Любую хорошую книгу требуется начинать с конца. А у нас рассказ. Мы не разделяем эту идею, но с конца начнем. А конец его был незавиден и прозаичен. И это банально и совсем не интересно, а интересно как он к этому концу пришел. Всегда интересно как пришел. И чем, стало быть, дело кончилось. Он умер или женился ?! А может он никогда не станет писателем или не сможет бороздить просторы космоса?! Всё в данном случае едино. И, весьма, универсально. Почему спросите вы? А потому, что стало быть он мёртв. Физически, метафорически или фантастически и более к жизни не способен. В общем, значится, смысле. И целом. В общем и целом. Смысле.
Был вторник или среда, а может быть и воскресенье, кто его там разберет. И был он. Он точно был. В самом деле. И во вторнике или, стало быть, в среде. А среда, значит, агрессивная была. И вот она эта среда его, стало быть, разобрала. И поглотила. Поглотила, покатала, прожевала, переварила. И выплюнула. А пока суд да дело - уже четверг наступил. Или суббота, кто его опять разберет. А разберёт его снова среда. Раз берёт, два берёт и не отдаёт, а в рот кладёт. А с субботы на работы, а на работах ребяты, а у ребят автоматы. А он бежать, а они его хвать. И назад, ну, то есть вперёд, а под зад автомат. И вот прошёл четверг, а за ним ещё один и так два отделения четвергов прошло. А он хоть бы хны. Встал, отряхнулся и пошел. Куда глаза глядят. Все глаза проглядел, пока шёл. И вот пришёл. Снова в субботу. Опять за работу. И на сей раз не отмажешься. Не отвертишься. Не выкрутишься. Потому как выкрутили уже. Выкрутили, открутили, отвертели и отмазали. Всех. Своих да наших. А не наших тем более. Так и ночь наступила. А ночью хорошо. Ночью думается лучше. Но спать пора уже. С утра подумает.
Кто рано встаёт - тому бог подаёт. А он вставал поздно и подачек не любил. Просить любил, клянчить, получается. И доклянчился. И теперь здесь вечная суббота, чтобы воздать за прошлые заботы. А о нём самом никто и не позаботится. Конец. Но завидный ли ?!
