Irena20

Эмоциональный посыл и автора, и откликнувшихся мне близок и понятен: окончание школы и поступление в институт – стресс, и не малый. Но что потом, там, за поворотом, после эйфории?! Оправдаются ли издержки, так ли все безоблачно и так ли прекрасно наше современное образование? Параллельно с прочтением рассказанной истории я работала над материалом об искусстве начала XX века, и в мыслях меня занесло в иные дали, в иное время… в годы с 1917 по 1929-й. Тогда народным комиссаром просвещения РСФСР (первым по счету) был Анатолий Васильевич Луначарский (1875–1933) – руководитель, по мнению Википедии, внёсший «огромный вклад в становление и развитие социалистической культуры – в частности, советской системы образования, издательского дела, театрального искусства и кино».

Представители старой интеллигенции, перешедшие на сторону большевиков, кто может сравнится с ними по эрудиции, разносторонности и глубине образования! Сначала мне попала в руки книга «Ржаное слово» – революционная хрестоматия футуристов (1918 г.) с предисловием А. В. Луначарского:

Сейчас государству рабочих и крестьян приходится все в большей мере брать на себя дело издательства литературных произведений, все равно каким путем, непосредственно ли через гос. издательства, или через советское, или путем субсидии. И уж, конечно, оно должно поставить себе за правило дать всему новому, свежему доступ к массовому читателю. Лучше ошибиться и предложить народу что-нибудь не могущее ни сейчас ни позже снискать его симпатии, чем оставить под спудом, (на том основании, что тому или другому, оно сейчас не по вкусу), произведение, богатое будущим (А. Луначарский).

Какая дальновидность, да и где министр просвещения, а где никому не известные поэтики? Дальше я наткнулась на авторский сборник Луначарского «Вопросы социологии в музыке» (1927), в котором он с высоким профессионализмом анализирует три искусствоведческие работы (М. Вебера «Книга о музыке», Б. В. Асафьева-Глебова «Задачи и методы изучения искусства», А. К. Буцкого «Опыт введения в музыку»), а также дает оценку творчеству композиторов С. И. Танеева (1856–1915) и А. Н. Скрябина (1871–1915).

1. Письмо А. В. Луначарского Г. В. Чичерину. 2. Цитата из статьи А. В. Луначарского «Танеев и Скрябин». Вторая страница галереи: цитата из статьи «Танеев и Скрябин» А. В. Луначарского

Цитата из статьи А.В. Луначарского "Танеев и Скрябин"

Музыкант этот (Танеев) пользуется широчайшей известностью в России и Европе, как автор самого глубокого и широко-захватывающего ученого труда по контрапункту. Этот труд и весь художественный облик Танеева снискал ему величайшее уважение, как своеобразному высшему математику музыки. Но это же обстоятельство послужило к большой недооценке Танеева, как творца, широкой публикой.

1. Фотография А.В. Луначарского 1897 г. 2. Цитата из статьи "Танеев и Скрябин"

Скрябин, вышедший из Шопена, но потом с необыкновенной страстью развернувший шопеновский огонек в какой-то бушующий стихийный пожар, несомненно, относится главным образом к музыкантам настроения.

Луначарский, конечно, личность колоритная, но не одинокая в своей «вне должностной любви» к искусству в целом и к музыке в частности. Давайте вспомним о наркоме по иностранным делам РСФСР (2-й по счету) Георгии Васильевиче Чичерине (1872–1936) и его письме о Моцарте. Пожалуй, ни один искусствоведческий этюд (так при печати нарекли письмо, черновые наброски автора для себя) не вызывал такого резонанса как среди специалистов, так и у широкого круга читателей. Всех покорила глубина и новизна трактовки не музыковедом-профессионалом, а политическим и государственным деятелем творчества австрийского композитора: на смену «паркетному шаркуну» пришел великий Моцарт. Дилетант от музыки, дипломат, знавший «то ли 15, то ли 16 иностранных языков», будучи уже тяжело больным, написал труд, кардинально изменивший отношение мирового сообщества к наследию А. Моцарта.

1. Портрет Г. В. Чичерина. 2. Цитата из книги В. Г. Чичерина «Моцарт» 

1. Афиша 2. Цитата из предисловия к книге «Моцарт» В. Г. Чичерина

Особенность Моцарта, созданная его основными качествами и влиянием, через которое он прошел: он – такой антитезис, который в то же время синтезирует прошлое, берет из него лучшее и всасывает это лучшее, чтобы затем отбросить его и прошлое убить, как Тамара брала лучших из красивых юношей и затем бросала их в Терек.

Можно привести много примеров. Можно вспомнить наделавшую много шума когда-то переписку В. Г. Короленко с А. В. Луначарским или поразмышлять над цитатой наркома просвещения из его статьи «Основы художественного образования»:

1. Обложка книги «О театре». 2. Цитата из статьи А. В. Луначарского «Основы художественного образования»

Наше высшее образование должно быть устремлено на то, чтобы создавать педагогическую среду для наиболее гениальных, талантливых творцов и виртуозов. […] Но не меньшей задачей является, конечно, общий подъем художественного уровня масс. Даже можно сказать: такая гениальная фигура сама по себе не является самоцелью. […] Окончательной целью является создание культурного общества, т. е. такого народа, такого человечества, которое является необыкновенно благодарным резонатором для каждого произведения искусства, которое является богатой почвой, где каждое брошенное нами зерно дает необыкновенно пышный плод.

1. Обложка книги А. В. Луначарского «Об искусстве». 2. Цитата из статьи «Основы художественного образования»

Прекрасные цели были начертаны, а каковы современные реалии? Согласно Google, в 2014 вокруг школьных учебников кипели нешуточные страсти из-за нового порядка экспертизы, утвержденного Минобразования. В 2019 в школьных пособиях было обнаружено большое количество грамматических и фактических ошибок. В качестве литературы, используемой при написании книг, указывались «Википедия» и «Живой журнал». Периодически возникают скандалы вокруг ректоров вузов. Некоторые депутаты считают, что «превалируют вопросы собственности и финансов в сфере образования, а не содержательный компонент». В октябре текущего года в Казахстане разгорелся очередной скандал с вице-министром образования Фатимой Жакыповой. Ее диссертацию признали плагиатом, а ученую степень присужденной незаконно. Наделала много шума в соцсетях и программа «Семейные ценности», рекомендованная министерством. Пользователи считают, что некоторые формулировки курса содержат элементы гендерного неравенства и сексизма:

«Задача женщины заключается в том, чтобы нравиться мужчине, и именно поэтому она должна стараться быть привлекательной для него».
«Настоящая женщина никогда не спорит, не доводит, не пытается управлять ситуацией, поскольку знает, что все в мире создано для нее, для реализации ее желаний и мечтаний».

На закуску можете ознакомиться с самыми свежими претензиями к миру знаний и науки – с требованиями «кардинально изменить подходы и перевести образование с дистанционного к обычному режиму, при соблюдении санитарных норм».

Да, было иное время, иные дали… Однако странно, ведь представители старой гвардии посещали те же университеты и в сутках тоже было 24 часа, но, как говорится, «почувствуйте разницу».

1. Страница из газеты 1887 года. В левом верхнем углу портрет композитора Г.А. Лишина. По центру виды Городского театра Одессы: главный фасад, вид сгоревшего театра, вид бокового фасада. 2. Ноты «Средневековой песни» Г.А. Лишина (из мелодекламаций)

Мелодекламация – концертно-эстрадный жанр, распространённый в дореволюционной России с 70-х годов 19 века. Активным пропагандистом мелодекламации был композитор Г. А. Лишин. Отдельные выдающиеся актеры (В. Ф. Комиссаржевская и др.) читали под музыку стихотворения Н. А. Некрасова, И. С. Никитина, М. Горького, несколько мелодекламаций написал композитор А. С. Аренский. Однако в целом жанр не выходил за пределы салонного буржуазного искусства. В большинстве случаев мелодекламацию отличало низкое качество литературных текстов, случайный подбор музыки, декадентская манера исполнения.

Эта цитата из Сталинской БСЭ (Большой Советской энциклопедии) не вызывает у Вас дежавю? Сто лет минус или плюс погоды не делают: там куплеты, порой и хорошая проза И. С. Тургенева под аккомпанемент фортепиано, тут уличные частушки под куски закольцованной фонограммы. Ускорился темп с Andante на Presto, поменялась инструментовка, но суть осталась – голосовых данных иметь не надо, достаточно выразительно декламировать и не нарушать метрический рисунок.

Первым в когорте трендовых авторов ритмического речитатива в былые времена значился Г. А. Лишин (1854–1888). На страницах гламурных журналов печатаются его музыкальные опусы. Отдельными тиражами издаются поэтические сборники. Е. Б. Вильбушевича – младшего преемника мэтра русской мелодекламации. К творческому юбилею композитора в «Синем журнале» (1911 г.) выходит заметка об артистическом дуэте – Н. Ходотове и Е. Вильбушевиче.

Коллаж: портрет Вильбушевича Евгения Борисовича, фотограф неизвестен; ноты; страница из «Синего журнала», 1911 г.

Ходотов декламирует различные стихотворения, его вдохновенной декламацией заражается пианист Вильбушевич и импровизирует музыку, сопровождающую чтение Ходотова. Ходотов, еще более настроенный поэтическими мелодиями Вильбушевича, под его аккомпанемент воодушевленно и горячо исполняет номера своего репертуара. Так, пополняя таланты один другого, неразлучные артисты в течение десяти лет успешно выступают на различных эстрадах.

К началу 20 века увлечение мелодекламацией не проходит. Звезды эстрады собирают полные залы, публика в эйфории, а композиторы сочиняют новые и новые произведения. В 1903 году А. С. Аренский пишет музыку к стихотворениям в прозе И. С. Тургенева. Послушать популярную композицию тех лет «Как хороши, как свежи были розы» можно здесь в исполнении Сати Спиваковой и Алексея Гориболя. Позже А. А. Спендиаров озвучивает монолог Сони из пьесы «Дядя Ваня» А. П. Чехова (1910), а С. С. Прокофьев использует мелодекламацию в сказке для чтеца и симфонического оркестра «Петя и Волк» (1936).

Коллаж: обложка нот, портрет А.С. Аренского, портрет А.А. Спендиарова

Как раньше, так и теперь слушатели боготворят исполнителей, произносящих тексты с музыкальным сопровождением, тексты, подчиненные не стихотворному размеру, а нотному ритму. Я не фанатка ни салонной мелодекламации, ни ее брутального брата – рэпа, но, полагаю, мне просто неведом секрет, который знают миллионы поклонников этих видов искусства.

Коллаж из обложек «Синего журнала» и перечень отделов издания

Разделы «Синего журнала» напоминают нам о современных глянцевых дайджестах: спорт и театр, иностранная хроника и юмор, пена жизни, книжная полка, воздухоплавание, кунсткамера и пр. Только полюбуйтесь на эти заметки-картинки из рубрики «Около здоровья и красоты». Зацените сногсшибательную прическу «Фик-фок на один бок», мастерство маникюрши и гладко-блестящую очередь перед врачебным кабинетом!

У педикюра:
- Уж я так вам отделаю ножку, что прямо хоть сейчас в «Дунканы» идите!

1. У педикюра. 2. Фик-фок на один бок. 3. В приемной волосолечебницы

В приемной волосолечебницы:
- А вы давно здесь лечитесь?
- Шестой годик-с!..

Рассмотрите образ княгини Е. М. Шаховской и пробегитесь по строчкам ее очерка о том, как она сделалась авиатором:

Среди моих родных и знакомых не нашлось ни одной человеческой души, которая отнеслась бы к новому делу сочувственно. Одни смотрели на меня как на обреченную, другие как на сумасшедшую, третьи просто завидовали моей нарастающей популярности. Я была одинока в своем стремлении ввысь.

1. Княгиня Е. М. Шаховская. 2. Скандал в благородном семействе. 3. Сиятельная футболистка. 4. Искусство быть красивой – следим за красотой шеи

Полюбуйтесь на фотоэтюд «Сиятельная футболистка», прочтите о скандале в благородном семействе испанского короля Альфонса III и его тетки. Не забудьте про красоту шеи...

Потом «постойте» в толпе на знаменитой лондонской Уайтчетель среди обманутых клиентов «Грошового банка». Вам это ничего не напоминает? А шарж про заветное 20-е число или находчивость американцев с зеркалом для упорядочения движения в вагоне трамвая?

1. Очередь перед «Грошовым банком». 2. 20-е число – день получения жалованья. 3. Метод Жанны Гренье, позволяющий сделать грудь пышной и упругой. 4. Американская находчивость с размещением зеркала у двери в начале вагона, чтобы дамы, выходя из трамвая, могли полюбоваться на свое отражение

Строчки из статьи: на фото длинная цепь убого одетых мужчин в кепи и простоволосых женщин. Масса полисменов, поддерживающих порядок. Можно подумать, что это толпа бедняков, ожидающих раздачи бесплатных обедов, или в лучшем случае толпа любопытных, ожидающих дарового зрелища. Но никому бы не пришло в голову, что это толпа банковских вкладчиков, пришедших за своими «капиталами».

Еще обратите внимание на кавказские ужасы, на «труп одного из разбойников Кавказа, который загубил на своем веку до 60 жизней, не морщась вырезал целые семьи и храбро встретил смерть. Это — знаменитый Баба. За ним в продолжении 4-х лет были в погоне стражники, пластуны и милиционеры, собранные со всего округа. Разбойники не дешево продали свою жизнь, и некоторые из преследователей тяжко пострадали. Определенный округ избавлен от этих опасных героев».

1. Убитые разбойники. 2. Авиатор Василий Каменский. 3. Безличный портрет 4. Современные "Адамы»

На закуску авиатор-пилот Василий Каменский со своей возлюбленной птицей, безличный портрет сербского королевича Георгия, сделанный ненавистными вездесущими папарацци, и морозоустойчивый лыжник!

Этот голый человек разгуливает на лыжах, по швейцарским горам, на высоте 2,400 метров... 25 градусов мороза, когда мы и в шубах мерзнем, ничуть не смущают закаленного «Адама», и он спокойно наслаждается зимним солнечным днем на высоких горах... Такие солнечные ледяные ванны сейчас очень распространены во многих здешних курортах Швейцарии. Но у нас в России есть люди, которые, по старинному обычаю, ежегодно, в день Крещения, купаются в прорубях... Рекорд за нами!

Вам понравилось? Тогда ссылка на электронный ресурс вам в помощь. Приятного времяпрепровождения!)

И. Н. Потапенко, Л. С. Мизинова, А. П. Чехов

А что же с рассказом про 2912 год? Верится с трудом, что произведение написано так давно! Сюжет фантастичен для тех лет, но исключительно реалистичен для нас. Предсказания автора сбылись и сбылись намного раньше. В центре повествования два героя: американский миллиардер Чернчайль и главный министр государства российского. Внешность героев рисуется с присущим автору юмором:

Чернчайль был человек колоссального роста: ему не хватало только одного вершка до полутора аршин (аршин=71 см, вершок=4,5 см), чтобы считаться великаном. Его огромная голова была совершенно лишена волос, что служило несомненным признаком высшей утонченнейшей расы, и блестела, как хорошо отполированный шар из слоновой кости. […] Когда же он улыбался, губы широко раздвигались и открывали два ряда чудных бледно-розовых десен, которые были совершенно свободны от грубых и бесполезных придатков, носящих древнее название "зубов"…

Второй персонаж (русский, без имени) – вершитель дел целого государства был небольшого роста (всего аршин и четыре вершка), но общее внимание обращала на себя его голова, не столько своими размерами, сколько формой. Сразу было видно – государственный человек:

Череп его, совсем гладкий и сплющенный с обоих боков, тянулся на пол-аршина кверху и назад, постепенно суживаясь в виде конуса. И так как содержимое его головы представляло очень значительную тяжесть, то ему, чтобы удержать равновесие, приходилось наклоняться всем своим телом значительно вперед.

1. На него только взглянули и сказали: это государственный человек! 2. Соотечественники, узнав его, устроили ему овацию. 3. – Сердце, – сказал только одно слово Чернчайль... 4. Их сердца перепутали.

Американцу предки оставили в наследство состояние, «за которое он мог бы купить Земной шар, если бы он продавался». Однако, лет в 25, Чернчайль почувствовал стыд за свой род и круто изменил личную жизнь, полностью посвятив себя добрым делам:

Он уже не накоплял. С какой-то почти сумасшедшей жадностью он строил колоссальные дворцы для бедняков, воздвигал школы, учреждал кредитные кассы, основывал больницы и просто раздавал деньги тем, кто в них нуждался. Вся Америка была застроена созданиями его бесконечно доброго сердца.

Каков был министр? Его сердце не знало любви, и было получено Русским от бесчисленного ряда поколений, ремеслом которых было управление страной:

Если бы однажды любовь какими-нибудь тайными путями проникла в его сердце хоть на одно мгновение, в тот же миг испортилась бы вся механика его государственной работы, и он стал бы делать ошибку за ошибкой. […] Холодное, но глубокое знание своей страны и беспощадная справедливость, вот чем жило и билось это сердце. Оно умело всякому воздать должное, но никого в жизни никогда еще не пожалело. Абсолютное бесстрастие, полное отрицание друзей и врагов. Машинное соблюдение законов, которые предусматривают каждое движение человеческой души. Жестокое занятие, способное закалить всякое сердце. Он был грозой своей страны. Граждане не любили этого человека, потому что он был неумолим, но та же неумолимость снискала ему общее уважение и доверие. Среди тысячемиллионного народа он был одинок, но это было одиночество сознания исполненного долга.

1. Л. С. Мизинова 2. Портрет И. Потапенко работы И. Е. Репина 3. Л. С. Мизинова 4. И. Н. Потапенко

У героев рассказа одна проблема – им пришло время отремонтировать сердце. Чернчайль прилетает из Нью-Йорка всего за четыре часа, хотя мог пролететь это пространство вдвое быстрее. Посадку совершает у воздушных ворот гостиницы на 172 этаже:

Висевшая на золотой цепи его часов в виде брелока машина, величиной с наперсток, была одна из самых совершенных. Но по дороге через Атлантический океан, где он был около полуночи, он встретил целое общество американских друзей, летевших из Европы в Америку. Это были просто веселые люди, которые слетали в знаменитую старинную столицу, всегда отличавшуюся веселыми нравами, пообедать в обществе красивых женщин, и теперь возвращались на ночлег в Нью-Йорк.

В мире главных героев нет автомашин, но у них на золотых цепях висят брелоки и «сильно нажав на пружины», они дают полный ход и летят куда хотят. Газеты выходят каждые пятнадцать минут и свободно перелетают по воздуху без помощи человеческих рук. В чести беспроводные телефонные аппараты. Спят все не более получаса в день. Русскими учеными уже 500 лет как открыт способ продления человеческой жизни (Чернчайлу, например, 125 лет), а наши государственные мужи работают по 250 лет. Еще наши «ученые-естествоиспытатели научились разбирать организм по отдельным составным частям и вновь его складывать».

Само собою понятно, что для людей, поглощенных делами и дорожащих временем, открытие это имело колоссальное значение. Нуждаясь в лечении или выпрямлении ноги, или прочистке какого-нибудь засорившегося кровеносного сосуда в ней, вы не должны тратить напрасно драгоценное время, оставаясь в больнице. Вы просто отсылаете вашу ногу в "Органо-ремонториум" и преспокойно продолжаете ваши дела, пока нога в совершенно обновленном виде не вернется к вам и не займет свое место. Точно также вы можете поступить с вашими руками, с селезенкой, с почками, с любым из служебных органов.

1. Газеты падали прямо в руки читателей... 2. Что сделалось с Чернчайлем... 3. Министр не думал об отставке. 4. Жители высыпали на площадь и приветствовали его.

Вот и наши действующие лица отстегнули свои «моторчики» и отдали в починку, но «черт возьми, - с досадой произнес он древнерусское ругательство, смысл которого давно был потерян», сердца министра и мецената были перепутаны! Разве это мыслимо в славящемся на весь мир «Всеобщем органо-ремонториуме»?!

Это учреждение, действительно, стоит на недосягаемой высоте и составляет нашу гордость, но все же оно находится в России, а мы, русские, несмотря на высокую степень культуры, какой мы достигли, сохранили в своей крови перешедший к нам от самых отдаленных предков странный недостаток, который в психологии известен под именем "авось"... Явление, которое известно под этим именем, есть некий род фатализма. Человек "полагается на авось", то есть вместо тщательного исследования довольствуется случаем, удачей. Мне трудно объяснить вам это, так как вы не русский. Мы это гораздо больше чувствуем, чем понимаем. И, благодаря нашему национальному "авось", даже в таком образцовом учреждении, как "Всеобщий органо-ремонториум", могли перепутать.

Что произошло из-за неразберихи с «чувственными органами» великих мужей и как удалось все разрулить, узнайте из «Синего журнала». Если понравится, то познакомьтесь и с другими книгами Игнатия Потапенко, которые современники предпочитали «унылой» прозе Чехова. На вершине рейтинга на взгляд пользователей следующие произведения писателя: «Вечный», «Не простит», «Иллюзия и правда», «Записки старого студента», «Героиня».

Поэтическая слава Хлебникова неизмеримо меньше его значения. Всего из сотни читавших — пятьдесят называли его просто графоманом, сорок читали его для удовольствия и удивлялись, почему из этого ничего не получается, и только десять (футуристы, филологи) знали и любили этого Колумба новых поэтических материков (так назвал стихотворца В. В. Маяковский в «Статье-некрологе памяти В. В. Хлебникова»).

Процесс осмысления произведений русского футуриста, будетлянина, председателя земного шара обычно активизируется в те годы, которые являются юбилейными по отношению к его биографии. Прижизненных изданий поэта было немного («Учитель и ученик», «Творения», «Ладомир», «Зангези»), и то, как утверждал В. Маяковский, «законченность напечатанных вещей Хлебникова — фикция, […] и чаще всего дело рук его друзей».

На слуху у читателей такие поэтические тексты писателя, как «Заклятие смехом», «Ряв!», «Кузнечик», «Перевертень», «Корни чур и чар» … Тексты, в которых Хлебников, «беря слово с неразвитыми, неведомыми формами, сопоставляя его со словом развитым», доказывает «необходимость и неизбежность появления новых слов».

Однако не надо забывать, что Велимир Хлебников был очень неорганизованным человеком, бессребреником, совершенно не интересующимся бытом «мучеником за поэтическую идею», которому совершенно случайно приписали организаторский талант, «создание футуризма, печатание "Пощечины общественному вкусу" и т. д.».

Чем действительно активно занимался и над чем неустанно работал В. Хлебников, так это над числами и закономерностями исторического развития. Его первый печатный сборник «Учитель и ученик» (1912) начинается с рассуждения о падежах внутри слова и о падежах словесного ядра, но потом автор переходит к теории неслучайного расположения городов на «коже» Земли. Далее он развивает мысль, что можно просчитать, на каком расстоянии друг от друга возникнут мегаполисы, а также нетрудно найти числа, кратные датам возникновения и падения государств.

Я не смотрел на жизнь отдельных людей. […] Я искал правила, которым были бы покорны народные судьбы. […] И вот я утверждаю, что года между началами государств кратны 413. Что 1383 года отделяет паденья государств, гибель свобод. Что 951 год разделяет великие походы, отраженные неприятелем (В. Хлебников).

Именно в этом произведении поэт предсказывает, а точнее высчитывает революцию 1917 года.

Летом 1914 года начинается Первая мировая война. Катаклизмы военного времени побуждают Велимира Хлебникова на написание «Нового учения о войне». Поэт «кидает вызов самой войне». Он полностью отдается поиску алгоритмов предвидения новых боевых сражений и возможности их предотвращения.

«Законы судьбы, предлагаемые Хлебниковым, были и у астрологов, […] но лишь мы рискуем взять в свои руки рукоять чисел истории и вертеть ими как машинкой для выделки кофе! […] Если в 1915 сбудутся судьбы, находящиеся пока в рукописях Хлебникова, то его изыскания станут историческим законом» (А. Крученых).

В первых двенадцати главах «клинописи о судьбах» автор высчитывает, что битвы на море происходят через 317 лет. В 13 параграфе говорит об отдельных войнах, которые «есть уменьшенный в 365 раз вековой ряд соответствующих войн». Четырнадцатый раздел посвящен законам поколений: «Истина разно понимается поколениями. Понимание ее меняется у поколений, рожденных через 28 лет».

Позже, в «Отрывках из досок судьбы» В. Хлебников признается: «Чистые законы времени мною найдены 20 года, когда я жил в Баку, стране огня. […] Я хотел найти ключ к часам человечества, быть его часовщиком и наметить основы предвидения будущего».

В трех книгах «Отрывков из досок судьбы» поэт-нумеролог все глубже погружается в систему чисел. Например, формулы судеб отдельных народов, рост луча свободы или уравнения неба, построенные из «бревен двойки и тройки», порой занимают несколько строчек.

Сегодня литературное наследие Виктора Владимировича Хлебникова набирает популярность. После смерти автора, в период с 1923 по 1940 из печати выходит лишь несколько публикаций писателя: «Стихи» (1923), «Неизданный Хлебников» под редакцией А. Крученых (1928–1935), «Собрание сочинений» в 5 томах под редакцией Ю. Тынянова и Н. Степанова и «Неизданные произведения» (1940). Перед Великой Отечественной войной о стихотворце совсем забывают (вероятно его теория предсказывала ВОВ) и вспоминают о нем только к 100-летию со дня его рождения (1985).

В нынешний год, в год 75-летия Великой Отечественной войны, опять вдруг вспомнили о предсказателе военных столкновений. Может, стоит повнимательнее изучить не только поэтические труды Велимира Хлебникова, но и его прозу. Ведь отчего так, а не иначе цифры играют с судьбой выдающегося новатора слова?!