Дзен. https://dzen.ru/a/aOtGFrCmOza_XnNM
В тихом уголке Краснодарского края, где поля раскинулись под солнцем, как ковры на базаре, Сергей Лесь вел жизнь, что могла бы посрамить не одного восточного вельможу. Глава Крымского района, мужчина с рукопожатной манерой и улыбкой, что располагала к доверию, сколотил империю из земли, которая стоила целое состояние – более 109 участков на два миллиарда рублей, оформленных на него, родню и подчиненных, словно нити в гобелене семейного дела. Это не просто цифры в деле – это виллы с бассейнами, где вода искрится под пальмами, импортными, высаженными вопреки климату, и гаражи, забитые машинами, что блестят, как трофеи. Задержание Леся 11 октября 2025 года всколыхнуло регион, раскрыв паутину, где скромный чиновник превратился в землевладельца, чья роскошь граничила с мифом о нефтяных шейхах, только без пустынь и верблюдов, а с плодородными черноземами и видами на Азовское море.
Простые корни: от фермера к главе с золотой рукой
Сергей Лесь родился в 1960-х в станице Бриньковской, где его отец, колхозник с мозолистыми ладонями, учил сына ценить землю. В юности Лесь сам впрягался в трактор, бороздя поля под гул мотора, и мечтал о большем, чем урожай пшеницы; в 1990-х он ушел в бизнес, открыв ферму по разведению скота. К 2000-м он уже был депутатом, а в 2010-м возглавил Крымский район, обещая развитие – новые дороги, фермы и рабочие места.
Но за кулисами скромность таяла: Лесь начал с малого – участок под домом, потом еще один для брата, и вот уже сеть ферм, где элитные породы лошадей гарцуют в загонах, огороженных коваными воротами, а в главном доме, с колоннами у входа, висят люстры. Он ездил на "Мерседесе" с тонированными стеклами и устраивал приемы для партнеров, где столы ломились от икры и стерляди. Жена, учительница в местной школе, носила бриллианты, а дети учились в московских вузах, возвращаясь на каникулы в особняк с теннисным кортом.
Земельная паутина: 109 кусков рая на миллиарды
Схема, по которой следователи копают сейчас, разворачивалась годами: Лесь, используя служебное положение, переоформлял муниципальные земли – плодородные квадраты у моря – на родственников и лояльных чиновников, под видом аренды для ферм или садоводства. Один участок, в 10 гектаров, ушел племяннику под "агрокомплекс", но вместо коров там выросли коттеджи с террасами. Другой, ближе к станице, оформили на зятя, и там, среди виноградников, встал склад для импортных товаров, сдаваемый в аренду по ценам, что кормили всю родню.
Всего 109 лотов, от крошечных полей до обширных угодий, где теперь стоят торговые центры и офисы. Аренда приносила миллионы – ежемесячно, как часы, – и Лесь, по документам скромный глава с зарплатой в 150 тысяч, мог позволить себе яхту, пришвартованную в Абрау-Дюрсо. Шейхи из Дубая, с их дворцами из мрамора, наверняка бы кивнули: этот кубанский вельможа жил не хуже, только вместо нефти – земля, что плодоносила деньгами. Обыски в конце сентября 2025-го ворвались как гром: силовики перевернули кабинет Леся, а дома – сейфы, набитые наличкой и золотыми цепями. У сына нашли флешки с черновиками сделок, а у брата – чеки на покупку "Бентли".
Задержание: наручники на руках землевладельца
11 октября 2025-го утро для Леся началось с сирен: силовики постучали в дверь его резиденции – двухэтажного особняка с фонтаном во дворе. Он, в домашнем халате, попытался было спорить, но наручники щелкнули, холодные на запястьях. По данным источников, Лесь даже рванулся к сейфу, где лежали пачки по 100 миллионов, завернутые в газеты, и золотые слитки, замаскированные под грузы для ремонта – "железнодорожные костыли", – но было поздно: все изъято, включая паспорта родни.
В Следственном комитете ему вменяют превышение полномочий и мошенничество в особо крупном – статьи, что висят, как дамоклов меч, с тенями до десяти лет за решеткой. Суд в Геленджике, куда его доставили под конвоем, избрал меру пресечения – арест на два месяца, и Лесь, сидя в зале с руками за спиной, бросил взгляд на адвоката. Прокуратура уже требует вернуть земли государству, и иск от 26 сентября висит в базе, как приговор, где перечислены все 109 лотов. Родственники, те, на кого оформили участки, прошли через обыски, где фотоаппараты фиксировали каждую мелочь. Лесь, в камере, наверное, вспоминает пиры.
Роскошь под микроскопом: от ферм к империи теней
Его империя росла тихо, но уверенно: сначала ферма по молоку, потом земля под теплицы с экзотическими фруктами, и вот уже склады, полные импортных товаров, сдаются фирмам по цене, что покрывали кредиты на яхту. Особняк в станице, с мраморными полами и лестницей, что вилась спиралью, стал центром: там, в зале с камином, Лесь вел переговоры, потягивая коньяк. Дети, учившиеся за границей, привозили гаджеты, а жена, с ее коллекцией сумок от Hermes, шептала о новых идеях для сада, где пальмы шелестели под ветром.
Шейхи, с их дворцами на пальмах, могли бы позавидовать: Лесь не летал на частных джетах, но его "Лэнд Крузер" мчался по трассе к морю. Арендаторы, платящие за участки, не жаловались – торговые центры с бутиками и кафе приносили доход, что стекался на счета, замаскированные под "семейные инвестиции". Обыски выявили не только землю: в подвале одного коттеджа нашли сейф с бриллиантовыми колье и пачки евро, перевязанные резинками.
Теперь, когда схема рухнула, район смотрит на пустые кабинеты и думает, кто продолжит дело, а Лесь, в ожидании суда, перебирает воспоминания о пирах, где тосты звучали за процветание, и земля, плодородная, как сердце Кубани, стала его короной, что теперь жмет, как наручники.
