GalinaEmelianova

Ольгу знобило, мутило и внутри была такая дрожь ,что казалось  в душе поселился страх. И это отчасти было правдой: смерть от похмелья ужас, страшнее , только от паленного  алкоголя.
Женщина была из пьющих в одиночестве. Когда напивалась, тихо засыпала. Спать ей хотелось всегда. Сказывалась сорокалетняя работа по ночным сменам.
До пенсии неделя, а деньги  кончились. Она вышла из квартиры и спустилась ниже на два этажа. Позвонила в дверь.
—  Доброе утро, Настя,  ухо стреляет, не дашь водки компресс сделать? — спросила ранняя гостья.
- Ой, Ольга Владимировна ,зачем вам такая гадость! У меня есть хорошие капельки детям капала ,я сейчас принесу, – и молодая женщина ушла куда-то вглубь квартиры.
А Ольга Владимировна, в душе проклиная соседку, стала подниматься к себе.
Жила она  с котом Барсиком, который и встретил её у порога ,заискивающе потершись  о ноги хозяйки.
-Брысь!- недовольно прикрикнула женщина на кота.
Озноб не проходил и она собиралась уже пройти в комнату, лечь на диван в разобранную постель, но в дверь позвонили. Думая, что это соседка принесла капли для ушей, Ольга, не глядя в глазок, открыла дверь.
В подъезде стояли две женщины средних лет. У  рыжей с веснушками было очень знакомое лицо.
-  Здравствуйте. Ольга Владимировна здесь живет? - спросила рыжая. И по этому звонкому голосу женщина её и узнала. Смирнова, ученица её в диспетчерском деле.
- Нет,- закашлявшись от волнения сказала Ольга .- Она съехала .
- А куда ? Мы ей на день пожилого человека продуктовый набор и цветы принесли.
-Не знаю,- буркнула хозяйка  и попыталась закрыть дверь.
- Тогда вы возьмите, бабушка,- и рыжая протянула бумажный пакет и три гвоздички.
Ольга взяла, хотя продукты в доме были, а вот водки не было.
Положила пакет и цветы на полку зеркального шкафа – купе, еще от той, хорошей жизни. Озноб не проходил, и женщина собиралась уже пройти в комнату, лечь на диван,
но задержалась у зеркального шкафа – купе, еще из  той, хорошей жизни. Из зеркала на неё смотрела одутловатое  лицо с отекшими мутными  глазами. Увядшая кожа и родинка на правой щек ,превратившаяся с годами в безобразную бородавку. Коротко, самостоятельно подстриженные  седые волосы торчали в разные стороны. Так стала похожа на маму. Тут  Ольга вдруг вспомнила, что  покойница мать в этот шкаф  прятала  настойку сирени для лечения коленей.
Мамы  умерла  три года назад ,настойка на хорошей, не паленой водке.
Чтобы достать заветную бутылку пришлось принести из кухни табурет и дрожащими ногами взобраться на него ,что получилось не с первого раза. Кот нырнул в шкаф и наверное думал, что с ним играют. Ольга Владимировна покидала на пол старые шапки, шарфы, носки ,бутылки не было. В душе закипало отчаянье и ярость. Со злостью сметая все на пол с полки, женщина услышала характерный звук бьющегося стекла. По дому разнеся запах сирени, словно в мае.
Табуретка зашаталась и женщина упала вниз, на разбросанные вещи.
Зеркало на дверце  вдруг  потемнело ,и заговорило утробным голосом : « Эх,Оля ,Оля».
Барсик со страха ринулся в эту  зазеркальную темноту. Ольга Владимировна с трудом поднявшись  с пола, шагнула за ним. Совсем как пятьдесят лет назад.
Никакой Яло , она не встретила. Город украшали вполне обычные зеркала, по улицам ходили обычные люди. На центральной площади стоял фонтан, который украшала фигура двух пажей держащих ключи от Башни смерти.
Яло нигде не было.
Женщина шла по улице и спрашивала редких прохожих о зеркальщике Гурде. Кто-то отводил глаза, кто-то ускорял шаг не отвечая на её вопрос. И только маленький мальчик с мамой остановились.
- Это тот дедушка в Луна –парке ,да мама?
-Да, малыш, комната смеха в парке ,вы как раз к нему и придёте по этой дороге.
Ольга шла еще с час и наконец, увидела колесо обозрения, и другие аттракционы в луна-парке. Комната смеха с кривыми зеркалами была просто шатром с разноцветным куполом.
Вдоль холщовых стен стояли зеркала ,в которых ты мог стать  великаном или коротышкой. А то  вообще от тебя оставалась одна половинка тела.
-Здравствуй , Оля. Я тебя ждал.
Ольга Владимировна обернулась и увидела седого мужчину с благородной осанкой и добрыми глазами.
-Здравствуй зеркальщик Гурд. А где Яло?
-Ты выросла и престала верить в сказки.
- А ты, снова стал делать кривые зеркала?
-Да,  обыкновенные – это  скучно. Долгие десятилетия я делал зеркало правды. Такое, что в нём отражается душа человека,  его суть. Если ты Абаж, то увидишь  жабу, если Анюдаг- гадину, а если Аксал- то ласку.
- И оно есть в этой комнате смеха?
-Да. Людям не нужна правда, она слишком горькая.
- А как же «ложь никогда не убьет правду»? Гурд, я хочу взглянуть в это зеркало. Ты ведь не разбил его?
-Нет, пойдем. Вот оно, -  и Гурд отодвинул шторку на одном из зеркал.
Ольга Владимировна зажмурилась .Что увидит она - старая спивающаяся женщина? Жабу, гадюку, или червяка ?
Всё же она решилась. В зеркале отражалась девочка-школьница в красном пионерском галстуке. Смешные косички с белыми бантами, чистые ясные глаза .
- Это я?- удивлено спросила женщина зеркальщика.
- Это твоя душа Оля. Оставайся здесь. В нашем мире нет алкоголя,  наркотиков, одинчесвта. У тебя здесь будет настоящий друг,-  и Гурд встал рядом с Ольгой
В зазеркальном мире рядом с пионеркой Олей стоял подросток с дерзкими мечтательными глазами, со следами кандалов на тонких мальчишеских руках.
Гурд взял Олю за руку :  «Клянусь всеми зеркалами королевства, ты станешь прежней Олей- смелой и нужной людям!»

У нас в подъезде было восемь старушек. Тех, кого я знала с детства.

Первым умер муж тёти Клавы, бывший шахтер ,он лечил водкой свой силикоз-окаменение легких. Баба Клава ему в этом помогала, в смысле распития крепких напитков. Пенсия у деда была хорошая хватало и выпить, и закусить. Умер шахтер, не помню его имени, тихо и незаметно. Сын их Толик тогда служил на морфлоте. Дочь Татьяна уехала на Алтай. После смерти деда тётя Клава пить не перестала и пришлось дочери возвращаться обратно в родной город, чтобы скрасить последние дни матери. А у той цироз — рак печени. Не верьте, что он не болит. Баба Клава кричала так, что соседям приходилось делать громче телевизор.

Толик вернулся и женился, но на флоте его научили не только пить ,но и колоться наркотиками. Он отсидел за употребление ,потом женился ,но умер все же в итоге от водки. Жена его выгнала,Танька сестра тоже, он бомжевал,и где закончился его путь неизвестно. Девчонкой я любовалась его морской формой и длинным чубом.Чем то это даже было похоже на влюбленность.

Танька ,дочь тёти Клавы, послушав мою маму ,вернулась в наш город и квартиру родителей насовсем. Были они с мужем крепкая, любящая друг друга пара. И тоже пьющие. Первым опять умер мужчина. По пьянке получил травму и видно микроинсульт, потому что стал, как ребенок. Если зайдут за ним такие же алкаши и отведут его в магазин,потом приведут обратно домой, то и слава Богу. Таня вечером с работы придет, муж ,хоть и в стельку ,но живой и дома. Но однажды ушёл в пивную Володя, да и пропал. Татьяна искала его две недели .А сообщили только когда он уже умер. В больнице его нашли ,но так как он ничего не помнил и было обморожение, а потом ампутация ,ей поздно сообщили. Не успели.

Татьяна была не то что бы красивой,но манкой бабой, да еще и повар.Многие наши деды во дворе облизывались на её женские формы.

Она была старше меня на три года,а так как я была тоже девушка пышных форм ,она одно время пыталась втянуть меня в их взрослую, пятнадцатилетнюю компанию. И даже учила меня походке от бедра, виляя бедрами. Подругами мы не стали ,ни в детстве ,ни в зрелости. Разные у нас были интересы.

Татьяна вышла на пенсию, пить стала по-черному и умерла захлебнувшись собственной блевотиной .

И ногу решено было ломать. Сломали, снова наложили гипс. Ломали уж не помню как, но со слов мамы меня вынесли из операционной без сознания.Кость опять срослась не правильно. И снова было предложено ее ломать. Второй раз мама категорически отказалась. И что тут началось.Хирург, медсестры завыли в один голос: « Вы же мать!.Ребенок будет хромым, одна нога будет короче другой,. А ведь это девочка!»Мама не поддалась ни на какие провокации и подписала отказ об очередной операции.Чьими молитвами не знаю, но нога срослась правильно, и хромоножкой Люси я не стала, Хотя в подростковом возрасте, обожая  поэта Михаила Лермонтова ,я иногда гуляла и хромала на левую ногу. Обычно это случалось от детских обид и неразделенной девичьей любви.

Во второй раз мама ,и я вместе с ней, услышала эти слова – «Вы же мать!» ,когда мне было лет восемь или чуть больше.Во дворе была железная горка, а стояла она на поле усыпанном мелким гравием.Я ,надо признаться, часто падала и коленки у меня были всегда ободранные до крови и болячки летом практически не успевали заживать.И вот еще раз прокатившись с горки , отчего- то на пузе, я ободрала коленки в очередной раз. Раньше все было просто: сорвешь лист от клена, и послюнявив  прилепляешь к ране. Но в этот раз испытанное средство не помогло, кровь текла и текла, и я заревела .Бабушка называла меня «иерихонской трубой». Голос в детстве у меня действительно был оглушительный ,и совсем не похож на писклявых девчонок.Мама была дома и вышла, я помню ее побледневшее лицо. Никаких интернетов не было, врачей знакомых тоже, и мы пошли через полгорода в травмпункт.Ногу видимо мама мне перевязала все же бинтом, город наш ,хоть и областной ,но ближайшая аптека была в центре города, травмпукнт был ближе.И вот тут снова на маму обрушился град упреков и коронное : « Вы же мать!»Честно я уже не плакала, пока мне обрабатывали рану. кровь удалось остановить. Чувство обиды за маму, незаслуженно, на мой взгляд, обиженную, желание защитить было так велико, что я пнула ногой женщину в белом халате.Она так и не поняла, что это был мой протест против несправедливости взрослых, наверное подумала, что это  от боли .А я от не попрощавшись ,и не поблагодарив, хотя мама и напомнила об этом ,гордо ушла.Потом наступили годы, когда я видела маму очень редко. Она уходила, когда я спала и приходила, когда я уже спала. Тогда многие семьи так жили. Поводов обращаться к врачам я не давала.

Так прошло много лет, я окончила институт и вернулась домой. То, что предрекала бабушка еще в мои двенадцать лет, когда были задержки критических дней, сбылось. Я принесла в подоле. Вернее я была пока еще беременна, без мужа. Бабушка уже умерла и мы жили с мамой вдовеем. В положенное время я ушла в декрет. И в одно прекрасное утро проснулась в мокрой постели. .Сказала об этом маме. Она посоветовала мне полежать .Никаких болей или дискомфорта я не ощущала. Часа через три мама вернулась.Она рассказал об случившемся на работе и там ей объяснили, что это отошли воды. Почему те же тети не сказали маме, что надо вызвать скорую не заню. Когда мама приехала, мы пошли пешком в женскую консультацию. Воды уже е лились они немного капали, и я дошла до поликлиники нормально. Ехать на троллейбусе, объезжая полгорода было нецелесообразно, пешком по проспекту было быстрее.

Вот тут и прозвучали те самые слова, из дальнего детства.

-Вы же мать! Если ребенок погиб ,то это целиком ваша вина!- кричала акушерка на маму.

Мне как- то даже о ребенке не подумалось, стало так обидно за мою маму. Со злобой и отчаянием  выплюнула в лицо врача: « Не орите на нее, она ни разу не рожала, я у нее приемная!»У меня поднялось впервые в жизни давление, скорая увезла меня в роддом. Ребенок, мальчик, родился здоровеньким.

Мамы нет уже пятнадцать лет. Ее материнский подвиг ,всегда в моем сердце. Ведь надо было фиктивно выйти замуж, уехать в другой город и ни разу в жизни не обмолвится об удочерении девочки трех лет .

Она безумно любила меня и внука. И пусть там, на небесах, она встретится с бабушкой со своей мамой, Марией Павловной. Я молюсь об этом..Она была не только прекрасной матерью мне ,но и преданной дочерью совей матери. Пусть земля будет им пухом .