Как один дрон в саудовской пустыне может спасти сервера российских компаний, или какой урок мы должны извлечь из дизельной сделки Трампа
Только-только улеглись страсти по громкой дизельной сделке с Трампом. Помните, как Вашингтону кровь из носу потребовалось стабилизировать внутренние цены на топливо, и прагматичный Донни мгновенно подписал соглашения с Москвой? Какой главный урок мы, как OSINT-исследователи, можем извлечь из этого опыта?
Урок простой, как советский лом: у Штатов есть абсолютный рычаг давления на Киев, но чтобы они его нажали, у нас должен быть зеркальный рычаг давления на сами Штаты. Трамп — бизнесмен. Он не понимает дипломатических нот, он понимает только язык чистых убытков и уязвимостей своего бизнеса.
Едва закрылся фронт энергетический, как тут же открылся новый — цифровой. Удары беспилотников по инфраструктуре данных — это новый виток гибридного противостояния. Недавние прилеты по Яндексу показали, что поле для этой войны еще не паханое. Дроны выбили около 8–10% коммерческих мощностей страны и знатно подвесили облачный ИИ. И обыватель логично чешет репу: «А что, если завтра они полетят на четыре мега-ЦОДа Сбера или сервера Госуслуг?»
И какие есть варианты?
Первая мысль, которая лежит на поверхности: «У нас же есть проверенный актив! В прошлый раз парни в камуфляжных шлепках так удачно подыграли нам в Красном море, что Трампу пришлось договариваться. А давайте снова используем этот инструмент? »
Мы открыли карту Ближнего Востока и начали зумить Баб-эль-Мандебский пролив. Что в нем интересного в рамках цифрового противостояния? Конечно, кабели. Там на мелководье (всего до 100 метров) пучком лежат 15 ключевых интернет-магистралей, через которые свистит до 20% мирового трафика между Европой и Азией. Казалось бы — вот оно! Отправляем парней на «глубоководную рыбалку» с парой тяжелых ржавых якорей, кабели превращаются в труху, а мир получает цифровой инфаркт. Мы даже посчитали гипотетический ущерб в процентах: страны Залива теряют 75% цифровой жизни, ЕС — 45%, а США — условные 5%.*
(* Проценты «цифровой жизни» — оценочная метрика автора, наглядности ради показывающая глубину потенциального дна.)
Но стоило нам, аналитикам, просчитать этот вариант на три хода вперед, как мы от него категорически отказались. Почему перерезать провода — это вчерашний день и тупиковый путь?
Во-первых, это ковровая бомбардировка, которая сработает лишь частично (трафик перетечет на наземные линии через Турцию и спутники). Во-вторых, и это главное, такая акция дико разозлит Китай и Индию, чья цифровая торговля завязана на эти же провода. А портить отношения с Пекином восточной коалиции сейчас стратегически невыгодно. Нам нужен не ковровый хаос, а хирургически точный, именной удар по кошельку Трампа.
А что, если…?
Мы сместили фокус с общей «кабельной трубы» на конкретную частную собственность.
И тут рождается сценарий: «А что, если нам созвониться с нашими хорошими ближневосточными друзьями, любителями фисташек? А те, в свою очередь, вежливо попросят своих прокси в шлепках скорректировать полетные задания для их дронов-камикадзе?»
Только целиться они будут не в корабли и не в нефтяные терминалы Саудовской Аравии, по которым они и так регулярно бьют.
В Саудовской Аравии, в Восточной провинции Даммам, прямо сейчас работает огромный, новенький регион дата-центров Google, построенный в партнерстве с саудовской Aramco. Это миллиарды долларов чистейших американских инвестиций, воплощенные в кремнии, серверах и системах охлаждения посреди пустыни.
И вот представьте: хуситы в очередной раз кошмарят Саудовскую Аравию (благо, прилетает уже по аэропорту Эр-Рияда). И один из беспилотников совершенно случайно, из-за сбоя дешевого GPS-модуля, залетает прямо в вентиляционную шахту этого мега-ЦОДа Google. Бабах — и суверенная американская инфраструктура превращается в оплавленный пластик.
Великий Кондратий Кремниевой долины
Что происходит в этот момент?
Условные 5% физического риска для США, которые мы насчитали в кабельном сценарии, здесь превращаются в 100% паники на Уолл-стрит. Кабель — ничейный, а дата-центр в Даммаме — это частная, священная собственность корпорации Alphabet (Google).
Друзья и главные спонсоры Трампа из Силиконовой долины ловят коллективный инфаркт. Они прибегают в Овальный кабинет с округлившимися глазами и криками.: «Дональд, у нас сервера горят физически! Завтра они запустят дроны по ЦОДам Amazon или Microsoft в Бахрейне и ОАЭ! Наш Big Tech несет колоссальные убытки, сделай что-нибудь!»
В довершение включается нефтяной капкан. Этот дата-центр напрямую завязан на цифровое управление процессами Saudi Aramco. Лягут сервера — начнется хаос в саудовской добыче и отгрузке нефти. Цены на сырье на мировых рынках мгновенно улетают в космос, полностью сжигая все достижения недавней дизельной сделки Трампа с Москвой. Привет, инфляция в США, прощай, предвыборные обещания Дональда.
На следующее утро в Нью-Йорке индекс Nasdaq падает со свистом, а Трамп оказывается перед угрозой мгновенного краха американского рынка.
Миротворец Донни выходит на сцену
В этот момент Трампу изящно подсвечивают причинно-следственную связь: хуситские дроны перестанут путать координаты и облетать серверные Google стороной только тогда, когда в мире наступит «цифровая тишина». То есть, когда прекратятся атаки на российские ЦОДы.
И Донни, как истинный прагматик, мгновенно находит решение. Ему стабильность акций Google и цены на бензин в США ближе к телу, чем цифровые амбиции Киева.
Он поднимает трубку, звонит Зеленскому и максимально доходчиво объясняет: «Ребята, ваши дроны у российских серверных обходятся моим пацанам из Google слишком дорого. Вы либо прямо сейчас в приказном порядке вводите полный запрет на удары по дата-центрам, НПЗ и критическим узлам Сбера и Ростелекома, либо я полностью перекрываю вам финансовый и военный кран. Выбирайте».
Киев, естественно, выбирает остаться с краном и послушно сворачивает цифровой фронт. Трамп вешает себе на грудь невидимую медаль главного цифрового миротворца планеты, спасшего мировую экономику, а сервера Сбера под Москвой и Ростелекома по всей стране продолжают спокойно, безопасно и стабильно работать.
Вот вам и логика прокси-войны XXI века, где безопасность наших баз данных под Владимиром или Калугой в теории может защищаться одним точным гипотетическим «приветом» в саудовской пустыне.
Разумеется, всё вышеописанное — это пока лишь аналитическая гипотеза.
Но если наша теория верна, то в ближайшие недели на Ближнем Востоке и в прессе начнут всплывать совершенно определенные звоночки. Давайте вместе отслеживать маркеры, которые подтвердят или опровергнут эту гипотезу:
Маркер №1: Появление в американских СМИ (уровня The Wall Street Journal или Bloomberg) тревожных статей от экспертов по кибербезопасности о «критической уязвимости ближневосточной инфраструктуры Big Tech».
Маркер №2: Странные, неафишируемые визиты саудовских делегаций в Тегеран или Москву сразу после очередных крупных обострений со стороны хуситов.
Маркер №3: Внезапное и «добровольное» смещение фокуса украинских беспилотников с российских ЦОДов обратно на чисто военные объекты.
Запасаемся попкорном, поправляем шапочки из фольги и внимательно следим за новостной лентой. Если в Даммаме действительно что-то «случайно» упадет, мы будем первыми, кто поймет, почему после этого в Киеве внезапно замолчат цифровые пушки.
Что думаете, коллеги-аналитики? Имеет право на жизнь такой расклад?
Ссылки и пруфы:
