Детство
Я сидел на уроке труда и выстругивал деревянный хуй, под храп учителя и громкий шум, который издавал ботаник Педрилкин, подвешенный за подтяжки на гвоздь торчащий из потолка.
Дверь с грохотом распахнулась и туда с дикими криками влетел наш классный руководитель, сияя как новогодняя елка. Увернувшись от брошенного мной ему в голову хуя, он отвесил учителю труда поджопник, вскочил на парту и раскинув руки в стороны проорал:
-У меня для вас отличная новость! Завтра, мы всем классом едем прыгать с парашютом! Не правда ли здорово, ребята!?
От такой новости даже Пидрилкин ёбнулся с потолка. Класс радостно заверещал, я вскочил на парту, одел ранец и выпрыгнул в открытое окно. Надо начинать тренировки, хуле. Ебнувшись мордой в весеннюю жижу, я подскочил и побежал домой, чтобы скорее начать приготовления к первому прыжку.
Дома было все как обычно - мать что-то готовила на кухне, кот валялся полудохлый мордой в лотке, а из сортира раздавались яростные раскаты пердежа - то мой батя вел неравный бой со своей задницей. Вломившись в сортир, я хлопнул батю по красной лысине и проорал:
-Я буду прыгать с парашюта!
-Я щас тебе на твой череп тупорылый прыгну, уёбок!!!! - проорал батя, пытаясь попасть мне кулаком по морде. Ловко увернувшись, я столкнул его с унитаза и закрыв дверь на шпингалет убежал в свою комнату. Батя еще долго орал и отмывал жопу в ванной, но мне было похуй - я яростно дрочил, предвкушая завтрашний прыжок.
На следующий день мы ехали на автобусе на аэродром. Дорога прошла спокойно, я пару раз вывалился из окна на полном ходу, но это мелочи - я просто тренировался. Прибыв на место, нам показали нашего монстра, с которого мы будем прыгать.
Обоссаный, ржавый и гнилой кукурузник громко пердя вращал пропеллерами, а рядом с ним десять пьяных мужиков падая и матерясь укладывали наши парашюты. Именно в этот момент мой настрой начал пропадать, но я быстро воодушевился - ведь они профессионалы, а стало быть знают свое дело. Потом был инструктаж, теория, напутствия. И вот наконец напялив парашюты, мы залезли в кукурузник и началось веселье.
Пока кукурузник набирая скорость пытался взлететь, мы всем классом переживали самую ужасную яйцетряску в нашей жизни. Нас кидало из стороны в сторону, кто-то уже яростно проблевывался, а я все пытался выбросить Педрилкина, как ненужный балласт. Но наконец, наш орел взлетел ввысь, и стало более менее комфортно. Инструктор пристегнул нас руками к железному поручню, и сказал ждать команды.
Команда не заставила долго ждать - пилот, раскрыв щербатую пасть проорал:
-Лол, я топливо забыл заправить! Пора прыгать!
Мы выстроились в ряд и инструктор открыв дверь, начал по одному выкидывать наружу моих одноклассников. Чем ближе была моя очередь, тем сильнее сжималось мое очко.
И вот он - момент истины. Я подошел к открытой двери, трепеща щеками на ветру и осторожно глянул вниз. Внизу виднелись поля и мелкие точки жилых домиков.
Через секунду я обблевался и вцепился мертвой хваткой в инструктора, умоляя о пощаде. Однако, он видать не раз сталкивался с подобным, потому что без труда выкрутился и толкнул меня к двери. Я вцепился в проем ногами и руками, бешено крича и созерцая внизу нашу землю.
Тяжелый сапог с глухим шлепком вошел в мою задницу, и через мгновение я вереща падал вниз. Блевать я не переставал. Еще через секунду парашют раскрылся, и тогда я уже перестал блевать и начал сраться. Я закрыл глаза и скулил, ожидая когда все кончится, а из моих штанин на землю летело говно.
Так я и провел свой путь до земли, непрерывно бомбя ее и не открывая глаз. А когда открыл, до земли оставался метр. Попытавшись вспомнить технику приземления из инструктажа, я благополучно вписался рожей в землю, и начал пропахивать в ней длинную борозду, пробуя на вкус русскую землю, траву и муравьев. Спустя метров 50 я врезался башкой в Педрилкина и потащил его за собой. Жирный пидор орал как шлюха, пришлось его вырубить. Еще через 20 метров я поцеловал мордой полено и отключился.
Проснулся в госпитале, в кровати, сжимая полено мертвой хваткой. Руки свело, и отпустить его я не мог. Ходил с ним неделю. Класс потом еще ездил на подобные мероприятия, а я просто сидел дома и доблевывал все то, что не вышло из меня еще в тот раз.
