19 стандартных суток назад
В зеркале отражалось молодое лицо. Смазливое настолько, что на него было неприятно смотреть. Его словно сняли с куклы и надели на живого человека. Малик долго вглядывался в отражение, как будто пытаясь привыкнуть к своей внешности. Наконец, смирившись с тем, что это лицо действительно принадлежит ему – а может, просто устав на него смотреть – Малик закрыл дверцу шкафчика и невольно посмотрел в иллюминатор рядом.
Мужчина в дальнем конце посадочной площадки всё ещё стоял. Прошло уже почти полчаса, как Малик заметил его. Человек стоял на том же самом месте, лишь иногда делая пару шагов в сторону, чтобы не мешать рабочим, снующим туда-сюда. На его голове был недорогой тюрбан, а в руке – чемоданчик для бумаг. Очевидно, это был чей-то помощник. Что он здесь делал – было совершенно непонятно, но случайный прохожий не мог просто так зайти на посадочную площадку, где постоянно садятся и взлетают космические корабли, а рабочие их заправляют и чинят. Что было ещё страннее – никто из рабочих его не прогонял. Малика передёрнуло: на мгновение ему показалось, что мужчина смотрит прямо на него. Но потом он отвернулся куда-то вбок. Малик посмотрел в ту же сторону и увидел выходящего на площадку парня примерно своего возраста в бандане с логотипом «Хрустального Эхо» - малоизвестной музыкальной группы с планеты Оксилария.
Малик выдохнул с облегчением и отправился в заднюю часть своего корабля. Бывший истребитель, давно списанный, но вместо утилизации проданный за копейки начинающему курьеру. Естественно, корабль был доработан – прежде всего, вместо хранилища боекомплекта теперь был обычный трюм, а пулемёты и автомат заряжания в крыльях были заменены на стойки с зашифрованными носителями данных. Малик подошёл к одной из них, откинул крышку, ввёл свой код, и вытащил один из носителей. Это был не штатный носитель, а подарочный, с таким же логотипом, что и на бандане клиента.
Когда курьер вышел на воздух, юноша в бандане уже стоял рядом и ждал:
- Поверить не могу, что он здесь, у меня! Эх, хотел бы я лично побывать на Оксиларии, на концерте в Каньоне Звенящих Камней… когда внутри пещеры включают вентилятор, и от его мощности зависит, какой высоты звук будет выходить из пещеры, и этот звук они используют для музыки… мурашки по коже бегут! Жаль, билеты туда слишком дорогие. – он протянул руку с прислонённой к коже резо-нодой – особым чипом, на котором хранилась валюта. При контакте с человеческой кожей нода показала хранящуюся на неё сумму оплаты за доставку.
- Да, обязательно побывайте в Каньоне Звенящих Камней, уверен, не пожалеете. – Малик взял одной рукой чип, а другой протянул носитель музыкальному фанату, который схватил его двумя руками и принялся осматривать со всех сторон. Курьер развернулся и вошёл в шлюз, чтобы выключить корабль и сообщить диспетчеру, что у него есть деньги на заправку. Возможно, после заправки и ремонта даже что-то останется, чтобы пополнить запасы еды. А после неплохо было бы изучить местную доску объявлений, чтобы не лететь отсюда пустым.
18 стандартных суток назад
В коридоре Малик сидел один. Несколько минут назад его привёл сюда охранник и оставил сидеть в роскошном обитом бархатом кресле. Курьер оглядывал тянущийся вдоль коридора ряд изысканных барельефов, не решаясь встать и подойти к ним, попутно гадая над причиной столь странных требований в объявлении о доставке. И вот, когда желание всё-таки посмотреть на барельефы поближе почти одержало верх, раздался звук открывшейся двери. Малик оглянулся и сделал шаг.
За дверью его ждал тот же мужчина в тюрбане, но уже без чемоданчика в руках.
- Здравствуйте, здравствуйте, проходите, пожалуйста – мужчина проводил курьера в кабинет и усадил в ещё более роскошное кресло, чем то, на котором он сидел 5 минут назад – Чай? Кофе? Или просто воды?
- Просто воды, спасибо – юноша не привык видеть такое богатое убранство, он чувствовал себя не в своей тарелке. К тому же, перед ним, с другой стороны стола, в кресле, украшенном гораздо богаче, чем остальные, и, кажется, даже слегка возвышающемся, как трон, сидел, очевидно, хозяин этого кабинета – под стать богато одетый жилистый мужчина, который оценивающе смотрел на потенциального исполнителя своего задания.
Мужчина в тюрбане кивнул и взял со стола графин, из которого налил в стакан воды и протянул Малику.
- Я – личный помощник На’Зарр-Ома – он сделал едва заметный учтивый поклон в сторону сидящего во главе стола. Прежде всего, позвольте поблагодарить Вас, что откликнулись на наше объявление. Мы бы хотели задать Вам несколько вопросов. Первый – куда Вы сейчас направляетесь?
- По линии Кафа. Ищу что-нибудь по пути.
- По линии Кафа, говорите… а что думаете насчёт подлёта с противоположной стороны?
Малик призадумался. С противоположной стороны Цепи Голодных Звёзд пролегает так называемая «Голодная территория», где запуганные местные жители, вероятно, сначала откроют огонь по незнакомцу, а потом будут разбираться, боевой это корабль или демилитаризированный. Но, с другой стороны, если лететь по линии Кафа, как он изначально и собирался, то пираты вполне могут принять его за конкурента.
- Зависит от груза – заключил курьер.
- Кстати о грузе... точнее, о грузоподъёмности. Как у вашего корабля обстоят с этим дела?
- Ну, я не дальнобойщик. Мой корабль видал виды, и много он не выдержит.
- А позвольте спросить – вмешался в разговор На’Зарр – как далеко Вы улетали? Приходилось бывать в приграничных системах?
- До приграничных не долетал – пожал плечами Малик – но последний заказ привёз с Оксиларии. – курьер за годы работы научился подмечать взгляды своих собеседников и не мог не заметить, как босс переглянулся со своим помощником и слегка улыбнулся – В принципе, могу доставить груз куда угодно. Если туда ведут врата, конечно.
Такая беседа продолжалась ещё около двадцати минут, заставляя юношу недоумевать, к чему всё это, и почему они проводят такое собеседование с обычным курьером. Наконец, ему позволили самому задавать вопросы. Естественно, первым было уточнение, чем же обусловлены такие требования к перевозчику. Услышав это, На’Зарр мигом сдул со своего лица гостеприимную улыбку, став донельзя серьёзным, и посмотрел на своего помощника. Тот понял этот взгляд, и у него в руках, словно из ниоткуда, появилась пачка бумаг:
- К сожалению, на этот вопрос Вы можете получить ответ только после согласия на работу. Поэтому, если у Вас нет других вопросов, мы просим Вас сделать выбор, и, если Вы согласны, подписать вот здесь.
Малик взял договор и начал читать. На’Зарр-Ом с помощником не торопили его – они вообще не проронили ни слова с того момента, как он взял бумагу в руки – но он чувствовал на себе их взгляды, даже не видя их. Чувствовался какой-то подвох, но какой – было решительно непонятно. Хотя сумма оплаты была указана весьма соблазнительная. Оставалось надеяться, что ответ на заданный вопрос будет достаточно весомым, чтобы курьер не пожалел о своём решении. После того, как он взял ручку-непроливайку и поставил подпись, На’Зарр нарушил молчание:
- Спасибо, Муслим, можете быть свободны. Дальше я сам – и, дождавшись, когда дверь кабинета закроется за помощником, продолжил: – на самом деле, ответ на ваш вопрос довольно прост: чтобы не привлекать внимания. На большую команду с большей вероятностью нападут пираты, а нам хотелось бы быть уверенными, что груз будет доставлен без инцидентов. Дело в том, что вашим грузом будет информация. Вас это не смущает?
- Нет, просто… - Малик осёкся, чуть не сказав «просто в вашем объявлении описан буквально мой корабль» - просто обычно передача носителя происходит на борту корабля, чтобы сразу вставить его в стойку…
- Видите ли – перебил его хозяин кабинета – наша информация, она… чувствительна к условиям перевозки. Поэтому есть ещё несколько правил, которые Вам придётся соблюдать, - с этими словами хозяин кабинета снял с пояса украшенный камнями иштарский клинок и, увидев, как курьер слегка дёрнулся, широко улыбнулся и отвинтил крышечку с рукоятки, которой поставил на договоре печать вместо подписи, - И, поскольку договор подписан, отказаться Вы уже не можете. Итак…
16 стандартных суток назад
Много времени на сборы не ушло – всё-таки, на корабль не надо было грузить 100 тонн груза, а техобслуживание Малик провёл ещё до того, как начал смотреть объявления о работе. Поэтому, закупившись консервированной едой, курьер сразу отправился в путь.
Путь до прыжковых врат прошёл без приключений. Когда на фоне звёздного неба начали выделяться огни привратной станции, пилот начал прикидывать в голове маршрут прохода через врата. Конечно, составить точный расчёт можно будет только после стыковки со станцией, и на это уйдёт время, но скайды надо было экономить. Их не так много осталось. Юноша вспомнил свой первый прыжок, рассчитанный самостоятельно – да, перед этим он несколько раз покупал расчёт, параллельно проводя его самостоятельно, чтобы убедиться, что не допустил ошибок – но всё равно в мозгу роились мысли, а вдруг где-то ошибся? Вдруг не заметил в записях какую-нибудь цифру? Руки дрожали так, что удержать штурвал было невероятно сложно.
Расчёт Малик провёл довольно быстро. Возможно, даже быстрее, чем сделали бы на станции. Отстыковавшись, он направил корабль по заданной траектории и начал отточенными действиями готовить криокапсулу. Глядя на то, как в капсулу набирается жидкость, он старался ни о чём не думать, но это не получилось. Тогда он начал прогонять в голове процесс прыжка и, когда камера наполнилась, приступил к его исполнению. Погрузился в синеватую жидкость. Холодно. Надо успокоиться. На счету списанного истребителя уже не одна сотня прыжков. Но почему не получается? Почему руки трясутся? Ничего, это всегда так, сейчас пройдёт. Мысли роились в голове. А вдруг где-то ошибся? Исключено, всё, как всегда. А всё же? Вдруг что-то упустил, вдруг не заметил какую-нибудь цифру? Сотню раз так делал, нет причин, чтобы на этот раз не…
- Прыжок совершён успешно. С прибытием в систему Паркан. Запущена самодиагностика систем.
… получилось. Как всегда, получилось.
Малик перешёл в другую систему прямо посреди мысли. Что ж, бывает. Он не спешил открывать глаза. Вокруг зашумели насосы, откачивающие жидкость, зашипели архаичные газовые упоры, открывая крышку.
- ТРЕВОГА! ГРАВИТАЦИОННАЯ АНОМАЛИЯ. НЕХВАТКА МОЩНОСТИ ДВИГАТЕЛЕЙ. ТРЕВОГА!
Спокойствие улетучилось в мгновение ока. Малик открыл глаза. Не понимая до конца, что произошло, он стремглав рванул в кабину, где инстинктивно дёрнул рычаг, запускающий резервные двигатели, лишь позже осознав, что действительно мощную гравитацию им не перебороть. После этого пилот запустил расчёт местоположения, и от увиденного у него затряслись руки.
Корабль должен был выйти из врат на орбите главной звезды двойной системы Паркан. Вместо этого он оказался ровно посередине между двух звёзд. Юноша огляделся – и действительно, справа и слева среди мерцающих точек других звёзд, виднелись две более яркие точки, дающие понять, что жизнь не так далеко. Это означало две вещи: первое – в расчётах всё-таки была ошибка. Второе – Малику невероятно повезло, что его не выкинуло между звёздными системами и не разорвало в клочья. Скорее всего, так сильно ему не повезёт больше никогда.
Сигнализация не переставала верещать о гравитационной аномалии. Воскликнув «да не аномалия это, это звёзды не там, где ты ожидал», курьер выдохнул. Он знал, что корабль ему не ответит – раньше здесь стоял бортовой искусственный интеллект военного образца, и его, естественно, тоже вытащили. А ещё он знал, что резервного топлива явно не хватит, чтобы вырваться из гравитационной ловушки двух звёзд. Его должен был кто-то взять на буксир и хотя бы немного оттащить в сторону. Откинув крышку над красной кнопкой с надписью «SOS», защищавшую от случайного нажатия, Малик без колебаний нажал её и принялся ждать.
Он сразу понимал, что ждать придётся долго, поэтому решил скоротать время. Сначала изучил не суливший ничего хорошего отчёт самодиагностики. Потом рассчитал маршрут до системы Уркан – с учётом того, что экономить надо уже не деньги, а время, но и скайдов осталось немного. Благо зато времени достаточно. Приблизительно рассчитал следующие два прыжка. Провёл диагностику сам, подлатал, что смог, своими силами, и выписал детали, которые надо будет купить. Устав, решил немного отдохнуть. Сами собой возникали разные мысли, и юноша не противился им. Постепенно мысли становились всё более сюрреалистичными, как вдруг, где-то там, между явью и сном, курьер услышал сигнал радиовызова.
Мгновенно вскочив со спального места, он бросился в кабину. В динамиках раздался бодрый мужской голос средних лет:
- Эй, есть кто? У вас аварийный маяк включен. Помощь нужна?
- Да, да, очень нужна! Я застрял в точке Лагранжа.
- А не ловушка ли это часом, Сай? – ворвался в эфир второй голос.
- Да какая ловушка, я сам в ловушке, один, на старом корабле, на него чихни – он развалится.
- А, всё-таки в засаду затащить нас хочешь? Чтобы мы полегли, а ты выбрался?
- Да какая, ей-богу, засада, я в гравитационной ловушке! Между двух звёзд! Мощности не хватает, чтобы вырваться.
- Что ж ты сразу не сказал! Понапокупают вёдер, а потом лезут куда ни попадя! Тьфу!
- Да не лез я никуда, прыгнул неудачно! Пожалуйста, помогите! – голос Малика был достаточно искренним, чтобы разжалобить собеседника:
Нервное напряжение спало, юноша выдохнул с облегчением и отвечал, даже до конца не осознавая, что говорит:
- Ничего себе! – присвистнул голос из динамика – Ну, тогда ты точно либо отчаялся, либо водишь нас за нос. Ладно, вытащим тебя. Будем через пару часов. Но мы тебя только вытащим из ловушки, дальше сам. Понятно?
- Доберёшься до станции – отдохни, не мчи сразу.
- Хорошо. Ещё раз большое спасибо.
Правило 1: не сообщать никому о пункте назначения.
8 стандартных суток назад
Уличный шум отдавался гулким эхом в голове, причиняя Малику нестерпимую боль. Тихий шёпот был как разговор на повышенных тонах, а уж про крики зазывал, во весь голос утверждающих, что у них «самые свежие космоовощи» и «сыры со всех уголков галактики», нечего и говорить. Для торговых площадей Собора Восьми Вкусов обыденная картина, от которой Малик сейчас отчаянно хотел избавиться. Он шёл меж ларьков, закрыв уши руками, но это почти не помогало: голоса продолжали бить кувалдой по его мозгу. Ноги то и дело норовили подкоситься от усталости, а желудок урчал так, что почти заглушал окружающий гул. Курьер явно не рассчитывал на такую неудачу – последние запасы на корабле были съедены четыре дня назад. Последний прыжок заставил его буквально дрожать от страха, и он даже не знал, от какой мысли больше – что прошлая неудача может повториться, или что он может не проснуться от криосна.
Зайдя в переулок, из которого не доносилось ни звука, юноша увидел всего несколько ларьков, и из всех из них его сразу начали звать посмотреть товар. Проигнорировав их, он подошёл к единственному, кто, не отрываясь, смотрел на него молча:
- Пожалуйста, скажите им, чтобы не кричали над ухом.
- Конечно – ответил мужчина в скромном одеянии шёпотом, который по сравнению с остальными казался не слишком громким – Ксило! Извини, - осёкся он, увидев, как Малик вздрогнул – но мне придётся крикнуть, чтобы их утихомирить – Эй! Ашер! Джаспер! Помолчите все минуту!
- Да сдался тебе этот шкет! Будешь молчать – никто не подойдёт, запомни, Орг’Ло! – громогласно ответил один из торговцев, но после этого в переулке стало действительно тише.
- Спасибо – поблагодарил посетитель хозяина лавки – я бы хотел купить еды.
- Всё перед тобой, выбирай, что по вкусу.
Курьер, не отрывая рук от ушей, медленно осмотрел выложенные продукты.
- Но у меня не хватит, чтобы купить запас на всю дорогу…
- Тогда больше ничем не могу помочь, если я буду раздавать еду бесплатно, то сам останусь без скайда за душой. Извини, но такова жизнь. Если хочешь что-то получить – придётся чем-то поделиться.
У Малика закружилась голова, весь мир начал плыть перед глазами, вертясь и погружаясь в темноту…
В себя юноша пришёл уже на корабле, и увидел, как в трюм два грузчика в экзокостюмах грузят несколько коробок с едой. Рядом сидел торговец из переулка – Орг’Ло.
- Что это? Я меня нет денег, чтобы столько купить!
- Не волнуйся. Считай, что мы уже в расчёте.
- Но мне нечем расплатиться за это – происходящее начало складываться в цельную картинку в голове - о боже, я что, сболтнул лишнего?
Торговец на секунду призадумался, встал, велел грузчикам «принесите ещё одну коробку», затем оглянулся, произнёс «ты молодец, главное, держи на корабле запас» - и вышел, не обращая никакого внимания на крики юноши.
Правило 2: не разглашать никому полученную информацию.
5 стандартных суток назад
Вельзенн. Столица мира. Или, по крайней мере, нашей галактики. Через лобовое остекление своего корабля молодой курьер смотрел на самое величественное сооружение в этой части Вселенной – на построенную вокруг звезды сферу Дайсона, на «полюсах» которой жили люди, а на «экваторе» расположились тысячи открытых термоядерных реакторов, «искусственных Солнц», свет и тепло от которых поддерживали жизнь на планетах системы. Не посетить его было бы преступлением. К тому же, он собирался последовать совету торговца Орг’Ло и хотя бы немного пополнить запасы провизии.
Не ожидая никаких препятствий, Малик быстро заполнил декларацию и пошёл с ней в логово бюрократии – таможенный контроль. И если в остальных уголках вселенной таможенники были более снисходительны, то здесь они были предельно внимательны и недоверчивы. Прибывшего юношу эта участь тоже не миновала – даже наоборот, ему достался особо придирчивый сотрудник:
- Добро пожаловать на Вельзенн. Ваш паспорт и таможенную декларацию, пожалуйста.
- Добрый день. Вот, держите.
- Так, господин Аль-Наджи… - таможенник внимательно изучал текст на экране своего терминала - Какова цель вашего визита в Мили Иш?
- Транзит. Хочу пополнить запасы провизии, а заодно посмотреть, чем тут люди сейчас живут.
- Понятно… И Вы ничего не декларируете? Никаких товаров, которые подлежат обложению пошлинами?
- Нет, я путешествую налегке. В корабле никаких товаров нет.
- Да ну? – постовой явно не верил, что на Вельзенн кто-то может прилететь без груза - Никаких предметов, подлежащих декларированию?
- Я же сказал, я здесь транзитом.
- Кхм… это очень… необычно. Большинство людей декларируют хотя бы часть своего багажа.
- Послушайте, я не большинство, – Малик был терпелив, его мало что раздражало, но объяснять одно и то же три раза подряд удовольствия явно не доставляло - я просто хочу купить еды и отправиться дальше, понимаете?
- Но правила есть правила. Все должны декларировать свои товары. Это для нашей – и вашей же – безопасности.
- Кажется, Вы всё же не понимаете. Я не везу никаких товаров, только личные вещи. Я не нарушаю никаких законов.
- Господин Аль-Наджи, я просто делаю свою работу. Если Вы не хотите следовать правилам, то я буду вынужден задержать ваш корабль и направить его на полный досмотр.
Уж что-что, а задержание в планы курьера не входило. Он и так потратил непозволительно много времени, пусть и не по своей вине, и ждать, пока пройдёт досмотр, он не мог. Возможно, это был такой намёк на взятку, но рисковать оказаться в тюрьме не хотелось, да и денег тоже оставалось слишком мало, чтобы раздавать их каждому встречному. Конечно, оставался вариант занять очередь к другому специалисту, но тот наверняка окажется таким же привередливым. Эта безысходность окончательно переполнила чашу терпения:
- Прекрасно! Впустую тратите время людей, вот чем вы занимаетесь. У меня в корабле ничего нет!
Вынув руку из сканера, юноша развернулся и, протискиваясь через стоящих в очереди за ним, вышел из помещения и направился к своей посадочной площадке. Когда он вернулся в зону таможенного контроля, в декларации была дописана ещё одна строка: «зашифрованный носитель с информацией, 1 штука».
Правило 3: не записывать полученную информацию ни на какие носители.
Трое стандартных суток назад
Таракань. Самое сердце опасной территории. Так написано в Межзвёздном Атласе, и так оно и есть. Закон сюда не доходит, и система полна разного рода преступников и прочих отбросов общества. Возле врат почти всегда «дежурят» пираты. Любого, кто сюда направляется, об этом предупреждают. Поэтому в этот раз Малик волновался не только по поводу успешности прыжка, но и по поводу встречи на той стороне. И оказался прав: стоило ему выйти из криокапсулы, как он услышал сигнал радиовызова. Ответив на него, пилот услышал грубый, прокуренный голос:
- Добро пожаловать в Таракань! По прибытию в систему вы должны заплатить таможенную пошлину, хы-ха! Она совсем небольшая: четверть перевозимого груза, можно в денежном эк-ви-ва-ленте, во! – последнее слово голос произнёс с явным трудом, но с неимоверной гордостью – то ли за то, что знает такое умное слово, то ли за то, что смог его выговорить – Приготовьтесь принять сотрудников таможни на борт.
- Значит, я должен заплатить… - Малик задумался, делая вид, что считает в уме – ноль? Верно?
- Нет, не верно, научись считать, остряк. Я помогу: берёшь стоимость своего груза и делишь на 4. Или количество, если хочешь отдать товаром – голос сделал паузу – ну? Сколько получилось?
- Эм… ноль – юноша пытался сделать вид, что не волнуется, но понимал, что у скрыть волнение получается так себе.
- Опять неправильно. Я готов помочь с расчётами, раз у тебя не получается, но за дополнительную плату. Заодно облегчим задачу. Будем делить пополам. Сколько у тебя контейнеров с грузом?
- Ты что, издеваешься? Жди, щас сами придём и пересчитаем!
Ждать долго не пришлось. Демилитаризованный истребитель не имел стыковочного шлюза, поэтому посетители зашли, немного побывав в открытом космосе:
- Как ты на этом корыте вообще долетел сюда? Ну, показывай свои ноль контейнеров!
- Твою мать, реально пустой, что ли?
- Зашифрованные носители информации. Но они все пусты – хозяин корабля показал на соответствующий индикатор на одном из них, но по виду «таможенника» было ясно, что шифруемый кейс для него выглядит, как технология инопланетян, и он совершенно не понимает, как читать индикаторы.
- А скайды? Надо работу нашу оплатить.
- Скайды? Я последнее на еду потратил, а еду уже съел.
- Чё ты тут забыл тогда, голодранец? Ладно, мы сейчас всё обыщем. Если у тебя никаких тайников нет, то возьмём пару «носителей», проверим, вдруг на них всё-таки есть что-то, и вали.
Обыск шёл долго. Вероятно, даже дольше, чем был бы досмотр на Вельзенн. Пираты заглядывали в каждую щель, откручивали какие-то крышки. Малик боялся, что они что-нибудь сломают, но как только он попытался сказать, чтобы они были поосторожнее, его просто оттолкнули и продолжили копаться с новой силой. Наконец «проверяющие» успокоились – а может, просто устали – все вернулись в трюм, и их представитель указал на два носителя в разных стойках и велел вытащить их и забрать с собой. Когда они ушли, юноша выдохнул с облегчением, но тут же замер от испуга, как вкопанный.
От волнения он не мог вспомнить, какую информацию должен был доставить. Он помнил куда, помнил кому, но что – напрочь вылетело из его головы.
Но делать было нечего, надо было лететь дальше. Пилот так и сделал, надеясь, что позже вспомнит свой «груз». Он не думал, какой состав рыжей атмосферы планеты, мимо которой он пролетал, как в песчаной буре на поверхности люди сейчас ищу укрытие, как пираты строят планы по своему обогащению за счёт других. Он отчаянно пытался вспомнить. От этих попыток его могла отвлечь лишь либо новая группа пиратов, либо…
- ТРЕВОГА! ОТКАЗ МАНЕВРОВЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ! ДВИЖЕНИЕ ВОЗМОЖНО ТОЛЬКО ПО ПРЯМОЙ. ТРЕВОГА!
Чертыхаясь, главный (и единственный) механик корабля снизил скорость до минимума, чтобы успеть среагировать в случае необходимости, и отправился разбираться с проблемой. На истребителях всегда устанавливалось достаточно много систем самодиагностики, но почти все из них зависят от других компонентов – многие из которых в процессе демилитаризации и переделки в курьерский катер были сняты. Поэтому Малику ничего не оставалось, кроме как проверять всё вручную. Он то и дело останавливался, вертел в руках очередную деталь, ставил её на место, брался за следующую, понимал, что, пытаясь вспомнить, что ему доверили, просто смотрел на компонент, ничего с ним не сделав, и возвращался к нему снова. С некоторыми системами такое происходило раза 3-4 подряд, поэтому процесс поиска поломки шёл очень медленно и занял добрую половину стандартных суток. Наконец, когда ему пришла в голову мысль пройтись по местам, где были пираты, он смог в конце концов найти сломанную тягу, идущую к борту. Точнее, она была не сломана, а просто выскочила из пазов – видимо, когда кто-то дёрнул за неё рукой. Малик взял её в руку и снова начал вертеть, рассматривая со всех сторон – он снова задумался о своём «грузе». Стоял он долго, пока в какой-то момент, резко выйдя из ступора, он буквально не вбил тягу на место и побежал к кабине пилота.
Правило 4: не забыть информацию до момента доставки.
Малик очнулся от криостазиса. Крышка ячейки мягко открылась, позволяя ему выйти. Но молодой человек не выходил. Он продолжал лежать, не шевеля ни рукой, ни какой-либо другой частью тела. У него перед глазами всё ещё виднелся, словно отпечатавшись на сетчатке, образ, приснившийся ему перед самым пробуждением: толстая, крайне неприятная на вид женщина, держа в руке огромный кусок шашлыка, обильно политый кетчупом, смотрит курьеру прямо в глаза.
Правило 5: забыть информацию сразу после доставки.
Малик прогонял этот образ раз за разом. То, что уйти с полученной информацией живым ему не дадут, он прекрасно понимал и до этого. Но почему ему приснился именно такой образ? Неужели в его подсознании так выглядит смерть?
Юноша вылез из капсулы только тогда, когда система начала откачивать из неё криогенную жидкость. Ему было не по себе от мысли, что сегодня – последний день его жизни. Обычно в такой ситуации люди начинают плакать, у них бьётся сердце, дрожат руки, но у Малика ничего такого не было. Он чувствовал, что должен плакать, но слёзы не текли, положил твёрдую руку на грудь – сердце бьётся, как обычно.
На мгновение появилась мысль пролететь дальше, но была сразу отметена. Дал обещание – будь добр исполнять, таково было его кредо. Даже если его соблюдение означает конец.
Сев в кресло, пилот направил корабль к привратной станции. «Перед смертью не надышишься, да?» - сказал он сам себе мысленно. «Нет, надо маме письмо написать напоследок» - ответил пусть блудный, но всё же сын.
Прибыв на станцию, Малик сразу отправился в офис Межзвёздной Почтовой Службы. Денег оставалось только на доставку в соседнюю систему. «Вы не волнуйтесь, ваше письмо не будет выброшено, оно будет ждать тех, кто согласится бесплатно доставить его по пути» - убеждал принимавший сотрудник. Малик не волновался, его просто огорчало, что письмо будет доставлено не сразу. Но другого варианта у него не оставалось. Согласившись, курьер сразу отправился на свой корабль. Оставалось выполнить последнюю доставку.
- Ваше имя и цель посещения?
- Малик Аль-Наджи. У меня доставка для Деборы Ормат.
Шлюзовая дверь ангара открылась. Навстречу вышли два человека в робах – очевидно, техников-инженеров. Пройдя по коридору, пилот вышел в залу к большому иллюминатору, выходящему на открытый космос. Посмотрев в него, он увидел, как его старый потрёпанный истребитель вылетает из ангара. Его это нисколько не удивило, он и так понимал, что больше его не увидит.
В этот момент Малик услышал за спиной голос:
- Не волнуйтесь, с ним всё будет в порядке.
- Замечательно. Ормат Вас уже ждёт.
Малик оглянулся и увидел человека. На секунду ему показалось, что он его уже видел – но нет, просто человек был в точно такой же одежде, что и помощник На’Зарра. Казалось, что встреча на посадочной площадке была целую вечность назад. Помощник провёл его по коридорам небольшой станции к богато украшенной двери, которая всем своим видом давала понять, что за ней обитает кто-то очень высокий рангом. Помощник постучал в неё:
Дверь открылась. Шагнув внутрь, юноша замер на месте: комната была точь-в-точь, как из его сна. Посередине стоял стол, буквально ломящейся от обилия блюд. С противоположной стороны стола, спиной ко входу, сидел очень толстый человек. Очевидно, женщина, судя по голосу. Посетитель сделал ещё шаг, и дверь за ним закрылась.
- Вы выполнили все правила? – произнесла Ормат, не оборачиваясь.
- В таком случае я Вас внимательно слушаю – с этими словами хозяйка комнаты повернулась на кресле лицом ко входу, показав своё лицо.
Малик покачнулся. Ноги отказались его держать. Он не понимал, что происходит – комната перед ним в мгновение ока переменилась: вместо лампы дневного света горел красный аварийный фонарь, стол был разломан пополам, еда разлетелась по полу, кетчуп, как кровь, стекал по стенам, а сил хватило лишь на то, чтобы опуститься в почерневшее от сажи кресло, до которого огонь ещё не добрался.
И едва он это сделал, как снова, будто по щелчку, вернулась обычная комната – ничего не горело, полный яств стол был залит ярким светом, а перед ним стояла сама Ормат и смотрела на него испуганным взглядом. Курьер посмотрел в ответ и жестом дал понять, что с ним всё в порядке. Он понял, что ни в коем случае нельзя говорить ни о том, что он видел, ни о том, что он только что вспомнил.
Малик вспомнил, что в криостазисе не снятся сны.
