Уважаемые блоггеры, инфлюэнсеры, стилисты и тд и тп. Вы знаете, что есть разные духи ? Донесите это публике!
Достали уже который год эти боис империал, баккарат и кирке! Ну и Монталь тоже. Постоянно одни и те же ароматы, на каждом. Из каждого утюга .
Приячем каждый обладатель фирменных дорогих духов, купленных под словом "отливант" за 500₽ на ВБ считает своей обязанностью вылить на себя пол флакона перед посещением душного автобуса, чтобы точно было понятно статус и привилегированность носителя.
Süddeutsche Zeitung (SZ) ("Южногерманская газета") покидает платформу X. Причина: тамошнее огрубление стало невыносимым. SZ так же невиновна в этом, как и любая другая ежедневная газета, само собой разумеется.
Andreas Bohnenstengel, CC BY 3.0 DE, via Wikimedia Commons
Сервис коротких сообщений X (ранее Twitter) стал беднее на одну достопримечательность. Süddeutsche Zeitung объявила о своём уходе с помощью «предварительного последнего поста». С её точки зрения, «растущее огрубление платформы больше не позволяет вести конструктивный публичный диалог». Мюнхенская ежедневная газета, в конечном счёте, лишь повторяет то, что многие журналисты и СМИ из мейнстримовского поля постоянно твердят: X стал невыносим, слишком правым, слишком грубым и способен только на скандалы. С тех пор как Элон Маск приобрёл платформу, они особенно охотно повторяют это прозрение – как будто раньше Twitter был таким миролюбивым и чутким.
В принципе, SZ, безусловно, права. Этот X — настоящий ад тотального огрубления. Однако возможно, что автор этих строк и уходящая ежедневная газета говорят о совершенно разных вещах. Ведь ещё недавно эта платформа была для мейнстрима идиллическим местом — хотя и тогда было грубо. Но грубое обращение приходилось терпеть только тем людям и мелким медийщикам, которые сомневались в официально публикуемом мнении. Им платформа вешала дисклеймеры под посты, которые, согласно прочтению правительственной повестки, считались критическими — чтобы каждый видел, с каким конспирологическим психом или поперечником (Querdenker) он имеет дело. Теперь хор критических голосов звучит всё громче, и никто больше не маркирует эти высказывания своевременно. Дисклеймеры больше не в моде. Ситуация перевернулась, и вдруг грубияны прежних времён обнаружили огрубление, которое уже давно воцарилось в публичном пространстве. Так что SZ опоздала.
Хроника объявленного огрубления
Огрубление и мейнстрим: это история, полная недоразумений – или, лучше сказать, полная моральных отрицаний. Уже несколько лет Германия находится в эмоциональном чрезвычайном положении. Можно сказать, что с началом нового века, с утверждением нового социального законодательства, которое сопровождалось стигматизацией бедности и безработицы, Федеративную Республику привели в состояние ментального перекоса. Социальных сетей тогда ещё не существовало; огрубление происходило со стороны медиа.
Безработные, а ещё хуже — долгосрочно безработные, были объявлены людьми второго сорта. Их не считали жертвами системы, отсутствие рабочего места трактовали как личный недостаток. Да, даже как нечто, заложенное в их характере. Тогдашний министр экономики Вольфганг Клемент — человек, который мог опрокинуть в глотку стакан пива менее чем за две секунды, что, вероятно, и было его главной квалификацией для министерского поста, — распорядился напечатать для своего ведомства брошюру, в которой безработных приравнивали к паразитам. Это был климат тех лет — тотально огрубевший. С полным презрением говорили о тех, кто получает социальные трансферты, кому в конце месяца не хватало денег, а иногда и хлеба. Слова «язык вражды» ещё не родилось, но само явление уже существовало. Хотя не на таких платформах, как Facebook или X, — их тогда ещё не было. Политически активные пользователи уходили на форумы, которые привлекали мало внимания, там они оставались в своей среде — мейнстрим же мог совершенно беззастенчиво ополчаться на неимущих. Та бессмыслица, которую творили в ток-шоу по этому поводу — например, министр Клемент выдумывал цифры о мнимой недосягаемости безработных, — оставалась практически без комментариев. Конечно, некоторые возмущались на уже упомянутых форумах. Но кто это замечал?
Что ж, нужно быть справедливым до некоторой степени: у SZ был — и есть — Хериберт Прантль. Он регулярно критиковал то, как политики и медиа обращаются с людьми, которые не могут найти работу. Но стандартом такое понимание, конечно, не было. Когда сегодня мейнстримовые СМИ критикуют, насколько огрубела атмосфера в стране и особенно в соцсетях, они забывают, что тогда они обладали монополией, которая позволяла им бесконтрольно грубо говорить о людях в стране, у которых не было лобби и которые соответственно не могли защититься. Их протест против сокращения социальных выплат, который повторялся по понедельникам в разных городах, быстро выставлялся как дерзкая акция людей, которые подсаживаются на поезд понедельничных демонстраций, за несколько лет до этого приведших к концу ГДР. Мол, они присвоили себе хорошее дело, чтобы продвигать свою ретроградную повестку, — такова была оценка; у граждан не было возможности защититься от подобных интерпретаций. Их считали социальными романтиками, что тогда означало примерно такое же уничижительное отношение, как сегодня к «понимающим Россию» (Russlandversteher).
Поучать вместо информирования
Тогда и началось огрубление. Медиа воспринимали себя как продолжение политической воли к реформам и реформаторского рвения. Почти ни одно мейнстримовое СМИ не сомневалось в курсе на сокращение социальных выплат — казалось, наступило новое время, отныне каждый был «ИЧП-шником» (Ich-AG), кто действительно хотел, тот якобы мог добиться всего. Капиталистическая система победила, конец истории должен был означать и конец социального государства. Что реформы всегда необходимы, разумеется, общее место — но тогда утвердили совершенно новый образ человека и общества. Локоть стал символом республики на подъёме. Ответственным витало в голове некое существо, существующее лишь для того, чтобы встроиться в рынок. Оно должно быть гибким — и всегда доступным и готовым к использованию. Кто прилип к своему клочку земли, того жизнь накажет — и почему это общество должно поддерживать кого-то в Лерте пособием по безработице, если он может мыть посуду в Шонгау? Насчёт клочка земли автор этих строк повторяется часто. Тогда он сам был безработным, и курирующий его сотрудник биржи труда объяснил тогда ещё молодому человеку, как обстоит дело с прилипанием к своему клочку земли: так ни до чего не дойдёшь. Поэтому нужно выбирать: родина, семья, друзья, региональная привязанность — или мобильность и гибкость? Это тоже было огрублением в кабинете чиновника.
Эта логика человеческого капитала, который больше не должен считаться с семьёй, друзьями и родиной, должна была лишить граждан уверенности, сделать их покорными нуждам рынка. Левые, тогда ещё сопротивлявшиеся этой неолиберальной революции расползающегося нигилизма, тем не менее облегчали капиталу задачу: ведь он — как уже упоминалось — атаковал понятие родины, человек должен был быть глобалистом, а не существом в локальной системе координат. Поскольку «в левых кругах» родину в любом случае считали правым конструктом, они не стали адаптировать это понятие в мудрой предусмотрительности, а отвергли его, как и реформаторы. И эта враждебность к родине тоже была частью огрубляющей повестки, поскольку она быстро клеймила людей, которые хотели жить в своём городе, в своём районе, как крайне правых.
Мейнстрим тем временем уже давно начал сворачивать своё информирование, чтобы заменить его поучением. Особенно явным это стало с осени 2015 года. Критические голоса, которые с недоумением сопровождали решение администрации Меркель об открытии границ, перечисляя самые разные пункты критики, были не только заглушены, но и грубой рукой затолканы в «правый угол». Того, кто высказывал опасения, что его коммуна не справится с этим новым курсом — финансово, социально и культурно, — мейнстрим быстро дискредитировал. Зигмар Габриэль назвал обеспокоенных граждан — ярлык, который позже с презрением использовался СМИ, — «сволочью» (Pack). Милыми господами, конечно, те, кто орал и хулиганил, не были. Но называть граждан свысока грубыми словами — это был прорыв плотины.
Играют ли газеты в безвоздушном пространстве?
Тогда был необходим защитный барьер против огрубления элит и их медиа. Но они всё больше нацеливались на людей, которые хотели бы видеть определённые вопросы внутри немецкого общества принципиально иначе решёнными или хотя бы хотели бы их задать. Им отказывали в дискурсе, более того, стигматизировали их и сближали с людьми, которые когда-то видели надежду в группе Хоффмана, а в рассказах деда о приключениях в СС — истории из любовной старой поры. Это было недостойно — и это было грубо. Медийная сфера оставалась странно одномерной, участвуя в патологизации инакомыслящих. То, что сегодня Восточную Германию считают тёмным местом, где люди якобы трансформировались из социализма в неонацизм, связано именно с теми мейнстримовыми СМИ, которые сейчас возмущаются огрублением в обществе и соцсетях — и теперь хотят бежать из последних, потому что считают это невыносимым.
А куда могли бежать граждане, если их медийно заталкивали в углы, где они никогда не хотели оказаться? Спрашивал ли их кто-нибудь? Они тоже находили невыносимым то обращение, которое им и другим гражданам оказывали. Но что они могли сделать? От X уйти можно, но не от тех СМИ, которые до сих пор претендуют на господство в толковании в стране — и им обладают, если честно. Нужно ли ещё говорить о ковиде и о том, как обращались с гражданами, которые были недовольны политикой ограничительных мер? Для многих ковид считается началом медийного огрубления; якобы только с этого момента произошёл разрыв доверия между человеком и СМИ. Но ковид лишь наполнил бочку, которая уже была почти полна до краёв, теми последними каплями, которые были необходимы для переполнения. Разрыв был заложен уже до этого, был уже больше, чем волосяная трещина — да, отчасти уже и совершился. А SZ — как и весь мейнстрим — вышла на пик формы в эти годы; каждый критик считался потенциальной жертвой, которую можно и нужно было разносить в пух и прах. Утрата человечности? Да откуда же ты только взялась?
Конечно, можно уйти из X, если считаешь это нужным. Многим вообще было бы полезно вырваться из параллельного мира быстро набросанных коротких сообщений. Потому что в этих сетях тебя ждёт только безумие — кто проводит там слишком много времени, тот может только заболеть. Покидать X и при этом ныть, потому что тебя угнетает тамошнее огрубление, тогда как ты сам, по собственной оценке, всегда старался быть дружелюбным: это тот самый неприятный привкус, который не стоит спускать мейнстримовым СМИ. Потому что это именно мейнстрим не только благоприятствовал огрублению, но и строго его форсировал. Неужели ежедневные газеты и ток-шоу в этой стране всерьёз полагали, что они движутся со своей ненавистью и травлей в безвоздушном пространстве? И они хотят иметь граждан, которых можно поливать грязью в зависимости от политической повестки, и которые никогда не будут держать на них зла за это? Если да, то они хотят глупых граждан — а поскольку глупых, видимо, гораздо меньше, чем они надеялись, они теперь покидают социальные сети и плачут об огрублении, которое обрушилось на них, как буря, которую они не могли предвидеть. Неприятно, когда с тобой грубо обращаются, не так ли, SZ?
Я посмотрел 3 сезон «Игра в кальмара» дальше будут спойлеры, мой горящий пукан и много мата.
Если первый сезон был глотком свежего воздуха, там убивали персонажей к которым ты мог проникнуться, сериал умело нагнетал и КАЖДАЯ новая серия открывала новое испытание, то утрите воспоминания с щек, щас навалим.
Внимание на всем сезоне из 6 серий всего 3 конкурса, три блядь и то в одной серии он не заканчивается, а вяло перетекает в другую:
1) прятки
2) скакалка
3) перепрыгивание с квадрата, треугольника и на круг.
Сразу скажу, что полностью я посмотрел полторы первые серии и мне стало жалко у своей шикарной жизни отнимать столько времени, но хотелось быть в контексте повесточки и моды, пришлось листать. Благо у меня есть божественные кнопки +10 секунд и х2 и стало попроще.
Что я перематывал: часть сюдета про северокорейскую бабу, что спустилась вниз с розовыми болванчиками разделывать проигравших на органы, она там постреляла личный состав чтобы спасти земляка и вот это блевота никому не нужная тянется 6 серий и на основной сюжет не влияет никак. + я служил в армии (на флоте) и там все через построение: зарядка, сбор, подняли флаг, сбор, малая приборка, сбор, завтрак, сбор, все стоим, бойца не досчитались, упор лежа принять, ждем, а он срет/в магазине/заснул где-то проебываясь, стоим, ждем, слишком долго ждем, позвали матросика его найти, а тут баба расстреляла личный состав, руководству кристально похуй, аж в сериале показывают их пустые комнаты «ну заблудились» еба, шо за контора такая?! В первом сезоне было тайнство, ореол секретности, загадочности, а тут какой-то детский лагерь. Эта северокорейка внутри все сжигает, сама убегает, земляка спасает, да еще и брат главгада прыгает на след и вычисляет правильный остров сдеанонив контору по факту, но те сверкая пятками с помощью бомб из 80х с таймером взрывают остров и береговая охрана остается ни с чем.
Конкурсы блядь, как на свадьбе.
Прятки. Пол серии раздавали шары, потом ключи, потом ножи, потом можно поменяться, все есесно я листаю и серия кончается. В другой начинают бегаться, прятаться, прикольная тема с ясновидящей и как ее подставили, а дальше тупость с всемогущим 456, а самая смехота как в анекдоте: играют в прятки как-то трансвестит, старая бабка и беременная девка. Раунд длится 30 минут. И за эти 30 минут трансуха убила человека 3, баба подвернула ногу, пошастала по коридорам, родила, бабка роды приняла, транса убили и они собрали все ключи и спаслись. А да и в конце бабка сама заколола своего сына лоха который должен был убивать, а не прятаться, но он так и не смог никого убить. Вот я пишу это и это такая тупость, как это вообще блядь проверку сценария прошло?!
По новым правилам можно голосовать, потом окажется что нельзя и друг дружку убивать, потом эти болванчики стали уже и мажорами, что следят за игрой, а випы випы, только они там за игром наблюдают в масках, а во время зачистки после пряток они маски сняли. В общем флёр таинственной структуры растворился как твой батя.
Другой конкурс, скакалка.
Оказывается, что личинка теперь тоже участник, 456 с личинкой пропрыгал, мамаша не смогла, она же ногу подвихнула. В общем закончилась ну и пару пакостников там проявилось (надо же как-то народ утилизировать, а то мы новых конкурсов не придумали, пусть они просто не пускают к финишу).
Финал. Они прыгают на большие столбы в виде круга, квадрата и треугольника и в конце может быть не один победитель, а несколько и они могут разделить приз. На первом они спихивают мямлю. На втором начинается загас, там 5 человек +456 и личинка (ребенок от 222). Ну народ демократично решил, что щас личинка -, а 456 - на следующей и бабки поровну. 456 не согласен и начинается возня. Самый красава там был тип которого запинали до смерти и он решил не доставаться ни кому и сам выпилился. Вообще там 456 типа пырнул и вроде как можно было ему до финала дотянуть, но там ситуация была на последнем, что они забыли надать на кнопку после которой можно убивать и 456 сам убил себя чтобы личинка выжила и стала победителем. 😣
А да и все деньги достались вместе с личинкой детективу/брату главгада.
Группа «МЕМЫ», история начала: декабрь 2020 год. Рейст (слева) и Кирос (справа).
"Это было почти в самом конце 2020 года, в ноябре мы наконец-то познакомились" — сказал Кирос. "Моя мама активно вела переписку с его мамой на Фейсбуке около полугода до того момента, когда нас не пригласила к ним домой его же родня..."
Это и было началом их дружбы и совместного творчества. Реальные имена их будут скрыты, вместо них вы лишь узнаете их творческие псевдонимы — Кирос (с греческого означающее "дальновидный") и Рейст (с французского означающее "королевский"). И вместе они - дословно цитирую - "вокально-инструментальный ансамбль «МЕМЫ»", новая хитовая группа современности. Это скорее не рэп, не хип-хоп, но вполне талантливая пародия и стёб на стереотипную современную популярную музыку. Их целью даже не является слава, они просто делают "антагонистическую проекцию на реальный российский шоу-бизнес", используя при этом в сатирической форме битые клише, присущие рэперам и поп-артистам, выставляя это в своих музыкальных произведениях в наиболее тонкую саркастичную и гротескную оболочку, при этом не теряя изюминки. Вот как о себе заявляют сами ребята на одном из развлекательных порталов рунета JoyReactor:
"Доброго всем времени суток! Мы Кирос и Рейст, а вместе мы ламповый музыкальный коллектив группа «МЕМЫ». Представляем вашему вниманию актуальную молодёжную музыку, которая затронет абсолютно каждого, кому заходят темы интернетов и хайпа, которые тесно переплетены с нашей посведневностью и всей суетой, что наводят людишки в этом бренном мире. Мы пришли в Сеть, чтобы популяризовать в музыке весь стёб и сатиру, которая вам так заходит. Сап, бро, вот для твоего внимания мы сочинили наш первый трекос. И мы дальше будем радовать тебя, анон, нашим творчеством. Ну а пока новые песни будут штамповаться потихоньку, всё это лето, чтоб было всё больше и больше топовых песенок."
На данный момент это пока лишь единственный лид-трек, которую увидели интернеты. Но это вовсе не значит, что у Кироса и Рейста больше нет композиций в своём активе. По их словам, у них есть также другой музпроект, расчитанный на более серьёзное восприятие у слушателей. Они сочинили уже три полноценных трека и записали в домашней студии, если верить молвам одного из участников бэнда.
"У нас в активе ещё один полноценный трек, записанный на русском языке, другой в разработке. Ну ещё пара треков с другого проекта. А "Первыйнах" это наш пока единственный вышедший трек в начале июля, который был готов на 99%, и я спешил с ним поделиться." — так говорил Кирос. Кстати, по его словам, трек "Первыйнах" представляет с собой то, что видят оба музыканта, слушая отечественную российскую музыку и какие понты они собой, в основном представляют. Тем не менее, это самая превосходная интруха, что я слышал в своей жизни! Это так кажется, что в самом первом их треке минимум искусства — но на самом деле там пафосное позирование, высмеивающее максимум понтов и продажности в современной музыке в целом. Высмеивание разного рода клише и понтов в современной музиндустрии — это их конёк. То есть группа «МЕМЫ» полностью отзеркаливает весь шлак, который льётся с ушей молодых тинейджеров, и заворачивает в более лаконичную обёртку комедийности и стереотипности той ментальной культуры, в которой они живут.
Рейсту поначалу нравилась задумка быть в стане нашего бойз-бэнда и диктовать свои условия рэп-комьюнити, продвигая в хоть небольшие, но массы новую идеологию хип-хопа, не предполагающую сношение со шлюхами, курение "Марьи Иванны" и нюханья "сладкой муки" на письменном рабочем столе во время траханья одной из Машек или Наташек (а то и всех вместе по кругу). Этим двум парням такие рэпперские ценности казались разрушительными как в плане духовном, так и в плане общечеловеческого развития, в котором ничего кроме временных удовольствий и пропаганды маргинального образа жизни, предложить особо нечего.
Следующим этапом развития творчества группы «МЕМЫ» стало написание нового осеннего хита "Демоны" совместно с одной из певиц, чей псевдоним был ЮРИ (и нет, это не та самая маньячка из Doki-Doki Literature Club с ножом по канону, которая потом позже зарезала саму себя на глазах у главного героя; это настоящий человек с голосом возвышенным и мистическим, чем-то напоминающим оригинал).
"...но так и задумано, сама певица, с которой мы зафитились [записали совместный трек — прим. ред.] являлась фанаткой визуальной новеллы ДДЛК" и во многом ей подражает - утверждает Кирос - "этим треком я хотел передать тот болезненный опыт, с которым я жил все эти несколько месяцев, когда не смог поехать в свой самый первый отпуск в жизни [речь идёт про самую первую вылазку из своей сычевальни в 2020 году в другой город — прим. ред.]; эта песня про страх сделать что-то необычное в жизни и борьбу со своими внутренними демонами за то, что тебе больше всего хочется сделать в жизни, прилагая максимум усилий для осуществления своих целей и задач".
Впереди у них есть планы по записи совместного первого студийного альбома, который по слухам будет называться "ПОСТМОДЕРН ... АНТИМОДЕРН", как заявил каждый из участников вокального ансамбля. Попутно с этим у парней есть англоязычный проект, который называется «ALSO KNOWN AS UNKNOWNS» (который временно приостановил своё существование к 2024 году), в котором они проявляют себя как поп-рокеры, в котором они написали песню в стилистике авангардно-психоделического брит-попа в нуарном духе "ревущих 1920-х". Их общая работа, которая называется "22nd Avenue Drama", является OST[оригинальным саундтреком, по-русски выражаясь — прим. ред.] к игре Mafia: The Definitive Edition (послушать можно на сайте YouTube, вбив в поиске). В общем, идей для творческих проектов у них есть, как и потенциал тоже. И мы с нетерпением будем ждать новых релизов, следя за развитием сей группы. Также они планируют совместную концертную деятельность, а может быть в ближайшие годы мы будем свидетелями их первого гастрольного турне. Но мы уверены, что за завесой тайн, которую скрывают эти парни, будет скрыто для нас нечто что-то более классное и по-настоящему впечатляющее. Так что ждём больше новостей от наших компадресов! По вопросам сотрудничества с этими парнями и совместного продюсирования творческих проектов можно писать им в телеграм: @kirosolnce
Если верить Инстаграму, то Ликийская тропа – это современный Эверест. Все туда ломятся. Легендарный маршрут, вдоль моря, через горы, с рюкзаком и просветлением. Когда мы жили в Турции, в начале этой Ликийки, то каждый день видели – с утра туда идут, к вечеру оттуда возвращаются. Толпы. Селфи. Проходной двор.
То же самое с Путем Сантьяго – паломническим маршрутом в Испании. Хотя правильнее сказать маршрутами, потому что путей там не один и не два, и даже можно придумать свой. Сантьяго вообще-то не запрещает. Но в любом случае идея та же: ты долго готовишься, читаешь каналы, обсуждаешь палки для трекинга, выбираешь носки, и в итоге… идёшь по дороге, по которой уже прошли миллионы. С кафе, отметками и хостелами.
И это не плохо. Но я, честно, не понимаю прикола. Когда вокруг, в любой точке мира, есть десятки нерасхоженных троп. Без отзывов. Без гарантий. Где приходится карабкаться, плутать, иногда вытирать грязь с лица. И вот тогда ты точно знаешь: нашёл что-то своё. Без пятизвёздочной сертификации Tripadvisor.
Начнем с определения, что же это за такое загадочное слово мейнстрим. Довольно часто встречающееся в различных сферах, но многим совершенно непонятное. Поэтому напыщенно произносимое "с высоким видом знатока" звучит иногда пугающе)
Думаю никого не удивит, что слово мейнстрим пришло из английского языка.
В котором оно образовано слиянием двух других.
Если точнее: "main" - "главное, основное" и "stream" - "течение, поток".
Проще сказать: какое-то направление\тема — популярные в данный момент. Первоначально слово мейнстрим звучало в области музыки и литературы.
Публика на концерте
Полки книжных магазинов
Важно упомянуть о динамике процесса: как что-то становится мейнстримом. Сначала это нечто, ставшее вдруг "дико модным". Затем успех гаснет, делая данное явление совершенно обычным и привычным.
В лучшем случае за этим "нечто" остаётся популярность и распространённость в массовой культуре. Не более.
На сегодняшний день мейнстримом называются ещё многие направления кино и телевидения.
Если говорить о формировании мейнстрима, то чаще всего этим занимаются маркетологи.
Применяя вполне научный и серьезный подход, для запуска какой-то идеи или явление в массы.
"Высшим пилотажем" в сообществе маркетологов считается создание яркой популярности за счёт "сарафанного радио".
Поскольку иногда это обходится дешевле дорогостоящих рекламных кампаний.
Так что ничего удивительного, что среди интеллектуалов считается нормальным избегать всего того, что уже стало мейнстримом.
Во-первых потому, что им совсем не хочется "сливаться с толпой".
Во-вторых: интеллектуалы считают, что уделять внимание мейнстриму, а тем более "фанатеть" — очень похоже на то, как плывут по течению.
Вот такая штука мейнстрим. Каждый вправе относится к мейнстриму по-своему.
Ещё одна близкая по смыслу тема и явление — "Окно Овертона".
Надеюсь вам было интересно. А главное понятно. Благодарю за внимание)
Зима. Температура за окном опускалась ниже минус десяти, но людей пугало не это. В один момент во всей стране погас свет.
Мария Павловна, пожилая женщина из маленького городка, сидела в холодной квартире, прижимая к себе внука. Батареи остывали, в холодильнике заканчивалась еда. Ее дочь, работавшая в столице врачом, не могла дозвониться — сети были перегружены.
В это время, врач Катя в экстренном режиме оперировала больного, когда отключился резервный генератор. Пациент умер в темноте, под тихий плач медсестер. Она вышла на улицу, где люди уже с ведрами искали дрова, чтобы развести костер.
Но среди этого хаоса началось что-то неожиданное.
В соседнем с Марией Павловной доме жили иностранные студенты. Они не знали русского, но услышали детский плач ее внука. Собрали, что у них было, принесли газовую горелку и консервы. Вместе они согрелись, а Мария Павловна , показывая на себя, сказала: «Бабушка». Они улыбнулись и повторили: «Бабушка».
В городе начали открывать кафе на дровах, где можно было согреть руки и выпить чаю. Волонтеры развозили лекарства, а те, у кого были генераторы, звали соседей зарядить телефоны.
Спустя день, Катя, еще вчера потерявшая пациента, теперь работала в полевом госпитале, организованном в подвале поближе к сун. К ней привели мальчика с пневмонией. Он сжимал в руке фонарик и шептал: «Я не боюсь темноты».
А через три дня свет вернулся.
Не везде. Ненадолго. Но люди уже знали — они не одни.
**Потому что тьма — это не просто отсутствие света. Это проверка на человечность.**
