Операция «Э» или 9 новогодних приключений
Я сидел на кухне у Кати, наблюдая, как она отчаянно пытается впихнуть в верхний шкаф что-то большое и бархатное.
— А, это… символ года, — она с силой задвинула дверцу. — Лошадь Хрустальная, выпуска 2014-го.
— От тёти Гали. Она каждый год дарит символ уходящего. Только вот года идут, а символы остаются. Эта лошадь – уже как член семьи, три раза с нами переезжала.
Она села, вздохнула и ткнула вилкой в салат.
— Вчера разбирала антресоль. Нашла тапки, на два размера меньше. Думаю, боже, когда я такие носила? Потом вспомнила – это Ольга с работы подарила, сказала «у тебя же маленькая нога». У меня 38-й размер, Оленька. 38-й! Это не «маленькая», это «среднестатистическая». Они там, в коробке и в депрессии, уже второй год чилят.
Я засмеялся, потому что узнал себя. В моём серванте жила шкатулка в виде рояля, которая не открывается. Просто рояль, от тёти Вали. «Ты же творческий!» Ну да, я журналист. Но пишу тексты, а не музыку. Наверное, тётя Валя навела рояльную порчу, только это может заставить таскать с собой эту штуковину семь лет подряд при переездах, словно урну с прахом какого-нибудь далёкого музыкального предка.
— Кать, а что происходит? У людей деньги лишние или им пофиг, что дарить?
— Да всё просто. Они дарят себя, не учитывая нас. Свой вкус, свой стиль, свою панику в последний день перед праздником, своё «ой, а что дарить-то?». Смотри.
Она достала с полки красивую кружку.
— Это от Маши. Я видела такую и подумала – да это же сама Маша! Я ненавижу розовый цвет и надпись «Love» блёстками, но Маша обожает. Она подарила мне своё «я». А я приняла, сказала «Вау!», и все Маши довольны.
В этот момент в комнату зашёл её муж Андрей, неся странный продолговатый свёрток.
— Сидите? Это хорошо! Смотрите, что мне Серёга на день рождения впарил, — сказал он мрачно.
Он развернул бумагу. Там лежало… веретено. Настоящее, деревянное, тяжёлое.
Мы молча смотрели на него.
— Ты… я что-то о тебе не знаю? — осторожно спросила Катя.
— Я инженер-электронщик, Кать! — взорвался Андрей. — Я микросхемы паяю! Что я должен делать с этим? Он сказал: «У тебя же руки золотые!». Блин, золотые руки – это паяльник, а не веретено!
Ржали так дружно, будто Конь-2014 ожил и вот-вот воссоединится с семьёй.
— Его надо передарить, — сказал я.
— Кому? – хором спросили они.
— Тому, кто оценит. Или тому, кто не пересекается с Серёгой. Главное - по правилам.
И я выдал им свод законов, выстраданный годами. Супер сила моего третьего эзотипа создавать систему во всём, даже ненужном, но от души душевно в душу.
— Во-первых, снять все улики. Никаких открыток «от Серёги». Во-вторых, запомните! Никогда, слышите, никогда не дарить в одном кругу с предыдущим дарителем. Тётя Валя вездесуща, она всё узнает. В-третьих, проверь, целое ли, не вскрытое, не просроченное. И в-четвёртых – никаких хендмейдов «от души» и персональных гравировок. Это клеймо. Их можно только похоронить с почестями на дальней антресоли.
Андрей грустно повертел веретено в руках.
— Ладно. Попробую. Может, найдётся спящая красавица) С золотыми руками.
— А у тебя что было самое странное? — спросила Катя.
Я подумал о рояле, который не открывался. О наборе аромамасел «для гармонии», от которых болела голова. О бокалах для коньяка, хотя я не пью коньяк.
— Самое странное, – сказал я, – это ощущение, что тебя не знают. Но при этом любят. И пытаются этой дурацкой хрустальной лошадью или веретеном сказать что-то важное. А говоришь-то в итоге не ты. И не им. Говорит вещь и обычно на другом, «не твоём» языке.
Подарок становится желанным только в одном случае: когда ты знаешь эзотип человека.
Кому уют, а кому – эмоции. Кому смысл, а кому – шик, блеск и чтоб искрило.
И тогда ты даришь не очередного жителя шкафа , а точечное попадание прямиком в сердце.
Без передаривания, без разочарования, а с радостью и ощущением чуда: «Откуда ты узнал?!»🤩
Какие странные подарки дарили тебе? Пиши)