По дороге до клуба стыд стал выветриваться. Его место заняло тупое, упрямое желание — сегодня всё должно получиться. Не секс, конечно же, хотя бы поцеловаться. Это же просто, да? Как нажать на кнопку.

В клубе было тесно, шумно, пахло по́том и дешёвым дезодорантом — по-студенчески. Я влился в толпу, двигаясь под быстрые ритмы, и выжидающе оглядывал зал.

Когда, наконец, зазвучала медленная мелодия, что-то ёкнуло внутри. Настало время действовать. Я быстро пробежался глазами по ближайшим девушкам. Выбрал ту, что стояла одна — каштановые кудри до середины спины, чёрное платье с открытыми плечами, растерянный вид.

Я подошёл, протянул руку. Сказал что-то вроде «давай потанцуем?». Голос, к моему удивлению, не дрогнул.

Она кивнула, сдержанно улыбнулась. Мы вышли на танцпол. Её руки легли мне на шею — прохладные, чуть липкие. Мои — на её талию, тонкую, тёплую под тканью платья. Мы начали кружиться.

Музыка грохотала слишком громко, заглушая всё. Пришлось наклоняться к её уху, ощущая запах её шампуня.

— Давай познакомимся? Тебя как зовут? — начал я.

— Катя! — крикнула она в ответ. — С мехмата, первый курс!

Я представился, выкрикнул, что учусь на программиста.

— О, серьёзно? — её губы снова оказались у моего уха, опалив теплом. — А курсовую по базам данных написать поможешь?

— Конечно, — выпалил я автоматически, чувствуя, как снова натягиваю на себя старую, удобную роль.

— Да я шучу! — Катя рассмеялась, откинув голову назад. — Расслабься.

Мы ещё немного покружились. Она, закрыв глаза, тихо напевала мотив песни. Я молчал, боясь спугнуть эту внезапную, хрупкую близость. Её тело постепенно стало мягче, податливее в моих руках.

Но тут музыка смолкла. Свет зажгли ярче, обнажая липкий пол и потные лица вокруг. Катя отстранилась, всё ещё улыбаясь.

— Спасибо, было приятно. Может, ещё как-нибудь повторим.

Она легко развернулась и растворилась в толпе, идущей к бару. Я медленно пошёл к стене, руки всё ещё помнили изгиб её талии.

Получилось. Я пригласил, станцевал, даже договорился о «как-нибудь». По всем параметрам — успех. Почему же тогда внутри снова была эта тянущая пустота?

Несколько быстрых танцев я провёл, стараясь не выпускать девушку из вида. Наконец, когда снова заиграло что-то медленное, подошёл и снова пригласил Катю. Она уже успела что-то выпить — от неё теперь пахло сладким, дешёвым вином. Согласилась охотно, даже потянулась ко мне первой.

В этот раз музыка была потише, кричать не приходилось. Она плотно прижалась ко мне, положив голову на моё плечо. Тепло её тела через тонкое платье, ритм дыхания — всё это отозвалось внизу живота знакомым напряжением.

Черт. Не сейчас!

Я аккуратно отстранил низ живота от девушки, создав между нами вежливый зазор. Катя, кажется, ничего не заметила — или сделала вид.

Мы говорили уже спокойнее. Выяснилось, что она живёт в моей общаге, на третьем этаже, комната 312.

— У меня есть брат, Сергей. Контрактник, — сказала она с какой-то смесью гордости и усталости, и на секунду её взгляд стал отстранённым.

Я в ответ рассказал про своих двух братишек, про то, что они ещё учатся в школе. В голове крутилась одна мысль: сейчас хороший момент, чтобы её поцеловать. Она расслаблена, лицо близко, полузакрыла глаза.

Но нужно было наклониться, прервать этот размеренный ритм кружения. Решиться. Я собирался с духом, чувствуя, как сердце колотится уже не только от танца.

А потом музыка просто кончилась. Резко, на высокой ноте. Свет снова стал ярким и беспощадным. Катя открыла глаза, улыбнулась мне, как старому знакомому.

— Пойду, наверное, — сказала она.

Я лишь кивнул, выпуская девушку из рук.

Момент ушёл. Самый подходящий момент, и я его упустил, как всегда.

К следующему медленному танцу Кати на площадке не было. Я постоял у стены, наблюдая, как других девушек быстро разбирают. Хотел было что-нибудь выпить, но потом решил, что лучше делать «это» трезвым. Да и лишних денег на выпивку не было, чего уж притворяться.

Она появилась только через три таких танца. Двигалась, слегка пошатываясь, и постоянно смеялась. Когда я снова пригласил её, она просто кивнула, и её тело упало на меня.

Девушка прижималась ко мне всем весом, плотно и безо всякой стыдливой дистанции. Через тонкую ткань платья я чувствовал тепло её кожи, упругость небольших напряжённых грудей. Она медленно кружилась вместе со мной, и в такт этому движению её бёдра настойчиво терлись о моё возбуждение. Это было похоже не намеренное движение, а скорее следствие её полного расслабления — или безразличия. Но для меня это стало электрическим разрядом, пробежавшим по всему телу. Мы не разговаривали. В голове гудело: раз уж она так прижалась, значит, всё идёт как надо.

Я решился на поцелуй. Но для этого всё равно нужно было снять её голову с моего плеча. А этого не хотелось — мне было приятно ощущать тело девушки. В таком положении казалось, будто я уже достиг своей цели. Тогда я, продолжая двигаться под музыку, начал осторожно гладить её по спине ладонью, чувствуя под тонкой тканью каждый позвонок. Она продолжала танцевать, как будто ничего не замечала. Я опустил руку ниже, на изгиб поясницы, потом ещё ниже, неуверенно прикоснувшись к её мягкой округлости. Видя, что девушка не реагирует, осмелел и положил туда вторую руку, слегка притянув её тело к своему.

Катя слегка дёрнулась, как от удара током. Она отстранилась — не резко, а создав между нами всего сантиметр пространства. Я обрадовался: наверное, сейчас повернёт лицо для поцелуя.

Но вместо этого она просто отвернула голову ещё сильнее, уткнувшись щекой и носом мне в плечо, словно пытаясь спрятаться. Мои руки так и остались лежать на её бёдрах, будто приклеенные. Я почувствовал, как всё её тело, секунду назад мягкое и податливое, стало тихо, но неумолимо отодвигаться, выстраивая невидимую, но прочную стену.

— Кать? — тихо спросил я.

Она ничего не ответила, а когда закончилась музыка, она и вовсе аккуратно сняла мои руки со своей попы, будто убирая чужую вещь.

— Я, пожалуй, пойду, — сказала она глухо, не глядя на меня, и растворилась в толпе, оставив меня одного посреди танцпола.

Я отошёл к стене, стараясь не терять Катю из виду, в надежде на продолжение. Когда снова заиграла медленная музыка, я сразу подошёл к ней.

— Не хочу, — заявила она, даже не глядя на меня, и выдернула из толпы какую-то девушку с короткой стрижкой. — Вот, потанцуй с ней.

Девушка выглядела ошарашенной. Мы вышли на площадку, и она встала так, будто между нами был невидимый штакетник. Не разговаривала, только смотрела куда-то в пол. Её талия под рукой была напряжённой и чужой.

Я так и не узнал, как её зовут. Танец кончился, и мы просто разошлись.

Катя куда-то пропала, и какое-то время я провёл один. Ну, не совсем, удалось потанцевать с парой девушек, но они со мной не разговаривали, и сразу после окончания танца куда-то испарялись.

Примерно через час мне захотелось в туалет. В соседней кабинке слышалась возня, хлюпанье, но мне было не до того, чтобы вслушиваться.

Сделав всё что нужно и почти дойдя до танцевального зала, я услышал шум и обернулся. Из мужского туалета выходили двое — красавчик в спортивной кофте, застёгивающий ширинку, и Катя, вытирающая уголок рта тыльной стороной ладони. Она смотрела сквозь меня, невидящим взглядом упираясь в стену над моим плечом. Парень что-то хрипло сказал ей на ухо, она тупо улыбнулась и поплелась за ним в зал.

У меня внутри что-то ёкнуло, но следом пробилась настырная мысль: раз она ещё здесь, значит, шанс не упущен. Просто нужно дать ей прийти в себя, и можно будет попробовать снова.

Я сделал глубокий вдох и решил остаться. Не начиная танцев, просто медленно двигался вдоль стены, стараясь не упустить момент, когда Катя наконец останется одна.

Но тот парень из туалета никуда не уходил. К нему присоединился ещё один, такой же крепкий, в такой же тёмной спортивной кофте. Они втроём — двое парней и Катя — теперь держались вместе, что-то пили у барной стойки. Катя не смеялась, просто тупо улыбалась в пустоту и тянула из стакана то, что ей протягивали. Она обнимала первого парня за талию, но как-то неуверенно, будто не могла стоять без опоры.

Рука второго лежала у неё на пояснице, потом сползла ниже. Она не отталкивала его. Не замечала, что ли?

Парни наклонились к её лицу, что-то настойчиво говорили. Катя мотала головой — нет, нет. Потом резко отвернулась и, пошатнувшись, сделала пару шагов в сторону.

Первый парень ловко поймал её сзади, обхватив за талию. Второй тут же подошёл спереди, прижался к девушке всем телом. Она попыталась оттолкнуть его, но её руки бессильно соскользнули.

Тогда они подхватили её под локти и направились к выходу. Не тащили, а именно вели, но её ноги еле волочились по липкому полу.

Даже до такого балбеса, как я, наконец дошло. Она не просто не хочет идти с ними. Она вообще не в состоянии хотеть. Её уводят.

Я быстро просочился сквозь толпу к выходу из зала, выхватил в гардеробе свою куртку. Из-за угла наблюдал, как у дверей они натягивают на Катю её короткую куртку-дутик. Она безвольно свесила руки, а один из парней застёгивал молнию, ухмыляясь. Потом они стали одеваться сами.

Я стоял в тени у вешалки, затягивая молнию своей куртки. Медленно, будто давая себе последний шанс передумать и уйти, думал, что можно сделать. Позвонить в полицию? Пока они приедут, всё уже закончится. Да и ничего вроде бы не происходит — просто компания выходит на улицу. Мои предположения могли быть просто догадками испорченного воображения.

Меня колотила мелкая дрожь. Нужно было провести мысленный эксперимент. Вспомнить всё, что я знал о Кате. Её комната, мехмат, брат… Брат. Сергей. Контрактник.

Решение оформилось мгновенно, холодное и чёткое.

Я шагнул вперёд, перегородив им путь к выходу. Обратился прямо к Кате, глядя ей в мутные глаза.

— Кать, тебя Серёга ищет. Он мне звонил, просил найти тебя.

Она медленно моргнула.

— Братик? — пробормотала девушка сиплым голосом.

— Да. Приехал из части. Говорит, срочно хочет увидеть сестру.

Катя вдруг оживилась, закивала.

— Хочу увидеть братика.

Один из парней, тот что покрупнее, нахмурился и посмотрел на меня.

— Ты кто вообще такой? Отвали.

—  Друг её брата. — Я посмотрел не на парня, а на Катю. — Он сейчас будет тут.

— У тебя есть брат? — парень обернулся к Кате.

Девушка уставилась на парня и с пьяной убедительностью подтвердила:

— Ага. Братик… военный… спецназ…

Парни переглянулись. Меньший тихо выругался. Крепыш ещё секунду измерял меня взглядом, потом махнул рукой.

— Да пошла ты. Задолбала.

Они отпустили девушку, Катя пошатнулась. Я взял её под руку и повёл прочь, спиной чувствуя их взгляды.

Мы шли через тёмный двор. Она что-то бормотала, я не отвечал. На её этаже я постучал в дверь 312. Открыла сонная девушка в растянутой футболке.

— Ваша соседка перепила в клубе, — сказал я. — Уложите её спать, пожалуйста.

Девушка кивнула, без лишних слов приняла еле стоящую на ногах Катю. Дверь закрылась.

Я спустился на свой этаж, зашёл в комнату. Миша спал, Гена ещё не вернулся. Сел на кровать — руки наконец перестали дрожать.

Я спас её. Или выполнил долг перед призраком её брата, которого даже не знал.

***

Гена пришёл только утром, когда мы с Мишей уже пили чай и собирались на пары. От него пахло дорогим парфюмом.

— Ну что, технарь, — ухмыльнулся он, снимая куртку. — Пригодилась моя инвестиция?

— Пока нет, отложил на будущее, — отшутился я. — А ты где пропадал?

— Девушек провожал, — с видом благородного спасателя пожал плечами Гена. — Надо же было убедиться, что они до дома дошли и обратно не вернутся. Пришлось остаться у Насти. Ну, знаешь, на всякий случай, вдруг ей что-нибудь понадобится.

Он сел на мою кровать, достал телефон.

— У них, кстати, евро-трёшка, — продолжал он небрежно. — Две спальни — Настина и Машина — и кухня-гостиная. Так что для культурного отдыха созданы все условия.

Гена сделал многозначительную паузу. Миша, собирая в рюкзак конспекты, фыркнул.

— И что она в тебе нашла-то? — спросил я, больше из вежливости.

— Братан, она девушка серьёзная и устала от пацанчиков, — усмехнулся Гена. — Ей нужен человек, который её понимает и не даёт скучать. Во всех смыслах. Я с ней на одной волне — и в гостиной, и в спальне. Девушки это ценят.

Он отложил телефон и оценивающе посмотрел на меня.

— Ладно, хватит про меня. Как твои вчерашние успехи? Получил «опыт»?

Я помолчал, собираясь с мыслями. Вспомнил липкий пол, пустые глаза Кати и её «братика».

— Вроде того, — наконец заявил я. — Спас девушку от изнасилования.

Гена приподнял бровь.

— Ты её уговорил?

— Нет, — покачал головой, чувствуя, как в руках появляется странный холодок. — Познакомился, а потом увидел, как эти двое её уводят. И увёл её у них.

Я не стал вдаваться в подробности. Не про брата, не про то, как она вытирала рот. Просто констатация факта.

— Героический поступок, — со снисходительной иронией протянул Гена. — Надеюсь, хотя бы номер телефона взял у спасённой принцессы?

— Неа.

— Ну, братан, ты балбес, — Гена покачал головой, вставая. — Включи режим простых решений. Пора на пары.

Мы вышли в коридор. Я шёл сзади, глядя в спину Гене, и думал о том, что вчерашний вечер закончился совсем не так, как хотелось бы.

***

Прошло пару дней после той дискотеки. Я был один в комнате — Миша исчез по своим делам, Гена, наверное, снова прописался у Насти.

Я сидел на стуле перед старым 3D-принтером. Самодельным, собранным на коленке ещё три года назад. Тогда же, в последние месяцы, мы с мамой напечатали на нём фигурку медведя — кривую, с наплывами пластика. Она до сих пор висела на раме принтера, на проволочке, как талисман.

В дверь постучали, жёстко, настойчиво. На пороге стояли те двое, из клуба. Тот, что покрупнее, и его друг потоньше, с колючим взглядом.

— Привет, очкарик, — сказал крепыш, переступив порог без разрешения. Второй вошёл следом, прикрыв дверь. — Мы к тебе по делу.

Меня будто обдали ледяной водой. Я отступил к столу.

— Вам чего?

— Мы тут пошукали, — тонкий полез ко мне. — Ты нам в прошлый раз про какого-то брата-спецназовца заливал.

— Катюшу мы нашли, — перебил крепыш и ухмыльнулся. — Брат, говорит, служит. Далеко. Так что твоя байка — наёбка.

Они обступили меня.

— Она сказала, где ты живёшь, — тонкий ткнул пальцем мне в грудь. — Вот мы и пришли. Объяснить, кто тут хозяин.

Крепыш оглядел комнату. Его взгляд зацепился за принтер, за мигающие светодиоды.

— О, — сказал он с радостью. — Что это у лоха такое? Робот?

Он шагнул к столу.

— Не трогай! — вырвалось у меня. Я бросился вперёд, но тонкий схватил меня сзади, заломив руку.

Крепыш рассматривал принтер. Потом взял его за край станины и резко дёрнул на себя. Аппарат с грохотом рухнул на пол. Хрупкий пластик корпуса треснул.

— Нет! — моё сердце колотилось где-то в горле. Я дёрнулся, но захват только усилился.

Крепыш наклонился и оторвал от рамы фигурку медведя. Подержал в ладони, усмехаясь.

— Что это? Талисман?

Он бросил фигурку на пол и наступил каблуком ботинка. Раздался короткий, сухой хруст. Звук был таким чётким, что на миг заглушил их смех.

Моя рука сама схватилась за запястье, пальцы впились в гладкий пластик браслета — последнюю ниточку, связывающую меня с мамой. Теперь он был единственным, что от неё осталось.

Парни отпустили меня, говорили что-то про лохов, что они должны страдать. Но звук слов тонул в нарастающем гуле в ушах.

Я сжимал браслет так, что пластик впивался в кожу, и смотрел на осколки на грязном полу. Не на принтер. На мелкие белые обломки медведя. Это была не просто вещь. Это было последняя модель, которую сделали мы с мамой, последний смех на кухне, последняя победа. Мой мир, который я собирал винтик за винтиком, лежал сейчас в пыли. Уничтожен за тридцать секунд.

Ярости не было. Была паника. Глубокая, всепоглощающая, как падение в ледяной колодец. Паника созидателя, у которого отняли инструмент и саму возможность творить. Мозг отказывался принимать это. Он требовал решения, немедленного, как Ctrl+Z. Нужен интерфейс. Прямо сейчас. Нужно взять виртуальную модель, наложить её на реальность, отменить это разрушение, заставить пластик собраться обратно...

И мир ответил.

Зрение залило синевой. Перед глазами возникла сетка координат, вокруг плавали панели, как в интерфейсе игрового движка, смешанном с чёрточками САПРа. Я видел иерархию предметов, дерево объектов, мигающие красным точки критического повреждения. И в центре — облако из тысяч светящихся частиц, бывшая фигурка.

В сознании прозвучал ровный, безличный голос: «Интерфейс активирован. Начата реконфигурация периферийных модулей».

В животе что-то дрогнуло, будто порвалась струна. По телу пробежала волна ледяного жара. Я попытался вдохнуть, но мир резко накренился и погас.

В моей любимой серии книг про боевых роботов существовало понятие — «солхама». Возраст, после которого человек переставал считаться ценной единицей и переходил в разряд расходного материала.

Люди, дожившие до солхамы, не уходили на пенсию. Их ставили туда, где шансы выжить стремились к нулю. Прикрыть отход основных сил. Первыми пойти на зачистку неразведанного участка. Провести разведку боем, когда всё равно, вернётся лазутчик или нет.

В той выдуманной вселенной солхама наступала в тридцать-сорок лет — возраст, который у нас считают расцветом сил. А оптимальным для воина, пиком физической и ментальной формы, там считались годы между шестнадцатью и восемнадцатью. Неопытность с лихвой компенсировалась скоростью реакции, гибкостью ума и тела, дерзкой энергией, которая с уменьшалась с годами. Потому все главные герои там были юными, почти детьми. Если смотреть их глазами, я шагнул на путь к солхаме.

Мне сегодня как раз исполнилось девятнадцать.

***

Комната в общаге была стандартной убогой коробкой. Двухъярусная кровать, где я спал внизу, а Гена наверху, рядом одноярусная койка Миши, застеленная покрывалом без единой складки. Посередине стоял наш обеденный стол, накрытый шуршащей газетой вместо скатерти. На нём теснились одноразовые тарелки с оливье и селёдкой под шубой, купленные в ближайшем магазине.

Миша расставлял банки с дешёвым пивом, прикидывая вслух.

— Оптимальное расположение, — бормотал он. — Минимум движений, чтобы взять. А салаты в центре — вынуждают тянуться, это сдерживает фактор жадности.

Дверь распахнулась, и вошёл Гена. Он нёс в руках коробку с тортом, купленным, судя по виду, в ближайшем киоске.

— А вот и праздничное топливо, братва! — жизнерадостно воскликнул он.

Следом за ним в комнату вошли две девушки. Первая — высокая, в безупречном пальто, с яркой алой помадой. Её взгляд, холодный и оценивающий, мгновенно просканировал комнату, меня, Мишу, убогий стол. Показалось, что её в уголках губ мелькнуло презрение, но тут же появилась вежливая полуулыбка.

Вторая притулилась сзади, почти спрятавшись за её спиной. Хрупкая, в просторной куртке, с длинными волосами, собранными в небрежный пучок. Её внимание сразу же прилипло к полке с моими книгами — потрёпанным фантастическим сериалам и учебникам по программированию.

— Знакомьтесь, ребята, — Гена поставил торт на стол. — Это Настя, моя подруга, а это Маша, её сестрёнка.

Настя кивнула, негромко сказав «Привет». Маша оторвала взгляд от книг, быстро махнула рукой и снова уставилась на корешки.

— Располагайтесь, будьте как дома, но не забывайте, что вы в гостях, — пошутил Гена.

Все расселись вокруг стола. Теснота заставила наши колени соприкасаться. Настя оглядела комнату.

— А вы что-нибудь для фона не поставите? — предложила она, обращаясь, казалось, ко всем, но смотрела на Гену. — Музыку, телевизор… как-то тихо здесь.

Гена махнул рукой в мою сторону.

— Игорь, ты же у нас главный по железу. Вруби чего-нибудь.

Я развернул ноутбук, открыл первый попавшийся сайт телестудии. Появилось вступление какого-то ток-шоу. На экране взволнованный ведущий кричал о сенсации.

— …а правда ли, что древние славяне контактировали с рептилоидами? После перерыва — мнение эксперта по биоэнергетике!

Воцарилась неловкая пауза. Миша первым её нарушил.

— Минута этой белиберды стоит дороже, чем наш ужин, — мрачно констатировал он. — А КПД от такой информации — ниже плинтуса.

Гена фыркнул и потянулся к пиву.

— Зато весело. Настя, не обращай внимания, они у меня тут все технари-зануды. Давай лучше выпьем за именинника!

Он поднял банку. Все, кроме Маши, которая продолжала изучать полку, последовали его примеру.

— За Игоря! — воскликнул Миша.

— Да, с днём рождения, — пробормотала Настя. Её голос был ровным, профессионально-доброжелательным, но в глазах не чувствовалось ни капли тепла — только расчётливый интерес.

Миша потянулся за банкой пива, его взгляд скользнул по моей скромной футболке, а затем прилип к дорогой ткани Настиной блузки.

— Настя, скажи, пожалуйста, — начал он, делая вид, что просто поддерживает беседу. — Судя по твоей внешности, ты неплохо зарабатываешь. А где конкретно, в какой конторе?

— В инвестиционной компании, — ответила девушка, поправляя салфетку на коленях. Её взгляд скользнул по нашему убогому столу, но лицо оставалось вежливо-бесстрастным. — Крупная фирма, высокие зарплаты, но и ответственность такая же.

— Значит, договоры большие крутишь? — не отставал Миша, явно прикидывая потенциальную выгоду от такого знакомства.

Настя слегка улыбнулась, кончиком ногтя сдернула невидимую соринку с рукава.

— Пока нет. Большие кейсы доверяют опытным коллегам, так что я занимаюсь поиском перспектив. Небольшие стартапы, локальные производства. Ищу тех, кого крупные игроки не замечают.

Гена хихикнул.

— Настя у нас мастер переговоров.

— Суть в том, чтобы показать выгоду, — продолжила она, игнорируя его реплику. Её голос стал чуть мелодичнее. — Многие руководители таких фирм мыслят короткими дистанциями. Нужно помочь им увидеть горизонт и убедить, что наши услуги — это не расходы, а инвестиция. За долю от будущей прибыли, разумеется.

Она взяла свою банку, но не отпила, просто подержала в руках.

— Иногда переговоры требуют нестандартного подхода. Личного контакта. Чтобы вызвать доверие.

Гена хмыкнул, бросил взгляд на Настю и потянулся за пивом. В этот момент на экране ноутбука появилась заставка нового шоу. Громкая музыка, кричащее название: «Премия Гудини!».

Ведущий на экране прокричал:

— Сможет ли наш сегодняшний претендент доказать научному жюри, что он управляет материей силой мысли? Или это ещё один обман? Смотрите дальше!

Маша, молча ковырявшаяся вилкой в оливье, вдруг оторвалась от тарелки и уставилась на экран.

— О, это же та передача, где проверяют псевдонаучные заявления, — с интересом в голосе заявила она. — Методология у них, конечно, смехотворная, но сам факт попытки интересен.

Все перевели взгляд на неё, затем на экран, где какой-то мужик в трико пытался согнуть взглядом ложку.

Миша, не отрывая глаз от экрана, кивнул в сторону Маши.

— А ты учишься или работаешь? — спросил он. — И с чего взяла, что методология у них смехотворная?

Маша медленно перевела на него свой взгляд, будто рассматривала интересный, но не очень сложный прибор.

— Учусь. На физическом факультете, первый курс. — Она сделала небольшую паузу, собирая салат на вилку. — А передача… они ставят эксперимент без контрольной группы, не изолируют участников, принимают субъективные ощущения за данные. Это не методология, а шоу.

— То есть, ты нам сейчас докажешь, что телекинеза нет? — встрял Гена, широко ухмыляясь. — Разочаруешь народ.

Маша пожала плечами, смотря на экран.

— Я ничего не доказываю, а констатирую ошибки в постановке опыта. Если бы у них был настоящий телекинетик, они всё равно не смогли бы это зафиксировать. Потому что ищут не там и не так.

Она сказала это так искренне, что даже Настя снизошла до лёгкой улыбки. Правда, в её глазах читалась не нежность, а снисходительность, как к ребёнку, который говорит глупости.

Миша, откашлявшись, вернулся к своему допросу.

— А ты уже всё знаешь, что к чему?

Маша медленно перевела на него свой изучающий взгляд.

— Нет. Я знаю, что почти ничего не знаю. Но мне интересно, как устроен мир. От кварков... — она неопределённо махнула рукой, — до вот этого всего.

Настя взяла на вилку крошечный кусочек торта.

— Сестра у меня — гений чистого разума, — прокомментировала она, и в её голосе прозвучали живые нотки. — Только с практическим применением у неё туго.

Маша ничего не ответила. Она снова смотрела на экран, где учёный в очках что-то яростно доказывал взволнованному претенденту. Казалось, её полностью поглотила эта нелепая картина.

Гена хмыкнул, отхлебнул из банки и поставил её на газету с мокрым кругом.

— Кстати, именинник, — заявил он, не глядя на меня. — У меня для тебя подарок есть. Не основной, так, приложение.

Он сунул руку в карман джинсов, порылся и вытащил маленькую картонную коробочку и швырнул её через стол. Она приземлилась прямо перед моей тарелкой с недоеденным оливье.

На коробке была кричащая надпись про «нежность» и «анестетик». Презервативы.

В комнате на секунду повисла тишина, нарушаемая только бормотанием телевизора. У меня от неловкости загудело в ушах. Просто взял и швырнул, как пачку салфеток.

— Спасибо, — пробормотал я, даже не дотрагиваясь до коробки. — Но мне пока… не с кем.

Гена махнул рукой, широко ухмыляясь.

— Всё впереди, братан! Пригодится — спасибо скажешь. Это не цветы, срок годности большой.

— Инвестиция в будущее, — негромко бросила Настя, поправляя прядь волос. — Хотя в нашей сфере сначала ищут проект, а потом под него — инструменты.

Маша вдруг подняла голову. Её взгляд перешёл с коробки на Гену, потом на меня.

— Это некорректный подарок, — заключила она. — Он ставит получателя в неудобное положение. Если уж ты решил подарить именно это, нужно было сделать это приватно.

Настя резко повернулась к сестре, и в её глазах мелькнуло раздражение.

— Маш, не начинай. Это обычный предмет, не надо его сакрализировать.

— Я не спорю, — парировала Маша. — Просто это неправильно. Так дарить неудобно. Все теперь будут смотреть на Игоря и думать, будто он должен срочно ими воспользоваться. Решат, что он всё бросит и пойдёт искать подходящую девушку.

— Никто ни на что не намекает! — Гена засмеялся, но смех звучал напряжённо. — Чел, да ты глянь на неё! Теорию заговора из трёх резинок разводит!

— Я не теорию развожу, я про последствия, — настаивала Маша, и её щёки порозовели. — Игорю же теперь неловко...

В этот момент с экрана ноутбука, который все благополучно забыли, рявкнул голос, заглушая спор:

— Внимание! Следующий претендент на премию в один миллион рублей заявляет, что способен видеть сквозь стены! Правда или ложь? Смотрите после рекламы!

Все невольно вздрогнули и замолчали, уставившись на экран, где замелькали рекламные ролики. Молчание после спора было тягостным. Чтобы не встречаться взглядами, все уставились в экран. Шампуни, кредиты — лишь бы во что-то смотреть.

Наконец, шоу вернулось. Претендентку — девушку лет двадцати — поставили перед белой картонной перегородкой. За ней на тумбах стояли предметы: шар, куб, пирамида. Ведущий тыкал пальцем в перегородку.

— Что сейчас на третьей тумбе слева?

— Конус, — сразу, без паузы, ответила девушка.

— А на первой справа?

— Цилиндр.

Она не ошиблась ни разу. Мы перестали жевать.

— Картон тонкий, — первым нарушил тишину Миша. — Может, подсвечивают сзади, тени какие-то видны. Или в самом картоне дырки.

— Разумеется! — фыркнул Гена. — Ведущий ей знаки подаёт. Моргает, или там, ногой постучит. Клоунада.

— Но как они договорятся, если предметы каждый раз в новом порядке? — не унимался Миша.

Я хотел что-то сказать, но обратил внимание на Машу. Она сидела, отодвинувшись от стола, и не смотрела на экран. Взгляд её был устремлён в стену над моей кроватью, но я сомневался, что она вообще что-то видела. Её пальцы нервно теребили край свитера.

— Маш, ты как? — тихо спросил я.

Она вздрогнула и медленно перевела на меня широко раскрытые глаза.

— Мне… не по себе. Душно, что ли, — глухо сказала она и отвернулась, делая вид, что снова смотрит передачу.

На экране уже был новый претендент. Парень, ненамного старше меня, ёрзал перед камерой, нервно похлопывая себя по бёдрам. Он заявил, что умеет двигать предметы силой мысли.

Ему выкатили тумбу на колёсиках. На ней аккуратной башней стояли деревянные кубики, а сверху всё это накрыли прозрачным пластиковым куполом.

Парень сосредоточенно нахмурился. Сделал несколько пассов руками перед куполом, потом резко толкнул воздух вперёд.

Кубики упали. Вместе с тумбой. Вся конструкция с грохотом повалилась на бок, купол отлетел в сторону.

В студии возникла лёгкая пауза. Парень смущённо улыбнулся.

— Ой. Простите. Немного не рассчитал.

Он снова сосредоточился, вытянул руки. Сделал плавное движение снизу вверх, и тумба, скрипя колёсиком, медленно поднялась и встала прямо. Купол и кубики остались лежать рядом.

— Вы видели? Вы видели?! — завопил Гена, ткнув пальцем в экран. — Это же моторчик в тумбе! Проводка под полом! Какой из него колдун?

— Слишком резкое падение, — бубнил Миша, прищурившись. — Если б толкнул — она б по инерции дальше проехала. А она прямо боком завалилась. Механика.

— А как она обратно встала? — заметил я, не в силах оторваться от экрана.

— Тросы, — заявил Миша. — Или магнитная лебёдка. Дорого, но для шоу сгодится.

Настя молча наблюдала за этим спором, попивая пиво. На её лице была лёгкая, снисходительная усмешка — будто она смотрела на возню щенков.

Маша в дискуссии не участвовала. Она сидела, сгорбившись, и смотрела на свои руки, лежавшие на коленях. Дышала тяжело и громко — так, что это стало слышно даже поверх спора. Сидеть и спорить о телекинезе в этой душной комнате ей явно не помогало.

— Может, выйти проветриться? — предложил я тихо, чтобы не привлекать внимание остальных. — В коридоре окно есть.

Маша кивнула, с облегчением отодвигая стул.

— Я тогда тоже пойду, — тут же сказала Настя, поднимаясь. Она достала из кармана пальто длинный, блестящий вейп. — Подымим, Ген?

— Ага, — крякнул Гена, хлопая себя по карманам в поисках сигарет. — Поддержу компанию.

Они вышли первыми. Маша потянулась следом, молча скользнув в дверь.

Я посидел ещё минутку, глядя, как Миша методично доедает остатки салата, потом пиво дало о себе знать — захотелось в туалет.

Выйдя в коридор, я сразу увидел их в дальнем конце, у открытой балконной двери. Стеклянная перегородка балкона была заляпана, но силуэты угадывались. Настя, прислонившись к перилам, выпускала облачко пара. Гена что-то говорил, жестикулируя.

Я прошёл мимо, не оборачиваясь, свернул в туалет. Возвращаясь обратно, двигался уже тише. Они всё ещё были там, доносились обрывки фраз. Я замедлил шаг. Они меня не видели — я остался в тени у стены, в нескольких шагах от приоткрытой двери.

— …просто интересно, зачем ты меня сюда вообще притащил? — раздался голос Насти. Он звучал негромко, но отчётливо, с холодным раздражением. — На день рождения какому-то ботану. У тебя что, нормальных друзей нет?

— Да он ничего, — отмахнулся Гена. — Я его с третьего курса знаю. Ну, зажатый немного, неловкий. Зато голова работает.

— Голова… — Настя фыркнула. Послышался короткий, шипящий звук затяжки. — И ты эту «голову» решил пристроить в мою компанию?

— Ну, ты же просила познакомить тебя с нашими технарями, перспективными, — в голосе Гены появились оборонительные нотки. — Он как раз такой. И курсовые он мне все по матану делал, пахал как вол. Думал, Маше твоей… он типа в тему будет. Спокойный, умный.

Настя рассмеялась. Сухо, без единой тёплой ноты.

— Ты вообще представляешь, кто такая Маша? Она не из тех, кто будет… — она сделала паузу, подбирая слово, — «практиковаться» с первым встречным ботаном из общаги. Особенно с таким.

— А что с ним не так? — Гена начал злиться.

— Всё не так. Он — никто, у него даже нормальных джинсов нет. А что касается Маши…

Её голос стал тише, в нём внезапно проступило что-то нежное. Это было на неё не похоже.

— После того, как родители… ну ты помнишь… Маша осталась на мне. Не для того я её растила, чтобы она связалась с каким-то бедным студентиком, у которого будущее — ипотека на сорок лет. Моя сестра достойна большего, а не этого… бесплатного приложения к твоим курсовым.

От этих слов меня передёрнуло. Я стоял, вжавшись в стену, и чувствовал, как краснею до корней волос. Слово «никто» засело в голове. «Никто».

Механическим жестом я схватился правой рукой за левое запястье, начав тереть большим пальцем гладкий пластик браслета — старого фитнес-трекера. Когда-то он принадлежал маме. Я его перепрошил, чтобы он просто показывал время, и носил все эти годы, никогда не снимая. Он был холодным и скользким от пота, единственной твёрдой точкой в рушащемся мире.

В этот момент с другой стороны коридора, от лестницы, появилась Маша. Она шла медленно, всё такая же бледная. Её взгляд скользнул по мне, застывшему в тени, потом перешёл на балкон, где продолжался разговор.

Она не слышала слов, но отлично видела, что я подслушиваю.

Наши глаза на секунду встретились. В её взгляде не было ни укора, ни вопроса. Просто тихое, усталое наблюдение. Девушка ничего не сказала, прошла мимо и зашла в комнату.

Я оттолкнулся от стены и побрёл назад. Стыд и злость душили меня.

В комнате Маша сидела на своём месте, молча смотря на пустой центр стола. Миша методично собирал крошки с газеты пальцем. Я взял несколько грязных тарелок и отнёс к кухонному столу. Вернувшись, я, не глядя на Машу, пробормотал:

— Извини за этот цирк.

Я имел в виду и идиотское шоу по телевизору, и всё остальное. Она кивнула, не поднимая глаз.

— Не обращай внимания, — тихо ответила девушка. Было ясно — она говорит не на шоу, а на Настю. Про этот холодный, оценивающий взгляд.

В этот момент вернулись Гена с Настей. От них потянуло холодным воздухом и сладковатым паром от вейпа. Гена окинул взглядом нашу мрачную компанию.

— Чего унылые, а? День рождения же! — подмигнул он с наигранной бодростью. — Давайте двинем куда-нибудь! Я знаю, рядом клуб есть, студенческий. Музыка, танцы, тёлки!

Меня передёрнуло от этой идеи. Последнее, чего хотелось — это давиться в душной коробке под грохочущий бит.

— Не, я, пожалуй… — начал я.

— Да брось, технарь! Хватит сиднем сидеть! — Гена хлопнул меня по плечу, и от этого жеста стало ещё хуже. — Обязательно надо развеяться. Ты же именинник!

Он смотрел на меня твёрдо, с тем самым дружеским напором, за которым всегда скрывалось «я же тебя в компанию взял, не позорь». И я, как всегда, сдался. Просто кивнул, чувствуя, как по спине ползёт знакомая холодная волна.

Настя, надевая пальто, покачала головой.

— Мы с Машей пасс, завтра рано вставать. — Её взгляд скользнул по мне, будто ставя окончательную точку в этой затее. — Гена, проводишь нас?

— Конечно, — тотчас отозвался Гена. Потом обернулся ко мне и, с нарочито похабным подмигиванием, добавил: — Извини, братан, сегодня ты идёшь один. Только не забудь то, что я тебе подарил! Вдруг пригодится.

От этой фразы я снова покраснел. Все снова посмотрели на меня. Миша ехидно хмыкнул. Маша отвернулась к окну.

Я молча подошёл к столу, взял ту самую дурацкую коробочку и сунул её в карман джинсов. Пластик неприятно впился в бедро.

Через пять минут мы уже стояли в коридоре. Больше мы ничего не говорили, просто кивнули друг другу на прощанье. Девушки пошли к остановке, Гена двинулся с ними, а я поплёлся в другую сторону.

Цитаты я выращиваю здесь:

https://author.today/work/448846

Глава 7. Лишний народ

Глянув на запад и оценив время оставшееся до темноты, он снова нырнул в укрытие. Растянувшись между чахлыми стволиками кустарника, бойцы расслабились, давая покой ушибам и вывихам. Тут можно было и поговорить.

-А все-таки, как так-то? - спросил Петька. - Зачем маскировать?

-Очень просто. Уменьшение потенциала собственной промышленности входит в наши обязательства перед промышленностью союзников. А поскольку нынешняя война - не столько война войск, сколько война в экономике - то поднимая экономику союзника, мы обрушиваем финансовые пирамиды в экономиках противника.

-Звучит как-то по идиотски! Ты действительно так думаешь?

-Это не я так думаю, а они. - палец командира взмыл вверх.

-Так ведь можно и у союзника механизмы покупать и свои производить.

-Можно, а зачем? - ответил Василий Иванович крылатой фразой. - У нас сырья хватает, лучше им торговать.

-Попахивает ересью!

-Ереси - ноль, Петька! Как раз-таки! Понимаешь, когда выходишь на мировой рынок, важно соблюдать баланс торговли и производства. У тебя много ресурсов? Торгуй ими, чтобы другие могли у тебя их покупать, не жмоться. У кого ресурсов мало - ничего не поделаешь, вынужден развивать производство. Так деньга и оборачивается, так и происходит общее развитие к общей выгоде. А вот представь, что ты шибко хитрожопый и хочешь только свою экономику развивать, свои ресурсы для своего же производства используешь. Союзники это чувствуют и покупать у тебя ничего не хотят. Торговли нет, деньги не оборачиваются и... И? Развития нема.

Так-то оно бывает. Вот ты упомянул ересь, а во времена Великой Ереси всë так и было, мы пытались и ресурсами торговать, и делать всë вплоть до последнего болта. Были, конечно, при этом одной из мощнейших держав мира. Были... Потом Великая Ересь рухнула, и новая элита решила, что производить всё самим, корпеть над каждой деталью - гемора много. Лучше ресурсами торговать, а освободившийся от промышленности народ... Лишним  народ оказался почему-то... Потом опять решили, что совсем без производства как-то не очень, а народу уже и не хватает. Перемëр за годы Губительных реформ.

-Призвали ксеносов, - с ненавистью пробормотал Петька.

Продолжение на сайте)

Книга на Автор Тудэй

https://author.today/work/448846

Всем добра!

На той неделе авантюристка Халльвега отправилась вместе с друзьями на встречу с редким монстром, а сегодня я предлагаю посмотреть, каков итог их схватки. Красивое поле подсолнухов в ночи смотрится уже не так волшебно, особенно, когда хищная тварь готова сожрать защитника группы. Ох уж эти мерзкие тыковки! Приятной прогулки?!..

Спойлер для интересующихся:

Цикл называется "Целестиал" (18+); жанр - РеалРПГ; 4 книги в цикле/цикл закончен. История повествует о приключениях авантюристки по имени Халльвега. Попаданцев нет, это свой собственный Мир.

Прочесть или скачать бесплатно можно:

Authortoday - ТУТ

Litnet - ТУТ

Внезапно пугало устремилось к центру поляны. Вегар недоуменно выпрямился, провожая его взглядом. Кинул беглый взгляд на свою группу. Те напряглись так же, как он, не зная, чего ожидать. К тому, что Лорд Тыквоголовый крутится колесом по всей поляне, уже, кажется, успели привыкнуть. Разбегались по самым краям поляны и ждали. А там уворачивались, как могли. Хойрей прикрывал, стараясь перемещаться следом за монстром. Ускорял всех по очереди, чем спасал от смерти.

Из-под палки пугала тем временем вздыбилось черное пламя, трепеща на невидимом ветру. Черные искры разлетались в разные стороны. Голова монстра тоже менялась на глазах. Вместо ярко-рыжего насыщенного цвета она вдруг обуглилась и потемнела. Пламя в пустых глазницах стало черным.

Внезапно Тыквоголовый повернулся к Вегару. Точнее, сам остался стоять на месте ровно, лишь голова прокрутилась себе за спину. Пустые глазницы сощурились. В следующее мгновение пугало оттолкнулось и сделало длинный прыжок к их защитнику. С когтями бросилось в неистовую атаку.

Вегар невольно вздрогнул, отступил на шаг. Взгляд зацепился за острые изогнутые костяные колья в нескольких шагах от них с монстром. И такие по кругу. Твою мать! Заперт…

-Что случилось? – разрозненная группа мигом собралась в кучу, когда стало ясно – никакие атаки сквозь заслон из редких кольев не проникают. Точно такие же не выпускали их самих со злополучной поляны. – Что это?

-Не знаю, - покачала головой Халльвега. – С чего бы он так?.. Вдруг.

-Солнце, - ахнула Окалисс, которая припомнила кое-что страшное про эту тварь. Совершенно случайно вдруг всплыло в голове. Их бывший лидер говорил всем, предупреждал. Что Лорда Тыквоголового нужно начинать бить на рассвете, чтобы ни в коем случае не затянуть охоту.

-Что – солнце? – Шелфи запрокинула голову, огляделась. – Закат. Что это значит? Окалисс?!

-Я вспомнила, - тихо пробормотала та. Оббежала потерянным взглядом напуганного глаза подростков. Потом перевела его к небольшой площадке, огороженной от них кольями. – Тыквоголового обязательно нужно уничтожить до захода солнца. Иначе он обращается в свою ночную версию. И становится неуязвим к атакам.

-Как это – неуязвим? Что, ко всему?! – искренне удивилась чародейка. Ей в ответ нерешительно кивнули. – Да ну, нет же! Не может такого быть! Чтобы совсем ко всему.. Это же нечестно!

-Вегар сможет сам убить? – встрепенулась Халльвега. Ей ответили растерянным взглядом. Окалисс неловко пожала плечами.

-Наш лидер говорил про неуязвимость. Я не знаю. Может, Вегар и сможет. Но он не протянет столько. Уровень не тот. Монстр вернул себе всю защиту.

Над поляной повисла напряженная тишина, нарушаемая свистом опасных и острых лезвий-пальцев Тыквоголового, что скакал возле жертвы. Да звон о лезвия клинков. Будь у Вегара оружие похуже, уже давно сломалось бы. Подарок Халль держался достойно. Мастер Юлдар действительно лучший в своем деле.

-Глупости, - нарушила тишину Халльвега, мотая головой. Она не верила в то, что вот так глупо все закончится для них. Что эта тварь убьет Вегара, потом выберет себе другую цель, поймает в смертельную ловушку, искромсает когтями. Ведь бежать там некуда. И так до тех пор, пока на поляне, укрытой засыпающими цветами, не останется никого, кроме ее хозяина. – Не может такого быть, чтобы все было так плохо.

-Халль…

-Спирит, не надо! – воскликнула Халльвега. Принялась внимательно изучать Лорда Тыквоголового за частоколом из изогнутых костяных ребер неведомой твари. Главное, не давать волю чувствам и не думать о том, что испытывает ее друг там, за непроницаемым забором, совсем один. Ведь даже чары исцеления не могут прорвать невидимую ограду. – Окалисс сказала про «ночную версию». Если такой Лорд Тыквоголовый есть, значит, его можно убить.

-Дотянуть до утра? – робкое предположение прозвучало из уст самой Окалисс.

Халльвега лишь поморщилась на предположение.

-Это глупо. Утром он вернется к дневной версии. Раз это две стороны одной монеты, значит…

-Но сердцевина-то у монеты одна, - хмуро обронил Хойрей, у которого все чувства кричали о том, чтобы помочь другу, застрявшему в беде. Видел, как на теле того появляются кровоточащие раны. И ничего, ничего не мог сделать! Ничем помочь и защитить! Какой из него, ко всем чертям, лекарь?!

-Ладно, неточно выразилась. Монеты разные – облицовка одна. Расходимся, - скомандовала Халльвега. – Расходимся и ищем. Все, что угодно.

-Что ты планируешь найти? – Шелфи выглядела самой спокойной изо всех. Словно собралась, позабыв о вечных пикировках с друзьями.

-Не знаю. Ключ, который надо активировать.

-Как те колонны?! – ахнула Спирит, прижав руку к губам. Будто попыталась перекрыть путь собственным словам.

В ответ Халльвега кивнула.

-Да. Дневная тварь завязана на них. У ночной должно быть свое слабое место. Разошлись и ищем! Хойрей, Окалисс – вы туда, - махнула рукой в сторону. – Ищете возле кольев. Шелфи, вы с Джохжем – туда. Спирит, лезешь на древня и смотришь сверху. Может, что заметишь.

Первой умчалась на поиски. Внимательно смотрела под ноги, периодически переключаясь на зрение белоснежного филина, что мелькал над головой на фоне стремительно чернеющего неба. Понятия не имела, что нужно искать, но искала.

Все искали. Старались не думать о том, каково приходится Вегару один на один со смертельно-опасной тварью. Он делает свою работу, они – свою. И должны выполнить ее качественно и хорошо, чтобы их защитник жил.

Ничего интересного вокруг. Поле, укрытое подсолнухами. Сплошные цветы, закрывшиеся с наступлением ночи. Не радовали яркие солнышки взгляд, не веселили. Да и какое тут веселье, когда жизнь одного из членов группы, да что там – всей группы, висит на волоске.

Навык дал неясную подсказку. Халльвега замедлила шаг. Потом остановилась, озираясь по сторонам. Как тогда с драконом на скале, что прикрывался линиями. Что-то такое попало в поле зрения, но она не понимает – что и где.

Стояла столбом посреди поля и смотрела. Смотрела до ряби в глазах. Боковое зрение зацепилось за что-то, выбивающееся из общей темно-зеленой массы сочных стеблей. Халльвега навострила уши в ту сторону.

Присела на колени, приминая упрямые цветы. Странный стебель, не имеющий цветка на макушке, предстал перед глазами. Если бы не пестрые колючие листья, решила бы, что яркий цветок срезали днем или нечаянно задели во время боя. С растением что-то не так. Некое чутье внутри буквально кричало о том. Халльвега ухватила толстый стебель, поморщилась. Даже через перчатки жгло. Черт с ним, руки вылечить можно.

Не поддается, зараза!

Тогда она достала клинок и принялась рыть землю вокруг стебля, чтобы выкопать его. Не знала – зачем и для чего, но что-то здесь не так. Раз не вырвать, надо доставать иным способом.

Каково же было ее удивление, когда у корня, на глубине пятнадцати-двадцати сантиметров от поверхности, ей попалась небольшая рыжая тыковка, похожая на резной мячик. Отрезалась тыковка быстро и легко, оставшись в ладони.

Халльвега покрутила ее, повертела. Такими же кидался Лорд Тыквоголовый в них. Они еще взрывались.

Взрывались…

Осененная догадкой, ухватила находку крепче и метнулась к забору из костяных кольев. Размахнулась и кинула свою находку в монстра, метя в голову. Чудо случилось вполне ожидаемое. Метко пущенный снаряд преодолел невидимую преграду, словно той не существовало, и врезался в темную голову монстра. Тыквоголовый никак не отреагировал, зато дали знать о себе навыки, подсказывая дальнейшее.

Халльвега поднесла руку к губам и громко свистнула, привлекая внимание всех. Махнула рукой, чтобы подошли. Пока друзья собирались, принялась искать среди травы нужный стебель. Наконец нашла. Полезный навык у нее, ничего не скажешь. Бросилась на колени и принялась выкапывать, то руками, то помогая себе клинком.

Группа собралась возле нее, смотрели теперь, что она делает. Халльвега подскочила на ноги, в руках зажата тыковка.

-Что это? – озадачилась Шелфи, изучая странную находку. – Тыква?

-Да! Что-то вроде дневной версии, что спряталась и затаилась до утра вместе с цветами. Ей не страшна защита этой ограды! – для наглядности Халльвега повернулась, прицелилась, размахнулась и отправила снаряд в полет. Взрыв возле головы монстра стал лучшим подтверждением ее слов.

-И что нам это даст? – быстро среагировал Джохж.

-Понятия не имею, но это нам поможет. Все ищите вот такие стебли, - Халльвега присела на корточки и показала на нужный. – Они под землей зарыты. Не дергайте, ядовитые. Спасибо, Окалисс.

-Прости, не сразу заметила, - стушевалась та. Опытная авантюристка, старше этих подростков на порядок. А растерялась ничуть не меньше, испугавшись до чертиков.

-Ищите!

Группа разбрелась по поляне. Поиски нужных стеблей проходили трудно. Кроме Халльвеги остальные их в наступившей темноте различали с большим трудом. В конечном счете Шелфи принялась использовать свои чары чисто для освещения поляны, пока другие ищут.

-Элес, - Халльвега ухватила парня за рукав, дернула за собой к частоколу из костей. Там заставила сесть на землю. Рядом высыпала пять тыковок. – Я приношу тебе, ты кидаешь. Так будет быстрее.

-Прости, я, - Элес не успел извиниться, что поиски у него продвигаются из рук вон плохо.

-Остальных предупрежу, - бросила Халльвега и умчалась дальше. Уже с края поляны донесся ее злой голос. – Стрелы, придурок! Наткни на стрелы!

Элерсерас чертыхнулся сквозь зубы. Их ассасин права, со стрелами не промахнется. Запас тыкв у них не слишком велик, чтобы мазать. Монстр на месте не стоит, мимо бросать нельзя. Ухватил лук, вытянул стрелу из колчана за плечом. Прицелился.

Следующий снаряд попал точно в цель. Отлично! Еще один и еще. Четвертый выстрел попал. Элес огляделся. К нему уже спешил Джохж с двумя тыковками. Прекрасно!

Действовали четко и слаженно. Когда Халльвега скинула у его колена десяток рыжих кругляшей, мысленно присвистнул. Девушка настолько хорошо находила нужные растения, что впору было начать завидовать. Некогда.

-Смотрите, ограда! – внезапный крик прорезал ночь.

Все резко подняли головы от зелени на поляне, проследили за указанием Элерсераса. Первым радостный вопль издал Джохж. Подскочил к кольям и со всей дури махнул посохом. Следом подтянулась Халльвега. Силовой удар вышиб потрескавшийся костяной столб до конца. Окалисс не растерялась и быстро использовала все навыки, какие смогла, чтобы вдохнуть жизнь в изрядно помятое тело их защитника.

Потемневшая тыква с черными глазами тут же повернулась в сторону лекаря. Прыжок – Хойрей под своим щитом принял удар, сдвинулся в сторону, открывая простор для действия Халльвеге. Усиленной атакой удалось сбить внимание твари с лекаря.

Отдышавшись, к схватке вернулся злой и раздраженный Вегар. Его эта тварь достала за сегодня!

-Элес, крепления, - удержала Халльвега лучника от очередного выстрела за рукав. Всучила шесть тыковок, и скрылась в стороне.

-Крепления?.. – пробормотал Элерсерас. Поднял взгляд. Мигом понял, о чем речь. Черный тлеющий плащ Тыквоголового. Он больше всего мешал, к тому же защищал спину твари от атак.

Сбить одну из серебристых застежек у плеча получилось после десятого выстрела. Халльвега снабжала его рыжими неровными шариками с завидным упорством. Словно знала, что это поможет. И оно действительно помогло! После очередного десятка отвалилась и вторая застежка.

Плащ опал в траву и остался гореть там. Защита начала поддаваться. Усиленные атаки всех, наконец, сделали свое дело. Лорд Тыквоголовый начал сдавать позиции. Вот одна рука обломилась и повисла безвольной плетью. И снова колесо, носящееся по поляне. Разбрелись по краю огороженной территории, уже зная, как действовать с наибольшей эффективностью.

Наконец очередной удар стрелы, попавшей в голову монстра, пробил ту, застряв в мясистом теле. Удар Халльвеги завершил начатое, перерубив палку-шею. Огромная темная тыква завалилась набок, черный огонь плавно затух в глазницах. Силовой удар ногой заставил надрезанное дерево развалиться окончательно. Голова улетела в траву и затерялась там. Пугало замерло, накренилось и рухнуло следом.

Над поляной со спрятавшимися подсолнухами воцарилась тишина, прерываемая тяжелым дыханием авантюристов. Поневоле огляделись, когда костяные столбы стали пропадать по краям поляны.

Они справились!

Первой опомнилась Халльвега. С радостным воплем повисла на шее Вегара, спрятав клинок в ножны.

-Получилось, Вега! – ее обняли одной рукой, крепко прижали к телу. Парень тяжело дышал. – Мы убили его, Вега! Мы справились!

-Ура, - негромко пробормотал защитник. Осел на землю. От беспокойства отмахнулся. – Со мной все хорошо, Халль. Спроси у Окалисс, подтвердит. Ран нет, наше сокровище все залечило. Элес, ты бы поддержал девушку. Она тоже с трудом на ногах стоит.

-Угу, - лениво улыбнувшись, произнесла Окалисс. Приняла помощь лучника, опустилась на траву рядышком. Перед носом свалилась с блаженным видом Шелфи, раскинув руки в стороны. Спирит присела рядом на колени. Эта не так сильно запыхалась, в основном пользуясь духами. Устала – да, но бегать особо не пришлось. Если Тыквоголовый срывался, то бил духов, не ее.

Джохж с Хойреем уже сидели по левую руку, замыкая своеобразный круг. Все пытались восстановить сбитое дыхание, не дать слабости после многочасового сражения и использования навыков взять верх. Оставаться на поляне нельзя, это понимали все. Оставалось найти силы, чтобы просто встать и уйти.

-Халль, не в службу, а в дружбу, - протянул Джохж, перевернулся на спину. Перед глазами на фоне темного неба единственная оставалась стоять стройная фигурка в легком доспехе. Ее выносливость позволяла продержаться с честью, хотя носилась она больше всех. Чаще всех пыталась перебить агрессию Тыквоголового, когда тот срывался с Вегара, смертельно уставшего к концу боя. – Посмотри, что там с добычей, а? Любопытство сейчас загрызет.

-Лежите, - улыбнулась Халльвега. Дыхание постепенно возвращалось в норму. Слабость оставалась. Нужен отдых после столь длительной охоты.

Отошла в темноту, осмотрелась. Тела Лорда Тыквоголового нигде нет. Зато есть кое-что другое.

-Пляшите! – раздался ее голос в темноте. – Тут посох. Кажется, что-то магическое. Боевое или нет – не знаю.

-Покажи! – приподнялась над травой Шелфи.

-Сейчас. О! А этот гад нам плащ оставил! Какая прелесть!

-Халль! – хором взвились авантюристы, пытающиеся встать ради такого дела. Не получалось.

В темноте никакой реакции. Девушка затихла.

-Халль? – окликнул девушку Вегар. – Ты чего затихла? Все хорошо?

-Да, - подошла ближе фигура. Присела рядом. Из сумки достала ветку дриады, зажгла и воткнула в землю в центре их своеобразного круга.

Следом перед собой положила длинный резной деревянный посох. Черное дерево, будто подпаленное. С одной стороны у конца небольшая палочка поперек, привязанная к основе толстой светлой веревкой с бантиком. Палочка горела черным цветом.

-Это на лекаря, - выдохнул Элерсерас, знающий о таких вещах больше всех, вместе взятых. – Пылающим зовется. Дает кратковременный щит цели при каждом исцелении.

-Каждом?! – ужаснулась Окалисс эффективности добытой палки.

-Это потрясающая вещь, - согласились с ней.

-Не то слово, - пробормотала Окалисс, поедая единственным глазом зловещий посох. Впрочем, черное пламя уже не казалось таким страшным, а светлый бантик так вообще игриво взирал на собравшихся. – Ты чего?

Халльвега кинула авантюристке посох. Та не растерялась и поймала левой рукой. Немного тяжелее привычного. Дело времени, если подумать.

-Нет смысла продавать целую вещь, если она нужна кому-то из группы, - пожала плечами Халльвега. С ней все молча согласились. Окалисс тихо выпала в осадок. – Из нас этот посох только тебе и Хойрею. Но у парня нет ни единого исцеляющего навыка.

-Да меня и мой устраивает, - согласился с ней Хойрей. Ласково погладил длинный шероховатый посох серебристого цвета у себя на коленях. Выбитый с Горлаха, он давал бонусы к скорости, что так нравилось ему, так нравилось всем в группе. Нет никакого смысла менять шило на мыло.

-Видишь. Значит, он твой.

-Но он стоит столько! Я никогда не расплачусь, - попыталась возразить Окалисс. Не из большого желания, но ей действительно не осилить цену добытого оружия.

-Ты убивала монстра вместе с нами, Окалисс, - вмешался в разговор Вегар. – Никто не требует ничего платить. Честно говоря, если бы не ты, остались бы мои косточки где-то там под чертовой тварью.

-Если бы не вы все, мы бы все тут валялись, - упрямилась Окалисс.

-Бери и не спорь, короче, - поморщилась Халльвега, отмахнувшись от лекаря. Взяла в руку другой добытый предмет. Кинула его Шелфи. – И еще одно оружие. Тебе.

-Мне?! – Шелфи мигом подскочила. Поймала темное украшение в цепкие лапки. Осмотрела.

Браслет из черной стали мягко переливался в неярком свете от огня. Толстый плетеный шнурок, на котором висят три крохотные янтарные тыковки с горящими глазами. А меж ними перекрещенные палочки, украшенные знакомыми светлыми бантиками.

-Какая прелесть! Элес, что эта штука делает? Ты знаешь, да? Ну, скажи, что знаешь! – буквально тыкала парню под нос украшением Шелфи. Эмоции чародейки били через край.

-Тыквы взрывающие мечет, - попытался сбежать лучник. – Можно навыками добавить любую стихию.

-Как этот гад?! Круто! – Шелфи принялась расстегивать браслет. Вскоре обновка уже украшала тонкое запястье девушки.

-Еще материалы, - Халльвега достала из сумки стопку рыжих листов из непонятного переливчатого материала, моток длинной толстой и светлой веревки, длинное полупрозрачное черное стекло. Помедлила чуть и положила поверх всего этого круглый шар, тоже чуть прозрачный. Внутри него клубился голубой туман. Шар мерцал настоящей драгоценностью.

-Хм, - Элерсерас задумчиво уставился на находку. Потянулся и взял в руку, повертел перед глазами. Камень потрясающий, чуть прохладный. Подушечки пальцев пощипывает холодом. – А это я не знаю что, не видел. Может, отец знает.

-Это душа монстра, - подсказала Халльвега, которая лучше всех здесь собравшихся знала, какая драгоценность попала им в руки. Ни один материал, ни одно оружие не могло сравниться по стоимости с этой вещью. – Помогает элементалистам возвращать к жизни погибших целестиалов.

-Чего?! – разом выдохнули авантюристы.

Элес испугался, неудачно дернулся. Полупрозрачный блестящий шар выпал из пальцев и упал в траву. Не разбился. Парень невольно отполз от него в сторону, будто бы тот был ядовитым.

-Так вот, как они выглядят, - Вегар пододвинулся ближе. Взял душу монстра в руку, повертел в пальцах. – Слышал от отца, но не видел. Красивая.

-Красивая, - согласилась Халльвега, кивнув. – Дорогая, наверное.

-Не совсем, - не согласились хором Окалисс, Элес и Вегар. Переглянулись. На лицах чуть смущенные улыбки.

Вот и все на сегодня! В следующий раз я точно дойду с элементалями Сайгара (раз уж скоро заканчивается 5 книга цикла про приключения этого мага). А потом снова вернемся к прогулкам с Халль - про этот потрясающий мир можно говорить долго.

Всем хороший выходных и до встречи!

Всем добра!

Тему с элементалями я, пожалуй, сдвину на неделю, а сегодня пойдем драться в компании Халль с редким монстром-боссом. Кто уже читал эту историю - иллюстрации для вас! А кто еще не в теме - добро пожаловать в удивительный мир, живущий по правилам, похожим на мир компьютерной игры, где - увы! - нет попаданцев, нет пришельцев из других миров. Эти люди живут (выживают?) так, как могут. Без сохранений, без воскрешений, без роялей в кустах. Там лишь монстры, каждый из которых готов сожрать с потрохами и не подавиться.

Приятной прогулки!

Спойлер для интересующихся:

Цикл называется "Целестиал" (18+); жанр - РеалРПГ; 4 книги в цикле/цикл закончен. История повествует о приключениях авантюристки по имени Халльвега.

Прочесть или скачать бесплатно можно:

Authortoday - ТУТ

Litnet - ТУТ

Как Халльвега и обещала, идти к обещанному полю пришлось не очень далеко, буквально час через лесные дебри, и они на месте. Первой к ярким цветам вышла Халльвега. Остальные все-таки немного опасались, хотя Халльвега говорила сотню раз, что монстров на поляне нет вообще.

Заметив, что их ассасину ничего не угрожает и монстров действительно нет, особенно скрытных, вся орава высыпала на яркую лужайку. Подсолнухи красивые, яркие, веселые. Они поневоле поднимали настроение.

-Хорошо, мы на месте, - подвел итог Вегар, когда группа собралась в центре. В руках Спирит было обнаружено сорванное крохотное солнышко. Девушка не удержалась. Действительно редкая красота вокруг. – Окалисс, что дальше делать?

-Вон, видишь тыковку? – Окалисс указала буквально ему под ноги. Вегар наклонился. Крохотная, рыжая, эта головешка меньше всего походила на тыкву.

-Я думал, это гриб, - хмыкнул глава группы. Их попросили не наступить, конечно. Но не сказали, что дело в ней. Рядом на корточки опустилась Халльвега. Ей все, что касалось монстров, было ужасно интересно. – И что с ней?

-Когда раздавим, с двух краев поляны появятся столбы. Их охраняют монстры. На столбах кристаллы, которые нужно активировать одновременно.

-Так, - протянул Вегар, начиная смутно догадываться о дальнейшем. – В чем подвох?

-Я бы не назвала это подвохом, - призадумалась Окалисс. – Все довольно очевидно. Монстры будут появляться бесконечно. Убьешь одного, на его место придет другой. И так до тех пор, пока не активируются оба кристалла. При отдалении от столбов монстры исчезают и появляются снова возле них, поэтому этот вариант отпадает.

-И как мы это провернем? – озадаченно произнес Хойрей. – Ну, допустим, у одного столба монстров какое-то время удержит Вега. Нам нужен защитник для второго. Из нас никто стольких не удержит. Могла бы Халль, но так уводить нельзя, как ты сказала.

-Не знаю, - пожала плечами Окалисс. Потом чуть смущенно улыбнулась, виновато глядя на подростков. – Надо было вам, наверное, сразу сказать про особенности призыва Тыквоголового?

-Сразу не помешало бы, - пробормотал под нос Вегар. – Что делать будем?

-Предлагаю призвать монстров, а там уже исходить из того, кого и сколько будет, - внесла рацпредложение Спирит. – Если парочка, то справимся как-нибудь. Окалисс?

-Не видела и не знаю, - подняла руки та.

-Значит, призываем, - подвел итог Хойрей. С силой опустил конец посоха на рыжий куполок, затерявшийся в траве. Тыковка разлетелась кусочками и мякотью в стороны, испачкав его ботинок. Халльвега едва успела сдвинуться в сторону, чтобы ей не залило любопытный нос.

Слова застряли на губах парня. Он захлопнул рот, с восторгом глядя на монстров, появившихся в разных концах подсолнечной поляны. Сработало! А вон и столбы.

Два высоких, примерно в человеческий рост. Поверх ромбовидные янтарные кристаллы, длинной порядка двадцати сантиметров. Они чуть светились и едва заметно пульсировали.

-Окалисс, а как их активируют? – Вегар смотрел на столб справа.

-Кровью. Нет, никого убивать не надо. Как порталы городские, достаточно одной капли. Ты чего, Халль?

-Да что-то представила, сколько или какого монстра так можно призвать когда-нибудь в город, - поежилась девушка. Поднялась с корточек и осмотрела тварей по обе стороны поля, охраняющих столбы.

Смотрелось довольно зловеще. По два малых древня, один большой. На их застывших стволах сидит прядильщик в окружении уже призванных шершней, коих насчитывалось штук десять. Рядом скачут и прядут ушами три винторогих стрека. А в довершение ко всему, словно вишенка на торте, рядом порхают радужные азуры.

У второго столба ситуация точно такая же. Никаких отличий в количестве и качестве монстров. В целом и общем картина довольно пугающая.

-Вы мне определенно польстили, - заметил Вегар, окидывая взглядом ораву у резного краеугольного камня в человеческий рост. – Не уверен, что удержу столько тварей даже с одного столба. А кто второй активировать будет, идей нет вообще.

-Я буду, - подала голос Халльвега, которая проблем в этом не видела. – Честно говоря, за тебя больше волнуюсь. Но под Хойреем с Джохжем и Окалисс вы уж как-нибудь до столба дотянете, да?

-Халль, ты пошутила? – Вегар нахмурился на слова подруги. Ему ответили непонимающим взглядом изумрудных глаз. – Да они сожрут тебя раньше, чем успеешь подобраться к столбу. Твоей ловкости можно только завидовать, но их там столько, что мимо не прошмыгнуть.

-А я не буду прошмыгивать, - пожала плечами Халльвега. Ободряюще улыбнулась и коснулась рукой чужого плеча, чуть сжала. – Ты не волнуйся за меня так. После полутора лет жизни за стенами города, я многому научилась. Справлюсь. Давайте так: я иду к столбу и жду, пока вы дойдете до своего. А там даете знак, когда надо активировать столб. Идет? Не волнуйся, Вега. Можете постоять и подождать, пока я к столбу подойду, если так боитесь.

-Халль, - протянул тихим голосом обреченного Вегар.

Ему подмигнули. Халльвега развернулась и направилась к столбу, что высился слева. Они только охотились все это время, так что не видели основного. Не просто так она в той потасовке приводила монстров.

Когда хрупкая фигурка подошла к монстрам вплотную, даже не вытащив оружия из ножен, все поневоле затаили дыхание. Казалось, что вот сейчас набросятся монстры своей оравой и сожрут, растерзают. Но Халльвега, не сбавляя шага, прошла мимо играющих винторогих стреков, пригнулась под пролетевшим мимо радужным азуром, обогнула малого древня и встала возле большого, вплотную к высокому камню. Подняла руку, показывая большой палец, что готова в любой момент.

-Ущипните меня, - тихо пробормотал Джохж, наблюдая за фирменным безобразием. – Й! Шелфи, я пошутил!

-Раз ругаешься, значит, я не сплю точно, - подтвердила ему севшим голосом чародейка. – Как она это сделала? Там до древня два шага! Ладно малые, но большой-то агрессивный!

-Шершни тоже.

-Азуры тем более, - подтвердила Спирит.

-Кошмар какой-то. И ведь молчала, что умеет так, зараза! – вслух выразил общие мысли Вегар. Встрепенулся, прогоняя лишние мысли. Потом разберутся с девчонкой. – Так, ладно. Наша очередь. Элес, мы отвлекаем тварей, ты пытаешься попасть к столбу. Долго я не протяну. Скорее всего всех не удержу, поэтому колдуйте по минимуму и, чуть что, бегите прочь. Монстры исчезнут и вернутся ко мне.

-Будет сделано! – хором отозвалась группа.

-Хорошо, тогда выдвигаемся.

С их стороны продвижение к столбу вышло не так гладко, как у Халльвеги. Вегар с трудом удерживал на себе внимание трех винторогих стреков и двух азур. Еще один метался между всеми членами группы. Древни оказались самыми безобидными из списка. Их отманила к себе Шелфи и водила по кругу. Большой древень бегал слишком быстро, его отвлекала козочка вместе со Спирит. Хойрей метался меж всеми, только успевая ускорять и вешать щиты. Этим же занималась Окалисс.

Элерсерас сумел добраться практически незамеченным к каменному столбу. Уворачивался от прицельных плевков острейших паутин, больше похожих на лезвия. Прядильщику было весело кататься на большом древне. Того водит Спирит, а этот плюется во всех вокруг, в основном метя в лучника.

Монстры исчезли. Вегар в изнеможении опустился на одно колено. К нему мигом применила все доступные чары Окалисс. До того не рисковала, чтобы не сбить агрессию тварей. Ее бы смело за секунды в таком случае. Раны быстро затянулись, позволяя вдохнуть свободнее.

-Еще задело кого? – сказала и осеклась. Смотрела к центру поля, куда было приковано внимание остальных членов группы. А потому не сразу среагировала на другие изменения.

В центре подсолнечной поляны из-под земли взвился в воздух на несколько метров Лорд Тыквоголовый. Огромное пугало трех или четырех метров на прочной жерди, голова – большая хищная тыква, внутри которой горит огонь. За спиной ободранный черный плащ, что крепился у плеч на серебряные застежки. Вместо одежд чуть ободранный темно-фиалковый костюм и белоснежная рубашка с кружевом на груди и манжетами. Воротник плаща острый и стоячий, подчеркивающий некую хищность твари. Впрочем, глаза алые не просто так, даром, что огненные.

-Нас заперли с ним? – подскочила ближе Халльвега, которая осторожно обошла монстра по краю поляны, пока все занимались осмотром предполагаемой добычи.

-Что? – с трудом отвел взгляд от Тыквоголового лидер их группы. И только сейчас заметил то, что ускользнуло от внимания прежде. – Это?.. Проклятье! Окалисс!

-Ч-что? – Окалисс нашла в себе силы сместить взор с внушительной фигуры, замершей посреди поля, свободного от ярких подсолнухов. – Чего, Вегар?

-Это что? – ткнули ей в сторону.

-Ч?.. А, - протянула Окалисс. Призадумалась. Растерянность в ее взгляде сказала о многом. Авантюристка покачала головой. – Я не знаю, Вегар. Честное слово, не знаю. Мы не нашли Тыквоголового в тот раз. Все, что знала, это правила призыва. Все.

Вегар тихо чертыхнулся и обратился к Халльвеге.

-На всем протяжении поля, - подтвердила Халльвега. – Я выбраться наружу не смогла. Там защита какая-то по периметру. Залезть не смогла, - показала обожженные ладони. Окалисс заметила ожоги и быстро исцелила. – Спасибо. Меж кольями тоже не пускает. Невидимое что-то. Похоже, не выпустит, пока главного не одолеем.

-Паршиво, - подвел итог Вегар, оглядывая стройный ряд изогнутых кольев, смутно напоминающих ребра погибшего животного гигантских размеров.

-Да ладно, убьем Тыквоголового, ограда спадет, - попыталась утешить притихших друзей Спирит. – Правда, Окалисс?

-Не знаю, - покачала та головой. – Ничего не знаю про него кроме призыва. Простите.

-Не извиняйся. Все знали, сами так решили, - в очередной раз произнес Вегар, которому не хотелось, чтобы их лекарь чувствовала вину за то, в чем той нет. – Ладно. Чем зря языками чесать, предлагаю начать. Сначала я, потом вы после сигнала.

-Как обычно, короче, - резюмировал Хойрей. – Все поняли!

Вегар кивнул, вытащил мечи и, нервно поигрывая ими в руках, направился к центру поля. Чтобы заглянуть в пылающие глазницы пугала, именуемого Тыквоголовым, пришлось задирать голову. Рост знатный. Вот бы эта палка с него досталась. Посох им бы не помешал, желающих много найдется. Поймав себя на том, что делит то, чего нет, Вегар бросился в атаку на повернувшегося к нему еще за десять шагов монстру.

Вместо оружия – длинные пальцы-лезвия, как десяток острых клинков средней длинны, по пол метра каждый. Причем бьет с одинаковой силой и ловкостью обеими руками. Щита нет, но защита такая, что стрелы Элеса отскакивали, не царапая даже плащ. Дырки и потертости на том казались авантюристам насмешкой.

Огненные глазницы оказались тем самым, чего опасалась Шелфи. Чародейка тихо шипела и ругалась на тему сопротивления к огненной стихии. И почему все твари прежде всего обладают иммунитетом именно к ней?! В то время, как какое-нибудь сопротивление молнии плетется в конце списка! Хотя, нет, реже всего встречается защита к обледенению. И все бы ничего, но конкретно чары этой стихии сами по себе не наносят практически никакого урона.

Вторая беда заключалась в том, что серьезно замедлить монстра такого уровня не могли никакие навыки, сопротивление хорошее. Поэтому Хойрей даже не пытался, занимаясь исключительно поддержкой. Джохжу приходилось чуть хуже, все его навыки были рассчитаны на наложение негативных чар на противника, которые ухудшают характеристики. В будущем будет проще, когда сила навыков подрастет, а пока практически все уходило в пустоту. Тыквоголовый под серьезной защитой не замечал чужих усилий.

Били со всей силой и всем, чем могли. Нащупать слабое место, пробить защиту и потом добить. План, которого придерживались на любом монстре любого уровня. Особо старались не нарываться, изучая навыки противника по ходу дела. Халльвега была привычная, у остальных сердца пошаливали. Сложно пойти в атаку, когда любой жест монстра может означать ответный удар.

Вегар отлично держал Тыквоголового. Однако монстр периодически озирался по сторонам, протягивал руки. Тогда воздух пронзали враждебные чары. То огненные языки, похожие на длинные жгуты, от которых воспламенялась трава, тлели яркие и сочные солнечные цветы. В другой момент с десяток небольших тыкв, взрывающихся при столкновении с преградой.

В основном летело в Окалисс. Монстр при этом не срывался с Вегара, навыки удерживали внимание на защитнике крепко. Значит, сами по себе чары такие, искали не то самых медленных, не то конкретно лекарей. Джохжу и Хойрею тоже прилетало, но эти слишком быстро двигались для своих мирных специальностей.

Спирит дежурила возле их лекаря. Светло-изумрудный и полупрозрачный дух малого древня раскинул свои ветви, защищая девушек от случайных чар. Периодически его срезало, тогда дух исчезал. Приходилось пользоваться защитой Хойрея или прекращать использовать чары. Один раз небольшая козочка защитила своим телом, в самый последний момент метнувшись между своей хозяйкой и небольшой рыжей тыковкой. Раздался взрыв, и дух козочки, что увеличивала скорость перемещения всей группы, исчезла в облаке.

В целом и общем все казалось не очень сложным. Пока в какой-то момент пугало вдруг не отрастило вторую ногу. Точнее, от палки отделилась щепа, похожая на нее. Тыквоголовый нагнулся и завертелся на манер колеса. Острая щепа бегала по кругу, грозясь разрезать все живое пополам.

Вегар попался тому первым. Искры полетели в разные стороны от столкновения колеса, в котором окончательно потерялись очертания пугала, и скрещенных клинков. Парня протащило с десяток метров, прежде чем Тыквоголовый сменил цель и помчался к Джохжу. Навыки, приманивающие монстра к себе, не помогали. Вегар чертыхнулся сквозь зубы, наблюдая за тем, как смертельное колесо носится между членами группы.

Защитить лекарей было совсем нечем. Пока Вегар прикрывал одного, колесо убегало к другому. Один раз едва не разрубило Окалисс пополам. Халльвега вовремя подсуетилась. Под усилением Хойрея влетела сбоку, приложив монстра силовым ударом куда-то в центр круга. Девушку откинуло прочь, но траекторию тварь сменила. Окалисс отделалась испугом.

Наконец, спустя десять минут смертельной гонки, Лорд Тыквоголовый замедлился и остановился в центре испещренной резанными ранами поляны. Он выпрямился, щепа вернулась на свое место, став с палкой единым целым. Вегар ухватил тварь навыками, вздохнул с облегчением. Подействовали.

Трудно бить монстра, когда на том не появляется даже крохотных царапин ото всех твоих атак. Все знали об особенностях защиты сильных тварей, все понимали. Но морально давило с неимоверной силой. Словно никогда не пробьют. Накопится усталость, закончатся силы. И монстр их раскатает в тонкий блин. Или изрежет на мелкие кусочки. Последнее ближе.

Сцепив зубы, авантюристы продолжали свои атаки. Не раз и не два они проходили это с другими монстрами. Да, те были слабее, но принцип одинаков. Справятся и с таким!

Внезапно пугало устремилось к центру поляны. Вегар недоуменно выпрямился, провожая его взглядом. Кинул беглый взгляд на свою группу. Те напряглись так же, как он, не зная, чего ожидать. К тому, что Лорд Тыквоголовый крутится колесом по всей поляне, уже, кажется, успели привыкнуть. Разбегались по самым краям поляны и ждали. А там уворачивались, как могли. Хойрей прикрывал, стараясь перемещаться следом за монстром. Ускорял всех по очереди, чем спасал от смерти.

Из-под палки пугала тем временем вздыбилось черное пламя, трепеща на невидимом ветру. Черные искры разлетались в разные стороны. Голова монстра тоже менялась на глазах. Вместо ярко-рыжего насыщенного цвета она вдруг обуглилась и потемнела. Пламя в пустых глазницах стало черным.

Внезапно Тыквоголовый повернулся к Вегару. Точнее, сам остался стоять на месте ровно, лишь голова прокрутилась себе за спину. Пустые глазницы сощурились. В следующее мгновение пугало оттолкнулось и сделало длинный прыжок к их защитнику. С когтями бросилось в неистовую атаку.

Вегар невольно вздрогнул, отступил на шаг. Взгляд зацепился за острые изогнутые костяные колья в нескольких шагах от них с монстром. И такие по кругу. Твою мать! Заперт…

Всем спасибо за внимание, хороших выходных и до встречи!

p/s продолжение битвы в следующей теме =)