eprstanya

У нас две ëлки. Но Шуре обе слишком понравились, поэтому обе стоят на шкафу

Одно из новых слов из школьных сочинений, которые довелось проверять моей подруге, учителю русского языка и литературы, – это слово «поедки». Пайетки – это как бы фиг его знает, от чего оно образовано. Зато «поедки» звучат очень съедобно. Такая вот тенденция к народной этимологии у школьников.

Нить заказывала на вайлдберрис. Только вот качество нити подвело. В середине вязания тройная нитка внезапно стала двойной. И непонятно было, вернётся ли прежняя толщина или нет. Вернулась. Но не очень меня это порадовало.

Сверкающие снежинки цвета пепла с «поедками» цвета индиго! Можно выкупАть. Можно ещё заказывать, пока есть время до нового года. Или уже все ёлки нарядили?

Один раз попали мы в больницу – я и зуб. Потом мне там насмотрели периостит челюсти, и зуб попросили покинуть больницу. А я осталась. И так мне было скучно! После операции хирург сказал, что никакого «спрыгнула с операционного стола и побежала не будет, даже не проси».

Никаких процедур мне не делали, просто тупо лежала, спала и ела.

Привезли мне наушники, нормальную подушку, книжку. И случайно ниток пять клубков. И я наконец настроилась на рукоделанье. И нарукоделала по схемам из интернета так, что до сих пор не могу остановиться.

Была золотая осень, под окнами был лес, полностью огненный. А у меня досрочно расчехлилось новогоднее настроение. Я чувствовала крепкий диссонанс, потому что ненавижу это словосочетание так же, как «итоги года»! Впрочем, для зуба это были самые настоящие итоги, это факт.

Муж любит и жалеет кошаков. Я тоже. Но к нему они прям липнут, будто защиты ищут. Он ездит на работу далеко (по меркам провинциальных расстояний) и выезжает рано. Я еще мечусь дома в одной туфле и заканчиваю вить кудри, когда он уже подъезжает к заводу. И я раньше часто просила писать: мол, добрался, всё в порядке. Но он забывает. Тогда я попросила скидывать фото кошек, которые его встречают. И вуаля, у меня каждое утро новая фотокарточка какой-нибудь мурчалки. А то и видос.

На заводе у мужа кошочки работают. Трудятся, не покладая лапок. Берегут кабельную продукцию от мышиного короля и его свиты. Потому что мыши беспощадны к изоляции, очень им нравится зубки точить. В его организации к младшим хвостатым сотрудникам относятся максимально ответственно: есть ежемесячный бюджет на корм, их лечат и регулируют численность штата путём стерилизации. Но неравнодушные люди, которые в посёлке живут, время от времени направляют к территории завода очередную свою пузатенькую. Мол, там о ней лучше позаботятся. Как-нибудь само решится.

И потом вырастают вот такие кабельные котёнки. Сердечкоразбивательные. Эту вот красотку заберут, уже и дом найден. Но хорошо бы, чтоб он всё-таки был изначально.

Съездила в деревню, чтобы расстроиться.

Пошла наносить родственные визиты – а там беда у ласточек. Свили гнездо прямо на входной двери, под потолком коридорчика. Вывели птенцов, целых пять, и раскормили их так, что гнездо частично обрушилось вниз.

В доме пожилые люди живут, бабушка с лежачим дедушкой. Бабушка как увидела гнездо, перестала пользоваться этой дверью, ходила через черный вход, через двор.

Сейчас никто не знает, что делать. Картонку она подсунула под птенцов, типа, чтобы они по крыльцу не расползлись. Но это не помогло. И родители птенцов больше к ним не наведываются.

Природа жестока.

Кстати, в данном и многих других случаях, жестока, в отличие от человека.

Когда гуглила, что делать с птенцами ласточки, нашла совсем недавнее: в Соликамске был раскопан временный карьер, а когда пришло время его засыпать, рабочие увидели, что ласточки понаделали гнёзд в образовавшемся песчаном откосе. И тогда строители продолжили стройку на другом участке, чтобы дать ласточкам время вырастить потомство.

Было лето. Мы с будущим мужем гуляли в лесу. Вдруг в кустах что-то зашевелилось и завизжало, заплакало. Выкатывается из кустов кошка, как будто её оттуда леший выпнул. И сразу пошла ко мне в руки. И орёт всё время, не затыкается: «Вяяяя, вяяяя, виауаявуувуяяяяаааа»

Я говорю: «Ой-ёй. Вроде мы не планировали кошков»
Муж говорит: «Зачем ты тогда её потрогала? Ты дала ей надежду»
Кошка говорит: «Я ваша навеки»

Ну и пошли мы вместе все домой.

Кошка Шура сначала ехала на ручках, потом, когда мы вышли из леса, и она увидела дорогу и всякие машины, она испугалась, оттолкнулась от меня, пропоров мне когтями пузень, прыгнула и побежала прятаться. Не хотела из лесу выходить. Мы сделали вид, что щас уйдём, и Шура останется бездомной, и тогда она нас пошла догонять.

Дома Шура помылась. Потом покушала. Потом показала, где ей нравится спать. Потом – где делать все остальные грязные делишки. Это оказался не туалет.

Я так прикинула, что ей месяцев 6-8. Такой подросточек. Муж сказал: «Это палка с глазами, будем откармливать».

А недели через две стало ясно, что кошка с десантом на борту, и через месяц родились очень блохастые котёнки, которых мы благополучно пристроили. Все выросли очень умными огромными котами со зверскими мордами.

Шура очень умная – она не ходит по столу, не лезет в тарелки, не проверяет кастрюли. По крайней мере, прилюдно.

А ещё она не умеет играть. Иногда забывается, хватается за бантик или мышь такую на верёвочке, но как только видит, что я это вижу, сразу бросает и прячется. Долгое время боялась, когда видела меня с полотенцем в руках. Наверное, попадало тряпкой.

Шура очень разговорчивая. Когда к ней обращаешься, всегда отвечает. Умеет копировать интонацию.

В детстве у меня была собака. И когда я оцениваю то время, мне оно кажется таким счастливым – частично из-за собаки. Так совпало, что когда была она, было всё хорошо.

И теперь даже не знаю, как можно когда-нибудь сделать взгляд назад – на время, когда у нас была кошка. Будь, пожалуйста, всегда.

Пошла гладить.

Принесла на работу пион. Закрытый был. Поставила в воду. Отвернулась. Повернулась. А он раскрылся, даже не успела сфотографировать. Думаю, таймлапс можно было бы снимать, даже не ускоряя.

Никогда не видела раньше внутренности пиона. Оказалось, там вон какие пестики, как будто мини-цветочки.

Напомнило почему-то, как бывает, вскрываешь апельсин, а внутри какой-то зародыш апельсина.