Анекдот Задорнова:
Стоят на польско-белорусской границе русские автолюбители. Пробка растянулась на 2 км. Поляки медленно, с неохотой пропускают машины, и один русский подходит к таможеннику и говорит:
- Пан знает когда немцы на Польшу напали?
- Да в 1939 году.
- Пан знает когда немцы на СССР напали?
- Да в 1941.
- А пан знает где, что они все этих 2 года делали ?
- НЕТ!
- Да они, блять, на польской таможне оформлялись!
БАЯН многолетней давности...
Власти Польши играют с жизнями беженцев, а платят за эти игры обычные граждане.
«А мы не хотим», — заявили паны в преддверии вступления в силу Пакта Евросоюза о миграции и предоставлении убежища. Европейцы планировали с июня 2026 года начать равномерно распределять финансы и усилия по приему мигрантов, но Польша всегда требует к себе особого отношения.
Панов-то понять можно. Миграция — давний козырь в споре национально-консервативной партии «Право и справедливость» и правящей коалиции. А мигранты из Африки и Ближнего Востока, люди, спасающие свои жизни, оказались пешками в политической игре панов.
Накануне польская оппозиция, «ПиС», провела масштабную уличную манифестацию против нелегальной миграции. Впрочем, видимость масштаба создавалась по сценарию, нам хорошо знакомому: выбрана не слишком большая Замковая площадь в Варшаве, которую легко заполнить скромной толпой. Вот и готова эффектная картинка.
Ирония в том, что именно правительство «ПиС» выдало почти четыреста тысяч виз для африканских и ближневосточных мигрантов. Этот факт не преминул подчеркнуть и действующий премьер-министр, чтобы набрать политических очков в свою пользу. В общем, всё как всегда: взаимные обвинения, манипуляции и муссирование темы в собственных интересах.
А страдают, как водится, рядовые поляки. Они уже запуганы резким ростом уличной преступности (значительно, конечно, преувеличенным). А если и реальным — то чья в том вина? Очевидно, властей, которые несколько лет назад оказались неспособны остановить поток мигрантов без помощи соседской «диктатуры».
Тогда это было даже выгодно — ведь под миграционный «шумок» получилось «стрясти» значительные суммы с хозяев на строительство забора. В карманах потяжелело, забор вроде есть, толку нет…
Вообще-то против миграционного пакта ЕС Польша выступает давно. Европейские хозяева на неё даже в суд подавали за отказ участвовать в обязательной программе переселения беженцев в 2015-м. А уж последние пять лет на фоне попыток развязать против Беларуси гибридную войну поляки в открытую пошли против законов родного Евросоюза. Потом добавились ещё и украинские беженцы, которым в Польше совсем, совсем не рады. Белорусские «уцекачы» хотя бы шли в посудомойки и таксисты, освободили панов от неквалифицированного труда…
Хотя вряд ли это утешит простых польских граждан, которым, вполне возможно, придётся расплачиваться — в прямом смысле — за такие решения своих правителей. Дело в том, что Пакт Евросоюза о миграции предусматривает в том числе «систему ответственности и солидарности» при распределении мигрантов по странам ЕС. И если какая-либо из стран ЕС не захочет принимать мигрантов, то она должна заплатить двадцать тысяч евро за каждого. И в общем-то понятно, что банкет будет за счёт социальной сферы, отнюдь не из кармана правящей верхушки.
С другой стороны, будучи на привилегированном положении в ЕС, Польша может и избежать необходимости платить за свои «удовольствия». Что ещё раз хорошо характеризует европейскую «демократию»: все страны якобы равны, но Польша опять равнее.
Автор: Варвара Морозова
Тайные дневники первого председателя КГБ, найденные через 25 лет после его смерти / Под ред., с коммент. и прим. Александра Хинштейна
Глава 8. Предпоследний год войны. 1944 год
из примечаний
В основном на территории Белоруссии пришлось вести борьбу с польскими отрядами, подчинявшимися лондонскому правительству (Армией Крайовой) и совершавшими террористические акты, диверсии и нападения на учреждения и предприятия, а также проводившим агитацию, распространявшими листовки. В отчете, направленном Берией Сталину, Молотову и Маленкову, от 14 октября 1944 г. приводятся такие данные: «При проведении операций по ликвидации белопольских банд убито 444 и захвачено живыми 927 бандитов; арестовано антисоветского элемента и дезертиров из Красной Армии — 9670». (Доклад народного комиссара внутренних дел СССР Л. П. Берия И. В. Сталину, В. М. Молотову и Г. М. Маленкову об итогах работы по ликвидации националистического подполья по западным областям Украины, западным областям Белоруссии и по Литовской ССР // Владимирцев Н. И., Кокурин А. И. НКВД-МВД СССР в борьбе с бандитизмом и вооруженным националистическим подпольем на Западной Украине, в Западной Белоруссии и Прибалтике (1939-1956). М.: Объединенная редакция МВД России, 2008. С. 188.) Собственно белорусское националистическое подполье было далеко не столь многочисленным и организованным, как польское.
В борьбе со своими противниками чекистские отряды нередко действовали под видом банд, выдавая себя за ушедших в леса повстанцев и т. п.
Задачу непосредственно заняться борьбой с оуновским бандпольем Серов получил в начале марта 1944 г. после того, как бандеровцы унчтожили кортеж командующего 1-м Украинским фронтом Н. Ватутина вместе с самим генералом и его охраной. По приказу Берии Серов вместе с другим зам. наркома ВД С. Кругловым был откомандирован на Украину. В их подчинение поступило 38 тыс. бойцов войск НКВД.
Были установлены места базирования бандгрупп, входивших в состав Украинской повстанческой армии. Для их ликвидации Серов и Круглов создали 7 оперативно-войсковых групп под руководством опытных чекистов.
Боевые действия начали разворачиваться 7 марта 1944 г. В течение месяца было проведено 109 чекистско-войсковых операций, в ходе которых 2594 бандита убито, 760 ранено, 3256 захвачено в плен. При раскрытии подпольных организаций арестовано 926 оуновцев, находившихся на нелегальном положении. Были полностью блокированы и уничтожены крупные отряды УПА Богуна, Черноморца, Лебедя, Олега и Гамаля. Бой с отрядом последнего у ровенского села Липки, например, 27 марта 1944 г. длился 6 часов. Во время него погибло более 400 бандитов.
Благодаря усилиям Серова и Круглова деятельность УПА в Ровенской, Волынской и Тернопольской областях оказалась почти полностью прекращена. (Богданов Ю. Министр сталинских строек. М.: Вече, 2006. С. 157-158.)
Дивизия войск СС «Галичина» (по-русски точнее её называть «Галиция») была сформирована из местных добровольцев в западных районах Украины. Начиная с осени 1943 г. дивизия активно участвовала в карательных операциях и боевых действиях против партизан во Франции, Польше, Югославии и Западной Украине. Зафиксировано неоднократное участие подразделений «Галичины» в целенаправленном уничтожении мирного населения и других военных преступлениях. В боевых действиях против советских войск дивизия участвовала весной и летом 1944 г. в районе Тернополя и у города Броды, где попала в окружение и была почти полностью уничтожена. Зная, что от советского трибунала им пощады не ждать, бойцы «Галичины» предпочитали погибнуть, но не сдаваться в плен Красной Армии. Большая часть оставшихся в живых бойцов дивизии в последние дни войны сдалась американцам и англичанам.
После освобождения Украины от фашистских войск на её территории оставалось большое количество хорошо вооружённых и обученных подразделений Украинской повстанческой армии, созданной совместно гитлеровцами и украинскими националистами. Общая численность этих подразделений по немецким оценкам доходила до 100 тыс. человек. (Владимирцев Н. Кокурин А. И. НКВД-МВД СССР в борьбе с бандитизмом и вооруженным националистическим подпольем на Западной Украине, в Западной Белоруссии и Прибалтике (1939-1956). М.: Объединенная редакция МВД России, 2008. С. 135.) «К концу 1944 г. основные крупные вооруженные формирования У ПА (курени, сотни) были разгромлены». (Там же. С. 138.) Немалая заслуга в этом принадлежит Серову как одному из организаторов чекистско-оперативных мероприятий на Украине.
На четвертый день после начала немецкого вторжения в СССР из Минска в сторону Могилева вышла колонна из двух тысяч человек. Это были заключенные, в основном политические. В колонне шли даже беременные женщины. Часть обессиленных круглосуточным маршем людей сотрудники НКВД убили еще по дороге, остальных было решено расстрелять в Червене. Но некоторые сумели сбежать, и благодаря им мы знаем об этих страшных событиях. Среди жертв многие были из Литвы, в том числе и высокопоставленные политики, — это единственный случай массового убийства литовских политзаключенных советскими силовиками на территории нашей страны. Рассказываем о трагедии, которая в Литве известна как «Червенская резня» или «Червенская дорога смерти», а в Беларуси долгое время замалчивалась — и сегодня о ней знают далеко не все.
В июне 1940 года СССР полностью оккупировал Литву, Латвию и Эстонию. После этого в них были проведены внеочередные парламентские выборы, куда допустили только просоветские «союзы трудового народа». Новые подконтрольные парламенты провозгласили свои страны советскими социалистическими республиками и обратились к СССР с просьбой принять их в свой состав. Так был юридически оформлен советский захват трех балтийских республик — словно они сами попросились под власть Москвы.
Раздел сфер влияния между СССР и Германией по секретному протоколу к пакту Молотова-Риббентропа от 23 августа 1939 года и действительные территориальные изменения в Восточной Европе в 1939—1940 году. Карта: Peter Hanula, CC BY-SA 3.0, commons.wikimedia.org
Литва официально вошла в состав СССР 21 июля 1940 года. Но уже 7 июля, не дожидаясь окончания этих формальностей, директор тамошнего Департамента государственной безопасности коммунист Антанас Снечкус утвердил «План подготовительной работы и оперативной ликвидации антигосударственных партий» — националистов, христианских демократов, троцкистов, социал-демократов, эсеров и других.
Тут же начались массовые аресты литовских граждан, неблагонадежных с точки зрения коммунистического режима. Масштабы чисток были такими, что в современной Литве их считают геноцидом. К маю 1941 года в списки лиц, подлежащих аресту, включили 28 600 «антисоветских» и «социально чуждых элементов» — и это было только начало. Всего в небольшой стране с населением около 3 млн человек планировалось задержать более 320 тысяч человек. Первыми под удар попали руководители и активисты запрещенных советской властью партий, бывшие высокопоставленные полицейские и чиновники, а также члены польского антисоветского подполья (часть Польши, доставшаяся СССР после раздела этой страны с нацистской Германией, вошла в состав Литовской ССР).
К июню 1941 года в ЛитССР арестовали 6606 человек, большинство — за «антисоветскую деятельность». Пенитенциарная система небольшой республики не справлялась с таким наплывом политзаключенных, и их начали вывозить в тюрьмы и лагеря в других частях СССР. Впрочем, такая скорость изъятия «неправильных» литовцев из общества для советской власти была явно недостаточной. 16 мая 1941 года появилось Постановление ЦК ВКП (б) и Совета народных комиссаров «О выселении социально чуждых элементов из Прибалтийских республик, Западной Украины, Западной Белоруссии и Молдавии». В соответствии с ним 14−18 июня была проведена первая массовая депортация литовского населения. В списки включили 21 214 жителей Литвы, из которых 17 600 успели депортировать до начала немецкого вторжения.
Когда началась война, в литовских тюрьмах находились тысячи заключенных, политические составляли немалую долю. Перед лицом быстрого наступления немецких войск советские силовики начали зачищать места лишения свободы. В прифронтовой полосе все дела узников официально были переданы военным трибуналам. Фактически местным органам НКВД и НКГБ (Народного комиссариата государственной безопасности) предоставили полную свободу действий в отношении сидевших в тюрьмах людей. Сотрудники этих ведомств официально рассматривали расстрел как метод эвакуации заключенных, в документах такие расправы назывались «эвакуацией I категории».
Более тысячи человек убили на месте — в том числе политзаключенных, священников, врачей и даже фермеров, арестованных за неуплату налогов. Их не только расстреливали, но и кололи штыками, проламывали черепа. Перед смертью садисты в форме многих мучали и пытали — избивали стальными прутьями, жгли на кострах, били током, сдирали с людей кожу, выкалывали им глаза, отрезали носы, языки и гениталии, ошпаривали кипятком. Отметим, что расправы над заключенными в первые дни войны происходили и в Беларуси — например, в Ошмянах и в Глубоком. А вот в Новогрудке при попытке НКВД вывезти узников местной тюрьмы из города на конвой напали местные жители, которые освободили заключенных
Руководитель беларусских чекистов Лаврентий Цанава (второй слева) и руководитель БССР Пантелеймон Пономаренко (четвертый слева) в послевоенное время. Фото: Владимир Лупейко.
Другой части литовских узников «повезло» чуть больше. Их успели вывезти на восток — в Беларусь. Впрочем, большинство из них вскоре разделило судьбу товарищей, убитых на родине.
Так, в ночь с 23 на 24 июня 1941 года из Каунасской тюрьмы № 1 железной дорогой на восток отправили, по разным данным, от 90 до 118 политзаключенных. Всех вместе их довезли до Молодечно, после чего разделили. Часть состава ушла в сторону Полоцка и оказалась у станции Бигосово (сейчас это Верхнедвинский район).
Прямо там их и расстреляли. Среди них были один из подписантов Акта о независимости Литвы Казимирас Бижаускас, дипломат Йонас Яблонскис, двое госслужащих, четверо полицейских, рабочий, трое военных, ремесленник, студент и даже школьник.
Остальные узники из Каунаса оказались в минской тюрьме — Пищаловском замке (позже — СИЗО на улице Володарского). Вечером 24 июня часть из них расстреляли — в том числе министра внутренних дел Литвы в 1929—1934 годах полковника Степонаса Рустейку, монаха Мартинаса Гедвиласа, журналистку Ванду Пранцконене
Министр внутренних дел Литвы Степонас Рустейка в 1932 году. Фото: Agence photographique — Bibliothèque nationale de France via Europeana, CC0, commons.wikimedia.org
В Минск перевезли и политзаключенных из нескольких других литовских тюрем — в том числе Вильнюсской и Паневежской. Их точное число неизвестно, но, по свидетельствам выживших, среди них были не только литовцы, но и жители ЛитССР других национальностей — в том числе поляки.
24 июня немецкие войска заняли Вильнюс, а 25 июня уже приближались к Минску со стороны Молодечно. В этих условиях литовцев и других узников Пищаловского замка общей численностью около 2 тысяч человек (среди них были не только политзаключенные) отправили пешком из Минска в сторону Могилева под «охраной» 226-го полка 42-й бригады Конвойных войск НКВД. Задача была вполне привычной для этого соединения: до войны 42-я бригада как раз выполняла задачи по отправке «спецконтингента» (то есть арестованных) из Барановичской, Пинской и Брестской областей на высылку и в лагеря. Колонну сопровождал начальник Тюремного управления НКВД БССР Евгений Степанов.
По некоторым оценкам, около трети узников были женщинами, некоторые шли с маленькими детьми. Промежуточной целью энкавэдэшники наметили райцентр Червень в 50 км от Минска. При передвижении заключенных не кормили и почти не поили. По пути ослабленных и неспособных идти расстреливали, убили и беременных женщин. По воспоминаниям чудом выжившего офицера литовской армии Юозаса Тумаса, где-то на половине пути до Червеня им устроили полуторачасовой привал на большом лугу, во время которого разрешили напиться воды из речки.
Другой выживший литовский офицер Йонас Петруйтис так описывал этот марш смерти в своей книге «Как они нас расстреливали»:
«Мы, огромная толпа из нескольких тысяч почерневших, оборванных, босых мужчин и женщин, идем очень быстро, петляя по разрушенным улицам (Минска. — Прим. ред.), неизвестно куда. Вернее, бежим, даже задыхаясь. С обеих сторон, в паре шагов от нашей толпы, нас подгоняют сотрудники НКВД:
— Бегом! Бегом! Не стойте на месте!
Пробежав сквозь жуткую ночную тьму, освещенную лишь огнем пожарищ, мимо трупов людей, лежащих на улицах, мы видим, что покидаем разрушенный, горящий город. Куда нас ведут, куда мы так быстро бежим — мы не знаем. Кроме того, нас сопровождает очень раздражающая „музыка“: пах, пах-пах, пах, пах-пах! Это НКВД постоянно расстреливает заключенных, которые пытаются оставить толпу, и тех, которые отстают. Мы начали беспокоиться: если они проведут нас таким образом 200 км, не давая ни еды, ни питья, то наверняка перестреляют всех по пути еще прежде, чем дойдут до Могилева
26 июня уменьшившаяся таким жутким образом колонна добралась до Червеня, людей загнали в местную тюрьму. Степанов связался с начальством, доложил о перемещении «двух тысяч килограммов груза» (так в телеграмме был закодирован контингент заключенных) и запросил вагоны для дальнейшей их перевозки по железной дороге (ближайшая к Червеню станция находилась в 30 км в Пуховичах). Не получив транспорт, он решил «эвакуировать» заключенных «по I категории» — то есть расстрелять.
В ночь с 26 на 27 июня большинство узников вывели из тюрьмы. Чтобы мотивировать уставших людей идти дальше, им пообещали, что в полночь на привале накормят горячим ужином.
Когда колонна вышла из Червеня, сотрудники НКВД начали добивать из револьверов обессиленных отстающих. А затем, углубившись в лесное урочище Цагельня, стали расстреливать всех остальных.
Расправа с использованием винтовок и пулеметов велась около полуночи, почти в полной темноте, поэтому примерно двум сотням заключенных удалось сбежать. Среди них оказалось около 50 жителей Литвы. Юозас Тумас в своих мемуарах рассказывал, что энкавэдэшники после расстрела стали искать обездвиженных раненых с фонариками и добивать их. Сам он в этот момент укрылся в канаве и приготовился к худшему:
«Я сжал зубами левую руку и приготовился укусить ее и вымазать лицо кровью, если услышу, что энкавэдэшники пойдут проверять в мою сторону. Я думал так: я лежу не среди трупов, а отдельно. Энкавэдэшники, проверяя застреленных, увидят мое окровавленное лицо и подумают, что выстрел попал мне в голову, я лежу мертвый — и они оставят меня в покое. В этот момент мне было гораздо страшнее, чем в тот миг, когда я готовился к побегу.
Стрельба вскоре прекратилась. При этом где-то еще были слышны стоны раненых и предсмертные крики умирающих. Я не могу выразить словами, насколько велика была моя радость, когда командир энкавэдэшников громко крикнул: „Да кому это, черт возьми, нужно?!“ <…>. Через несколько минут они выстроились на дороге и пошли прочь, громко разговаривая».
Среди убитых сотрудниками НКВД в эту страшную ночь под Червенем были участник войны за независимость Литвы, министр обороны полковник Балис Гедрайтис, журналист Винцас Даудзвардс-Даугвардис, врач Пятрас Купчюнас и десятки других литовских офицеров, чиновников, студентов, фермеров и рабочих.
Министр обороны Литвы Балис Гедрайтис в 1932 году. Фото: Agence photographique — Bibliothèque nationale de France via Europeana, CC0, commons.wikimedia.org
Тем из заключенных, которым удалось уцелеть, помогли выжить беларусские крестьяне из окрестных деревень, которые кормили их и помогали спрятаться от еще не сбежавших на восток представителей советской власти. Также от местных жителей выжившие узнали, что 27 июня силовики погрузили трупы расстрелянных в машины и увезли в сторону Бобруйска. В это же время окрестный лес прочесывали энкавэдэшники с собаками и расстреливали заключенных, не успевших спрятаться
Таким образом, всего в этой трагедии, начиная с марша и заканчивая резней в лесу, погибло порядка 1800 человек: по меньшей мере 70 с лишним литовцев, польские подпольщики и много сотен узников-беларусов.
В документах силовиков, согласно некоторым источникам, случившееся было представлено как расстрел 209 человек в результате замешательства из-за немецкой воздушной атаки. Известно также содержание оперсводки командира 42-й бригады начальнику Управления Конвойных войск:
«В ночь с 24 на 25.6.41 конвоем 226 полка в количестве 170 чел. эвакуированы заключенные из всех тюрем г. Минска за реку Березина для отрывки окопов. В пути движения в районе Червень состав конвоя вместе с колонной заключенных подвергся сильной бомбардировке с воздуха, распоряжением начальника тюремного управления НКВД БССР Степанова заключенные за контрреволюционные преступления были расстреляны, а остальных распустили. Конвой в полном составе 3.7 возвратился в часть».
Таким образом, масштабы убийств были занижены примерно вдесятеро (если правдивые рапорты и были, то о них до сих пор ничего не известно).
Все последующие десятилетия существования СССР история Червенской дороги смерти замалчивалась — как и другие эпизоды расправ НКВД над заключенными во время войны.
Только 26 июня 1991 года в урочище Цагельня в 400 метрах от Червеня по дороге на Дуброву Беларусский Народный Фронт и общественная организация «Мартиролог Беларуси» установили шестиметровый деревянный крест. В 1993 году его дополнила бронзовая плита на каменном постаменте с надписью «Жертвам большевистского террора» на беларусском, литовском и польском языках. Еще несколько памятных знаков в Цагельне были установлены с участием польских и литовских граждан и общественных организаций.
Литовские и польские дипломаты во время акции памяти, посвященной 80-й годовщине Червенской резни. Червенский район, урочище Цагельня, 14 июня 2021 года. Фото: Gov.pl, CC BY 3.0 pl, commons.wikimedia.org
Беларусь не проводит в отношении Польши агрессивную политику, заявил Александр Лукашенко на встрече с представителями разных национальностей.
"Не буду говорить о наших отношениях с руководством Польши. Я не хочу сказать, что со всеми поляками в Польше у нас блестящие отношения, но 99% поляков понимают нашу политику и, уверен, поддерживают ее", – цитирует главу государства пресс-служба.
По его словам, политика, которую проводят белорусские власти, не является агрессивной по отношению к польской стороне. В Минске никто не навязывает свою политику и не собирается воевать с поляками.
Он отметил, что в республике понимают, что подобная война привела бы к миллионным жертвам. От этого никто не сможет выиграть.
"И она нам не нужна. Нам нужны мир и покой", – заверил он собравшихся во Дворце Независимости.
"Ну а нам что нам от поляков нужно? Нам ничего не нужно. Что нужно полякам от нас? Ну, понятно, надо опять Западную Беларусь, Западную Украину туда. Кто-то еще вот этими амбициями страдает", – обрисовал ситуацию глава государства.
После чего выразил мнение, что "это абсолютно невозможно. Покорить Беларусь никому не удастся. У нас достаточно друзей, да и мы не лыком шиты".
Лукашенко напомнил, что в республике полно лесов и болот и здесь невозможно вести боевые действия, потому что это приведет к гибели миллионов людей.
https://sputnik.by/20240912/lukashenko-99-polyakov-ponimayut...
Польские силовики обстреляли белорусский автодорожный пункт пропуска Песчатка.
15 авг 2020, 22:09
Лукашенко заявил, что Россия окажет помощь при внешней угрозе безопасности Белоруссии
По словам президента Белоруссии, "когда речь идет о военной составляющей", есть договор с Россией в рамках Союзного государства и ОДКБ
"Когда речь идет о военной составляющей, у нас есть договор с Российской Федерацией в рамках Союзного государства и ОДКБ", - пояснил белорусский лидер. "Как раз эти моменты подходят под этот договор. Поэтому сегодня с президентом России у меня состоялся длительный, обстоятельный разговор о ситуации. Должен сказать, меня даже несколько удивило - [Путин] абсолютно посвящен в то, что происходит", - отметил Лукашенко.
Материал американского медиаконцерна CNN о миграционном кризисе в Польше вызвал негодование у польских властей.
Обзорная статья под заголовком «На польско-белорусской границе растёт напряжённость. Вот что вам нужно знать» появилась на сайте edition.cnn.com накануне.
«Тысячи людей застряли на границе между Польшей и Белоруссией в ужасных условиях, оказавшись в центре обостряющегося геополитического спора», — констатируют авторы материала, сразу шесть журналистов: Надин Шмидт, Катарина Кребс, Лорен Саид-Мурхаус, Антония Мортенсен, Магда Ходоник и Анна Чернова.
Коллеги описывают действия польских солдат в отношении ближневосточных мигрантов — пишут «об избиениях и изнурительных условиях». В частности, сирийский проситель убежища рассказал, что после третьей попытки пересечения польской границы был избит польскими пограничниками: «получил травмы лица, сломанный нос и ушибы рёбер». Официальная Варшава в статье именуется «польскими правящими националистами».
Статья вызвала гневную отповедь польских властей. Пресс-секретарь министра-координатора польских спецслужб Станислав Жарынь написал в своём «Твиттере»:
«Приехавшие в Белоруссию мигранты не находятся „между Польшей и Белоруссией“. Они находятся в Белоруссии. Режим Лукашенко несёт полную ответственность за этих людей. Они не беженцы — это мигранты, которые много заплатили за незаконный ввоз в ЕС».
По его мнению, «весь кризис сознательно создало белорусское государство».
«Мы имеем дело не с миграционным кризисом, а с политической операцией против Польши», — считает Станислав Жарынь.
Подписчики представителя польских спецслужб докомментировались до того, что написали:
«CNN танцует под дудку Лукашенко», а также придумали новую аббревиатуру: «RuCCNia Today».
Власти Мюнхена выступили с предложением принять мигрантов, находящихся на белорусско-польской границе, сообщает польский телеканал Polsat.
"Мы более не можем смотреть на то, как люди остаются на границе ЕС без перспектив и в неопределенности", - приводит телеканал выдержки из сообщения для прессы, опубликованного городскими властями Мюнхена.
"Для столицы Баварии спасение человеческих жизней имеет высший приоритет. В связи с этим мы в очередной раз предлагаем быстро и без лишней бюрократии принять застрявших на границе людей в Мюнхене и на месте обеспечить им доступ к соответствующих процедурам, касающимся получения убежища", - говорится в сообщении.
Власти Мюнхена полагают, что мигрантов можно было бы принять в рамках как региональных, так и государственных программ. "Возможен прием этих людей для проведения процедур, связанных с получением убежища в Германии, однако Мюнхен не располагает соответствующей правовой основой для этого, поэтому в этом случае необходимо переправить мигрантов в столицу Баварии при содействии более высоких властей", - отмечается в коммюнике.
Ситуация на границе Польши и Беларуси осложнилась в минувший понедельник, когда к границе с Польшей с белорусской стороны подошли несколько тысяч мигрантов из стран Ближнего Востока, желающих перебраться в ЕС. Польские официальные лица назвали происходящее самым сложным моментом с начала кризиса на границе.
Польша, Литва и Латвия в последние месяцы фиксируют усилившийся поток нелегалов, пытающихся через Беларусь попасть на территорию ЕС. В Евросоюзе обвиняют Беларусь в том, что именно она создала хаос близ границ ЕС, поскольку не пускает обратно нелегальных мигрантов из стран Ближнего Востока и Африки, которые пытаются попасть в Евросоюз, но получают отказ.
Страны Балтии обвиняют власти Беларуси в организации потоков мигрантов и называют это "гибридной агрессией". Той же позиции придерживается и Еврокомиссия.
https://interfax.com.ua/news/general/779461.html?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https://yandex.ru/news/search?text=https://www.tvr.by/news/v_mire/myunkhen_gotov_prinyat_bezhen...
