Salen3989

Бабье лето — женщина с прибалтийским характером

Вот и наступило оно — бабье лето.

Спутать его с другим временем года невозможно опытному человеку. Только какой-нибудь юнец желторотый может подумать: «ооо, лето опять за окном! Классно!»

Но мы-то тёртые калачи. Мы всё это уже проходили и не раз. И обжигались, и обмокали и снова обсыхали. Опытные.

Знаем уже что дождь на улице неожиданно сменяется солнцем. Оно конечно светит ярко- ярко, но ровно столько, сколько нужно, чтобы люди сходили и побросали зонтики и плащи дома.

Оставили значит осенние эти штуковины, натянули шортики, маечки и бегом на улицу. Погреться все вышли, порадоваться жёлтенькому и тёпленькому, что там на небе.

А в ту же секунду на подставленные вверх мордашки хлынет холодная вода. Тучи моментально затянут небо, а промокшего любителя осенних прогулок сбивает с ног налетевший ветер.

Каждый мужчина, счастливый обладатель своей или чужой половинки, конечно же, сразу узнает свою любимую в этом описании погоды.

А как не узнать? Вылитая просто.

Только наша прибалтийская непогода способна так моментально поменяться и удивлять. Только вроде улыбалась — уже рыдает. Минуту назад тихо было- уже шторм гудит и буря. Непредсказуемая, переменчивая и с характером вредным. Вот такая она нам досталась

А ведь говорила нам мама, говорила: «Не спеши, сынок, не спеши…»

Не слушали. Спешили. И теперь-то точно знаем: если лето бабье, то оно обязательно нас обманет. Причём не один раз, а ровно столько, сколько мы ей, этой ярко разодетой осенней дамочке, поверим.

Обещает она, клянётся и даже крестится и божится, что сегодня обязательно придёт и не опоздает. Что будет прямо минута в минуту во столько-то и там-то. Чтобы радовать нас, доверчивых мужичков, теплом и солнцем.

Только напрасно любитель осенних красот будет прохаживаться и ждать её где-нибудь в парке в укромном месте.

Она, конечно, не придёт.

Она посмеётся сверху над простачком, обольёт его ещё с неба водичкой, чтобы в себя пришёл, и погонит в спину шквалистым ветром прямо до дома.

На то она и женщина.

А потом в ответ на вопрос: «Ну где же ты была?» — она ещё и с обидой нервно ответит:

— Это я где была? Ну ты нахал...

— Ты где был, скажи мне, пожалуйста? Я-то была на месте! Спроси кого хочешь, меня все видели, ревнивец ненормальный. Я как дура светила и грела. А ты, негодяй, где-то прятался. И с кем — вообще непонятно. Хотя мне всё понятно…

И после этих слов моментально расплачется холодными дождливыми слезами. Картина всем нам увы, мужикам знакомая...

Ну и, конечно, бабье лето удивляет нас своей изменчивой бабьей красотой.

Только вчера она была зелёной девицей — свежей и юной. Через пару ночей превратилась и стала заманчивой красавицей в чём-то кружевном и красном.

А пройдёт всего несколько недель — и уже трясётся на ветру перед нами маленькая старушонка: не поймёшь, то ли сухонькая, то ли мокренькая. Трясёт голыми ветками и сердито шепелявит:

— Всё! Хватит! Мне одеть нечего, я голая буквально. Где моя зимняя шуба? Я тебе, негодяю, отдала свои лучшие годы, а ты…

Вот такая она — наша прибалтийская осень.

Немного вредная, немного капризная, но всё равно, конечно, любимая.

Потому что хочешь не хочешь, а деваться некуда — заявится она к нам обязательно.

И мы опять поверим ей.

Потому что мужчины, как известно, одни и те же грабли берут в руки именно осенью — листья в саду сгребать — и, конечно же, обязательно на них там несколько раз понаступаем...

Из года в год, причём на том же самом месте.

Скидановский Александр. Калининград.

Впереди холода.

Ну что ж, лето красное пропели, осень жёлтая пришла. Впереди нам до капели сине-белая зима.

Почему сине-белая? Носы-то у вас какого цвета зимой? Зелёные, что ли? Синие у вас носы будут, а щёки белые. Потому как отмороженные. Зимы-то у нас стали ого-го какие. Прошлую вон вспомните.

Пора уже начальству нам тут северные надбавки платить. Или, если не северные, то пускай западные. Мы на любые согласны. Потому что согреться в холода стало очень сложно.

Способы есть, конечно. Я вот газеты дома не выбрасываю, я их стопочкой складываю. Если не на разогрев пойдут — так на другом с ними сэкономим. Сидим, читаем, значит, и понимаем, что замёрзнуть зимой нам к чертям собачьим , видимо придётся точно.

Не верите? Загибайте пальцы, пока они у вас ещё гнутся. Загибайте, загибайте.

Первый палец — тепло подорожает. Батарею уже горячей не сделаешь. Это значит — раз.

Палец второй — электричеством хочешь погреться — пожалуйста, но тоже не бесплатно. И даже дороже, чем было.

Палец третий — можно конечно поставить дома буржуйку. Печка такая .Труба в форточку. И под треск поленьев уютно расположиться.

Но дрова нынче тоже недешёвые. На одного Буратино и то не укупишь. Уголь опять-таки вырос в цене. Не каменный, а золотой просто. На вес золота.

Остаётся что? Остаётся самому в лес по дрова. Помните, как у классика: «В лесу раздавался топор дровосека»? Значит, берём топор, сынишку, лошадь. У кого лошади нету — супругу, и в лес, значит, по дрова.

А там на тебе, опять засада. Из лесничих. Валежник-то по закону собирать нельзя. Вернее, можно, но гнилой. А сухой не тронь. Жди вот, пока не сгниёт.

Остаётся последний , самый приятный дедушкин способ — сто грамм для тепла.

Заходим в магазин винно-водочный — и сразу оттуда выходим. На воздух — дыхание сбившееся перевести.

Алкоголь потому что тоже подорожал. Так аж дыхание перехватило. Как будто тяпнул стакашку только.

И остаётся простому человеку одно: сидеть всем семейством одной тесной кучкой в комнате, дрожать и стучать зубами, у кого они есть, конечно. Ну, обняться для тепла можно — с кошкой или, например, с женой, если кошки у вас нету.

И тут выясняется…

Не зря это всё было придумано. Я имею в виду морозы, снега и цены.

Объятия-то совместные согревают, и ещё как. Тепло главное с одного тела, передаётся по закону физики другому телу. И так по цепочке. Пока не замкнётся. И по кругу циркулирует. Аж настроение сразу улучшается. Потому что ещё какие-то серотонины то ли передаются, то ли перепрыгивают — не помню. Но рабочая, в общем, схема. Детишек опять народиться поболее ,аккурат к сентябрю, к школе.

Значит, всё рассчитано было заранее умными головами. Чтобы зимой мы не мёрзли по одному , не страдали.

Только вот разные там Скидановские посмотрят и начинают бухтеть:

— Дорого, мол, за объятия-то всегда платить. Со мной никто говорит, за бесплатно обниматься не соглашается. А одному обниматься, холодно, неудобно и вообще надоело.

Да и леший с ним со Скидановским этим. Надоел. Пускай замерзает. А мы пока зима ещё впереди — начинаем держаться ближе друг к другу.

Пока ещё за объятия квитанции не пришли.

А если вам еще чего , то ищите меня в этих интернетах ваших. По адрессу: Калининград. Александр Скидановский. Во двор и налево.

А мы и не думали

Ну вот наконец настал в Калининграде сентябрь. Третье число. Заявился, жёлтенький. А с ним, как всегда, за ручку топают школа, пробки на дорогах и сбор местного урожая.

В каждом калининградском доме сейчас булькают на кухонной плите кастрюли, граждане режут кабачки кубиками и готовят знаменитую на весь свет икру на зиму.

Заготовка солений, как утверждают психологи, — лучший способ не поругаться с близкими, а, наоборот, наладить контакт, если он подпорчен, и завязать отношения, если они развязались. Пока руки заняты, языки, как говорится, свободны.

Хозяин семейства громко зачитывает городские новости из газеты, подстеленной под чистые банки, а домашние его внимательно слушают и, конечно же, комментируют.

А у нас все городские СМИ как раз сегодня забиты очередным шокирующим событием. Вот вам выдержка из публикации:

«На улице Красной в Калининграде под штукатуркой неожиданно обнаружили исторические элементы фасада. В доме № 3–5 под несколькими окнами первого этажа отвалилась штукатурка. Под штукатуркой оказались кирпичные выступы. Насколько нам известно, сообщают строители, всё это похоже на элементы фасадного декора. Позже выяснилось: эти элементы больше 15 лет были скрыты под штукатуркой, нанесённой предыдущей бригадой. Как оценили оперативно прибывшие на место специалисты, выступы оказались оригинальными кладочными полубалясинами, имитирующими ограждения балконов».

Вот, значит, что скрывают старые городские стены дома на улице Красной. 76-го года постройки. Вот о чём сегодня шумят на заглавных полосах в каждой первой городской газете.

А в интернет-изданиях не шумят. Там молча и оперативно публикуют развёрнутую фотосессию стены со строителями, жильцами, моделями, кошками и представителями отдела культуры.

Ниже озвучиваются мнения специалистов о том, что эти элементы, видимо, находились там всегда исторически, но впоследствии их заложили. Рядом допечатывают: местное ЖЭУ утверждает и божится, что там ничего не знали, а похожее виднелось только на углу дома № 5.

«Эта находка напомнила нам, — говорят городские краеведы, — полубалясины в домах № 26 и № 28–30, что на улице Комсомольской».

К месту обнаружения находки, конечно же, сразу стали съезжаться местные представители и руководители. Журналисты и телеканалы сейчас берут у них интервью в порядке живой очереди практически круглосуточно.

Дом, где была отколуплена штукатурка и обнаружились торчащие столбики кирпичей, окружён софитами, корреспондентами и помощниками режиссёров. По слухам, начинается съёмка телепередачи или даже сериала «А мы и не думали».

Горожане и туристы тоже спешат полюбоваться находкой, пока ещё бесплатно.

Корреспонденты газет и интернет-изданий расхаживают вокруг дома, морщат лбы, грызут карандаши и мелким почерком строчат в рабочих блокнотах размышления о том, насколько символично совпадение календарной даты, песни «Третье сентября» и обнаруженной находки.

Сообщают, кстати, что артист, находящийся сейчас где-то в Америке, уже обо всём знает. Новость о калининградской штукатурке быстро пересекла океан. Говорят, певец срочно отменил все дела, закрылся в студии и переделывает текст своей знаменитой песни:

Я календарь переверну,
И штукатурку сколупну.
Пускай обвалится фасад —
Я буду очень-очень рад!

А ещё газетчики рассуждают: допустим, если бы штукатурка отвалилась на всех калининградских домах, сколько спрятанной красоты смогли бы увидеть горожане, а?

Идея, между прочим неплохая, для городских властей.

Скидановский Александр

В Калининграде к концу лета активизировались телефонные мошенники. Проходу просто нет. Они звонят и прям по телефону нахально обманывают доверчивых людей, у которых откуда-то имеются огромные суммы, и потирают потом довольные свои ручонки.

Но с мошенниками всё ясно. Кроме зависти, они никаких чувств у нас не вызывают. Эмоции наши направлены на тех товарищей, что отдают просто так свои кровные. Ещё и миллионами.

Очень охота взглянуть хотя бы глазком на эти простодушные лица. А ещё лучше — познакомиться. У меня потому что таких знакомых нет. И у моих знакомых таких знакомых тоже нет.

Нас в основном окружают лица, у которых полтинника на трамвай не выпросишь.

Мне, конечно, сейчас скажут:

— Вот ты подлец всё-таки, Скидановский. Мерзавец просто. Люди простые пострадали, денег последних лишились. А ты тут хиханьки, понимаешь.

Я на это ничего не скажу. Только отвечу, что уверен: никакие это не простачки. Нету уже давно таких. Закончились давно. И за своё, кровно заработанное, люди любому телефонному мошеннику и провод, и глотку перегрызут и не подавятся.

Вот представьте: вы работаете, допустим, в школе или даже на заводе. Годами недоедаете и недопиваете. Экономите на себе так, что дух захватывает. И к старости накопили наконец небольшую сумму. В банк, что понадёжней, её отнесли и положили аккуратно. Пускай лежат, родимые. На чёрный день.

А тут вам мошенник звонит и бодренько так говорит: надо денежки ваши перевести с вашего счёта на его — так лучше будет. У него оно надёжней.

Вы бы что сказали:

— Да, конечно. О чём речь. Куда переводить — диктуйте, товарищ...

Нет, такого с простыми обычными людьми произойти не может. Все мы калачи мытые-тёртые.

Я думаю, что здесь какая-то хитрая схема. У граждан этих с деньгами лишними, видимо, есть проблема. Наверное, у них плохой сон. Не спится им, и совесть их мучает.

Напоминает совесть:

— Денежки-то откуда ты, подлец такой, взял, а? Забыл, что ли? И не стыдно тебе?

И вот гражданин поворочался-поворочался и решает: часть небольшую отдать надо к лешему. Тем, кому деньги нужны сейчас. И спать потом спокойно.

А чтобы не бегать по городу и не приставать к людям с расспросами: вам, дескать, не требуется? — они по-быстрому мошенникам телефонным отдают.

Какая разница, мошенник не мошенник... Поди разбери. Все мы не без греха, все мы люди. Тем более мошенники сами и позвонили, и курьера, если надо, прислали, всё, в общем, молодцы, организовали. Удобно.

Пострадавший потом для вида, конечно, поохает, поплачет:

— Люди добрые! Меня, мол, обобрали до нитки...

А сам чемодан с деньгами поглубже под кровать ногой задвинет и спит себе сладко и крепко на этой самой кровати.

Вот так, я думаю, всё и происходит. А может, и не так... Может, это так отмывают деньги. Если они нечистые. Или для родственников спектакли разыгрывают — чтобы отстали наконец. А то всё дай и дай.

Всё, нет, мол, больше ничего у меня. У мошенников просите.

Так что непонятно, где тут кто мошенники, где их родственники, а где обманутые потерпевшие. Всё перемешалось, как говорится, в доме Облонских.

А ещё про случаи разные у нас в Прибалтике, если, конечно, интересно, читайте по ссылке:

https://share.google/N6oZOOxhioOrwU6rg

Осень подкралась

Вот и незаметно к нам подкралась осень. Как хищник в джунглях — ап! — и выпрыгнула неожиданно. Напугала немного, конечно. Да, лето было и прошло...И оставило все надежды в прошлом. Съездить опять никуда не съездили. Ни на Кипр. Ни на дачу грядки всполоть. Так что зря мы расстраивались весной, что к лету похудеть опять не получилось. Всё равно любоваться, кроме зеркала в прихожей, нами некому. А соседи опять приехали загорелые, чтоб у них, гадюк, опять кожа слезла. Ходят по двору, всех раздражают...

Ну а когда испуг проходит, то, конечно, человек опомнится и думает: да лучше б меня медведь сожрал. Ведь самое неприятное, что сваливается на нас сегодня, — это то, что детей надо же в школу собирать. Опять расходы.

Через 65 часов им туда уже идти. Да-да. Некоторые родители считать часы и даже минуты до начала, когда уже они опять пойдут в неё, начали ещё с начала июня. А некоторые вспоминают об этом сегодня. И только благодаря тому, что мы напомнили: в школу ж деткам через два дня.

А там, конечно, изменений много. Во-первых, всё осталось по-старому. Это уже неплохо, потому что если бы по-новому, то потом в школе говорили бы: «А мы думали, что так удобней будет, хотели ведь как лучше, и кто бы знал...» Нет, так, слава богу, говорить не будут.

В школах вообще, если говорят про изменения, то не очень понятно. Каждое слово надо как-то переводить на человеческий язык. Вот, например, в специальных школьных местах уже напечатано, что в этом учебном году ожидается следующее:

• корректировка распределения часов;

• обновление содержания программ;

• изменение объёма преподавания в отдельных классах;

• сохранение единых нормативов учебной нагрузки;

• совершенствование порядка проведения;

• уточнение рекомендаций по выполнению;

• отдельные изменения, касающиеся начального и старшего общего образования.

То, что это обозначает, могут понять только те, кто это написал, и завучи. А у нас их в процентах к населению, слава богу, немного.

Автор, кстати, за много лет работы в школе тоже может немного перевести написанное и сказать, что нет, дорогие мои, ничего не поменялось. Особенно из того, что поменять надо. Никто не выкинет к чертям ненужные часы и предметы, мероприятия, задания, расписания и всякие там КСР, ДЗР и ХЗ. Никто ничего не поменяет, не сократит, не доплатит, не увеличит и не доложит в тарелки, и по голове тоже никто никого не погладит. Нет, конечно. Всё по-старому.

Учителя в этот самый момент энергично потирают ладошки, а потом со словами: «Ну-с-с, начнём-с-с-с», — садятся за столы, берут в руки огромные ножницы с затупленными, от греха подальше, концами и начинают вырезать из жёлтой и красной бумаги осенние кленовые листочки.

Потому что ими надо украсить стенд.

Ведь празднично оформленный стенд в школе — это самое главное...

А если вам еще что непонятно, то ответы списать можно ниже по ссылке. С любовью к себе и вам Александр Скидановский, из аж самого Калининграда. https://share.google/4gk0FOUpfmzQEa49w

Отрывок из повести Александра Скидановского "Махаон или история о пропавшей девочке"

Полицейские сразу из столовой повели Юрку вниз по школьной лестнице.

За ними, на почтительном расстоянии, двигалась притихшая толпа  школяров, бросившая недоеденный обед. Пропустить такое зрелище, как арест, было невозможно.

Слух о том, что в столовке только что было полицейское задержание и чуть ли не со стрельбой, моментально пролетел по школе. Везде хлопали двери кабинетов, и был шум бегущих отовсюду ног.

Алеська шла позади всех и кусала губы.

«Что делать, что делать… Это из-за меня, я его задержала», — крутилась злая колючая мысль у неё в голове. Полицейский автомобиль стоял напротив школьных ворот. Двор моментально заполнился школьниками и учителями.

Так как сидений в полицейской машине было только два — для водителя и пассажира, Юрку на глазах всей школы усадили назад, в кузовок для преступников, с решётчатым окошком в дверях.

Юрка, неуклюже согнувшись, сел в машину и поднял голову.

Во всех окнах белели любопытные лица. Во дворе толпился народ. Сотни любопытных глаз не отрываясь следили за ним.

А на верхней ступеньке крыльца, перекрестив на груди руки, на него с отчаянным видом смотрела Алеська.

Юрка грустно улыбнулся ей и махнул рукой.

Полицейский захлопнул дверь и сел в автомобиль. Двигатель завёлся.

— Так, значит, на Донского в отделение… — донеслись слова зауча Аллы Александровны. — Хорошо, я сейчас тоже там буду. Только вот родителям его дозвонюсь. Да, ему шестнадцать. Личное дело его возьму…

Алеська уже неслась по лестнице в столовую.

Перед глазами было Юркино лицо. Когда он посмотрел на неё через окошко с решёткой такими грустными глазами, у Алеськи невыносимо защемило сердце, задрожали руки, а из-за слёз всё поплыло перед глазами.

Отделение на Донского…

Его повезут в полицию, на улицу Донского.

Решение молнией возникло в голове.

Ключи от его самоката остались в сумке под столом столовой.

Самокат сиротливо стоял без хозяина около школьной ограды, среди разношёрстных велосипедов.

Отцепив тросик, Алеська развернула тяжёлую машину и вставила ключ.

Даже с Юркой ехать было страшно, но сейчас пугаться не было времени.

Вцепившись посильнее в руль, она крутанула газ.

Бесшумно и быстро самокат набрал скорость, распугал голубей и воробьёв со школьного двора и вывез Алеську на тротуар.

Нужно было как-то догнать полицейскую машину, пока она не привезла Юрку в отделение.

На центральной дороге машины ползли плотно, одна к одной.

Отделение полиции на улице Донского — это в самом центре.

«Они сейчас перед мостом где-то в пробке плетутся», — соображала Алеська.

«Встречу их на центральной остановке: туда все дороги как раз и сходятся».

Через полчаса она добралась до перекрёстка с остановкой, что в начале центральной улицы.

Встав на тротуаре немного в сторонке от людей, она замотала шарфом лицо до самого носа, капюшон куртки надела на голову, отдышалась и, чувствуя холодок в руках и спине, начала всматриваться во встречный поток машин.

«А как я узнаю, что это именно та машина? Полицейских автомобилей по городу ездит немало, наверное».

«Номер не догадалась посмотреть, балда», — ругала себя Алеська

Вдруг сердце заколотилось чаще, а ладошки, сжимавшие руль, враз стали скользкими.

Далеко в потоке показался полицейский фургончик.

Почему-то сразу стало понятно, что это тот самый.

Машина не спеша ехала среди других.

«Лишь бы на светофоре встала. Лишь бы на светофоре встала», — крутилось у Алеськи в голове.

Светофор заморгал и запищал, машины остановились, и плотный поток пешеходов пошёл навстречу друг другу.

Алеська катила самокат двумя руками и боковым зрением видела слева от себя синие полоски полицейского автомобиля — за две машины перед пешеходным переходом.

Проходя мимо большого грузовика, она встала на самокат и плавно завернула за него, потом проехала вниз по прямой мимо нескольких машин.

Не обращая внимания на удивлённые взгляды водителей, она опять повернула руль влево и подъехала к полицейской машине с задней стороны.

Светофор запищал короткими сигналами. Машины вот-вот должны были тронуться.

Подобравшись поближе к дверце кузовка и стараясь не попасться на глаза полицейским в зеркала заднего вида, Алеська спрыгнула с самоката и, держа его за руль одной рукой, другой осторожно повернула ручку двери.

— Ты что делаешь? — раздался громкий голос водителя машины, стоящей рядом с ней.

Но дверь уже открылась, и Алеська увидела удивлённое Юркино лицо.

— Выходи, — кивнула она ему.

Раздался гудок автомобиля, стоявшего с другой стороны.

Юрка молча выпрыгнул из кузова, встал на самокат позади Алеськи и перехватил у неё руль.

Они поехали прочь от полицейской машины.

Поток машин тронулся, и открытая дверь полицейской машины по инерции распахнулась ещё шире, а потом с шумом захлопнулась.

Юрка в зеркале успел увидеть выскочивших из машины полицейских и крутанул ручку газа.

Алеська стояла перед ним, крепко держась за основание руля, и молча смотрела вперёд.

Юрка наклонился к ней и сказал:

— Алеська, ты ненормальная. Но спасибо. Просто огромное спасибо.

Она молча кивнула головой.

Сзади раздался вой сирены.

Юрка оглянулся: полицейская машина, включив мигалки, разворачивалась прямо поперёк полосы.

Посмотрев по сторонам, Юрка увидел проезд через тротуар в арку двора и свернул туда.

— Я тормозну во дворе, а ты беги, — наклонился он к Алеське. — В подъезде спрячься, куртку сними.

Свернув во двор и высадив Алеську, Юрка надавил газ.

Вой сирены раздался совсем рядом.

— Беги, беги! — Юра замахал рукой в сторону подъездов.

Фигурка встрепенулась и, обернувшись на звук сирены, побежала к приоткрытой двери подъезда, на ходу расстёгивая куртку.

Подождав, когда за ней захлопнется подъездная дверь, Юрка с облегчением вздохнул и снова крутанул газ.

Продолжение повести Александра Скидановского «Махаон, или история о пропавшей девочке»:

https://share.google/eMlSWZn22BXSPA5Kk