В июне 2019 года он переехал в Таиланд уже не как турист.

Дальше могла бы пойти длинная история адаптации, бытовых открытий и культурных наблюдений, но к делу это отношения не имеет. Важно другое: за всё время жизни в стране у Ивана Денисовича не было проблем с законом. Вообще.

Более того — он был человеком, который регулярно объяснял другим, почему законы лучше не нарушать. Был администратором крупнейшего телеграм-чата по Пхукету, отвечал на вопросы, делился опытом, остужал горячие головы и каждый раз повторял одну и ту же простую мысль:
если уж живёшь в другой стране — живи по её правилам.

Визовые вопросы за все эти годы у него всегда были решены. Иногда не самым академически правильным образом, но ровно так, как это позволяла практика и существующие правила. Без фокусов, без «пронесёт», без ощущения, что он ходит по краю. Формально — да, по-человечески — тоже.

Так продолжалось несколько лет.

А потом пришёл 2025 год.
И почему-то сразу стало понятно: этот год будет «високосным» по ощущениям.

Часть вторая. Год, который просто решил пойти не так

Формально 2025 год, конечно, не был високосным.
Но у Ивана Денисовича довольно быстро появилось ощущение, что календарю в этот раз просто забыли об этом сказать.

С начала года с ним начали происходить мелкие, странные и совершенно нехарактерные вещи. Не катастрофы — скорее цепочка событий, каждое из которых по отдельности не тянуло даже на жалобу, но вместе они создавали неприятное ощущение сбившегося ритма.

Он жил на первом этаже небольшого кондо. Балкон давно был переделан под рабочее место: стол, техника, полезные мелочи. Входной дверью он почти не пользовался — выходил через балкон. Там же, за его пределами, всегда стояла обувь.

Обычно — пара кроссовок и шлёпанцы. Какое-то время — две пары кроссовок. Одни из них он купил совсем недавно: любимые DC, недешёвые и, что важно, редкие. Ходил то в одних, то в других, не придавая этому никакого значения.

Осенью в доме появилось пополнение — маленький котёнок. Рабочее место пришлось перенести внутрь квартиры, и на балконе Иван Денисович стал бывать реже. Балкон, по сути, превратился обратно в проходное пространство.

Однажды утром он просто не нашёл там свои новые кроссовки.

Сначала — стандартная проверка: мог ли занести, перепутать, поставить не туда. Потом — камеры. Камеры подтвердили, что вечером он уезжал в этих кроссовках в магазин. А вот место, где стояла обувь, в кадр не попадало. Кто, когда и как — выяснить было невозможно.

Кроссовки исчезли бесследно.

Ситуация была неприятной, но не более того. Полицию вызывать бессмысленно, шум поднимать — тоже. Он просто отметил этот эпизод как странный и пошёл дальше.

На тот момент он ещё не знал, что это был не единичный случай, а лишь первый пункт в списке.
И что дальше события начнут развиваться уже не так безобидно.

Часть третья. Законно, почти законно и уже поздно

К 2025 году в Таиланде начали происходить вещи, которые официально назывались «усилением визового контроля». Неофициально — это означало конец эпохи, когда на некоторые правила можно было смотреть сквозь пальцы.

Одним из таких правил были бордерраны. Формально — не бесконечные, по факту — годами работающие. Иван Денисович пользовался ими ровно так, как это было принято в реальной жизни, а не в брошюрах иммиграционной службы. Без фанатизма, без наглости, просто потому что так работала система.

Но в ноябре 2025 года систему решили закрыть.

После 17 ноября тем, у кого было больше двух бордерранов, ездить на них больше не разрешалось. У Ивана Денисовича к тому моменту только за этот год было уже пять штампов. Его текущий штамп действовал до 5 декабря, и логичным решением было съездить на бордерран в последний разрешённый день — 16 ноября — и спокойно жить до января.

Однако знакомые, которые были в теме, рассказали о другом пограничном пункте, работавшем чуть дольше — до 22 ноября. Выигрыш составлял всего неделю. Вариант был шаткий, о чём его сразу честно предупредили: «Могут закрыть в любой момент».

Он знал, что это риск.
И всё равно решил подождать.

Это была первая ошибка. Хотя, как позже выяснится, вовсе не роковая — просто одна из.

Опасения подтвердились: 17 и 18 ноября туда ещё ездили автобусы, а потом направление закрыли. А поездка у Ивана Денисовича была запланирована на 22-е.

Когда стало ясно, что этот вариант отпал, осталось два пути:

1. попробовать продлить пребывание внутри страны;

2. вылететь в соседнюю страну и вернуться обратно.

Он решил попробовать оба — последовательно.

Сначала — продление внутри страны. Обычно можно было получить 30 дней, но после ужесточений оставили только семь. Владелец кондо, где он жил, сразу сказал, что в иммиграционном офисе делать нечего, попросил фото паспорта и последнего штампа и пообещал уточнить через знакомых.

На следующий день он забрал паспорт, уехал и вернулся вечером с предсказуемым результатом:
— Только семь дней.

Этот вариант Ивана Денисовича не устраивал.

Оставалась Малайзия. Билет на 5 декабря был куплен, жильё оплачено, обратный билет — на руках. План выглядел рабочим.

Ровно до момента, пока на стойке регистрации в аэропорту две сотрудницы, не особо стесняясь, не начали обсуждать «дырки» в его паспорте. Сначала он подумал про старые следы от степлера — тайские пограничники раньше любили крепить так формы. Но нет.

Паспорт оказался повреждён.

На корешке, ровно по центру, был обугленный след. Выглядело так, будто по нему прошлись сигаретой. При этом все данные читались, трещин не было, только едва заметная чёрная выпуклость на пластиковой странице.

Вылет отменили.

В состоянии лёгкого шока Иван Денисович вернулся домой и начал разбираться, что произошло с паспортом. Ему повезло: 5 декабря был праздничный день, иммиграционный офис не работал, а это означало автоматическую амнистию. В понедельник он спокойно пришёл в офис и продлил пребывание ещё на семь дней, сохранив легальный статус.

Правда, в суматохе он забыл взять письменный отказ от авиакомпании. Билеты, скорее всего, были потеряны окончательно.

Оставался главный вопрос: что произошло с паспортом.

Фотографии, которые он отправлял владельцу кондо, показывали идеально целый документ. Это почти сразу сняло подозрения. После нескольких часов размышлений картинка сложилась.

Повреждения выглядели слишком аккуратно и локально:

• чёрная выпуклость на пластиковой странице;

• зеркальный след на соседней пустой странице;

• повреждены только пластиковая страница, две соседние и последняя;

• остальные страницы — нетронуты.

По его версии, внутри произошло короткое замыкание — где-то в районе чипа, с выходом на корешок, где соединяется антенна. Паспорт был 2021 года. Причина оставалась неизвестной.

NFC-проверка это подозрение подтвердила: паспорт не читался.

Но на тот момент это ещё не означало автоматический конец всех вариантов.
До открытия границы оставались считаные дни, и информации было немного. Переход долгое время был закрыт из-за серьёзных природных катаклизмов — настолько серьёзных, что местные говорили: такого не было сотни лет. Но всё чаще появлялись слухи, что его вот-вот откроют.

И если это произойдёт — бордерран всё ещё оставался возможным вариантом.

Продление на семь дней заканчивалось очень скоро. Информация о возможном открытии границы появлялась «на следующей неделе». Иван Денисович понимал, на что идёт, и осознанно принял решение подождать, даже если это означало выйти в небольшой оверстей.

Это было не «авось пронесёт», а расчёт: если границу откроют — вопрос будет решён. Если нет — тогда уже придётся принимать другое решение.

18 ноября информация подтвердилась: переход действительно открыли. Более того, по старым правилам даже его количество штампов и небольшой оверстей не были бы проблемой.

Проблемой оказался паспорт.

Именно тогда стало ясно, что с неработающим чипом на бордерране делать нечего. Формально документ был, фактически — нет. Этот вариант закрылся окончательно.

После этого решения принимались уже быстро и без иллюзий. Иван Денисович сразу купил билет домой — на ближайшую возможную дату. Подумав, что один рабочий день стоит дороже, чем ещё один день оверстея.

Это оказалось последним неверным расчётом в этой истории.

Часть четвёртая. Визит, камера и люди без статей

К вечеру Иван Денисович сделал всё, что планировал. Рабочий день был закрыт, задачи сданы, дела переданы. Вещей он собрал минимум — на родине у него и так было всё необходимое. План выглядел простым: заменить испорченный паспорт, сделать сразу два — на пять и на десять лет, пройти базовый чекап и вернуться как можно быстрее.

Возвращаться хотелось не только из-за привычки к Таиланду. В доме ждал котёнок — маленький, глупый и уже совершенно свой. Формально за ним было кому присмотреть, но такие вещи не считаются формально. Это уже семья.

К слову о семье.

С Верой Павловной они жили вместе почти пять лет. Не идеально, но честно. Обычно она чаще летала на родину, а он годами сидел в Таиланде без выездов. В этот раз всё сложилось иначе — в начале ноября она вернулась, и в квартире снова стало трое. Забегая вперёд, Иван Денисович знал точно: если бы не она, эта история закончилась бы куда дольше и куда хуже.

Ночью он почти не спал. Сидел, смотрел видео, пил пиво и ждал утра. В шесть сорок он планировал выехать в аэропорт.

Около пяти утра он заметил, как во внутренний двор кондо заехал пикап иммиграционной полиции.

К шести он уже знал, что едут к нему.

Офицеры были вежливы. Он показал билет, документы, спокойно отвечал на вопросы. Его сфотографировали — много и с разных ракурсов, взяли анализы на наркотики. Результаты, разумеется, были чистыми: Иван Денисович был законопослушен до скуки, даже траву не курил, несмотря на её формальную легальность.

До восьми утра он ещё верил, что уедет в аэропорт.
К десяти стало ясно — рейс потерян.

Около половины одиннадцатого его повезли в иммиграционный офис. Там он подписал протокол и отправился в камеру предварительного заключения — ждать суда. Суд, как выяснилось, работает только по будням. Это означало выходные без сигарет, без прогулок и без понимания времени — в камере даже не было часов.

В понедельник суд закончился быстро. Штраф — две тысячи бат. Меньше, чем ожидалось. В аэропорту было бы вдвое больше.

После суда его перевели уже в изолятор иммиграционной службы — не тюрьму в классическом понимании, а место ожидания. Там сидели те, кто ждал депортации, окончания сроков или дальнейших решений.

Условия были неожиданно терпимыми: открытая камера, воздух, спальные места, душ, туалет, телевизор. После полицейского КПЗ это выглядело почти как апгрейд. Контингент — международный.

За несколько дней Иван Денисович познакомился с разными людьми.

Двое отсидели за организацию подпольного казино. Заплатили по сто тысяч бат, чтобы просто попасть в IDC в Бангкоке. Что было дальше — никто толком не знал, но ходили слухи, что сейчас даже с деньгами люди могут ждать месяцами.

Владелец сети каннабис-шопов сидел из-за того, что его сотрудник торговал вейпами из-под полы. Семьдесят тысяч — и тот же маршрут.

Любитель экстремальной езды пытался уйти от погони и сопротивлялся аресту. Сидел уже вторую неделю и, судя по всему, сидит до сих пор.

Ещё один мужчина сознательно жил на оверстее, попал в ДТП, сбил пешехода — не по своей вине. Суд встал не на его сторону. Год тюрьмы. Три месяца ожидания. Он уехал за день до Ивана Денисовича.

Сам Иван Денисович оказался там после суда, в понедельник днём. С ним сразу поговорили: что делать дальше, сколько это стоит и как вообще всё происходит.

Деньги больше никто не просил.
Начались качели.

— Завтра.
— Завтра.
— Завтра.

https://imgflip.com/i/ag1wvb

Это напоминало мем из «Футурамы»: «Заткнись и возьми мои деньги», но без возможности сказать вторую часть.

В среду вечером ему сказали быть готовым к семи утра. Он был готов. Подписал бумагу. Услышал фразу:
— Сегодня выйдешь.

В четверг он не вышел.

Вот тогда злость впервые стала ощутимой. Он попросил телефон, сказал, что готов заплатить прямо сейчас. Телефон принесли. Билет выбрали. Деньги ушли.

В пятницу он был свободен.

Из бонусов: в IDC был смарт-телевизор. У одного из сокамерников Instagram оказался без двухфакторной защиты, и с помощью пульта, латиницей и терпением они иногда выходили в внешний мир. Телефоны, разумеется, выдавали только под присмотром и по делу.

Отдельно Иван Денисович был благодарен Вере Павловне. Она ездила к офицерам, пыталась договариваться, была с ним в суде, держала связь и просто не давала ему сорваться. В тот самый четверг утром, когда ему снова сказали «завтра», она спокойно сказала:
— Завтра — значит завтра. Сегодня главное всё закрыть.

Она оказалась права.

Часть пятая. Пять лет

Ситуация Ивана Денисовича, как выяснилось, была в некотором смысле уникальной. Из всех людей, с которыми он успел познакомиться, только его кейс позволял избежать отправки в IDC в Бангкоке. Остальных либо ждали камеры на Пхукете, либо перелёт в столицу — уже с другими перспективами и сроками.

По дороге в аэропорт он поинтересовался у офицеров, как сейчас вообще перевозят людей в Бангкок. Оказалось, что вполне цивилизованно — самолётом. Истории про грузовики, больше похожие на армейские, оказались легендой.

В аэропорту всё происходило по отдельному маршруту. Через проход, которым обычно пользуются пилоты, бортпроводники, дипломаты — служебный коридор, название которого он так и не запомнил. Для этого потребовался бумажный посадочный — электронный не подошёл.

Дальше — стандартная процедура. Его передали другому офицеру, несколько раз попросили подойти к пустым окошкам для сканирования отпечатков пальцев, минут десять оформляли бумаги.

А потом прозвучало главное.

Запрет на въезд в Таиланд — пять лет.

Пять лет.
Пять.

Иван Денисович попытался спокойно объяснить ситуацию: коротко, без эмоций. Про семь лет жизни без проблем, про паспорт, про цепочку решений. Офицер слушал внимательно, кивал и в какой-то момент даже искренне посочувствовал.

Он сказал, что всё понимает. И что если бы Ивана Денисовича не арестовали, история закончилась бы штрафом за оверстей — четыре тысячи бат — и предупреждением. И больше никаких вопросов.

Но решение уже было принято.

Он также предупредил, что смена имени в новом паспорте не поможет. Как и «зелёные коридоры». Система запоминает не имя.

После этого его передали ещё одному офицеру — тому, кто должен был сопроводить на посадку. Рейс задержали. Офицер предложил перекусить. В ответ Иван Денисович предложил выпить пива.

Офицер вежливо отказался, но и возражать не стал.

Они сидели в кафе. Иван Денисович пил своё первое пиво за неделю. Офицер слушал историю, пытался подбодрить и говорил правильные, почти философские вещи:
что сейчас хорошее время для новых стран,
что мир большой,
что пять лет — не такой уж и срок.

Он сам жил на Пхукете пять лет. Меньше, чем Иван Денисович.

Так, за один месяц, из законопослушного жителя страны Иван Денисович превратился в человека с пятилетним запретом на въезд.
Из-за одного неверного решения — и одного странного, до конца непонятного случая с паспортом.

И только теперь стало окончательно ясно: даже если бы он поехал на бордерран 16 ноября, это лишь отсрочило бы неизбежное. Паспорт всё равно вышел бы из строя, и история повторилась бы уже в январе.

Вместо вывода

Эта история не про плохие решения и не про плохую страну.
И уж точно не про преступления.

Она про то, что система не обязана учитывать контекст.
Про то, что формально ты можешь быть прав, но фактически — уже нет.
И про то, что иногда достаточно одной мелочи, чтобы вся аккуратно выстроенная жизнь дала трещину.

Если есть один совет, который из этого следует, он простой и неприятный:
не откладывайте решения, которые выглядят временными.
В какой-то момент они перестают быть временными.

А пять лет…
Пять лет — это просто срок.
История, как выяснилось, длиннее.

P.S.: Первый пост тут, с оформлением плохо знаком, надеюсь все получилось красиво.
P.P.S.: Если повествование пришлось по душе, могу рассказать еще историй про Таиланд.

Ключевые роли в формировании цифрового профиля занимают такие международные агрегаторы как: Refinitiv, LexisNexis, Dow Jones, ComplyAdvantage и AML Watcher. Именно их базы данных используют государственные органы, банки и организации по всему миру как для проверки своих клиентов (KYC), так и для их оценки соответствия санкционному законодательству и требованиям по противодействию отмыванию денег (AML).

Формально на таких агрегаторов возложена обязанность уведомлять лиц об обработке их персональных данных. Однако на практике агрегаторы редко исполняют эту обязанность, ссылаясь на предусмотренные законодательством исключения. В результате многие лица даже не подозревают, что в отношении них хранятся данные и сформировано досье.

Почему важно проверять наличие информации в базах данных

Агрегаторы автоматически собирают и включают сведения в профиль на основе открытых источников – от официальных реестров и СМИ до блогов и желтой прессы, поэтому нередко содержат ошибки и неподтвержденные сведения. Наличие спорных сведений в подобных базах может повлечь ряд неблагоприятных последствий, включая:

• Сложности с получением иностранной визы, вида на жительство или гражданства;

• Отказ в открытии счетов как самому физическому лицу, так и компаниям, которые оно контролирует;

• Дополнительные проверки при переводах денежных средств;

• Затруднения при прохождении комплаенс-процедур;

• Одностороннее прекращение обслуживания в банках и иных организациях;

• Сложности с созданием компаний в иностранных юрисдикциях.

Что можно сделать с профилем

Действующее регулирование в сфере защиты персональных данных предоставляет лицу права, которые позволяют добиваться изменения или удаления сведений из профиля, в частности:

• право на удаление недостоверной информации;

• право на уточнение и/или корректировку данных;

• право на прекращение обработки персональных данных в случае её незаконности.

Чтобы реализовать эти права, необходимо направить агрегатору запрос с юридическим обоснованием. Такие обращения помогают изменить содержимое досье. Например, за последнее время нашей команде удалось добиться удаления из досье записи о наличии человека в базе Интерпола. В другом случае удалить недостоверную информацию, которая попала в профиль из-за совпадения имени с другим человеком, а также исключить ссылки на источники, из-за которых лицу ошибочно присвоили статус SIP (лицо, представляющее особый интерес).

Подобные статусы, как SIP, PEP (политически значимое лицо) или лицо, связанное с санкциями, часто присваиваются на основе устаревших, неполных или просто неверных данных. На практике встречаются случаи, когда человек длительное время не занимает публичную должность или не входит в органы управления компании, находящейся под санкциями, однако отметка о PEP или о статусе лица, связанного с санкциями, в досье сохраняется. Тем не менее это не лишает возможности добиваться пересмотра статуса вплоть до его исключения из досье.

Кому особенно важно проверять свой цифровой профиль

• заявителей на визы, виды на жительство или гражданство в иностранных юрисдикциях;

• специалистов, претендующих на работу за рубежом или в международных компаниях;

• владельцев иностранных банковских счетов;

• предпринимателей с зарубежными активами или бизнесом;

• лиц, планирующих открыть счет или провести сделку за рубежом;

• инвесторов, взаимодействующих с иностранными финансовыми институтами;

• публичных лиц, блогеров и иных медиаперсон с международной деятельностью.

Проверка своих данных в базах агрегаторов — важная превентивная мера, поскольку недостоверные сведения в цифровом профиле могут привести к ряду негативных последствий. Положительный опыт показывает, что даже если в профиле уже есть ошибки, их можно исправить, и чем раньше этим заняться, тем выше шанс избежать негативных последствий.

Если у вас возникли вопросы, хотите что-то обсудить или требуется какая-либо помощь, вы можете связаться со мной, перейдя по ссылке.

Теперь внимательно читаем следующую строку: эмиграция не решит всех проблем просто самим фактом произошедшего. Это инструмент, который позволяет конкретно Вам что-то изменить в своей жизни и жизни семьи. Страны запада не являются Валинором, тут надо работать, даже пахать. Здесь нет поней и единорогов, люди живут по разному и бывает всякое. Переезд в западную страну - не гарантия автоматического повышения уровня жизни. Да, тут в среднем живут лучше, чем в развивающихся странах, особенно если взять какую-то конкретную профессию типа учителя или врача, но где гарантия, что вы попадете в средние цифры? Не надо бросаться в крайности: ни в сторону излишнего оптимизма, ни в сторону излишнего пессимизма. Не надо штурмовать Ларс на велике с 200 долларами в кармане, это глупо, если только Вы не бежите от смертельной опасности. Но и не надо быть вот этой уточкой:

Мой случай условно успешный ровно потому, что я джва года планировал этот перезд на своем короване. Я знал куда, зачем и для чего еду. Я даже район выбрал заранее. Мне в комментариях попался чувак, который жаловался, что его ребенка в Британии определили в плохую школу. Как оказалось, он просто не подал заявление - и его распределили по остаточному принципу. Виновата ли тут страна? Надо же понимать, как что работает перед тем, как ехать. А если не понимаешь, то спросить. Язык до Лондона доведет и вот это все.

Возвращаемся к Британии. Последняя крупная волна миграции из РФ пришлась на 2022-2023. Тут просто вся запрещенная социальная сеть пестрела сообщениями в стиле "чо как куда зачем", группа "мамы Беркшира" выросла, много было вопросов про школы, крайне активизировалась группа Ипотека ЮК, ну и все остальное. После этого активность пошла на спад. Сейчас уже все поутихло. Примерно в то же время к власти пришли лейбористы и начали свою программу ограничения иммиграции (для всех, не только для россиян), так что гайки завинтили. И продолжают завинчивать в виде новых законопроектов. Заехать сюда было можно и тогда, и сейчас. Препон конкретно русским не ставят. Но что будет в 2026-2027 - совершенно непонятно.

Пока опции для знающих язык (без учета брака с британцем или британкой) выглядят так:

I. Виза квалифицированного работника. ПМЖ через 5 лет. Основным (и весьма сложным) способом иммиграции является рабочая виза - Skilled Worker visa и похожая на нее виза работников здравоохранения. Чем она хороша? В ней все очень прозрачно. Если работодатель имеет разрешение на найм иностранного специалиста и Вы ценный специалист, который ему нужен, то визу Вам дадут с высокой долей вероятности, если только вы не судимый, не террорист или у вас не запущенная форма туберкулеза. Как сказал мой миграционный адвокат, в его практике визу дают всем при выполнении понятных, четких, обозначенных заранее условий. Проблема в том, что далеко не все работодатели имеют разрешение на найм (оно стоит денег и гемороя) и далеко не все соискатели имеют квалификацию, чтобы получить работу. А если этого нет, то и на визу смысла подаваться ноль. Условный маляр, автомеханик или токарь не получат визу, потому что либо их в списках необходимых профессий нет, либо работодатель должен доказать, что он искал-искал в Британии на эту должность человека, но никого не нашел. То есть провел собеседования, опубликовал вакансии в нескольких местах, но либо не было откликов, либо все объективно провалили это самое собеседование: например пришел маляр, у которого нет ручек и ножек. Чем он красить то будет? А остальные вообще не пришли. Поэтому работодатель прямо вынужден нанять иностранца. Сами понимаете, что маляров в Британии хватает. Не хватает сиделок, врачей и айтишников. Более того, работодатель должен платить такому вот иностранному спецу не менее определенной суммы, а она может быть высока. Для всех профессий она разная, но как правило равна или выше средней по отрасли. Например, чтобы нанять меня сейчас, ему пришлось бы платить мне порядка 90К фунтов в год или больше. Это неплохой заработок для Британии, поэтому соискателей внутри страны будет довольно много. Поэтому мне сейчас пришлось бы тяжело в конкуренции с местными. Раньше было проще.

Там естественно есть "система скидок" для зарплат, то есть работодатель может платить мигранту меньше, что сильно повышает шансы выиграть конкуренцию с местными, все есть по ссылке указанной выше. Основные скидки:

а) для молодых ученых. Британия - это как голодный зомби. Ей нужны мозги.

б) для мед работников. Продолжительность жизни высока, за стариками надо ухаживать. Под них есть тип визы, упомянутый выше, это виза для работников здравоохранения и ухода (то, что некоторые презрительно именуют работой по замене памперсов у бабок в деменции. Из песни слов не выкинешь, многие приезжают работать сиделками, но есть и позиции докторов, хирургов, фармацевтов и т.п.). Работодатель должен быть одобрен правительством. Естественно, местный минздрав (NHS) государством одобрен.

Рабочая виза и виза работников здравоохранения подразумевают возможность привезти с собой семью. И члены семьи как правило могут работать на любых работах. Это важно.

II. Виза таланта. ПМЖ через 5 лет. Более неоднозначный и интересный путь это global talent visa. Чтобы ее получить, надо быть светилом в определенной сфере. Самый прямой путь - выиграть в какой-то конкретной номинации, указанной на сайте. Это наука, культура или цифровые технологии. Другой путь - это получить подтверждение того, что ты состоявшийся талант или развивающийся талант у правительства. Тут явный акцент на то, что талантливый айтишник или научный деятель с публикациями, значимыми проектами и т.п., заполнив анкеты и указав, в чем его достижения, может получить визу и без выигрыша в конкретной номинации. Я слышал об айтишниках, которые получили эту визу просто путем перечисления своих интересных инновационных проектов, номинаций и наград, не входящих в список одобренных, чтения каких-то там вебинаров, написания статей и т.п. Говорят, что работники балета тоже такую визу получают. По крайней мере, я совершенно точно видел русских балерин в Лондоне (красивое!). Прикол в том, что работать Вы на этой визе можете в любом месте, а не только в организациях, которые имеют право на найм. Это огромный плюс. Меня вон держали в анальном рабстве несколько лет по рабочей визе. Работу в этом случае менять можно, но только внутри пула компаний с правом найма мигрантов, а их не так много. С визой таланта можно привезти с собой семью. Члены семьи как правило тоже могут работать на любых работах. Лично я в эту визу бы не пошел, потому что особых талантов у меня нет. Но для молодого перспективного ученого, айтишника или деятеля культуры шансов достаточно. Минус в том, что не очень понятно, как там тебя будут оценивать в Home Office, ведь достижения и таланты - штука довольно субъективная. Будет ли карьера в театре Омска достаточной, чтобы получить визу? Или нужен Большой театр? Будет ли 3 проекта достаточно для айтишника или нужно 8? Сможет ли Штык из ДМБ получить визу за свою игру в изумительной эротической сцене в склепе? Или в почете будет оскароносный Бомба за роль вепря? Эти и другие вопросы будут рассмотрены в посте "а хрен его знает".

III. Виза инноватора. ПМЖ через 3 года. Одна из лучших виз, если у вас есть и бабки, и идеи (ну или бизнес опыт). Вы должны организовать какой-то новый необычный бизнес в Британии, и его должен одобрить комитет в правительстве. Самый смак в том, что надо всего 3 года пробыть в Британии до ПМЖ, что делает этот путь самым быстрым. Можно привезти всю семью, члены семьи как правило могут работать на любых работах, но с такой визой это не особо нужно. Для тех, у кого есть бизнес-опыт и средства, это самый простой и быстрый путь. Сейчас, будь я в России с желанием уехать конкретно в Британию, я бы наверное попытался именно с этой визой проскочить. Понятие инновации у всех свое. Хотите вот вы зубров разводить? Или производить новый вид топлива на основе торфа? Или разрабатывать решения для увеличения биоразнообразия вересковых пустошей? Можно просто смириться с денежными потерями на 3 года. Бизнес не обязательно должен быть супер прибыльным. Главное, чтобы он был новым, необычным и инновационным.

Есть ли другие визы? Да, конечно. Но не все дают право на ПМЖ через 5 лет. Например, виза студента - это про образование. Да, вы будете жить в Британии, пока учитесь, но что потом? Можно приехать как сельхоз рабочий, но опять таки, вам заплатят чуть больше миллиона рублей за полгода, а потом на выход, остаться нельзя. Поэтому здесь я их не рассматриваю. Цель любой иммиграции по мне это получение статуса ПМЖ или гражданства. Иначе какой смысл?

Итого:

1) если квалификация низкая или средняя, то в теории можно уехать как мед работник низшего звена (сиделка, санитар). Будут вопросы и проблемы, потому что не всем визу дадут, есть граница по минимальной оплате. Денег мало, ПМЖ через 5 лет, работа сложная и грязная. Пособий 5 лет не платят, жилья в первые 5 лет не дадут. Ну и зарплата сиделки не так велика, чтобы жить нормально. Не лучший способ, честно говоря. Это вот прям выживать. Зато через 5 лет ситуация быстро выправится ввиду значительного пакета соц поддержки, выдачи бесплатного жилья и смены работы. Тут все честно: пять лет батрачишь на государство, потом государство помогает. Есть потенциальный бонус в том, что если один их супругов получает эту визу, то второй может работать где угодно. Такой вот парадокс. Второму специальный работодатель с разрешением не нужен. Итого муж - условный сантехник на 35-40К (работники руками в целом получают норм), жена сиделка на 25К, с одним-двумя детьми могут относительно неплохо жить, особенно на севере. Квартирка на 3-4 комнаты, скромный авто типа Тойоты, отпуск в Турции максимум. Не фонтан, но нормально. Понятно, что айтишнику или финансисту нет смысла в это вписываться. Я не знаю ни одного человека из России, который бы так переехал, думаю, что на это есть причины. В больницах из работниц я в основном вижу всяких азиаток типа таек или филиппинок. Видимо, им норм. Такой метод подойдет тем, у кого в теперешней стране проживания не особо все хорошо в плане перспектив (нет жилья, нет образования, низкий доход, депрессивный регион) и кто хочет обменять тяжелый физический труд на приемлемый уровень жизни западной Европы.

2) Если квалификация высокая, есть некие умения и знания, но нет больших денег, то это либо виза таланта, либо рабочая виза, либо виза для здравоохранения на позицию доктора, фармацевта и т.п. У каждой есть свои плюсы и минусы. Наиболее прозрачная виза - это рабочая. Я там выше указывал доходы для различных профессий. Каждый может посчитать, хватит ему или нет. Но в целом получать вы будете не меньше, чем средний британец на этой же должности, а то и больше. Здесь перспективы хорошие, особенно если переезд до 35. Можно успеть выработать стаж, получить пенсию, купить как минимум одно жилье и устроить детей в ВУЗ. Совершенно все мои приятели и друзья из России, а также коллеги иммигранты из других стран приехали сюда по пути рабочей визы. Такой путь подойдет профессионалам, которые хотят скучного однообразного жития западного среднего класса с понятной песрпективой, понятной пенсией, понятной карьерой, соц гарантиями и т.п. Я бы сказал, что это стиль жизни "анти-движуха". Мигранты этого типа будут главными зарабатывателями в семье, их супруги могут устроиться на средние позиции по желанию или необходимости. Я знаю семью. где муж инженер с высоким окладом, а жена препод. Учит в хорошей школе, получает свои 40К плюс репетиторствует.

3) Если у вас есть денежки и некое понимание бизнеса, то это совершенно точно виза инноватора. Да, какие-то вложенные деньги вы, скорее всего, потеряете, но паспорт за эти деньги сильный. Зависит от бизнеса, конечно, но существующие программы "паспорт в обмен на инвестиции" в какое-нибудь карибское государство на мой взгляд хуже. Там точно будут 250К невозвратных "инвестиций", в Британии потенциально будут невозвратные убытки, но результат очень разный. Плюс все происходит достаточно быстро. Британский паспорт в этом плане ничем не хуже других вариантов. Такой путь подойдет людям с деньгами, которые хотят сильный паспорт на всякий пожарный. Знаю чувака, который продал какие-то АйТи стартапы в РФ, купил дом в соседней деревне за лям с гаком и "занимается собой". Чего-то он там развивает в сфере информационных технологий, но я даже таких слов не знаю. Проживет 3 года, получит гражданство и возможно поедет еще куда-то, а может вернется в РФ. Ему в целом ни пенсия не нужна, ни работа. Для него это тихая гавань и возможность ездить, куда надо без визы, а также иметь страну из белого списка, где можно открывать счета.

Стоит ли ехать в Британию сейчас? До принятия закона о десятилетнем стаже для получения ПМЖ - это не самый плохой вариант. Не лучший, т.к. есть страны более простые для иммиграции, где в целом не хуже живется, но точно заслуживает внимания. 5 лет можно подождать. С теперешним завинчиванием гаек, держа в голове потенциальное увеличение срока получения ПМЖ до 10 лет, я скажу так: британский паспорт не стоит десятилетнего ожидания. Паспорт хороший, путешествовать можно, но 10 лет? Лучше уж в Швейцарию или Австрию податься: там паспорта не слабее, а уровень жизни выше. Да, тут высокие доходы и относительно неплохой уровень жизни, но в условных Нидерландах не хуже. Выбирать надо крайне вдумчиво и конкретно под свои обстоятельства. Если все дело в языке, то вариант Австралии, США, Канады, Новой Зеландии и т.п. совершенно точно заслуживает рассмотрения. Не Лондоном единым, как говорится. Помните, что большинство богатых чуваков сюда едут не зарабатывать, а оптимизировать налоги.