Серия «Киномания»

Главная женская роль стала настоящей головной болью. На пробах пересмотрели около пятисот кандидаток — от Анастасии Вертинской до Ларисы Голубкиной. Никто не подходил. Спасла ассистентка Гайдая, случайно оказавшаяся в Одессе на съемках «Формулы радуги». Там она заметила юную циркачку Наталью Варлей, которая играла медсестру. Варлей была эквилибристкой Московского цирка и понятия не имела о большом кино.

На пробах 13 апреля 1966 года ее экранным партнером стал Герман Качин. Худсовет утвердил Варлей почти сразу. Позже, на съемках, когда нужно было изобразить искренний смех, у Варлей ничего не выходило. Тогда один из членов съемочной группы задрал майку и показал свой живот — девушка расхохоталась так, что дубль сняли с первой попытки.

Шприц «Жане» и страх Моргунова

Сцену с уколами придумал сам Никулин. Он рассудил: если двум персонажам делают обычные уколы, Бывалому нужно вогнать что-то гигантское. Из цирка принесли шприц с французским названием «Жане». Моргунов запаниковал: «Нет, колоть не будем, у меня семья». Хитрость была в том, что под актером установили табуретку без сиденья с подушкой, а игла входила именно в подушку. Под табуретом лежал Никулин и по команде Гайдая рукой в перчатке поворачивал шприц, создавая иллюзию покачивания. Эпизод переснимали семь раз.

Как рождалась «Песня о медведях»

Композитор Александр Зацепин написал несколько мелодий в Доме творчества и одну пометил как потенциальную песню. Гайдаю она категорически не понравилась. Зацепин обиделся, пошел к Пырьеву и написал заявление об уходе. Пырьев порвал бумагу и отправил композитора в Алушту разбираться на месте. В гостиничном холле Зацепина и поэта Леонида Дербенева встретила троица. Вицин, Никулин и Моргунов неожиданно запели ту самую отвергнутую мелодию и бросились поздравлять авторов. Гайдай продолжал сердиться, но после того как оба сценариста горячо поддержали песню, уступил. Позже публично признает, что ошибался.

Наташа Варлей против ледяной реки

Сцену спасения Шурика из горной реки снимали в августе под Сочи в ледяной воде Мзымты. Гайдай категорически запретил Варлей прыгать — решили снять дублершу на общем плане. После третьего дубля с подменой Варлей подошла к режиссеру: «Я всё делаю сама и прыгать буду тоже сама. Я не боюсь ни камней, ни холодной воды». Ей разрешили. После дубля — растирание спиртом и одеяло. Оператор заметил капли воды на объективе и попросил переснять. Варлей прыгала снова. В картину вошел первый дубль.

Моргунов сорвался: конец великолепной троицы

Евгений Моргунов получал самую низкую ставку в троице — 25 рублей за съемочный день против 50 у Никулина и 40 у Вицина. Напряжение росло. Развязка наступила 2 августа. Моргунов явился на съемку с поклонницами. Гайдай потребовал убрать посторонних с площадки. Моргунов взорвался, едва не бросился на режиссера с кулаками. Гайдай на глазах у всех вычеркнул все не снятые сцены с участием актера и приказал отправить его в Москву. В оставшихся эпизодах Бывалого снимали со спины с дублером. Великолепная троица распалась навсегда.

Почему Саахов не стал Сааковым

Готовый фильм ждал новый удар. На «Мосфильме» потребовали сменить фамилию Саахову, потому что секретарем парторганизации студии был товарищ Сааков. Переозвучание грозило огромными затратами. Спас ситуацию Юрий Никулин. Он пришел на прием к министру культуры Екатерине Фурцевой. Та позвонила директору студии и спросила, что там у них с переозвучанием. Перепуганный директор ответил, что никаких изменений не будет.

Но главное чудо случилось позже. Фильм не понравился высокому начальству из Госкино. Один из руководителей заявил: «Эта антисоветчина выйдет на экран только через мой труп». Однако на выходные ленту попросил Леонид Брежнев. Генсек посмотрел, посмеялся и позвонил в Госкино с благодарностью. В понедельник тот самый чиновник, грозившийся лечь костьми, целовал сценаристов. Фильму дали первую категорию и выпустили на все экраны.

Итог

«Кавказская пленница» стала первым советским фильмом, взявшим планку в 76,5 миллиона зрителей. Ни один режиссер до Гайдая не собирал такой кассы. За эту победу заплатили распадом троицы, ледяными ваннами и испорченными нервами, но результат того стоил. А тост про птичку до сих пор помнят все — даже те, кто родился через десятилетия после премьеры.

Кеосаян и новый сценарист Сергей Ермолинский изрядно перекроили оригинал. Вместо троицы героев стало четверо. Из повести убрали негра Тома (в 60-е это был нежелательный политический акцент на порабощенной Африке) и китайчонка (с Китаем мы как раз разругались). Их место занял романтичный цыган Яшка — аполитичный артист, метко стреляющий и отплясывающий «цыганочку». Кстати, в первом варианте сценария Яшка в конце погибал, но позже смерть переписали на Ксанку, а потом и вовсе всех оставили в живых.

«Почему Буденный слишком приземленный?»

Фильм снимался под жестким контролем сразу двух инстанций: худсовета объединения «Юность» и Комиссии по литературному наследию Бляхина. Последние были в ярости. Им не нравилось всё: замена имен, введение цыгана, аполитичность. Они писали гневные письма на «Мосфильм», но Кеосаян на замечания реагировал в духе «я художник, я так вижу». Он уже имел опыт войны с начальством на «Стряпухе», где ему влепили партийный выговор за развязное поведение — тогда режиссер заявил худсовету, что «никто, кроме него, не видит будущего фильма, и он продолжит снимать как хочет».

Не меньше критики досталось и уже отснятому материалу. Члены комиссии требовали выкинуть Бубнового куплетиста Бубу Касторского как «лишнего городского персонажа» и заменить Буденного на командира рангом пониже. Сценарий штормило, но Кеосаян уперся. Буденного оставил, сыграл его Лев Свердлин. Правда, финальный вердикт коллегии Госкино был убийственен: «Бытовое, нарочито «приземленное» решение образа Буденного плохо сочетается с романтической атмосферой фильма». Сцены с конармейцами пришлось безжалостно резать, потому что от них веяло «размагниченностью» вместо суровой романтики.

Как «И-го-го» спасло дубль

На роль Лютого после долгих проб (был вариант даже с Ефимом Копеляном, но его сочли «слишком пожилым и достоверным») взяли Владимира Трещалова. Его, кстати, нашел на территории «Мосфильма» друг Леон Кочарян. Артист играл в баскетбол и был в спортивных трусах, когда его затащили на кинопробы.

Большинство трюков в фильме выполняли сами подростки или каскадеры. Но без эксцессов не обходилось. Витя Косых, игравший Даньку, описывает съемки сцены прыжка с крыши в седло как настоящий цирк:

«Звучит команда: пошли! Прыгает Лютый — все хорошо. Прыгаю я, и в это время конь отходит в сторону. Сигаю мимо седла… Еще дубль. Мы опять бежим по крыше. На сей раз обе лошади срываются с места. Лютый прыгает на землю, а я… ему на плечи. Хорошо, что Лютый обладал чувством юмора. С криком «И-го-го!» он проскакал со мной на плечах «круг почета».

Спасли эпизод местные мальчишки, которые своим криком заглушили топот ног по крыше и обманули пугливых коней.

Горящий мост и кефир на морковке

Трюковая школа в СССР была еще слаба. Как с горечью замечал сам Кеосаян: «Кроме подсечки лошадей, у нас ничего не умеют». Всего в фильме было 43 трюка. Подсечки, завалы, прыжки с поезда на поезд — техника безопасности сплошь и рядом давала сбои. За время съемок в Новой Каховке погибли две лошади из-за неудачных трюковых подсечек. После второго инцидента съемки останавливали.

А вот эпизод с горящим мостом через реку снимали без дублеров. Рядом построили макет моста, подожгли и засекли время — 34 минуты. Решили рискнуть, но престарелого актера Николая Каширина (машинист) поберегли. За реверс встал сам Кеосаян и несколько часов гонял паровоз туда-сюда. Мост рухнул аккурат после того, как состав проскочил опасный участок.

Тем временем Миша Метелкин (Валерка) боролся за право сниматься с помощью гастрономии. Когда Кеосаян впервые увидел его, то сказал: «Ростом мал. Приходи, когда подрастешь». Отец Миши, служивший в армии Буденного, посоветовал сыну есть морковку со сметаной. За короткий срок мальчик вытянулся на 7 сантиметров и был утвержден на роль.

«Какая пошлость!» и другие ночные откровения

Автором слов романса «Ночь прошла», который поет белокурая Жази (Инна Чурикова), был сам Эдмонд Кеосаян. Говорят, он сочинил его глубокой ночью на тумбочке в своей крохотной комнате в 4-м Ростокинском переулке. Разбудил жену, чтобы похвастаться. Та, выслушав, вынесла вердикт: «Какая пошлость!». Романс, как мы знаем, дожил до премьеры и ушел в народ.

Кстати, сам фильм изначально мог называться иначе. Конкурс на новое название выиграли сами юные актеры — Витя Косых и Миша Метелкин. Это они предложили заменить «Красных дьяволят» на «Неуловимых мстителей».

Итог

За почти 9 месяцев работы ребята-актеры получили чуть больше 600 рублей. Для сравнения: Владимир Трещалов заработал 1173 рубля. Валя Курдюкова (Ксанка) купила на гонорар стиральную машину маме и магнитофон «Яуза» себе. Успех был оглушительный. Одну девочку, написавшую Вите Косых, что она посмотрела фильм 50 раз, никто не упрекнул в праздности — это была норма для советского подростка 67-го года. А продолжение, как мы знаем, не заставило себя ждать, но это уже совсем другая история.

«Иван Васильевич меняет профессию» — это не просто комедия, это машина времени, которая перенесла советского зрителя из эпохи застоя в мир чистой эксцентрики. 60,7 миллиона зрителей, разобранные на цитаты диалоги, песня «Звенит январская вьюга» под гитару во дворах. Но мало кто знает, что фильм мог выглядеть совершенно иначе: без Шурика с его дурацкой улыбкой, с Никулиным в роли Ивана Грозного и с десятками сцен, которые цензоры безжалостно вырезали. Посмотрите, как рождался шедевр, который изменил всё.

Почему не Никулин и при чём тут Рязанов

Еще в конце 60-х Гайдай пытался экранизировать булгаковский «Бег», но чиновники завернули проект. Второй заход на классика случился в начале 70-х, и на этот раз выбор пал на комедию, которая вращалась вокруг машины времени.

Удивительно, но незадолго до старта съемок к Гайдаю пришел Эльдар Рязанов. Он предлагал взять постановку совместной советско-итальянской комедии «Невероятные приключения итальянцев в России» — сулили поездку в Италию, валюту, мировую славу. Гайдай отказался. Ему был важнее «Иван Васильевич».

Он планировал, что главную роль — царя и управдома Бунши — сыграет Юрий Никулин. Но «Союзгосцирк» наотрез отказался отпускать артиста на полгода. Гайдай страшно переживал. В итоге на роль взяли Юрия Яковлева, с которым режиссер до этого никогда не работал. В паре с ним должен был играть Андрей Миронов (Жорж Милославский), но спор за роль выиграл Леонид Куравлёв. Так случайно сложился актерский ансамбль, который теперь кажется единственно возможным.

Балконная афера и лысый парик

Съемки проходили летом и осенью 1972 года. Натурные эпизоды снимали в Ростове-Ярославском, Кремль которого на время превратился в декорации XVI века. Местные музейщики стойко терпели бесконечные проезды конницы с бердышами, а после окончания работ попросили подарить им пару красных кафтанов и топориков — чтобы встречать иностранных туристов хлебом-солью в аутентичном антураже.

А вот в Москве съемки едва не обернулись трагедией. По сценарию, героиня Натальи Крачковской — жена Бунши Ульяна Андреевна — замечает на соседнем балконе «мужа» и должна перелезть через перила. Актриса панически боялась высоты и наотрез отказалась. Гайдай пошел на хитрость: сказал, что внизу будет страховочная люлька. Крачковская глянула вниз, люльки не обнаружила, от страха едва не сорвалась. Хорошо, рядом стояли люди и успели подхватить ее уже соскальзывающее тело. Эпизод с перелезанием в фильм так и не вошел.

Что вырезали: котлеты царя и «Гитлер капут!»

Меньше всего повезло политическим и бытовым шуткам. Цензоры прошлись по фильму с особой тщательностью, вырезав 177 метров пленки. Среди утраченного:

• Эпизод, где Иван Грозный жарит на кухне котлеты — посчитали слишком бытовым для государя.

• На приеме послов Бунша должен был провозглашать «Мир и дружба», но в итоге кричит «Гитлер капут!».

• Фраза Бунши «За чей счет этот банкет?» и честный ответ «Народ, ваше величество» — эту крамолу заменили на безобидное «Во всяком случае, не мы».

• Реплика Бунши после просмотра фильма Якина: «Соберите завтра творческую интеллигенцию. Я вами займусь» — вымарали, чтобы не злить реальную интеллигенцию.

Интересно, что в прокате 1973 года фильм занял лишь 3-е место, собрав 60,7 млн зрителей. А в опросе журнала «Советский экран» он вообще оказался на 11-й позиции. Первые места заняли идеологически безупречные картины. Читатели словно стеснялись признаваться в любви к откровенной буффонаде, пока чиновники считали сборы.

«Ляпота» и песня под гитару

В павильоне «Мосфильма» построили грандиозный комплекс на 1428 квадратных метров, где разместились сразу 16 объектов: от квартиры Шурика с машиной времени до царских палат. Лифт, в котором застревает Иван Грозный, параллельно использовали для съемок «Большой перемены».

А песню «Звенит январская вьюга» пришлось доснимать отдельно — в марте 1973 года, в Ялте. В кадре Наталья Селезнёва (Зина) поет на берегу моря. Зритель не замечает, что эпизод доснимали экстренно из-за брака пленки.

Итог

Сам Гайдай признавался, что в этой работе довел свой стиль «до блеска и изящества». Фильм стал вершиной его эксцентрической трилогии, начатой «Операцией «Ы» и продолженной «Кавказской пленницей» и «Бриллиантовой рукой». Несмотря на цензурные ножницы и козни прокатчиков, «Иван Васильевич» выжил и стал бессмертным. А фраза «Танцуют все!» навсегда осталась лучшим приглашением на праздник.

«А почему Бендер — грузин?»

Поиск актера на главную роль — настоящий триллер. Гайдаю нужен был полный антипод Сергею Юрскому из «Золотого теленка». Ассистенты прошерстили весь «Мосфильм», пересмотрев более 20 кандидатов: от Андрея Миронова и Владимира Высоцкого до Никиты Михалкова и Муслима Магомаева. Магомаев, кстати, отказался сам, так как недолюбливал роман. Высоцкий дал согласие, но прямо перед съемками ушел в запой.

В итоге пошли на отчаянный шаг — начали снимать с Александром Белявским. На стартовой вечеринке Гайдай решил разбить бутылку шампанского «на удачу». Бутылка не разбилась. Режиссер расстроился: «Чувствую, горя хлебнем». Через девять дней съемки остановили: артист Филиппов (Киса) выглядел фактурнее Белявского, воровать гарнитур с таким напарником было несолидно.

В отчаянии Гайдай вспомнил про Арчила Гомиашвили. Тот еще осенью гастролировал в Горьком с эстрадным спектаклем «Золотой теленок», где играл Бендера. Гайдай пришел и обалдел от игры. Гомиашвили вызвали на студию, но тот, увидев очереди из звезд, психанул и ушел: «Лысый, неформат, ничего не светит».

Когда начальство на «Мосфильме» все же утвердило его, грянула новая напасть. Арчила повезли в Госкино к зампреду Баскакову. Тот, нахмурившись, спросил: «Почему роль Бендера играет грузин?». Находчивый режиссер Григорий Чухрай выкрутил ситуацию: «Папа у Остапа — турецкоподданный, а мама? Мама вполне могла быть грузинкой!». Начальство посмеялось и дало добро. А Гомиашвили прямо перед съемками еще и кандидатом в члены КПСС стал — в родной Грузии удивлялись, как такой человек до сих пор не в партии.

Кстати о драке. У Гомиашвили была бурная молодость. В 1948 году, будучи студентом Школы-студии МХАТ, он отметился в громком скандале. В гостинице «Националь» Арчил жестоко избил кавалера Людмилы Целиковской, повредив ему глаз. Спасла актера мама, которая каким-то чудом уговорила пострадавшего забрать заявление из милиции.

С кем советоваться? С женой отца Федора

Если с Бендером решали почти детектив, то кастинг на роль мадам Грицацуевой прошел куда проще. Гайдай перепробовал нескольких актрис, но не видел той самой «знойной женщины». И тут кто-то из группы сказал: «У вашего звукооператора Крачковского жена — то, что надо». Наталью Крачковскую позвали на пробы. Она страшно комплексовала, считая себя некрасивой. Гайдай посадил ее в кадр и внезапно скомандовал: «Повернись в профиль!». Под пышной формой скрывались внушительные размеры, что и решило исход дела. Хотя на озвучании ее голос чем-то не устроил редакторов, и знаменитая фраза «Зачем вы вымазали моего кота?» зазвучала чужим тембром. Сама Наталья Леонидовна утверждала, что ее все-таки оставили, но исследователи до сих пор спорят.

Где найти гамбсовские стулья? В Египте!

Чтобы снять фильм, нужно было найти тот самый гарнитур. Через газету «Вечерняя Москва» дали объявление: купим стулья мастера Гамбса. Москвичи не откликнулись. На Арбате нашли старушку с одним-единственным настоящим стулом, но та наотрез отказалась продавать его: «Память». Уговорили дать сфотографировать.

Выяснилась страшная вещь: в СССР не осталось краснодеревщиков, способных повторить такую работу. Единственные мастера нашлись в ОАР (Египте), которые славились мебелью «под старину». Направили запрос, заплатили валютой — и через несколько месяцев партия из 40 гарнитуров прибыла в Москву.

«Давай деньги!» и кран над пропастью

Натуру поселили в Рыбинск (Старгород) и Работки (Васюки). На Волге переименовали старенький пароход «Чичерин» в «Скрябин».

Отдельным квестом стали съемки на Кавказе. Эпизод с отцом Федором на скале снимали в Дарьяльском ущелье. Чтобы актер Михаил Пуговкин парил над пропастью якобы в погоне за гарнитуром, его закрепили на стреле операторского крана и поднимали высоко над обрывом. А колбасу, которую у него воруют концессионеры, по сюжету сожрали орлы, которых приманивали мясом, разложенным на площадке.

Погоню за деньгами в финале снимали там же. Гомиашвили бежал за грузовиком с туристами и дико орал: «Дэнги давай!». Режиссер подгонял статистов: «Дышите глубже! Вам смешно! Смейтесь!».

Итог

Гайдай и Гомиашвили разругались прямо на этапе монтажа. Когда актер увидел готовый материал, он остался недоволен, высказав режиссеру все в лицо. Они не общались несколько лет. Несмотря на это, получилось кино, которое хоть и уступило в цифрах «Кавказской пленнице» (всего 39 млн вместо 76), но прочно заняло место в золотом фонде, доказав — «Остап» может быть и таким. А заказывать реквизит пришлось иногда даже в Египте.

Сегодня это кажется невероятным, но «великолепная троица» — Трус, Балбес и Бывалый — могла выглядеть совершенно иначе, а сам фильм «Пес Барбос и необычайный кросс» мог вообще не состояться. Всё началось с провала, газетной заметки в «Правде», капризной собаки и найденного на чердаке старого фельетона. Давайте окунемся в историю рождения поистине культовой троицы советского кино.

Чердак, фельетон и мечта о Чаплине

В 1960 году Леонид Гайдай переживал провал своего фильма «Трижды воскресший». От новой историко-революционной темы он наотрез отказался: «Людям и так несладко живется, а тут еще я со своими печалями». В отпуске, в родительском доме под Иркутском, режиссер залез на чердак, битком набитый старой прессой. Среди журналов он нашел пожелтевший номер «Правды» со стихотворным фельетоном Степана Олейника «Пес Барбос». Сюжет — трое браконьеров глушат рыбу динамитом, а совестливый пес встает на защиту природы.

Гайдай, с детства обожавший Чарли Чаплина, Бастера Китона и Макса Линдера, загорелся: он снимет не просто сатиру, а немую эксцентрическую короткометражку. Благо, время подходило идеально: в советском прокате как раз был бум западных комиков. Идею приняли легко, благо на «Мосфильме» как раз создали Экспериментальную мастерскую комедийного фильма.

Почему Балбес — клоун, а Бывалый — не Жаров?

Собрать ту самую троицу было делом случая. Бывалого Гайдай хотел лепить из матерого Михаила Жарова, потом из Ивана Любезнова, но тут вмешался мэтр Пырьев и посоветовал никому не известного фактурного парня — Евгения Моргунова. На роль Труса без проб взяли Георгия Вицина, знакомого режиссеру по фильму «Жених с того света».

А вот Балбеса искали мучительно. Изначально им должен был стать гениальный Сергей Филиппов. Но он укатил на гастроли и вырваться на съемки не мог. Тогда Вицин рассказал Гайдаю, что видел в цирке на Цветном бульваре клоуна: «Потрясающий парень, похож на глисту». Так в павильоне оказался Юрий Никулин.

Никулин вспоминал первую встречу с удивлением. Он думал, что режиссер комедии обязан фонтанировать шутками. А перед ним стоял серьезный худощавый человек в очках и с чуть оттопыренными ушами. Но Гайдай взглянул на артиста и с ходу выдал: «Ну, Балбеса искать не надо. Никулин — то, что нужно». Все трое (Вицин, Никулин, Моргунов) позже получили народное прозвище ВиНиМор. Кстати, клички Трус, Балбес и Бывалый придумал сам Гайдай — в фельетоне герои были безымянными.

Война с собакой и «Козловский»

Главным врагом съемочной группы стал не холод и не гайдаевский перфекционизм, а пес Брех, игравший Барбоса.

Сцена погони с динамитом в зубах превратилась для актеров в стайерский забег на выживание. На первых дублях Брех ронял шашку. На вторых — убегал по своим делам в лес. На третьих — оборачивался на орущего дрессировщика. На восьмом дубле пес и вовсе положил дымящийся динамит у пенька и задрал лапу. Моргунов, задыхаясь, пообещал придушить животное сразу после команды «Стоп!». В тот день не сняли ни одного полезного метра.

Но Моргунов и сам был тем еще развлечением. Во время простоя мимо шли колхозники и увидели страшную картину: измазанный сажей Вицин в обгорелой одежде пел романс Ленского «Куда, куда вы удалились…». Моргунов на полном серьезе объяснил селянам, что это Иван Семеныч Козловский, у которого дача сгорела и он умом тронулся. Колхозники ахали и жалели «бедного артиста». А Моргунов цинично успокаивал: «Чего жалеть-то — он артист богатый, новую построит».

Гайдай в шкуре медведя и прыжки на яйца

У Гайдая было много безумных идей, которые в фильм в итоге не попали. Например, эпизод с медведем. Во время погони Трус забегал в шалаш в брюках, а выбегал в трусах. Следом из шалаша должен был выйти живой медведь с этими самыми брюками в лапах. Инженер по технике безопасности встал на дыбы: живой зверь — это слишком опасно и дорого. Тогда Никулин притащил из цирка чучело, внутрь которого залез сам Гайдай. Но на экране «медведь» выглядел очень фальшиво, и эпизод вырезали. Осталась только сцена с растерянным Трусом в семейных трусах.

Вырезали и трюк с яйцами. Троица по очереди прыгала с горки на шоссе, каждый раз чудом не попадая в старушку с корзиной яиц. Напряжение нарастало, но Балбес в итоге давил яйца только со второго захода — после того, как спокойно проходил мимо.

Снег, который испортил финал

Съемки заканчивались под дефицитное осеннее солнце. Группа ждала просвета целый день, чтобы снять финальный проход с тележкой. Едва Гайдай крикнул: «Стоп!», как небо затянуло и повалил густой снег. Режиссер схватился за голову: он вдруг придумал идеальный финал — Балбес сидит в тачке с палкой в зубах, как та самая собака с динамитом. Но снимать было уже поздно: смена закрылась, снег укутал всю технику.

Самогонщики: месть Рекса и опасный шар

Закрепили успех через год фильмом «Самогонщики». Но он едва не сорвался: Моргунов внезапно закапризничал и отказался сниматься. Пырьеву пришлось лично вызвать его «на ковер» и вставить пистон ради сохранения троицы. Моргунов вышел на площадку с гонором, заявив Гайдаю, что Пырьев тут ни при чем, а заставил его сам Бондарчук.

С животными снова не везло. На площадку вернулся старый знакомый — пес Брех. Увидев Моргунова, он зарычал, вспомнив старые обиды. Из-за настового льда на снегу Брех порезал лапы и категорически отказался носить тяжелый змеевик. Выручил Рекс — овчарка из группы ветродуя. Первым делом Рекс… покусал Моргунова. Артист был уверен, что это заговор Бреха.

Был момент, когда Никулин чуть не пострадал по-настоящему. Для съемок его закатали в снежный ком с пиротехническим зарядом внутри. Пиротехник переборщил со взрывчаткой. Рвануло так, что Никулин на мгновение потерял сознание и не мог выбраться из шара. К счастью, дубль пересняли с нормальной дозой пороха.

За неделю до конца Рекс пропал в лесу, увязавшись за местной собакой. Группа развесила объявления о вознаграждении, но пес исчез. К счастью, через несколько дней голодный и облезлый Рекс вернулся сам. Все бросились его кормить, и только Моргунов мстительно не дал псу курицу, сказав: «Ему и так хватит».

Итог

«Пес Барбос» занял всего 9 минут 40 секунд экранного времени, но покорил мир. Лента получила призы в Сан-Франциско и Лондоне, а права на показ закупили более ста стран. Но что важнее — на свет родилась формула идеального комедийного трио, которое мы знаем и любим до сих пор. А ведь если бы Гайдай не полез на тот чердак — не видать нам ни Труса, ни Балбеса, ни Бывалого.

Судьбу фильма решили журналистские расследования в газете «Правда». Там писали о контрабандистах, которые перевозили ценности в гипсе. Сценаристы Яков Костюковский и Морис Слободской мгновенно ухватились за идею. Так родился сценарий «Контрабандист» — про скромного экономиста Семена Семеновича, который по чистой случайности стал «живцом» с бриллиантами в руке.

Слухи о смерти и «метод Гайдая»

Съемки на юге обрастали легендами. В Адлере съемочную группу разместили в гостинице «Горизонт», а в подвале хранили реквизит. Там лежал муляж Горбункова из папье-маше, прикрытый простыней. Уборщица, заглянув в подвал, обнаружила «труп Никулина» и с криком разнесла весть по городу. Так как дама по совместительству работала в аэропорту, через несколько часов вся страна «похоронила» великого клоуна. Юрию Владимировичу пришлось срочно звонить в Москву, чтобы успокоить маму.

Не меньше страстей кипело и на площадке. Гайдай всегда держал в портфеле пожелтевшую пластмассовую чашку и бутылку минералки, а на титульном листе сценария написал заповедь: «Пока не ощутишь радость — кадра не снимай». Радость порой приходилось добывать с боем. Эпизод с «ударом в кафе», где мальчик стреляет в лицо Миронову мороженым, превратился в пытку. Мороженое таяло на жаре, пока оператор настраивал свет, а ассистент менял цветы. В итоге «снарядом» (смесью творога с молоком) в лицо Андрею Миронову выстреливали 8 дублей подряд.

Импровизации, которые вошли в историю

Многие легендарные моменты родились спонтанно:

• Анатолий Папанов выкрикивает «Идиот!». Во время съемок подводной сцены, где Папанов насаживал рыбу на крючок Никулина, вода была холодной. Из-за технических накладок дубль повторяли снова и снова. Вынырнув в очередной раз, замерзший актер рявкнул на ассистента: «Идиот!». Гайдаю так понравилась эта естественная злость, что он вставил реплику в фильм, адресовав ее уже герою Миронова.

• Арбузная корка против банановой. Знаменитое падение Горбункова должно было случиться на банановой кожуре. Закупили дефицитные фрукты, хранили в холодильнике, но Никулин на ней категорически не скользил. Арбузов в Баку было в избытке, и проблема решилась. А вот красиво наступить на корку у Никулина не вышло, и финальный дубль с ногами сняли с Леонидом Каневским.

• «Песня про зайцев». Мало кто помнит, но на худсовете эту сцену и песню раскритиковали. Эльдар Рязанов заметил, что в сцене на пароходе, где Никулин поет под гитару, «зритель еще к этому не готов», а в ресторанной драке «пародийный элемент не ощущается». Критики называли песню «просто плохой и не к месту». К счастью, Гайдай отстоял и «Зайцев», и драку.

Стриптиз, цензура и «невиноватая я»

Соблазнительный танец Светланы Светличной стал шоком для худсовета. Чтобы он выглядел «более сексуально», Гайдай распорядился подложить актрисе в бюстгальтер специальные накладки из пенопласта. Западный разврат играли на контрасте: танец блондинки закономерно приводил к танцу управдомши Мордюковой (кстати, сначала Гайдая ругали за то, что роль Плющ «слишком бытовая и несмешная»).

Цензоры бдили до последнего. Из сценария велели убрать фразу «Как говорит шеф, главное в нашем деле — социалистический реализм», а после выхода фильма в ЦК КПСС пришло письмо от «группы ленинградских зрителей», которые обвиняли создателей в идеологической диверсии из-за фразы «отключим газ». Но народную любовь невозможно было отменить.

Фильм, который жестко критиковали за «примитивные трюки» и растянутость, пережил всех своих критиков. Как показал эксперимент 90-х, европейцы видели в нем сходство с де Фюнесом и Чаплиным, а наши зрители просто разобрали картину на цитаты. И, пожалуй, точнее всего о нем сказал тот самый «Мрачный тип с черепом»: «Понятно». Нам все понятно — это кино навсегда.

Многие зрители из старшего поколения, которые застали еще премьеры оригинальных фильмов, резко отрицательно относятся к переделкам, считая их не просто "попкорновым кино" без глубокой проработки смыслов, а и вовсе грубыми поделками на коленках, в которых яркая картинка скрывает за собой убогое содержание. Говоря современным языком, эти фильмы способны вызвать испанский стыд.

Лично я словил кринж от нового "Буратино", в котором было только три запомнившихся момента - песня из оригинала, несомненный шедевр, совершенно дебильная история про сто ворованных курток для папы Карло и эпизоды буллинга, когда головой Буратино детишки играли в футбол. "Простоквашино" с первых кадров вызывало рвотные порывы от вырвиглазной графики животных, игры актеров и общим отвратительным фоном.

При этом на "Буратино" пришлось сходить в кино с детьми, где мы потратили почти 3000 с учетом билетов и всяких попкорнов на 4-х человек. Еще никогда я не тратил деньги более бездарно!

Но так или иначе, но схемы работают. Люди готовы идти в кино, детям вроде бы нравится. Деньги платятся. Правильно это или нет, сложно сказать. Законы рынка диктуют свои условия. Есть спрос, есть предложение. Если предложение устраивает, то продолжаем делать все по той же схеме.