отбывают время на работе всем коллективом, большая текучесть кадров, есть общая тенденция побыстрее уйти с работы, или люди постоянно ждут какие-то перекуры, чаепития, нет новых идей, нет предложений, связанных с отдыхом или с какими-то предложениями по развитию рабочего процесса.

Всем известно, что хороший коллектив – стабильный коллектив и показатель хорошего руководителя. Если люди постоянно приходят и уходят, задерживаются, то вопросы, конечно же, к организации самого процесса и к неумению и нежеланию руководителя и его сотрудников брать на себя ответственность за происходящие ошибки и конкретные результаты.

Симптомы эмоционального выгорания.

Первое и самое важное – это физические симптомы: бессонница, любые нарушения сна, физическое утомление, общая слабость, чувство дурноты, тошноты, головокружение. Это может быть головокружение, связанное с окружающей средой, например, душным помещением. Но раньше человек в данном помещении себя так плохо не ощущал. Происходит изменение симптомов на одну и ту же ситуацию.

Важно отметить головные боли, одышку, повышенное давление, а также сюда входят эмоциональные симптомы. Это будет эмоциональная ригидность, то есть, эмоциональные проявления, связанные с уединением человека: он отстраняется от общих коллективных задач, чаще сидит со своим рабочим столом, никак не контактирует, не перебрасывается словами с коллегами. Бывают разные эмоциональные перепады, могут быть другие яркие проявления – истерики, агрессия, какие-то эмоциональные страдания на события вне стен работы, когда, на наш взгляд это не стоит и выеденного яйца, а человека это очень сильно травмирует. Возможно, это начало синдрома выгорания – повышенная тревожность по любому поводу.

И, конечно же, все симптомы зависят от темперамента человека. Существует прямая связь темперамента и степени эмоционального выгорания. А если мы переведем их в генетический психотип, то поймем, что наиболее часто хронически выгорают те люди, которые являются трудоголиками, так как это их генетическая предрасположенность – более усердно и длительно что-то делать. Если это происходит чрезмерно, то возникают синдромы залипания в каком-либо процессе, где человек не может  переключаться на отдых.

Если он находится на каком-то производстве, где постоянно подкидывают какую-то работу, то, соответственно, он будет переутомляться. В эту категорию будут входить также люди, которые более лабильно относятся к окружающему миру и более эмоционально воспринимают этот окружающий мир с перепадами настроения.

На самом деле, если правильно организовать труд, то любой психотип при больших нагрузках может длительно оставаться в эмоциональном и физическом здоровье, но все равно в факторе риска будут более исполнительные люди. Они будут наиболее эмоционально воспринимать факторы внешней среды и очень сильно переживать за них. Это именно те люди, на которых держится основа продвижения вперед.

Есть определенные психотипы, у которых очень высокая стрессоустойчивость, и такие люди нечасто попадают в синдром хронического выгорания. Хотя мы понимаем, что любой психотип туда может попасть, даже слишком сильный, если он постоянно для своего уровня берет максимально повышенные задачи в длине времени, и у него нет других профилактических методик, чтобы разгрузить свою нервную систему и улучшить свое соматическое состояние.

Теперь о поведенческих моментах выгорания, например, если человек ни с того ни с сего начинает есть сладости, как будто заедает что-то. Он не знает, что раньше такого с ним не было, он даже приносит с собой какую-то еду, чтобы перекусить, на его рабочем столе появляется какая-то тарелка или кружка с чаем или кофе, стакан с водой. Он постоянно пытается подкрепить что-то, происходит постоянная пищевая активность.

Если есть отказ от еды, или переедание, или ни с того ни с сего человек начинает или курить, или наоборот, очень часто курить, или пить алкоголь, или говорит о вечернем алкоголе, когда он сможет расслабиться, в этот момент нужно заподозрить, что что-то здесь не то.

Или если человек говорит о чрезмерной нагрузке, но мы понимаем, что это обычная нагрузка, она всегда такой была, или может быть она чуть-чуть больше, чем обычная. И вот тогда стоит акцентировать внимание данного человека на том, что «может быть ты переутомился, может быть сделать перерыв?» Все эти случаи, связанные с множеством неточностей, жалоб, ошибок, импульсивного поведения, агрессии на пустом месте, все это тоже может говорить о том, что человек плавно идет в эмоциональное выгорание.

Интеллектуальные симптомы эмоционального выгорания – мы понимаем, что что-то не то, наша память стала слабее, мы не можем справиться с этим объемом информации, постоянно отвлекаемся, не можем вспомнить, что должны были сделать, или же остается множество несделанных задач.

Социальные симптомы: если мы замечаем, что человек перестает звонить, говорит «потом, не сейчас, дайте мне время, я к чему-то приду», но мы видим, что, в принципе, дел каких-то особых нет, а человек все откладывает, как будто ему не хватает ресурсов на точную сконцентрированную работу. Если мы отказываемся от привычной деятельности, хобби, перестаем общаться с друзьями и близкими, это все говорит о синдроме эмоционального выгорания.

Развитие синдрома эмоционального выгорания происходит по этапам: вначале возникает усталость, слабость, расстройство сна, могут быть какие-то проявления по другим заболеваниям, где-то тахикардия, расстройство со стороны желудочно-кишечного тракта, головные боли приходящие и уходящие или уже может быть даже стабильные, снижение памяти, внимания. Постепенно процесс переходит в психологические симптомы: тревожность, возможно, есть депрессивная симптоматика, перепады настроения, снижение интереса к жизни, нежелание участвовать в общих мероприятиях.

Вот здесь нужно обратить внимание на то, что человек слишком переутомлен и он уже находится в ситуации синдрома эмоционального выгорания. Любая непереносимость, которая возникает или, наоборот, зависимость – алкогольная, никотиновая, пищевая, наркотическая – является ярким признаком выгорания.

На самом деле вы не представляете, какой процент людей, которые находятся вокруг вас, уже эмоционально выгорели. Это наши коллеги, которые стараются, очень много работают, хотят успеть везде и делают акцент на себе, не думая о своем состоянии и потом попадают к доктору. Вырвать любого человека из синдрома хронического выгорания очень сложно.

Получается такой замкнутый круг: сначала неудовлетворенность с потребностями или какие-то состояния, возникающие в сфере насыщения каким-то психическим, физическим, эмоциональным фактором. Потом мы начинаем себя отстранять от этой ситуации, пытаемся обособиться. Потом возникают ситуации, когда уже мы не можем с этим справляться и переходим на пониженное настроение.

Попадание в круг симптомов эмоционального выгорания напрямую зависит от психотипа, от эпигенетических факторов; от того, как человек воспитывался, занимался ли он спортом, какие у него родители, что они ему говорили. Если всегда человеку говорили «ну не можешь, и не надо» – это одно. А если человеку говорили «мы не можем сдаваться, мы всегда пойдем вперед», то, если рассчитать план, по которому мы двигаемся вперед, такой человек все равно потенциально будет более направлен на прогресс при любом психотипе.

Степень невротических или соматических расстройств, или то, как быстро человек попадет в это кольцо, зависит от множества генетических факторов и состояния здоровья. Происходят соматические эффекты, формируются симптомы: болит желудок, болит нога на спорте, и человек начинает пугаться этих состояний, потому что они все чаще происходят.

Потом происходит прямая связь «я утомился, я перевозбудился, я был на выступлении, и вот тут же симптом, он вроде бы и раньше у меня был…», но вот уже возникает прямая связь – психоэмоциональная и соматическая. Происходят уже не первичные эпизодические симптомы, а уже конкретное психосоматическое заболевание. За счет того, что мы думаем, что мы заболели, что мы не можем продолжать свои планы, например, растить детей, строить дом или передвигаться в пространстве. Возникает тревожность и еще большие нагрузки.

Получается такой нескончаемый поток, и чтобы вытащить человека из этого круга, нужны несколько специалистов, которые работают в одной команде. Нельзя такому человеку поставить один диагноз и отправить, например, к кардиологу. Он потеряется, у него и так сил нет. У человека с выгоранием должен быть четкий план, как ему нужно двигаться, тогда он может выйти из этого состояния. Должен быть врач-координатор реабилитации данного человека, к которому прислушиваются другие коллеги, с которыми он обсуждает тяжести погружения в заболевание.

Теории диагностирования синдрома эмоционального выгорания.

Рассмотрим несколько теорий диагностики эмоционального выгорания.

Одна из известных теорий – теорий Хартмана. Он рассматривает синдром эмоционального выгорания как процесс, проходящий 4 стадии.

1️⃣Напряжение, когда мы еще можем в момент какой-то работы проявлять дополнительные усилия по адаптации к рабочим требованиям. То есть, мы понимаем, напрягаемся и мы можем это сделать.

2️⃣Экспрессивное переживание стресса, когда идут какие-то факторы, мы пытаемся что-то сделать, но у нас уже не получается сделать так, как было раньше. И мы реагируем очень ярко, психоэмоционально, не соответственно ситуации.

3️⃣Симптомы, на которой проявляются физиологические, аффективно-когнитивные и поведенческие реакции в индивидуальном порядке.

4️⃣Истощение, представляющая собой эмоциональное выгорание как комплексное переживание хронического психологического стресса, проявляющееся как физическое и эмоциональное истощение. Это 100% пребывание в синдроме хронического стресса.

По В.В. Бойко, эмоциональное выгорание — это психологическая защита, приобретенный стереотип поведения, который возникает в ответ на психотравмирующие воздействия и помогает человеку экономить энергетические ресурсы. Это состояние характеризуется тремя фазами: «напряжение», «резистенция» и «истощение», которые развиваются по мере нарастания нагрузки. Бойко также разработал методику для диагностики уровня выгорания и определения, в какой из фаз находится человек.

Фазы эмоционального выгорания по Бойко:

1️⃣Напряжение, в которой человек испытывает негативные эмоции, недовольство собой и своей профессией, чувство безысходности и тревогу. На этом этапе человек пытается исправить ситуацию, концентрируя все свои психические резервы.

2️⃣Резистенция – стадия, где человек пытается адаптироваться к стрессовым условиям, вырабатывая защитные механизмы. Его поведение становится стереотипным, а эмоции притупляются, чтобы сохранить энергию.

3️⃣Истощение – финальная стадия, при которой происходит полное истощение психических и эмоциональных ресурсов. Человек испытывает глубокое разочарование, апатию и может начать искажать свое восприятие реальности.

Профессор и академик Виктор Бойко создал методику диагностики эмоционального выгорания в виде опросника, который состоит из 84 утверждений, описывающих чувства, отношения и поведение человека в профессиональной деятельности. Ответы на вопросы помогают определить степень проявления выгорания и выявить уязвимые сферы, которые требуют внимания при разработке мер профилактики. Повторное прохождение теста позволяет отслеживать динамику выгорания и оценивать эффективность предпринятых коррекционных мероприятий.

Лечение эмоционального выгорания.

Это очень длительный процесс, и лечение зависит от того, в какой стадии выгорания человек обратился к врачу. Полностью вылечить выгорание сложно, но остановить процесс и постепенно отыгрывать его назад вполне возможно.

Самое главное, что нужно сделать в первую очередь – замедлиться, то есть, если человек находится в синдроме эмоционального выгорания, нужно на 100% сбросить нагрузку, отстранить все ненужное и лишнее. Нужно сесть, положить множество источников перед собой и написать без чего я жить не могу – мне вот надо это и то сделать, сохранить семью и здоровье, – а вот это может подождать. Из всего этого я буду брать по чуть-чуть, чтобы не стоять на месте, но и чтобы не переутомляться.

Если человек не сделает сброс нагрузки, он потихоньку будет усугубляться в своем состоянии. Конечно, это не только физические, но и психоэмоциональные нагрузки, это улучшение режима дня и сна. Возможно, человеку понадобится шок нетрудоспособности, чтобы он полежал, поспал, ничего не делал, полечил то, что беспокоит, какую-то острую патологию, какие-то боли, чтобы было с чего-то начать.

Возможно, потом этот шок нетрудоспособности перейдет в отпуск, и у человека появится шанс выйти из порочного круга. Также немаловажным является техника саморегуляции, когда человек сам себе ставит правильные мысли, правильные образы, управляет дыханием, мышечным тонусом, контролирует смену впечатлений и размышлений, выходит на свежий воздух, читает, слушает музыку.

После сброса нагрузки хорошо зарекомендовали себя всевозможные методики телесно-ориентированной терапии, методики медитации, расслабления, а также логотерапия, когда мы о себе говорим в положительном ключе: «я лучший, самый красивый, у меня всё получится, это сделаю это легко» и так далее.

Почаще беседуйте с внимательным и неравнодушным слушателем или выкладывайте свои идеи на бумаге для анализа – это очистит голову от беспокоящих мыслей. Не стремитесь, несмотря ни на что, быть лучшим в любом деле и не воспринимайте конфликты на работе слишком близко к сердцу.

1 часть статьи в профиле

Синдром эмоционального выгорания – это процесс постепенной утраты эмоциональной, когнитивной и физической энергии. Это процесс, когда мы начинаем в этих направлениях чувствовать себя совершенно плохо; чувствуем, что что-то не так и мы не справляемся с общей нагрузкой.

Эти симптомы проявляются в виде эмоционального, умственного истощения, физического утомления, личностной отстраненности и снижения удовлетворения от исполняемой работы. Все эти симптомы мешают нам быть продуктивными, эффективными, так как это состояние, которое возникает, снижает нашу эффективность и работоспособность, а также возможность продвигаться вперед.

В современном мире это достаточно частое состояние, с которым сталкиваются люди, и мы подробно его рассмотрим.

Как определить симптомы эмоционального выгорания?

Возникает чувство безразличия, изнеможения, человек как бы не может справляться с теми задачами, нагрузками, которые на него возлагаются, и не может полностью отдаваться работе; постоянно есть какие-то эмоциональные или мысленные отвлечения, декоммунизация.

Это происходит, когда появляется негативное отношение к процессу, который возникает вокруг вас, и к тем людям, которые с вами контактируют в этот момент: это могут быть коллеги, партнеры, клиенты и др. Возникает ощущение, что в них все не нравится, или они какие-то не такие, или какие-то требовательные, и хочется от них отстраниться, отдалиться.

Еще один симптом – это негативное самовосприятие в профессиональном плане, то есть, человек испытывает состояние неудовлетворенности: ему кажется, что он не такой эффективный, не такой умный, не такой блистательный, как был раньше, или как, например, коллега за соседним столом, или же как кто-то другой, кого он себе представляет. Человек начинает себя сравнивать с другими и искать в себе какие-то изъяны.

Впервые термин «эмоциональное выгорание» употребил американец, психиатр Герберт Фрейденбергер в 1974 году. Он очень много работал, более 15 часов в сутки и сам находился в этом состоянии, поэтому смог совершенно досконально, грамотно и понятно описать признаки возникновения этого состояния по этапам – что за чем развивалось и к чему это привело.

В 2001 году профессиональный синдром эмоционального выгорания был включен в 10-й пересмотренный вариант международной классификации болезней, но он был включен не как болезнь, а как фактор, который влияет на состояние здоровья человека.

Но в современном мире синдром выгорания используется чаще всего как признак, когда мы говорим о работе. Хотя на самом деле синдром выгорания может случиться и на бытовом уровне – механизмы его возникновения одни и те же.

Выгорание возникает из-за постоянного стресса, причиной которого становятся определенные внешние условия. Например, слишком большой объем задач. Или, например, если человек очень ярко переживает какие-то свои провалы. И вот здесь, конечно, большое значение имеет психотип данного человека, как он первично настроен переносить какие-то моменты, связанные с работой или собственные неудачи, как он относится к тому, если что-то пошло не так, как он себе это представлял. Это важно, потому что со стороны сам процесс может проходить совершенно нормально. Но человеку кажется, что он делает что-то недостаточно хорошо по отношению к другим, и ему кажется это провалом.

При эмоциональном выгорании человек теряет способность испытывать эмоции, то есть чувствовать, осознавать мотивы своих действий. В итоге возникает деперсонализация: он устает, но при этом не думает о себе. Возникает состояние, когда он как бы делает это все для другого человека – для детей, для мамы, для папы, для мужа, для своего коллеги, для начальника, но не для себя.

При эмоциональном выгорании постепенно теряются основные представления собственного восприятия «я» в окружающей среде. В этом месте человек как бы о себе начинает забывать и пытается выполнить текущую работу, которая на него наваливается. Не пытаясь ее разграничить, а пытаясь отбиваться от потока проблем, которые возникают вокруг него, тем самым, еще больше попадает в неконтролируемую ситуацию, когда он не может сам определять – сколько он делает, что он делает и в какое время.

Кто более подвержен эмоциональному выгоранию?

Главная группа, у которой возникают симптомы эмоционального выгорания – это профессии, связанные с большой ответственностью, конкретными сроками выполнения или большими объемами работ, а также профессии, связанные с эмоциональным увеличением процесса.

Также эмоциональному выгоранию подвержены профессии, которые связаны с коммуникацией с большим количеством людей. В контактах с разными группами и типами людей нужно подстраиваться, так как каждый человек имеет свою какую-то характеристику, и она будет разная для каждого. Соответственно, нам нужно не терять эту способность видеть, какой перед нами человек и пытаться с ним правильно взаимодействовать.

Когда происходят частые смены коммуникации с разными людьми, возникает ситуация хронического утомления. В эту категорию входят такие профессии, как врачи, полицейские, пожарные, учителя, психологи, журналисты. На самом деле в эту категорию входят фактически все современные профессии, которые связаны со стремлением что-то делать быстрее и эффективнее, постоянно куда-то двигаться и пытаться все одномоментно успеть. Хотя термин выгорания относится и к ситуации, связанной с работой, но если его рассматривать значительно шире, то это многозадачность, которая возникает у любого человека в нашем современном мире, которая не прекращается и человек ставит себе большие планы. Например, это может быть мама, или папа, который собирается успеть и поработать, и что-то полку прибить, продукты купить, детей куда-то отвезти, уроки проконтролировать, ремонт сделать.

Это и есть постоянный поток задач, с которыми человек может справляться. Конечно же, потенциально выгореть может человек с любой занятостью, который ставит себе максимально достижимые результаты.

Кто подходит под эту категорию риска? Это идеалисты, максималисты, мечтатели, сверхответственные люди – люди, которые ставят очень большие задачи и могут всю свою жизнь положить на достижение этой цели и готовы пожертвовать многими моментами своей жизни ради цели.

Кроме того, профессиональный кризис подходит к тем людям, которые общаются с большим количеством людей и работают с большими объемами этой занятости. К этой категории относятся трудоголики с напряженным и неспадающим ритмом работы. Часто это люди, перед которыми ставят какие-то непонятные задачи, или же он сам для себя ставит неконкретные задачи. Всегда, когда мы куда-то стремимся, мы должны понимать, к чему мы идем. Если человек не сегментировал эти цели и задачи, а лишь в общем представляет, что нужно делать, то, когда эта работа будет считаться завершенной, все равно процесс не заканчивается. Соответственно, человек не может выдохнуть, что работа закончилась – ему кажется, что поток идет постоянно. Поэтому когда работа заканчивается, психологическую точку нужно научиться ставить. Те люди, которые не умеют ставить эту психологическую точку, попадают в фактор эмоционального выгорания.

Сюда же относятся люди, которые находятся на производстве, где есть однообразная работа, которая не заканчивается, не имеет какой-то конкретной конечной точки. В этом случае недостаточно поощрения работы в психологическом и материальном плане. Мы не удовлетворены результатами своей работы – «Я потратил очень много сил, много энергии, но я не получил отдачи от процесса».

Есть еще ощущение недооцененности, когда мы максимально вкладываем свои таланты, готовимся к чему-то, хорошо выполняем поставленную задачу, но не получаем поощрения ни словом, ни делом. Или же, если кто-то перехватит инициативу, а вы вложили очень большой коэффициент своего личного таланта, труда и времени в это направление, и получается, что вас никто не заметил. Соответственно, вы получаете такой психоэмоциональный акцент: «Я столько трудился, и это ни к чему не привело, и сейчас я чувствую разочарование и усталость».

Продолжение следует...

Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить вторую часть!

Сегодня расскажу вам о результатах ряда исследований в которых людей просили принимать серию морально трудных решений. Ничего экстремального, просто выбор, где приходилось быть честным, соблюдать правила, отказываться от мелких выгод ради справедливости.

В исследованиях была серия раундов и после некоторого их количества происходила любопытная вещь. Те же участники, что были предельно честны, начинали чаще врать, брать больше, чем положено, и выбирать варианты, которые давали быстрый личный выигрыш. Не потому, что они вдруг стали менее нравственными, а потому что их самоконтроль постепенно ослабевал.

Этот эффект назвали моральной усталостью. Он показывает, что удержание этического поведения требует когнитивных ресурсов. Принятие честных решений активирует системы саморегуляции, те же самые механизмы, которые помогают нам сопротивляться импульсам, планировать и контролировать поведение. И, как любая энергия, этот ресурс со временем уменьшается.

Когда человек долго находится в ситуации морального напряжения, его способность выбирать «правильно» снижается так же, как снижается точность после долгих часов концентрации. Мозг начинает искать короткие пути. Он перестает тщательно оценивать последствия и возвращается к более простым стратегиям: избеганию усилий, выгоде в моменте, лжи как способу упростить задачу.

Это не означает, что люди «становятся хуже». Скорее, они временно теряют способность поддерживать высокий уровень моральной саморегуляции.

Эффект важен тем, что объясняет многие повседневные феномены: почему после трудного разговора человек может ссориться из-за мелочи, почему после дня сложных решений появляется соблазн нарушить правило, которое обычно легко соблюдать.

Моральная устойчивость - такой же ресурс, как внимание или сила воли. И если он истощается, человеку нужен не упрек, а восстановление.