Достаточно простое устройство с винтовым механизмом - крутишь винт и леспестки устройства раскрываются. Фанаты злодеяний инквизиции придумали, что эту штуку злые инквизиторы пихали жертвам в жопу, вагину или рот и разрывали потом её нафиг изнутри.

Но я вам сейчас открою страшную тайну инквизиции, как её внештатный сотрудник. Прикол в том, что инквизиция реально заказывала мастерам такие вот устройства, только в купчих документах они проходят как "растяжитель обуви".

Так что дурак ваш Фулгрим, это надо было пихать в сапоги, если они жмут, но никак не себе в жопу.

Боттичелли был художником двора Лоренцо Великолепного во Флоренции. И в конце XV века это был не просто богатый дом, это был эпицентр европейской мысли. Там собирались философы, заново открывавшие Платона. Поэты, спорившие о природе любви. Гуманисты, верившие, что красота тела и красота души связаны напрямую.

Картины Боттичелли были настоящей визуальной философией.

Например, «Весна» - это не просто пейзаж с танцующими девушками. Это сложнейшая аллегория восхождения души от земной любви к небесной. «Рождение Венеры» - не обычная голая женщина в раковине. Это богиня как воплощение идеи красоты, которая ведёт человека к божественному.

Чтобы написать такое, мало быть талантливым. Боттичелли иллюстрировал философию неоплатонизма. И в 1494 году он перестал писать картины...

Что случилось с Флоренцией?

В 1494 году Медичи бежали из Флоренции. Их изгнали под давлением вторгшейся французской армии и недовольных горожан. Привычный мир рухнул в один год.

На освободившееся место пришёл человек, которого звали Джироламо Савонарола.

Доминиканский монах, проповедник, буквально фанатик, а еще - гениальный оратор, который умел говорить так, что флорентийцы плакали и били себя в грудь. Его проповеди собирали тысячи людей. Они выходили оттуда другими - с горящими глазами, готовыми отказаться от прежней жизни.

И главным врагом Савонаролы было всё то, что олицетворял собой круг Боттичелли.

Роскошь. Античность. Обнажённая красота. Любовь, оправданная философией. Венера в раковине.

Савонарола говорил прямо:

Если образ не ведёт к спасению души - он вреден. Если картина показывает наслаждение - она греховна. Не важно, как философски оно обосновано. Не важно, как красиво написано. Грех остаётся грехом.

И Флоренция, которая ещё вчера обожала «Весну», начала смотреть на неё другими глазами.

Костры тщеславия

Несколько лет подряд на площади Синьории во время карнавала Савонарола устраивал то, что вошло в историю как Bonfire of the Vanities — Костры тщеславия.

Толпа приносила всё, что монах объявлял греховным: зеркала, украшения, парфюмерию, игральные карты, музыкальные инструменты, светские книги, картины с обнажёнными или мифологическими сюжетами.

Дети, так называемые «отроки Савонаролы», ходили по домам и собирали вещи. Им не отказывали. В тех условиях отказать значило быть заподозренным в нечестии.

Сохранились списки того, что несли в огонь. Книги Боккаччо горели вместе с дорогими венецианскими тканями. Лютни с зеркалами в позолоченных рамах. Светская живопись со всем остальным. Тысячи предметов за один вечер.

И эти костры были не стихийным взрывом. Это была организованная акция. Систематическое уничтожение всего визуального мира, частью которого был Боттичелли.

Есть свидетельство Вазари - биографа итальянских мастеров, который писал через несколько десятилетий после событий. Он сообщал:

Боттичелли настолько глубоко погрузился в проповеди Савонаролы, что фактически бросил живопись и впал в крайне тяжёлое финансовое положение.

Поздние картины Боттичелли

Ранние Мадонны Боттичелли - нежные, светлые, с тем же мягким сиянием, что и в «Весне». Никакого напряжения. Никакого ужаса. Те же длинные шеи, те же изящные руки, та же неоплатоническая гармония, просто перенесённая в христианский сюжет.

После 1490-х годов в его работах появляются резкие линии. Вытянутые, угловатые фигуры. Лица с выражением физической тревоги, почти боли. Цвета становятся тяжелее. Композиции - напряжённее.

В «Мистическом Рождестве», написанном около 1500 года, происходит совсем странное. Сверху Боттичелли пишет надпись на греческом о конце времён, о приближающемся Апокалипсисе, о бедствиях, которые грядут. По сторонам демоны, прячущиеся в трещинах земли. Ангелы со свитками. Люди, обнимающиеся в покаянии.

Это показывает апокалиптическое мышление. Так пишут люди, которые верят, что конец близко, и времени осталось мало.

Он не вернулся, когда стало можно

В 1498 году Савонаролу казнили. Его повесили, а тело сожгли на той же площади Синьории, где четыре года подряд горели вещи флорентийцев. Идеолог костров сам стал костром.

Казалось бы, теперь всё должно вернуться.

Другие флорентийские художники довольно быстро переключились обратно на ренессансную эстетику. Снова пошли заказы на мифологические сюжеты, на портреты, на светские картины. Возрождение продолжилось, но не для Боттичелли.

Его поздние работы становятся ещё жёстче, ещё архаичнее. В них уже нет ни античности, ни лёгкости, ни той сияющей гармонии. Савонарола изменил его так, что вернуться назад стало невозможно. Когда художник по-настоящему верит, что писать красоту - значит грешить, никакая казнь идеолога этого уже не отменит.

Что стало с ранними картинами?

Часть его ранних работ, конечно, сохранилась. Иначе мы бы не знали Боттичелли как автора «Весны». Эти картины висели в загородных виллах Медичи и пережили все потрясения.

Но если посмотреть на статистику его мастерской - сохранилось значительно меньше, чем можно было бы ожидать. У Боттичелли было крупная мастерская с учениками, постоянный поток заказов на протяжении тридцати лет. Куда делись десятки, возможно сотни работ?

Часть погибла естественным путём - войны, пожары, плохие условия хранения. Это нормально для эпохи. Уничтожение собственных работ в тот момент не воспринималось как безумие. Это могло быть актом покаяния. Способом очиститься. Многие флорентийцы делали ровно то же самое со своими ценностями.

Боттичелли умер в 1510 году. Бедным. Забытым. Без громкого признания.

К этому времени на сцене уже работали Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэль. Их искусство - мощное, объёмное, телесное - выглядело совсем иначе, чем тонкие линии Боттичелли. Стиль, который он отстаивал в молодости, казался устаревшим уже при его жизни.

Боттичелли отказался от той версии мира, которую сам же и создал.

А это страшнее любого костра.

---

Как думаете, это была настоящая вера или просто страх перед Савонаролой?

ИСТОЧНИК: https://dzen.ru/id/697b0b890aeeb92c5450df2b?tab=articles

Подписывайтесь на мой канал в Дзене, там много интересных статей про искусство.

Однажды к Инквизитору приперся Турсунбек,

И молвил он: "Хорош жечь теть, попробуй чебурек!

Сними Кассандру ты с кола, утри соплю в ноздре,

Чудеснейшие яства можно жарить на костре!"

Приник губами грозный лорд к прожаренной кроме!

И мир блаженный ощутил в кишке, душе, уме!

Сказал: "Такое сотворить не может человек!

Ты еретик! Ты сатана!", - сожжен был Турсунбек!

И поменялось все вокруг, мир снизошел во мрак!

Не может сделать чебурек ни повар, ни ведьмак!

Рыдает инквизитор громко, в небо шлет вопрос:

"Ну почему невкусно все"?! Лишь морок да понос....

В ответ безмолвны небеса, и, раны теребя,

Тиран сам прыгает в костер, сжигает сам себя!

Мораль сей басни такова: "Пока есть Турсунбек -

Есть в каждом магия добра"... Мир! Дружба! Чебурек!

В сельском хозяйстве - селекция. Металлический плуг. Севооборот. Отправить гонцов за картошкой и помидорами через Берингов пролив - лет через 10 привезут.

Реорганизация армии - призыв. Упрощение униформы. Порох уже изобретен и можно сразу переходить к казенному заряжанию и унитарному патрону. Да и нарезное оружие это не так сложно. Унификация оружия, единый стандарт калибров сильно упростит логистику. Воздушный шар с горячим воздухом - разведку и связь.

Да и в технике много чего можно - циркулярная пила и швейная машинка, вытягивание проволоки и делание гвоздей. Простейший роликовый подшипник. Даже электричество - ГРЭС, конечно, не построишь, но медь, цинк и уксус - батарея.

Простейшие нивелир и даже теодолит, линейка сильно двинут вперед картографию.

Да много чего можно, книгопечатание, например, челнок для ткацкого станка. В принципе и паровая машина это не так сложно. А уж карту мира по памяти нарисовать, рассказать о пользе нефти, каменного угля, примерно показать месторождения железа...

Эх, отправьте меня в средневековье, я цивилизацию лет на 500 ускорю. Если не сожгут как еритика, конечно ))