authorofmylife

В последнее время я всё чаще задумываюсь о причинах, по которым в нашей стране так распространено пиратство. Недавно я прочитал одну книгу, которая произвела на меня большое впечатление. Из любопытства решил узнать, можно ли её найти в электронном формате на Amazon. Оказалось, что можно, и вот тут меня ждал неприятный сюрприз.

Цена на эту книгу на Amazon — всего 235 рублей, а на сайте ЛитРес — целых 449 рублей! Речь идёт об электронной книге, которую можно скачать в пару кликов, без доставки и без участия курьера. Ни одно дерево не пострадало, никто не потратил время на упаковку и отправку. Просто файл, который можно загрузить за считанные секунды.

Я всегда выступал за поддержку талантливых авторов и покупку книг. Но такие заоблачные цены на электронные версии кажутся мне несправедливыми. Неужели ЛитРес не понимает, что своими действиями они способствуют развитию пиратства? Ведь когда разница в цене настолько велика, многие читатели, скорее всего, выберут более доступный вариант, даже если он не совсем легальный.

Когда едешь после заката, то можно ненавязчиво наблюдать за отражением людей смотря в окно. Может со стороны это и выглядит странно, мол, зачем этот человек пялится в темное ничто, но такой способ не беспокоит тех, за кем наблюдаешь. Человек в отражении окна, всегда какая-то загадка. Можно, даже разглядеть эмоции на лице. Она немного наклонила голову и быстро-быстро большими пальцами касалась экрана телефона, затем резко остановилась. Я увидел, как небольшие морщинки на ее лбу мгновенно разгладились и она улыбнулась. Она улыбнулась, а я это видел. Я понял, что ей сейчас приятно. Вообще приятно смотреть на людей, когда им хорошо. Мне нравится ловить украдкой эти улыбки, которые предназначены ни для кого и никому. Это улыбки только их и для них, но я их ловлю и мне приятно.

В окне мелькал свет уличных фонарей. Иногда я видел улицы и дома. Казалось бы, ведь там незнакомое место и люди, незнакомая мне жизнь и жизнь то в общем то не моя, но в тот самый миг, когда я увидел эти домики, когда я разглядел эти улочки, то они стали и частью моей жизни. Оказывается, что жизнь может быть шире, чем мы думаем и больше, чем мы можем себе этого представить.

У меня появился соседка. Мы сидели друг напротив друга и украдкой касались взглядами. Создавалось впечатление, что она кончиками пальцев трогает мое лицо. Некоторое время она устраивалась в своем кресле и наконец, приняв удобное положение замерла. Закрыв глаза, она слушала музыку. Ее дыхание было неглубоким и частым. Мне кажется, что ей хотелось расслабиться, но это не очень хорошо у неё получалось.

В Краснодаре очень сильно обновился состав лиц. Появились новые персонажи. Справа молодые девчонки с интересом что-то обсуждали. Они сидели втроём на двух креслах и та, что была посередине часто крутила головой, то в одну сторону, то в другую. Я стал переживать, как бы она не открутилась. Студентки, такие веселые и беззаботные, а я такой же. Изменилось мое тело, но я нет.

Неизменной оставалась нога мужчины с большим кроссовком. С самого начала пути мой взгляд то и дело цеплялся за этот кроссовок. Лицо обладателя ноги я не видел. Он сидел ко мне спиной. Я видел, лишь его седоватый затылок с короткой стрижкой.

Позади меня сидела женщина. Ее прокуренный и резкий голос звучал в унисон со скрежетом железных колес поезда о рельсы на поворотах. Это была какая-то уникальная композиция.

Неожиданно зазвучал голос проводника мужчины. Началась проверка документов пассажиров, которые вошли в вагон на предыдущей станции. Моя соседка достала паспорт и увидела, что я за ней наблюдаю. Развернув паспорт лицом от себя, она указательным пальцем прикрыла свою фамилию. Интересно, что она думала в этот момент. Не знаю, почему люди боятся друг друга. Мне кажется, каждый находит свою причину вот так сидя в кресле светлого и просторного вагона и смотря в чёрное ничто и видя отражение себя.

Первая любовь

Длинная комната, похожая на вагон, украшенный разноцветными детскими обоями. Несколько десятков маленьких кроваток стояли, аккуратно прислонившись друг к другу попарно. Пол был застлан ковром, таким, слегка потрепанным от бесконечных маленьких и беспокойных ножек. На окнах были задернуты тяжелые шторы, которые совсем не пропускали солнечный свет. В этот спокойный полумрак врывается ватага шумных детей. Слышны крики, смешки и цоканье пожилой воспитательницы. Все неохотно раздеваются, аккуратно укладывая свои маленькие вещи на стульчик, стоящий рядом с кроватью и укладываются. Некоторое время слышны разговорчики и шёпотки, но постепенно в комнате становится совсем тихо. Я повернул голову в сторону кровати, стоящей рядом с моей и неожиданно встретился с её взглядом. Сашенька, моя первая детсадовская любовь. Мы смотрели друг на друга и молчали.

Первый конфуз

Прекрасно любить, когда тебе пять лет. Я так и ни разу не заговорил с ней, но иногда, когда наступал тихий час, мы смотрели друг на друга и молча засыпали. В эти короткие моменты мое маленькое сердечко билось чаще и по всему телу разливалось приятное и совсем мне непонятное тепло. Однажды зимой я решил проявить свои чувства к ней и закидал её снежками. На тот момент мне казалось, что вот сейчас, она закиданная мокрым снегом, прилипшим к ее одежде, тут же поймет, как я ее люблю, но, к моему неприятному удивлению, случилось все совсем наоборот, она была очень недовольна моими выходками и я впервые столкнулся с женским непониманием мужских поступков и стремлений.

Первый друг

Ванька. Не знаю, как и почему он стал для меня лучшим другом, но я с ним так дружил, что ревновал, даже к нашему общему другу Кириллу. Бывало, дело доходило до драки за внимание Ваньки и тогда мы, мутузя друг друга катались по траве, пока не прибегала воспитательница и бранив нас на чём свет стоит разводила по разные участки детского двора и Ванька не доставался никому.

Первые опыты

В дальнем углу нашего детсадовского дворика был пенек окруженный травой, которую мы называли кашка-малашка, до сих пор не могу вспомнить, почему и откуда взялось такое странное название этого растения. В ней летом днями напролет копошились, прыгали в общем вели очень активную деятельность кузнечики. Нас с Ванькой объединял пытливый ум и бесстрашие, мы ставили опыты на этих маленьких и беззащитных попрыгунчиках, на предмет живучести данных особей в смертельно экстремальных условиях. Пенек мы использовали, как операционный стол, кладя на него наших пациентов, мы аккуратно отрывали им одну за другой ножки и долго обсуждали, сыпя только нам понятными научными терминами. Когда эксперимент был успешно завершен мы поздравляли друг друга с очередным открытием для всего человечества крепким рукопожатием и расходились по своим делам.

Первая безответная любовь

Алла! Даже сейчас вспоминая эту девочку у меня пробегает легкая дрожь. Она была для меня настоящим проклятием. Я не знаю, чем я ей так приглянулся, но она откровенно не давала мне прохода. Как только нас выпускали гулять, я тут же убегал и прятался на горке, так как знал, что как только она окажется рядом со мной, то так обнимет и так зацелует, что я вот тут же помру на месте, от стыда и от её слюней. Как хорошо, что мы были в разных группах и Алла была моим временным проклятием на период прогулок. Через какое то время, я неожиданно для себя заметил, что если какое то время от нее убегать, то она быстро утомляясь теряла ко мне интерес, после этого каждый день, как только нас выпускали на прогулку, я подбегал к ней на безопасное расстояние и делал всяческие штуки, чтобы привлечь ее внимание, а потом гонял по всему двору, пока она не выбивалась из сил и шла куда-нибудь отдыхать, а я спокойно шёл играть со своими друзьями, уже не опасаясь за свое достоинство и здоровье. Это был мой второй жизненный урок, только теперь уже понимания женщины. Я уже точно знал, если хочешь, чтобы женщина от тебя отстала, то нужно переключить её внимание на что-то другое.

Я снова и снова прохожу по уже знакомому коридору. Поворот, дверь, снова поворот, впереди четыре пролёта лестницы. Второй этаж, холл, слева на стене старые фото-обои. Никто не обращает на них внимание это просто часть стены, часть забытой эпохи, но не для меня. Точно такие же обои висели в квартире, в которой я родился и жил первые несколько лет моей жизни. Каждый раз проходя мимо них я как будто на миг возвращаюсь в теплый и уютный зал, где я сделал первый шаг, сказал первое слово, там, где мне было хорошо и казалось, что уже больше мира и не может быть.

С тех пор, как люди разбрелись по офисам и кабинетам и с каменными лицами уселись за свои компьютеры в нашу жизнь вошло понятие, как «фоновая музыка», если кто-то сейчас спросит меня какого цвета стены в моем офисе, то я не смогу ответить ни сразу ни через время. Работа, привычный маршрут, люди, стали для меня «фоновой музыкой», эдакий черно-белый клип и композиция, которая так знакома, но ты никогда не сможешь назвать её исполнителя. Единственным «цветным» элементом для меня оставались эти старые фото-обои.

Как только в жизни одного человека появляется другой, то он мгновенно становится «цветным». Так произошло и со мной. Просто в один момент она перестала быть чёрно-белой и всё. Я бережно собирал фрагменты её оттенков, но для неё оставался, лишь декорацией её мира, таким же безликим, серым и почти прозрачным.

Иногда цепочка событий приводит к неожиданным результатам. Стараясь контролировать всё и всех, чаще упускаешь маленькие и непослушные звенья, которые в итоге приводят туда, где и не думал оказаться. Так мы и встретились. Два человека, два совершенно чуждых друг другу мира. В тот самый миг, когда наши вселенные соприкоснулись, я стал для неё чуть менее прозрачным и серым и чуть более «цветным». Она же для меня снова и снова открывалась всё новыми оттенками и красками.

Мне давно не было так хорошо, тепло и приятно. Мы шли по ночному городу и мне казалось, что мы не просто говорим, а ощущаем внутреннее тепло друг друга. Впервые мне захотелось остановить время, чтобы продолжать ощущать её тепло внутри себя, продолжать смотреть в её глаза, продолжать быть с ней.

Иногда, я думаю о том, как удивительно мы устроены, ведь, практически любой человек или любая вещь, которые ещё вчера были частью безликой и серой декорации, такого привычного нам фона, могут в одночасье стать частью нас и нашей жизни.