Современная реальность всё реже переживается как нечто данное и всё чаще - как нечто сконструированное. Экономические кризисы, политические конфликты, социальные движения и даже индивидуальные решения возникают не только из материальных условий, но и из инфраструктур интерпретации: данных, алгоритмов, моделей и интерфейсов.
Человек больше не сталкивается с миром напрямую. Между событием и его осмыслением встают системы фильтрации, ранжирования и прогнозирования. Они определяют, какие сигналы будут замечены, какие интерпретированы как значимые, а какие растворятся в шуме. В этом смысле реальность XXI века всё чаще выступает не как среда, а как продукт - результат работы аналитических и управленческих контуров.
Необходимо исходить из простого, но неудобного тезиса: реальность в XXI веке не обнаруживается, а производится. Она формируется в результате работы систем, действующих быстрее, масштабнее и непрерывнее человеческого восприятия. То, что не зафиксировано в данных, не включено в модель и не интерпретировано алгоритмом, сохраняется лишь как частный опыт, но перестаёт участвовать в принятии решений.
Управление реальностью осуществляется распределённо - через корпорации, учреждения, государства, платформы, стандарты и модели. Каждый элемент системы действует рационально в рамках собственных задач устойчивости, эффективности и выживания. Однако совокупный эффект этих действий формирует среду, в которой истина теряет статус конечной цели и уступает место функциональности, предсказуемости и управляемости поведения.
В такой системе возникает принципиально новый вопрос: если реальность формируется моделями, то кем в ней остаётся человек?
Наблюдателем?
Источником данных?
Объектом оптимизации?
Или помехой, которую необходимо учитывать, но желательно минимизировать?
Наша цель - не разоблачение и не морализаторство. Цель - предложить аналитическую карту: показать, из каких элементов собирается управляемая реальность, какие модели лежат в её основе, какие эффекты они производят и где проходят их пределы. Читатель не получит утешительных выводов, но получит инструменты понимания - а вместе с ними и право самостоятельно ответить на вопрос о собственном месте в формирующейся архитектуре настоящего и будущего.
1. РЕАЛЬНОСТЬ КАК УПРАВЛЯЕМАЯ СИСТЕМА
В классической философии и науке реальность рассматривалась как нечто внешнее по отношению к наблюдателю: существующее независимо, подлежащее описанию, интерпретации и, в пределе, познанию. Человек в этой модели выступал субъектом, который стремится понять мир, а управление рассматривалось как вторичный процесс - следствие знания.
Эта модель оставалась функциональной до тех пор, пока скорость изменений среды, объём данных и сложность социальных систем находились в пределах человеческого восприятия и институционального управления. В XXI веке это предположение перестало работать.
Реальность больше не предшествует управлению - она возникает в процессе управления. То, что считается «происходящим», формируется на уровне данных, моделей и инфраструктур задолго до того, как становится частью публичного опыта. Человек сталкивается не с событием как таковым, а с его уже отфильтрованной, классифицированной и интерпретированной версией.
Ниже мы рассмотрим реальность не как объект описания, а как результат алгоритмической сборки.
1.1. От отражения к сборке реальности
Классическая эпистемология исходит из модели отражения: существует внешний мир, который искажается или уточняется в процессе познания. В управляемых системах эта логика инвертируется. Реальность формируется как результат последовательных операций:
их формализации в данных;
интерпретации через модели;
изменения среды, которое порождает новые сигналы.
Этот процесс носит замкнутый характер. Каждое управленческое решение не только реагирует на среду, но и изменяет её таким образом, чтобы последующие сигналы лучше соответствовали ожиданиям модели. Со временем система всё меньше сталкивается с неожиданным и всё больше воспроизводит собственные допущения.
То, что не попало в эту цепочку, перестаёт существовать как значимый фактор. Оно может сохраняться на уровне индивидуального опыта, но не влияет на управленческие решения.
Реальность = то, что прошло фильтр моделей.
В этой логике человек постепенно утрачивает статус интерпретатора реальности и всё чаще оказывается встроенным в неё как элемент обратной связи - источник данных и объект корректировки.
1.2. Управление, контроль и стабилизация
Для понимания современных систем принципиально различать три режима воздействия:
Контроль - прямое, адресное воздействие на поведение (приказы, запреты, принуждение).
Управление - изменение параметров среды, в которой формируется поведение.
Стабилизация - удержание системы в допустимом диапазоне состояний без стремления к оптимуму.
Современные алгоритмические системы почти полностью отказались от контроля в пользу управления и стабилизации. Причина проста: контроль плохо масштабируется и порождает сопротивление, тогда как управление средой воспринимается как нейтральное и «естественное».
Человек не ощущает давления - он просто действует в среде, где одни варианты поведения становятся более вероятными, а другие - статистически маргинальными. Формально свобода сохраняется, но пространство выбора оказывается заранее структурированным.
Таким образом, власть смещается с приказа на архитектуру среды. Управление перестаёт нуждаться в субъекте власти и реализуется через инфраструктуру.
1.3. Реальные кейсы: компании и организации
Meta (Facebook, Instagram)
Платформа управляет не убеждениями, а видимостью контента, скоростью распространения и плотностью повторения сигналов.
Положительный опыт: алгоритмы ранжирования контента помогли выявлять и подавлять дезинформацию в критические моменты (например, во время выборов).
Отрицательный опыт: формирование информационных пузырей и усиление радикальных группировок.
Google Search
Поисковая выдача формирует границы допустимого знания.
Положительный эффект: упрощение доступа к проверенной информации и повышение продуктивности пользователей.
Отрицательный эффект: систематическое исключение альтернативных источников и формирование культурных и политических фильтров.
Amazon
Потребительский выбор формируется не ассортиментом, а рекомендациями.
Положительный опыт: персонализация и повышение удовлетворённости клиентов.
Отрицательный опыт: скрытая манипуляция спросом и концентрация внимания на коммерчески выгодных товарах.
Tesla и системы автономного управления
Позитив: демонстрация эффективности алгоритмического контроля транспортного потока.
Негатив: аварии в сложных сценариях, не учтённых моделью.
Palantir Technologies
Интеграция разнородных данных для государственных и корпоративных клиентов.
Положительный эффект: выявление угроз и оптимизация ресурсов.
Отрицательный эффект: критика за чрезмерное вмешательство в частную жизнь и усиление социального контроля.
Fusion Centers (США)
Аналитический синтез данных полиции, разведки и частного сектора.
Позитив: повышение точности прогнозирования угроз.
Негатив: ложные срабатывания и ущемление гражданских свобод.
Stratfor, Control Risks (Private Intelligence)
Корпоративная разведка геополитики.
Позитив: снижение бизнес-рисков.
Негатив: возможность манипуляции рынками и политическими процессами.
1.4. Реальные кейсы: государственные институты и международные организации
системы раннего предупреждения НАТО и ЕС;
социальный мониторинг в Сингапуре и Южной Корее;
международные финансовые институты (МВФ, Всемирный банк).
Во всех случаях наблюдается один и тот же эффект: модели не просто описывают реальность, а начинают её формировать.
1.5. Эффекты алгоритмической сборки реальности
смещение фокуса с истины на функциональность;
замена причинно-следственных объяснений вероятностными;
деградация человеческой интуиции;
рост зависимости от инфраструктур интерпретации;
двойственный эффект моделей: один и тот же инструмент даёт противоположные результаты.
1.6. Узкие места и ограничения
задержки обновления картины;
иллюзия полноты при росте информации;
риск непреднамеренных последствий при масштабировании.
Современная реальность является продуктом алгоритмических систем и управленческих инфраструктур. Контроль над моделями и фильтрами определяет, что существует как значимый факт, а что остаётся вне поля реальности. Человек в этой системе сохраняется как необходимый элемент, но всё чаще - не как субъект понимания, а как параметр устойчивости.
