Рыбы с ногами и люди-предметы Иеронима Босха. Откуда такой креатив у художника?
Иеронима Босха многие считают безумным опередившим время. Его называют сюрреалистом за пятьсот лет до сюрреализма.
Конечно, можно пожать плечами и сказать: «гений, чьё воображение работало само по себе». Не нужно искать источники, не нужно понимать контекст, не нужно объяснять, откуда в человеке конца XV века могли взяться такие образы. Но это не про нас! Давайте разбираться!
Босх ничего не выдумывал из воздуха. Каждая рыба с ногами имела значение. Чтобы понять этого художника, нужно сначала обратиться ко времени, в котором он жил.
Конец XV века, Хертогенбос - юг сегодняшних Нидерландов. Город, где религиозная жизнь пронизывала всё. Улицы были наполнены проповедниками. Религиозные праздничные процессии с символическими фигурами проходили очень часто.
Босх состоял в Братстве Богоматери - влиятельной религиозной организации, куда входила вся местная элита. Уважаемый человек, женатый на состоятельной женщине, получающий крупные заказы. Никакой богемы. Успешный мастер из верхушки городского общества.
Это очень удивляет и даже пугает!
В поздних средневековых Нидерландах существовала целая визуальная культура. Проповеди того времени - эмоциональные, яркие, почти кинематографические описания ада. С механизмами пыток и телесными наказаниями. Сохранились тексты, где ад описан через кухонную утварь - печь, нож, котёл с кипящим маслом. Адские муки описывали через инструменты, которые крестьянин и горожанин видели каждый день.
Босх оказался лучшим визуализатором этого языка. Там, где проповедник описывал словами - он рисовал настолько точно, что отвести глаз нельзя было! Картины были насыщены сюжетом и персонажам.
Если рассматривать его существ вблизи, то становится видно, что они построены по одному принципу.
В средневековых бестиариях (рукописных книгах о реальных и фантастических зверях) гибридные существа были обычным делом: птица с лицом человека, лев с рыбьим хвостом. Это была общая визуальная культура, в которой Босх вырос.
Но он сделал одну вещь, которой до него не делал никто. Он заставил эти гибриды взаимодействовать друг с другом. Он буквально превратил статичные иллюстрации из бестиариев в кинематографические сцены.
В «Саде земных наслаждений» - самой знаменитой его работе, можно буквально проследить эту цепочку превращений. Плод становится телом. Тело - предметом. Предмет - орудием наказания. Один мотив перетекает в другой, и зритель не может зацепиться ни за одну форму надолго.
Современные исследования картин Босха через инфракрасную рефлектографию показали интересную вещь. Босх постоянно переделывал композицию в процессе. Менял положение фигур. Усиливал именно те места, где одно существо переходит в другое. Он не искал «странного» как такового, он искал точку максимального внутреннего напряжения. Тот момент, когда форма ломается и зритель чувствует тревогу даже не понимая, откуда она.
Это работа режиссёра, а не безумца.
Есть и другой пласт, без которого Босха не понять. Карнавальная культура.
В позднесредневековых Нидерландах праздники-карнавалы играли огромную роль. Это были дни, когда нормальный порядок мира на время переворачивался. Слуга мог изображать господина. Мужчина - женщину. Дурак становился королём. Животных рядили в человеческую одежду. Появлялся целый «мир наоборот».
Эти образы потом расходились в гравюрах, в маргиналиях рукописей, в настенных росписях по всему региону.
Босх взял эту логику.
В его картинах перевёрнутый мир не заканчивается. Карнавал не имеет финала. Если рыба превратилась в человека, то она такой и останется. Если музыкальный инструмент стал орудием пытки, то обратно он уже не вернётся. Это самое страшное в его аду - необратимость.
Центральная часть «Сада земных наслаждений» выглядит почти идиллической. Обнажённые тела среди цветов и плодов. Прозрачные сферы. Странные конструкции. Кажется, что это про наслаждение.
Однако, при детальном рассмотрении видны слишком хрупкие сферы. Тела в неестественных позах. Поведение, которое противоречит нормальной анатомии. Это не Рай.
Парадокс Босха в том, что его часто называют художником, выпавшим из своей эпохи. На самом деле он глубоко в неё врос. Он работал ровно с теми элементами, что и его современники - религиозными символами, образами греха, описаниями ада. Просто никто другой не доводил это до такой плотности.
Это не предвосхищение сюрреализма, как часто говорят. Это доведённая до предела средневековая логика. Просто никто другой её до такого предела не доводил.
О самом Босхе известно удивительно мало. Нет дневников. Нет писем. Нет текстов, в которых он объясняет свой метод. Есть только документы о заказах, о семейной мастерской, о его положении в братстве.
Это отсутствие прямых свидетельств породило огромное количество легенд. Что он состоял в тайных обществах и зашифровывал в картинах еретические идеи. А некоторые думают, что он был алхимиком, сумасшедшим, мистиком.
Современники Босха не видели в его существах чего-то совершенно чуждого. Его картины охотно покупали - его язык был людям понятен. Для них это было усиление того, что они и так знали по проповедям, праздникам, иллюстрациям в книгах.
В этом и заключается главная сила его работ. Они написаны не безумцем. Их написал человек, который видел свой мир слишком ясно. И не побоялся показать это другим.
---
Произошло у вас открытие другого Иеронима Босха? Или вы всегда знали о том, что он был уважаемым человеком в обществе?
Подписывайтесь на мой канал в Дзене, там много интересных статей про искусство.
