Немного освежил про Алису книги, но когда они уже взрослые ( Ту самую от Булычёва , в процессе, застрял на перекрёстке ? )
Алиса и новая история (Большая книга нового путешествия)
0 просмотренных постов скрыто
Звери: Иллюзия Равенства
Если до этой секунды в зале еще теплилась жалкая иллюзия "Единства", то она разбилась вдребезги с сухим, электронным щелчком.
Грохочущая из колонок поп-музыка внезапно, словно перерезанная ножом, оборвалась. Диджей-старшеклассник с побелевшим от ужаса лицом отшатнулся от пульта, когда чья-то грубая рука в кожаной перчатке выдернула шнур питания из усилителя.
На мгновение в удушливом, набитом потными телами зале повисла оглушительная тишина. Было слышно лишь тяжелое, влажное дыхание двух сотен людей и глухое, вибрирующее рычание запертых гибридов из темных углов.
Влад, стоявший на балконе словно темный дирижер этого безумия, холодно усмехнулся и опустил рубильник на щитке пожарной тревоги.
Реальность взорвалась.
Из всех динамиков Спортивного Комплекса, рассчитанных на оповещение об эвакуации, ударила пожарная сирена. Но это был не стандартный школьный звонок. Радикалы физически модифицировали акустику. Звук, вырвавшийся в замкнутое пространство, представлял собой невыносимо громкий, высокочастотный визг, который сверлом вгрызался прямо в черепную коробку.
[Продолжение следует: Author Today]
Показать полностью
"Свалка миров" Том 3, Глава 14 – Новые клятвы
Hello, World! это Марк, глава уже здесь.
– Земля вызывает Виолетту. Приём. – я привлёк внимание девушки, пощёлкав пальцами перед её лицом.
Девушка посмотрела на меня глазами полными ужаса. В уголках её глаз проступили блестящие слёзы.
– Марк, у меня, кажется, получилось. И ты постоянно видишь… это? – дрожащим голосом сказала она.
– Что конкретно ты видела? – спросил я спокойным, ровным голосом. – Убирала лишний жир?
– Нет… я… я вырвала ему глаз. – уже каким-то механическим голосом продолжила Виолетта. – А потом вырастила ему новый из красного камня.
– И как ты пришла к этому?
– В каком смысле?
– Что ты думала или ощущала до того, как началось видение?
– Ну, – девушка сделала паузу вспоминая. – я увидела, что тот парень щурится, у него явно плохое зрение… Подумала, что хотела бы ему помочь, я ведь на офтальмолога училась... А потом увидела это.
Забавно, у меня триггером к видениям выступают аналогичные мысли. Возможно, характерная черта для всех Кузнецов плоти.
– Вот и чудно! – Бодрым голосом начал я. – Ты сделала первый шаг на путь Саркофабера, мои поздравления. – Девушка лишь растерянно кивнула.
Кайра, наблюдавшая за этой сценой, перевела свой взгляд на меня:
– И часто ты сам такое видишь, Саркофабер? – как-то обеспокоенно спросила она.
– Нет, уже нет. Со временем научился контролировать такие порывы. – ответил я ей, а после перевёл взгляд на Виолетту. – У тебя это тоже не навсегда. Считай это приливом вдохновения, – продолжил уже более властным голосом. – но сильно мыслями об улучшении окружающих не увлекайся. Каждое такое «прозрение» сжигает твой внутренний резерв. Поняла?
– Да. – уже более собранно ответила моя новая ученица.
– Тогда знакомься, перед тобой – Кайра Циан. – Решил в этот раз не тратить время на разжёвывание её роли на корабле, а перейти сразу к сладкому.
– Очень приятно. – Виолетта чуть поклонилась, а её лицо растянулось в улыбке. – Я Виолетта. – Кайра ответила сдержанным, благородным поклоном и лёгкой улыбкой. – Возможно, в рабстве я повстречала вашу родственницу. – Во взгляде синекожей проскочила искра жгучего интереса.
– Продолжай. – Властным тоном сказала синекожая.
– Её звали Селеста Циан.
Взгляд Кайры стал острым, злым, словно где-то в глубине её голубых глаз вспыхнул огонёк. Всю аристократическую утонченность словно ветром сдуло. Челюсть заметно напряглась, мне, кажется, я даже слышал скрип её зубов. Правый глаз начал дергаться в нервном тике.
– Как ты сказала её зовут? – злобно, сквозь зубы прошипела иномирка, напоминая змею.
– Селеста… – Виолетта немного растерялась от столь резкой перемены в поведении синекожей аристократки. – Селеста Циан.
Нет, Кайра сейчас точно взорвётся. Она распаляется всё сильнее. Дыхание стало тяжелым и прерывистым. Оттенок её лица сменился с нежно-голубого на фиолетовый. Моё лицо непроизвольно растянулось в гаденькой улыбке. Мне впервые удаётся увидеть, как наша благовоспитанная утончённая леди выходит из себя. Три. Два. Один.
– Да… да как она смеет! – начала голосить на родном языке Кайра, наконец достигшая точки кипения. – Представилась именем которого больше недостойна! *непереводимая игра слов*. – она всё так же не сводила взгляда с Виолетты, продолжая сыпать ругательствами единым потоком.
Сейчас Кайра напоминала очень агрессивно поющего скворца. И забавно, и жутко одновременно. Особенно для тех, кто её речь понять не в силах. Соху вон экстренно сделал ноги, сныкавшись поглубже в трюме.
Виолетте явно было некомфортно от происходящего. Она, как и я, абсолютно не ожидала от Кайры такой реакции. Девушка не понимала, что делать и как себя вести в этой ситуации. Она бросила на меня взгляд, умоляющий о защите. Я поднял раскрытые ладони в жесте – «Не беспокойся, я всё решу».
Но моё вмешательство не потребовалось. Кайра резко развернулась и пнула какое-то ржавое ведро, вымещая захлёстывающие эмоции. Бедное ведро с дребезгом встретило стенку, но это помогло Кайре чуть унять эмоции. Сделав ещё несколько глубоких вздохов, иномирка смогла вернуть себе самообладание.
Чуть прокашлявшись, Кайра обратилась к Виолетте уже спокойным, ровным голосом.
– Прошу меня простить, Виолетта. Скажи мне, эта Селеста… – Имя далось Кайре со скрипом. – она погибла самой страшной смертью?
– Нет, её купили на невольничьем рынке, больше я её не видела. – Виолетта решила дипломатично умолчать о их недолгой дружбе. Правильное решение.
– Что же, такой исход меня устраивает. Надеюсь, её выкупил бордель. – ответила Кайра, переводя взгляд на меня. – Марк, если мы её однажды встретим, то её необходимо убить на месте. – на этих словах Виолетта едва заметно побледнела.
– Нет, так не пойдёт. – ответил я, тоном, не терпящим споров. – Для начала объясни мне в чём причина?
– Это она виновна в том, что мы оказались в этом мире. – Кайра упёрлась в меня взглядом. – Этого достаточно?
– Нет, слабая причина для убийства кого-то из Зефир. Вернёмся к этому разговору позже. – в ответ Кайра лишь кивнула. – Соху, вылазь! Сбор на верхней палубе! – рявкнул я в недра трюма. – И, Соху, бочку с собой возьми или ведро.
Полненький паренёк вылез из своего укрытия, расположенного где-то возле лестницы на второй ярус. А он так-то не промах. Утёк с глаз, как только почувствовал назревающий конфликт. Хорошая тактика выживания, особенно в его подчинённом положении.
Вообще, его стоит показательно поощрить. Конечно не только за чудные харчи и порядок в трюме, но и его заслуги на военном поприще. Я не забыл, что одного из эльфов убил именно он. И сейчас как раз наступил подходящий момент. Особенно учитывая, что у меня есть планы на его жирок.
Пока мы дружно топали наверх, я мысленно вернулся к ситуации с Кайрой. Похоже так просто всю подноготную она не вывалит, а жаль. С уверенностью могу сказать, что причина её ненависти куда глубже, чем просто «мы попали в этот мир из-за неё, плак, плак».
Среди её ругательств проскакивало что-то про то, что Селеста недостойна носить благородную фамилию, ну и всё такое. А значит эту Селесту отлучили от её родословной официально. Кайра явно не глава их рода, а значит она и не в праве принимать решения об отлучении. И простой руганью это явно не было – аристократическое воспитание не позволило бы.
Значит с подружкой Виолетты связана какая-то примечательная история. И я определённо хочу в ней разобраться. Кайра обладает очень ценными навыками – инженер, певец и пилот.
Предположу, что изгнанная из рода «Циан» будет иметь свой набор невероятно полезных навыков, а также познания недоступные её родственнице. Селесту нужно будет найти и прибрать себе. Возможно помирить их с Кайрой, но для этого нужно чётко понимать причину ненависти между ними.
Если там всё очень круто, и сгладить углы не выйдет… Ну и ладно, отдам её Кайре в обмен на клятву верности. Меня напрягает, что к текущему моменту без поводка ходит лишь она одна. Уговорить её нереально, заставить тоже не вариант. Остаётся купить, и голова смертельного врага может оказаться достаточной ценой.
Сергей по моему приказу начал собирать всех для присяги, меня же интересовал Мкай. Молодой орк шастал в своей футуристично броне по палубе, что-то бурча себя под нос.
Я вживил парню ядро его бати, незадолго до моего ухода в Вармзог. Никаких рабских «крючков» в ядре не было, так что причин не сдержать своё обещание у меня попросту не было.
– Мкай, как ты? – я указал ему пальцем на живот.
– Всё хорошо, мэгас Саркофабер. – Мкай отвесил глубокий, почти заискивающий поклон. Вот же фанатик, но должен признаться это чертовски приятно.
– Дай посмотрю. – не дожидаясь его ответа я уже воткнул костяную иглу в его тело.
Ну-у… В принципе всё работает как надо. Энергия сохраняется в ядре не хуже, чем в Жиже – хороший знак.
После опытов по выращиванию мозгов для Ёршика, принцип работы этого ядра стал очевиден – это процессор. Как и Жижа он тоже питает модификации в теле энергией, а также помогает ими управлять. Но в отличии от Жижи, сам по себе он не работал, а просто выполнял роль драйвера между родной нервной системой и модификациями.
Пока ядру Мкая рулить было нечем, из-за отсутствия в теле модификаций. Но и бесполезным оно не было. В нём уже был вшит паттерн, позволявший телу орка входить в состояние аналогичное «Болезни роста». Эдакая кровавая ярость. Круто? Ещё бы. Данную фишку обнаружил сам Мкай, а потом мне пришлось восполнять ему резерв.
На всякий случай я ещё и мозг Мкая проверил, на предмет подготовки к настоящей болезни роста. Вроде всё хорошо, дополнительных запасов нефункционального жира в его голове я не нашёл – хороший знак.
Также с Мкаем мы обсудили изменения в клятве для Виолетты. Если уж она моя ученица, то поводок должен быть особый – позолоченный и куда более крепкий. Ожидаемо орк подходящей клятвы не знал, о чём я догадывался. Пришлось репетировать с ним новый текст, который я придумал сам.
Надеюсь, выдуманный мной текст в принципе сработает, тем более оригинальную клятву я изменил не сильно. Правил построения магических контрактов Мкай, естественно, не знал, лишь помнил текст одной единственной клятвы – ту, которую в своё время принял его батя.
Как он модифицировал текст клятвы для матросов? Да он просто выкинул целый блок, касающийся обязанностей второй стороны. Остаётся лишь надеяться, что ничего критически важного это не сломало. Ну знаете, мало ли есть всякие законы равноценного обмена или что-то типа того.
– Мэгас Саркофабер, можно вопрос? – застенчиво начал орк, как только запомнил текст новой клятвы.
– Это Трог. – ответил я. Парень заметно погрустнел.
Не нужно быть гением, чтобы понять какой конкретно вопрос волновал юного орка. Его собственная Фэм мертва, и задача у него стоит такая же, как и перед Борком – организовать свой собственный клан. А для этого надо добыть себе жену. Либо купить, либо отбить в кровавом поединке.
Даже с новеньким ядром Мкай батю Саня явно не потянет, по крайней мере не сейчас. Ну ничего, под моим началом парень скоро станет гораздо сильнее и сможет отбить себе даже не одну жену, а целый гарем. Если, конечно, Оргима вообще приемлют гаремы. Будет забавно если диковатая, воинственная раса окажется строго моногамной.
Ещё какое-то время я убил, обсуждая с Жижей план допроса моего «пленника». По её прикидками расшифровка чужого мозга займёт у неё чуть больше недели – столько же, как и при её прошлой оценке. Задача потребует всей мощности моего сопроцессора, так что на это время я полностью лишусь её поддержки. А ещё хрен знает сколько это затребует энергии.
Когда наконец вся команда за исключением кошек собралась на верхней палубе, мы начали нашу помпезную присягу. В этот раз правда заметно более мирную, зато с большим размахом.
Перед нами уже стояла Виолетта, Патрик и Соху, который абсолютно не понимал почему его единственного вывели участвовать в этом во второй раз. Судя по его дрожащим коленками, он решил, что в этот раз его привели для демонстрации казни.
Ладно хорош парню душу травить. Я кивнул, и мы начали нашу церемонию.
– Соху! Шаг вперёд! – Грозно начал Мкай.
– Д-да! – Парень сделал шаг вперёд.
– Мэгас Саркофабер, – торжественно начал Мкай. – отметил твой прилежный труд и доблесть в защите «Стервятника» от подлых захватчиков! Он дарует тебе новую должность и исправление дефектов твоего тела.
Соху явно полегчало от услышанного. Его не только не казнили, но и наградили. От захлестнувшей его радости и неверия парнишка стоял с глуповато открытым ртом. Но, к его чести, быстро опомнился и рухнул на колени с поклоном. Он явно не забыл пинок под коленку.
А дальше предстояло яркое представление. С помощью нейрощупов я не сжигал его жир, а физически его вытаскивал из тела парня. По идее это выглядело бы куда круче без ведра, в которое стекал жирок парня, но сойдёт и так. На что не пойдёшь ради нитроглицерина.
Парнишка похудел прям на глазах под внимательными взглядами всех присутствующих. В целом взгляд каждого присутствующего прошёл весь спектр от омерзения к восхищению и обратно. А значит нужный психологический эффект был достигнут.
Под шумок я ему и зрение поправил, что произвело впечатление уже на самого парня. В принципе ничего сложного, учитывая опыт конструирования уже целых двух моих «шпионов». Глаза у парня в процессе явно адски чесались, но дергаться я ему не дал, чтобы не портить эффект от шоу.
И нет, я не злодей. Можно было и в полную депривацию его отправить. Но лучше сразу оценить, насколько качественно я поправил его миопию, чем опозориться и потом переделывать. А чесотку он переживёт, ничего страшного.
С ним я закончил и жестом отправил встать в строй ко всем остальным. Теперь на очереди Виолетта и за её клятву я переживаю больше всего.
Всё, как и раньше: Мкай клятву зачитывает по строчке, а девушка за ним повторяет слово в слово. В какой-то момент Мкай сбился, чем заслужил мой злобный взгляд, от которого орк поежился. Продолжить с того же места я ему не позволил. Осечки недопустимы!
Во-второй раз всё прошло по плану. Я принял её клятву. Укол. В этот раз он был необычно сильным. Виолетта даже дёрнулась, словно её ударили током. Я же получил болевой отчёт из ниоткуда, полный артефактов: «Пов&\\@ «№#лостность 9^ %». Сердце пропустило удар. Так и что это за херня?
Я точно что-то сломал. Твою мать. По телу пробежала мелкая нервная дрожь. Я пулей метнулся проверять свою ментальную область. Увиденное меня немного успокоило.
Возникла новая толстая двусторонняя связь. То, что связь станет толще из-за дополнительных навешанных условий – это ожидаемо. А вот неожиданным было свойство иного толка.
Обычная клятва была нейтральной, рабский поводок – ощущался колючим, а эта связь была… многослойной. Внутренний тяж в толщину одностороннего контракта, сейчас он ощущался активным. Второй слой шел поверх центра и был примерно равен в диаметре нашей ментальной связи с Мкаем. А вот третий и четвёртый были уже огромными. Настолько что могли посоперничать с моей связью с Декардом.
Все слои поверх первого ощущались неактивными. Они точно были, но сейчас словно не выполняли никаких функций. Это последствия кривого контракта, или такой и должна быть связь ученик-учитель? Я не знаю. Но уверен, что и те, кто впервые создавали клятвы тоже не знали, а значит я просто первопроходец.
Сильнее всего смущает боль в момент образования связи. Она просто отражает увеличенную силу контракта? Или всё-таки указывает на серьёзный косяк в построении клятвы? Ещё и это странное болевое сообщение. Упала целостность чего-то, но чего? И почему не было оповещения о восстановлении?
Ладно, сейчас рефлексировать на эту тему не время. Я уже секунд десять молчу как дурак.
– Виолетта, встань. – девушка поднялась на ноги. Дальше я обратился уже ко всему экипажу. – Теперь, она ученица Саркофабера. Всем ясно?
– Да! – Раздался хор голосов.
Уверен, что нихрена не всем. Но на общем собрании сознаваться в таком не принято, а зря.
– Поясню. Оскорбление моего ученика, будет воспринято мной как личное. – Ну вот теперь по глазам вижу дошло до всех.
Необходимо формировать сакральный образ Саркофабера уже сейчас. Каждый кузнец плоти священен. А я священнее всех прочих.
Остался только Патрик, который уже ёрзал от нетерпения, вызывая раздражение Мкая. Теперь они пилили друг друга взглядами. Мне даже показалось что они ровесники, правда не по статусу.
– Мкай, начинай. – приказал я.
На Патрика пошла классическая односторонняя связь. Мкай читал текст. Патрик повторял без запинки.
– Я принимаю клятву. – сказал я.
Так, а где укол? Проверяю ментальное поле – ни одной новой связи. Какого чёрта пошло не так на этот раз?
Книга на АТ: https://author.today/work/555991 (там глав больше, это не я злодей, так получилось)
Первый том: https://author.today/work/531424
Если захотите поддержать Автора: https://boosty.to/markreverse
Ну или просто поставьте сердечко на АТ или плюс на пикабу, этим вы очень помогаете в продвижении книги:3
Показать полностью
Звери: Иллюзия Равенства
На следующий день Артем пришел в школу на полчаса раньше. В его рюкзаке лежал план идеального, по его мнению, человеческого извинения.
Он долго гуглил "Что любят девушки", игнорируя статьи из раздела "Межвидовая психология". Вся эта видологическая чушь казалась ему унизительной. Он хотел показать Нове, что видит в ней не "Зверя-рысь, склонную к агрессии", а просто девушку, которую он случайно напугал.
В рюкзаке лежала плитка элитного темного шоколада с апельсиновой цедрой и небольшая ветка свежей лилии — Лиза как-то говорила, что обожает их запах. Артем был уверен, что это универсальный жест, который растопит любой лед.
Он нашел шкафчик Новы — номер 402, в конце так называемого "Тихого крыла". Занятия еще не начались, и в коридоре было пусто, только дежурный бот-уборщик тихо жужжал в углу.
Артем достал шоколад, прикрепил к нему цветок скотчем и вытащил стикер-записку: "Прости за вчерашнее. Я был идиотом и не хотел тебя пугать. Артем (тот парень, которого ты чуть не убила :)".
Он приклеил послание на холодный металл дверцы и, довольный своей дипломатией, отправился на первый урок. Он представлял, как Нова улыбнется, читая записку. Как напряжение между ними спадет. Как они, возможно, даже обсудят это на перемене.
Реальность, как обычно в этом мире, оказалась куда более жестокой.
На большой перемене грохот в Тихом крыле заставил сбежаться половину школы. Артем, протолкнувшись сквозь толпу, замер от ужаса.
Шкафчик Новы был открыт. Точнее, его дверца была изуродована — металл в районе замка был вырван с корнем, будто по нему прошлись болгаркой. Вокруг валялись смятые тетради, а прямо по центру коридора, растерзанная в мелкие клочья, лежала его записка. И шоколад. Раздавленный тяжелым ботинком так, что сладкая масса размазалась по линолеуму. Веточка лилии была сломана пополам.
В воздухе висел невыносимо плотный, удушающий запах лилии, смешанный с едким, кислым запахом паники и отторжения.
— Что здесь... — начал Артем, но осекся.
У стены стоял Кай. Волк не смотрел на Артема, он смотрел на раскуроченный шкафчик. Рядом с ним, тяжело дыша и прижимая руки к лицу, стояла Нова. Она дрожала. Настоящей, физической дрожью. Из-под ее ладоней доносился странный, булькающий звук — ее тошнило.
— Кто. Это. Сделал? — голос Кая был тихим, но Артем почувствовал, как завибрировал воздух.
— Это... я, — Артем сделал неуверенный шаг вперед. — Я просто хотел извиниться. Это... человеческий жест. Шоколад и цветы...
Кай медленно повернул голову. В его серых глазах не было злости. Только безграничное, ледяное презрение.
— Шоколад, Голый, — произнес волк так тихо, что толпа вокруг затаила дыхание, — содержит теобромин. Для представителей кошачьих он токсичен. А лилия... — Кай посмотрел на сломанный цветок. — Для рыси запах лилии вызывает спазм дыхательных путей и ожог слизистой.
Артем почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он перевел взгляд на Нову. Девушка убрала руки от лица. Ее глаза слезились, зрачки метались в панике, она судорожно глотала воздух, пытаясь избавиться от ядовитого для нее запаха.
— Ты повесил ей на шкафчик химическое оружие и написал дебильную записку со смайликом, — Кай сделал шаг к Артему. — И ты называешь это извинением?
— Я не знал... — прошептал Артем, чувствуя, как краснеют уши. — Я правда не знал. Я прочитал про человеческих девушек...
Нова вдруг оттолкнулась от стены. Она не стала нападать. Она просто посмотрела на Артема. В этом взгляде больше не было животного страха, как вчера. Там было что-то гораздо хуже.
Разочарование.
— Ты, — ее голос прозвучал впервые. Он был низким, с легкой хрипотцой, ломающимся от кашля. — Ты самый слепой из всех "голых", что я видела. Ты не хочешь видеть меня. Ты хочешь видеть удобное отражение себя.
Она развернулась и быстро пошла прочь по коридору, прижимая шарф к лицу, чтобы не дышать отравленным лилией воздухом. Кай долго смотрел ей вслед, затем перевел взгляд на Артема.
— Еще один такой "сюрприз", — бросил волк, — и я лично оторву тебе руки. А теперь убирай это. Твой мусор воняет на весь этаж.
Толпа начала расходиться, шушукаясь. Артем так и остался стоять посреди пустого коридора, глядя на раздавленный шоколад, который должен был стать началом дружбы, но стал доказательством его абсолютного, эгоистичного невежества.
Иллюзии начали трескаться.
Показать полностью
"Фронтир. Инди". Том 1
UPD:
Пролог.
ПРОЛОГ
По четвергам, как обычно, я с племянницей гулял по парку. Осень только набирала силу, а деревья были уже все огненными: ярко-желтыми с красными верхушками. Теплый солнечный свет заливал весь парк. Было сказочно красиво. Что ни дерево, то ослепительное золото, усыпанное сверху рубиновой крошкой. Все вокруг было очень разноцветным и неестественно ярким. Но мне нравились полыхающие краски осени. Ветер, еще по-летнему теплый, поднимал с асфальта первые упавшие желтые листья и уносил их вдоль по аллее.
— Дядя Гена, смотри, какой красивый листик! — сказала Тася и бросилась поднимать очередной желто-оранжевый лист, пока его не унес ветер.
— Тася, у тебя уже целый веник этих красивых листьев! Этот в руку уже не поместится, — улыбаясь сказал я.
Тася немного разжав пальцы, все же попыталась вложить лист в руку, но чуть было не выронила весь букет.
— Тогда ты его понесешь! — сказала она.
— Тась! У меня тоже перебор, — сказал я, показывая ей свой большой букет из листьев. — Я и эти-то уже с трудом держу. Ты насобирала больше, чем мы можем унести!
— Ла-а-адно, — неохотно согласилась Тася и подбросила лист вверх. Ветер тотчас же подхватил его, словно ждал, когда Тася его отпустит, закружил и унес вдоль аллеи, поднимая другие листья. И вдруг ветер резко усилился. Налетели тучи и закрыли золотистые лучи солнца. Прохожие стали застегивать куртки и поднимать воротники. Надвигалась буря. В конце аллеи из листьев и песка образовался маленький смерч…
— Я хочу домой, — немного испуганно прошептала Тася, дергая меня за рукав.
Я повернулся к ней, чтобы успокоить и застегнуть ей пальтишко, но Таси рядом не оказалось. Она исчезла. И не только она, на аллее, где мы только что шли и наслаждались последними лучами летнего солнца, не было ни души. Яркие краски осени стали тлеть прямо на моих глазах, а ветер срывал пробившиеся сквозь тучи последние лучи солнца и бросал их на землю, превращая в пепел. Мир вокруг становился черно-белым и мертвенно холодным…
Внезапно ветер сильно ударил мне в грудь, словно хотел сбить меня с ног. Я взмахнул руками, чтобы удержать равновесие и выронил букет из листьев, собранный Тасей. Ветер тотчас же подхватил эти последние желтые «лучики солнца» и превратил их в серое, бесформенное подобие птиц. Я отпрянул назад от образовавшегося передо мной кубла «летучих мышей». Да, больше всего они напоминали именно их. Потом они немного пролетели вперед по аллее, развернулись и, сгруппировавшись, ринулись в мою сторону. Всей стаей они изо всех сил врезались в меня. Это произошло так быстро, что я не успел отреагировать и упал. Взлетев надо мной вверх, они выстроились один за одним и снова спикировали на меня. Самое большое серое существо, раскрыв крылья, первым упало мне на грудь и придавило к земле с такой силой, что казалось, будто на меня свалилась огромная бетонная плита. Я не мог пошевелить даже пальцем. Его крылья прижимали мои руки к земле, а его безликая морда, размером с человеческую голову, чуть не касалась моего подбородка. У него не было глаз, но я чувствовал, что оно смотрит на меня. Я отвернулся и посмотрел ввысь. Остальные существа сделали над нами боевой разворот и, сложив крылья, стремительно падали камнем вниз. Один за одним они влетали в мое тело, словно у меня там была дыра! И в этот момент у меня перед глазами очень быстро стали проноситься какие-то картинки: незнакомые люди… космические корабли… планеты… Я попытался сбросить с себя это серое существо, но тщетно. Оно было как каменное и глядело прямо мне в глаза, словно гипнотизировало. И тут мое смятение и страх резко сменило странное чувство эйфории. Я ощутил этих существ частью себя и услышал их голоса. Влетая в меня, они шептали наперебой: «спаси нас… спаси… забери нас… спаси…». А потом я внезапно ощутил сильную боль, но не физическую. Словно что-то жгло и разрывало мою душу! Я вскрикнул и, резко приподнявшись, ударился обо что-то головой. В глазах потемнело… но, через пару секунд я очнулся.
— Гена, ну ты что! Опять?! — взвыл Макс.
Я сел и снял с себя шлем виртуальной реальности.
— Ну что? — подбегая ко мне, спросил он. — Что там со шлемом? Опять разбил?
— Да не, небольшая трещинка и всего-то, — ответил я, разглядывая шлем.
— Значит, опять разбил… — расстроенно сказал Макс.
— Да всего лишь трещина. И совсем маленькая. Сойдет! — возразил я.
— Это и называется — разбил! Трещинка только сверху, а что там внутри… кто знает. Он же теперь глючить может! Его для передачи информации больше использовать нельзя!
— Сам виноват! Ты должен был за мной наблюдать! Чем ты опять занимался? Шлем ему, видите ли, жалко…
— Так ведь это уже третий за месяц! — перебил меня Макс.
— Третий шлем ему, видите ли, жалко, — исправился я. — А голову друга тебе не жалко? Она, между прочим, у меня одна. Новую не купишь!
— А ты чего, кстати, кричал-то? И сеанс прервал раньше времени. Что, опять птицы?
— Опять… И, кстати, третий раз уже! Совпадений не видишь? Третий раз птицы… и третий раз шлем разбил. Плохо ты свою работу выполняешь. Ох, чувствую в четвертый раз, они меня точно добьют. Сегодня они уже в меня влетели, и почти все!
— Да следил я! Еще минут десять воспоминания должны были загружаться. Потом я сразу хотел тебя отключить! — оправдывался Макс. — Они же раньше только после загрузки всех воспоминаний появлялись!
— Вот видишь, а теперь они раньше прилетели. Как знали, что ты сейчас за мной не смотришь.
— На, пойди и сдай его, — сказал я и кинул шлем Максу.
— Да на кой он им поломанный-то? Я сейчас за новым схожу и…
— Не надо, — сказал я и махнул рукой.
— Почему? Ты же хотел загрузить все воспоминания включительно по сегодняшний день! А там еще как минимум день остался.
— Хватит с меня воспоминаний. Я и так знаю, что там, дома, мой клон делать будет. Этот завтрашний… а точнее вчерашний день, который не загрузился, всего лишь обычная среда. Самое главное, я на дне рождения племяшки побывал и даже в парке с ней погулял. Воспоминания легли, как собственные! Все, давай лучше посмотрим, чем ты тут занимался, что опять моих приставучих птиц просмотрел, — сказал я и подошел к компьютеру Макса.
— Говоришь, воспоминания легли, как собственные? Хорошо все-таки, что ты денег не пожалел и весь свой аванс за предстоящую экспедицию вбухал на выращивание нового клона! Теперь воспоминания быстро и качественно закачиваются. Год, прожитый твоим клоном дома, можно загрузить в тебя часов за десять, я полагаю. Вон как три месяца в тебя влетели! За три часа! И легли гладко! — радовался Макс.
— Кроме этих воспоминаний в меня еще и эти непонятные существа гладко влетели, если ты не забыл. Скорее всего, производители что-то с клоном намудрили. Это баги какие-то, наверное. Да, денег я много им заплатил, но разбираться сейчас ни времени, ни возможности у меня нет. Вот вернемся из экспедиции, тогда я прямиком в «Юнтел» и пойду, вместе с клоном. Пусть разбираются.
— А гарантийный срок-то у него, какой? Кто знает, сколько мы в космосе пробудем, — спросил Макс.
— Ты что, какой еще гарантийный срок? Это же тебе не костюм, купленный в магазине!
— Ну, не знаю… не костюм, конечно, но ты же его все равно купил.
— Что, думаешь, и у него срок годности должен быть? Да за такие деньги, если и есть, то точно пожизненный, — усмехнулся я.
Макс недоверчиво скривился.
— Да не-е. Не может быть у него никакого срока годности. Или может?.. Ну, он, конечно, моя покупка… Но… Да, ну! Неужели и тут подстава?! — возмущенно прикрикнул я.
— Слушай, ну ты же подписывал какие-то на него документы? — спросил Макс.
— Конечно, подписывал. Я их столько там на каждом этапе изготовления подписывал, что уже и читать их перестал. Главное — смотрел, чтобы фамилия моя была указана и тогда ставил свою подпись.
— Ну, ты не переживай, может, все еще обойдется. Фирма надежная — веников не вяжет! — попытался подбодрить меня Макс.
— Ну, да! Знаю! А если и вяжет, то фирменные.
— Точно! А, может, твои летучие существа и не баги вовсе. Возможно, это небольшое допустимое отклонение в программе. Ну, типа притираетесь вы с клоном друг к другу. А вообще, я тебе по-доброму завидую, Гена!
— О, это еще в чем? — удивился я.
— Ну как, в чем. Ты, считай, две жизни сейчас параллельно проживаешь. Пока твой клон дома за тебя живет, ты в это время на космическом корабле бороздишь просторы Вселенной…
— Ну ты и загнул, Макс… «бороздить просторы Вселенной…» А, кстати, нам задание уже прислали? Куда нас там засылают? Где бороздить-то будем?
— Да прислали, конечно. Я все принял и записал. Потом посмотрим. Ты лучше сейчас полежи часок, отдохни, а лучше поспи. Ты вообще, как себя чувствуешь? Улеглись воспоминания? Мы столько еще одним махом в твою голову не загоняли. Все полгода поместились? Нигде не выпирают? — пошутил Макс и с серьезным видом доктора пощупал мою голову.
— Не трогай мою больную голову! — уворачиваясь от его руки, рявкнул я. — Еще выдавишь, не дай бог, пару каких-то дней! Я, действительно, наверное, лягу. Посплю немного. А то я боковым зрением все еще тот осенний парк вижу. Еще реальности путать начну. А зачем тебе такой напарник!? Все, я спать! А ты пока старые отчеты оформи и в центр отправь, чтобы мы потом могли сразу к новому заданию приступить.
— Так я как раз этим и занимался, когда на тебя птицы напали! Я же не просто так сидел без дела, — оправдываясь, сказал Макс.
— Ладно, ладно, молодец! Продолжай в том же духе. Часа через два меня разбуди, — попросил я и ушел к себе в каюту.
Я выпил снотворное, чтобы побыстрее уснуть. Надо было хорошенько выспаться перед предстоящей экспедицией. И как только голова коснулась подушки, веки сразу стали тяжелеть, а мысли путаться. Я засыпал. Только бы мне эти существа не приснились. И что им от меня надо?! Теперь они еще и заговорили. А шепот у них зловещий... Бр-р-р... В следующий раз возьму с собой свой коллекционный кольт и, если они опять появятся — пристрелю, зараз эдаких! Ишь ты, повадились портить мои воспоминания...
В дверь постучали. Я проснулся. Неужели два часа уже прошли?
— Ген, просыпайся. Нам перенесли время отправления. Мы должны вылететь уже через час! — заглянув в каюту, сказал Макс.
— Вот вечно так… творят что хотят… — буркнул я себе под нос, быстро натягивая брюки. — Куда нас там закидывают на этот раз? В соседнюю галактику, наверное? — спросил я.
— Бери круче. В другую Вселенную, — недовольно ответил Макс.
— Ого! В другую Вселенную? А чем ты недоволен-то? — удивился я.
— Как чем. На корабле туда же не полетишь…
— Вот и здорово! Разомнемся! Сбросим с себя все плотское, так сказать. Вспомним, что мы из рода Энерго́нов!
— Да мне и в теле нормально! — возразил Макс.
— Не нравится мне твой настрой. Размяк ты совсем в этом теле, — сказал я и ущипнул его за плечо.
— Э! Больно же! Ну вот, синяк теперь будет… — недовольно буркнул Макс, потирая плечо.
— Ничего, когда мы вернемся он уже и пройдет, — успокаивал я Макса. — Слушай, а ведь так далеко только научные экспедиции летают! Что же у них там случилось?! Видимо, что-то серьезное, если они в СОРС обратились за помощью.
— Не иначе как им энергетический туннель нужен, — сказал Макс.
— Почему ты так решил?
— Ты единственный сейчас на смене, кто по ним спец!
— Ну, если только это, то мы быстро справимся и вернемся. Твой синяк еще пройти не успеет, — усмехнулся я.
— Вот совсем не смешно, Ген.
— Ну, извини, не рассчитал немного. Но ведь я прав. Ты совсем размяк на этой работе. Тело вялое, живот отрастил, а мышцы-ы…У-у-у…
— А что, мышцы? Они на месте, — недовольно возмутился Макс.
— На каком месте? На последнем? — похихикивал я над Максом.
— На своем месте! Каждая на своем, где и должна быть от природы!
— От природы… от природы их у нас в принципе нет. Запустил ты свое тело! О, кстати, пока наши тела в криокапсуле будут лежать, ты и похудеть можешь, и мышцы подкачать. И главное, заметь, без всякого напряга. В программе только нужные установки не забудь выставить…
— Сам разберусь, — недовольно рявкнул мне в ответ Макс.
Вся подготовка заняла у нас не больше получаса. Потом мы легли в капсулы, и программа запустила подготовку тел к гиперсну. Дожидаться завершения этого процесса в капсулах смысла не было, и мы покинули свои тела. Вне тел мы выглядели, как небольшие световые шары. И люди (с нашей общей планеты Си́мбио) во время грозы часто принимали нас за шаровые молнии. Ученые считают, что мы тоже когда-то были людьми, просто наша душа научилась покидать свое тело.
Мы в последний раз облетели все системы своего патрульного корабля и, убедившись, что все готово к переходу в автономный режим, покинули его. Напоследок я создал вокруг корабля защитную энергетическую оболочку, и он с нашими телами преспокойненько отправился на геостационарную орбиту Си́мбио. Там он бесконечно может дрейфовать и даже со спутником не встретиться. Создав вокруг себя тоже защитную оболочку (все-таки путь предстоял не близкий, да и на случай, чтобы никто из нас друг от друга не отстал и не затерялся во Вселенных) мы отправились на помощь научной экспедиции…
Мы прилетели в заданный сектор, и я снял защиту.
— Макс, а у нас правильные координаты? Ты ничего не перепутал? — спросил я. — Мы уже на месте, но я никого не вижу.
— Гена! Как я мог перепутать? Смеешься, что ли? Ладно, если бы я еще был в телесной оболочке, но сейчас… — недовольно сказал Макс.
— Ты не обижайся, но ты же тоже видишь, что сектор пуст! Ни малейшего всплеска энергии.
— Ну, Ген, нас же сюда не в гости пригласили, а на помощь позвали. Видимо, у них, действительно, что-то серьезное случилось. Значит, будем их искать. Думаю, для начала надо ближайшую планету найти, а там посмотрим. Кстати, ближайшая есть в соседнем секторе.
— Тогда спускаемся на девятый уровень от планеты. Сканируй весь сектор. Кстати, а что нам там сообщили об этой экспедиции? Что они тут делали? — спросил я Макса.
— Ну, ничего особенного. Обыкновенная научная экспедиция, каких много. Занимается первичным сбором и обработкой информации о новых найденных планетах в других Вселенных.
— Знаю, такие экспедиции на сотни лет улетают. У них точно могло что-то серьезное случиться! Давно они тут, нам не сообщили?
— Хм… Сообщили, — иронично ответил Гена.
— А что не так-то?
— Нам сообщили, что из этого сектора от научной экспедиции пришла заявка на помощь в эвакуации. Была послана эвакуационная группа, но с ней прервалась связь, а научная экспедиция все так же продолжает посылать запрос на эвакуацию.
— Получается, что эвакуационная группа не долетела до столетней научной экспедиции?
— Получается, что так. И вообще, мне показалось, что наше начальство и понятия не имеет, куда делась эта группа. И чувствую… нам не все сказали… Да и это еще неизвестно, правда ли.
— Ну, судя по тому, что в заданном секторе нет ни тех, ни других… Хотя знаешь, Макс, начальство ведь тоже может всего не знать. Вот и послали нас разобраться.
— Надеюсь… что они сами не знают, а не нас подставляют… — недоверчиво пробурчал Макс.
— Ну, что? Просканировал сектор?
— На девятом уровне ничего нет. Есть на пятом и на втором! — сообщил Макс.
— Что именно?
— На пятом — странная пыль — частицы, заряженные отрицательной энергией, а на втором — огромный космический корабль!
— Ну, на первый взгляд, ни то, ни другое нашей целью поиска не является. Но, так как у нас больше ничего нет… будем исследовать то, что нашли.
Мы немного покружили вокруг клуба пыли. На первый взгляд, ничего особенного — чего только в космосе нет. Но отрицательная энергетика от нее просто зашкаливала. Либо это что-то погибло под действием, например, радиоактивных волн, либо что-то зарождалось. Если бы я был писателем-фантастом, то сделал бы из нее космического пожирателя душ — уж очень сильно веяло от этой пыли смертью.
— Ген, полетели к кораблю. Мне здесь очень не нравится. Такое ощущение, что эта пыль ко мне прилипает!
— Ладно, давай к кораблю. Но координаты этих частиц зафиксируй, надо будет потом о них доложить начальству. Не нравятся мне они.
Мы опустились на второй уровень, поближе к кораблю. Здесь, наоборот, зашкаливала положительная энергия. Пред нами предстал не просто корабль, а целая научная станция межгалактического класса!
— Сканируй его, — приказал я. Что-то мне его уж очень положительная энергия подозрительна. И вообще, что такая огромная станция делает на геостационарной орбите планеты?.. Ну что, просканировал?
— Да. Странно все это... Звездолеты такого класса должны иметь собственную энергетическую установку. А у него ее нет…
— Как нет?
— Подожди, подожди... Да у него и гравитационная система совсем не та.
— Что значит, не та?! — удивился я.
— Ну, как тебе объяснить… Она вроде бы и есть, и в то же время ее нет.
— Да объясни же ты нормально! — возмутился я. Только не своими научными терминами, как ты это умеешь.
— Ну, смотри. Внешне и панель управления есть, и все остальное, что вроде бы нужно, но внутри… — пуста коробочка. Камуфляж!
— Каму… что?
— Подожди-ка, Ген! Дальше, вообще ерунда какая-то… — удивленно сказал Макс.
— Что, еще что-то нашел?
— Ну, как, нашел… Точнее, многого не нашел. У них вразнобой всякой аппаратуры не хватает, а та, что есть, похоже, работает только на честном слове. Как он вообще не падает, не понимаю. Может, и притяжение этой планеты на него не действует?
— Макс, а что это за сизый дым из него идет? Видишь? — спросил я.
— Вижу.
— Он что, на пару? — пошутил я.
— Я даже думать об этом не хочу, — серьезно ответил Макс.
— Так, нам надо срочно попасть внутрь! Если этот звездолет — дело рук жителей этой планеты, то у нашей научной экспедиции, если они, действительно, изучали эту планету — большие проблемы…
— У двух! — поправил меня Макс.
— Что, у двух? — не понял я.
— У наших двух экспедиций. Ты забыл, что сюда уже было послано две экспедиции? Точнее, одна сама сюда прилетела, а вторую послали им на помощь.
— Помню, конечно. Так, давай подумаем, в каком месте нам лучше проникнуть на корабль?
— Думаю, что со стороны стыковочного узла, — предположил Макс.
— Почему?
— Ну, если даже не говорить о том, что система захвата должна иметь хоть сколько-то там кронштейнов с сервоприводом, то отсутствие в стыковочном узле люка для прохода экипажа или перемещения груза, наталкивает на мысль, что это тоже бутафория. И, скорее всего, внутри корабля, мы вряд ли кого-то встретим.
— А не может быть такого, что ты просто не знаком с системой их стыковочного узла?
— Гена! Я, конечно, не конструктор космических кораблей, но тут любой догадается, что шлюз — бутафория!
— Почему это?
— Потому что изнутри на месте этого стыковочного узла — глухая стена!
— Как это? Стена и все?
— Нет, не все. Там еще картина в рамке висит. Уж не думаешь ли ты, что они через картину в стыковочный шлюз пробираются?
— Ладно, убедил. Что ж ты сразу про стенку-то не сказал? Полетели…
Мы проникли достаточно легко, энергетическая защита корабля добродушно нас впустила, словно своих. Никакой враждебности мы не почувствовали. И это было для меня самым странным из того, что мы уже узнали о корабле. Пройдя сквозь картину, мы оказались в тупике длинного коридора. Вокруг, действительно, никого не было. Мы быстро пролетели этот коридор под самым потолком, чтобы нас не заметили, и повернули направо. Там тоже никого не оказалось.
— Странно, что мы до сих пор никого не встретили. Просканируй этаж.
— В каютах никого нет, Ген.
— Странно. Давай попытаемся найти каюту капитана. Если и его там не окажется, то, может, мы хотя бы что-нибудь найдем в его документах?
Мы стали осматривать этаж за этажом. Но, чем выше мы поднимались, тем нас сильнее тянуло вниз, словно на нас понемногу начинала действовать гравитация корабля. Этого не должно было происходить. Мы Энергоны, и чужая гравитация на нас действовать не может. Да и вообще никакая не может, если мы не находимся в теле. А свои тела мы оставили в криокапсулах кружить по орбите нашей родной планеты Си́мбио. Мы были в замешательстве, так как ощущали именно то, что чувствуют тела людей! А сгусток энергии, которым мы были в данный момент, просто не мог чувствовать физические ощущения. Достигнув нужного этажа (дальше мы все равно уже были не в силах подниматься), мы зависли под потолком возле двери капитанской каюты и услышали оттуда голоса. Потом дверь резко отварилась, и я почувствовал, что получил небольшой толчок, словно дверь мягко стукнула меня по лбу. Мне захотелось почесать лоб рукой и, кажется, я это и сделал. Как же долго мы пробыли в своих телах, что в такой неожиданной ситуации автоматически вспомнились все ощущения и реакции тела на данную ситуацию.
Из двери вышел рыжий молодой человек и, наклонив голову, быстро зашагал по коридору.
— Гена! Посмотри… что это с нами?! — ужаснулся Макс.
Я посмотрел на Макса, а потом и на себя. Мы уже не выглядели, как сгусток энергии, мы даже не были похожи на шаровые молнии… Мы были похожи на себя! На тех себя, тела которых лежали сейчас в криокапсулах и мирно наяривали вокруг нашей планеты Си́мбио. Мы снова приобретали свои тела. Пока еще полупрозрачные и аморфные, но с большим потенциалом очень быстро восстановить былую плотность.
— Гена, а это нормально? — тихонько спросил Макс.
— Какое же это нормально!? Такого в принципе быть не может… — перебил я его.
— Нет, я хотел спросить, а это нормально, что у меня сейчас вся спина чешется? — перебил меня Макс.
Мы замерли и, глядя сквозь друг друга, наблюдали за метаморфозами наших тел. Прямо на глазах, каждая наша полупрозрачная клеточка приобретала цвет и плотность.
Из открытой каюты вышел капитан и заглянул за дверь, словно знал, что мы там.
— А, — меланхолично сказал он, — вы уже тут. Ну, заходите…
Вся книга: https://author.today/work/series/46296
Цикл завершен.
Показать полностью
1
Звери: Иллюзия Равенства1
Воздух в вагоне метро пах пережаренным кофе, чужим потом и влажной псиной. Раньше, как рассказывал отец, пахло только первыми двумя. Теперь же запах мокрой шерсти стал неизменным спутником утреннего часа пик в Секторе Б.
Артем стоял, вцепившись в холодный поручень, и принципиально не смотрел в окно. Он смотрел прямо перед собой, на спину широкоплечего мужчины в помятой куртке, которая топорщилась на лопатках неестественным горбом. Под выцветшей тканью прятались сложенные крылья — плотные, жесткие маховые перья, выдававшие в нем представителя кого-то из "птичьих" видов. Мужчина тяжело дышал, его шея была покрыта мелким светлым пухом, который дрожал в такт стуку колес.
Артем уставился на этот пух. На то, как каждая пушинка вздрагивала от вибрации вагона, будто живая, будто дышала отдельно от своего хозяина.
Странно. Он смотрел на существо из другого мира, которое ехало с ним в одном вагоне, дышало тем же спёртым воздухом, держалось за тот же поручень — и не чувствовал ничего, кроме скуки. Для Артёма это было так же обыденно, как дождь за окном.
Он не помнил мир «до».
В этом была вся штука. Великий Стык случился пятнадцать лет назад. Артёму тогда было полтора года. Он лежал в кроватке с погремушкой и, по словам мамы, даже не заплакал, когда реальность треснула пополам. Просто продолжил грызть пластикового жирафа, пока за стеной рушился привычный порядок вещей.
Сам он, конечно, ничего этого не помнил. Но история Стыка была вбита в его голову так же прочно, как таблица умножения, — из рассказов отца, из школьных уроков, из бесконечных документалок, которые крутили по телевизору каждый год в «День Памяти».
Отец рассказывал об этом всегда одинаково — за ужином, после второй рюмки. Он говорил негромко, без драматизма, как человек, который пережил автокатастрофу и устал от собственного посттравматического синдрома.
«Это не был взрыв, Тёма. Не было грохота. Было похоже на помехи в телевизоре. Вся реальность — стены, небо, воздух — на секунду задрожала, как картинка, когда бьёшь по антенне. Я стоял у окна с кружкой кофе. Моргнул. А когда открыл глаза, во дворе между качелями и песочницей стоял деревянный дом с мшистой крышей. Секунду назад его не было. А на крыльце сидел... волк. Не зверь-волк. Человек с волчьей мордой. Он смотрел на нашу девятиэтажку так же, как я смотрел на него. Мы оба не понимали, что произошло. А потом завыли сирены.»
В школе на уроках «Истории Великого Стыка» (обязательный предмет с пятого класса) им показывали старые записи с камер наблюдения. Артём помнил одну особенно чётко. Камера в обычном продуктовом магазине. Тётка на кассе пробивает чей-то хлеб. На долю секунды изображение идёт рябью — и когда стабилизируется, прямо посреди торгового зала, между стеллажами с крупой и консервами, стоят три ошеломлённых существа: крупная женщина-медведица с двумя детьми, вцепившимися в её широкие юбки. Их глаза — круглые, дикие, полные первобытного ужаса — мечутся по неоновым лампам, ценникам, камерам. Они не понимают, где они. Секунду назад они были у себя дома. Тётка на кассе роняет сканер и начинает кричать. Запись обрывается.
Два мира наложились друг на друга, как два слайда, случайно вставленных в один проектор. Реальность «сшилась», но швы были грубыми, рваными. В некоторых местах наложение прошло незаметно: пустые поля стали лесами, необитаемые острова — архипелагами деревень. В других — катастрофически. Дома впечатывались друг в друга. Дороги обрывались стенами деревьев. В пустых квартирах появлялись жильцы, на дорогах — лишние машины, а в лесах — целые поселения Зверей, которые понятия не имели, что такое «город».
Отец говорил, что первую неделю электричество не работало. Водопровод встал через три дня. Магазины опустели мгновенно, потому что население удвоилось за одну секунду — а количество еды, воды и жилья осталось прежним. Начались войны. Не мировые, но достаточно кровавые: за кусок хлеба, за квадратный метр, за право называться «хозяевами» этой покалеченной реальности. Люди воевали со Зверями. Звери — друг с другом. Все — со всеми.
«Мама не выходила из квартиры месяц, Тёма. Ты лежал в кроватке. Я ставил у двери табуретку с топором. Не от воров. От соседей. Потому что еды не было ни у кого.»
Потом, медленно и болезненно, как срастается перелом, мир начал адаптироваться. Появились Секторы — огромные зоны, разграниченные бетонными стенами и КПП. Приняли законы, половина которых не работала. Открыли Объединённые школы. Звериные дети стали учиться рядом с человеческими — не потому что кто-то верил в дружбу народов, а потому что так было дешевле. Прагматизм, а не идеализм.
Пятнадцать лет.
Артём не помнил сирен. Не помнил пустых магазинов. Не помнил топора у двери. Для него мужчина-птица в метро был таким же элементом пейзажа, как турникет, как реклама на стене, как запах пережаренного кофе. Звери были — всегда, сколько он себя помнил. Мир «до» был для него такой же абстракцией, как истории про динозавров из учебника палеонтологии.
Может, именно поэтому он их не боялся. Или, может, именно поэтому он не понимал, почему их нужно бояться.
Поезд дёрнулся, и мысли рассыпались, как сон при звуке будильника.
Показать полностью
1
К выходу 9 книги цикла - приглашаю в "гости"!
Приветствую всех! Я - Коварный Светляк, будем знакомы.
У меня свой "праздник" на носу, поэтому сегодня я хочу пригласить вас в гости в уникальный мир, который разворачивается на страницах цикла "Жрица". Это серия книг (одна история) в жанре темного фэнтези с примесью попаданцев, бояръ-аниме и эротики.
Ссылка на начало цикла: https://author.today/work/357373 (по плану будет 10 книг, публикация 9 книги начнется в этот понедельник)
Это невероятно огромный мир, созданный из множества миров, по которым можно путешествовать при определенных способностях или с помощью особых средств. Демоны - сильнейшая раса, они умеют ходить между мирами собственными силами. Другие расы пользуются тем, что зовется "подъемником между мирами". А самые ловкие и наглые - артефактом (что-то вроде роликов), которые позволяют ездить в щелях между мирами - своеобразный "черный ход".
Этот мир необъятен, а события в нем протекают под влиянием сильнейших. Все мироздание поделено между Домами демонов, за которыми следит Закон, - чтобы коварные Главы не разрушали слишком много и не уничтожали целые миры в своих "играх" за превосходство.
Тем не менее, эта история - о слабом существе расы "сулх". Она та, кого зовут "бродягой", - низшая раса, не наделенная физическими или магическими данными в полной мере. Из достоинств - обладание навыками Жрицы, которые позволяют закрывать Разломы. Но дело в том, что Разлом - смертельно опасное место с монстрами, среди которых Жрица должна найти единственного, "ключевого". А ведь на момент первого Разлома Жрицам всего десять лет. Хрупкие дети не умеют сражаться, они применяют свою магию, как умеют, чтобы выжить и поглотить "искру", - и тогда Разлом будет закрыт. Убивают монстров их "мастера", но и это очень тяжело и связано с определенным риском. Их взаимосвязь - ключевой момент, в котором тоже случается непоправимое.
Но что-то пошло не по плану сильнейших мира. Кто-то из них узнал, что бродяга - "редкая", а другие даже не догадываются о смысле этой редкости. Вот тут-то и начинается самое интересное: множество загадок и поиск ответов на вопросы. С этого и начнется 9 книга цикла!
Вот такая получилась обложка у книги. Заранее прошу прощения у любителей прекрасного, я не умею в фотошоп, каюсь, пользуюсь ИИ и своими скромными/корявыми навыками при отсутствии времени. Но все равно, я довольна.
Выбор в пользу этой обложки был сделан не просто так. Демонесса на изображении (жаль, что без хвоста получилась) олицетворяет не только Главу Седьмого Дома, но и является "характером" того, что будет происходить в 9 книге. Обойдемся без спойлеров, скажу только, что и к главной героине все это имеет самое прямое отношение, хоть ее и стараются оградить от "беспорядка" вокруг.
Был еще такой вариант:
И именно этот вариант мне до сих пор очень симпатичен. Как сказал мой самый первый читатель: "В этом варианте чувствуется твой характер". Ну и здесь видна отсылка к сюжету книги, что для меня важно. Тем не менее, выбор был сделан в пользу первого варианта.
На этом я с вами прощаюсь, а тем, кто заглянет в гости, говорю: "До свидания!". Хорошего всем завершения дня, буду рада, если история найдет своего читателя.
(Отдельное спасибо тому, кто пихнул меня написать этот пост) Дальше будет отрывок из книги, не сочтите за спойлер те, кто еще не знаком с историей.
* * *
-Кто такая Кофа? - спросила Икара совсем другое, не в силах отвести взгляда от глаз демона.
-Кофа? Кто это? - Карахолд провел большим пальцем по нежной коже на детской ладони.
-Говорят, это был самый слабый демон, - вспомнила Икара историю, рассказанную Алхимиком в десятом измерении, - Единственный демон без вашей природной регенерации и бессмертия, которому обломали рога и отрезали хвост. Но она все равно находила способ выживать при любых условиях.
-Звучит интересно, - признал Карахолд, - И что же с ней?
-Говорят, - неуверенно продолжила Икара в отсутствии каких-либо эмоций со стороны мужчины, - Что она играла с Владыкой и доказала, что слабость - не всегда плохо, и этим можно пользоваться.
По его взгляду ничего не понять. Икара некоторое время смотрела в чистейшие кристаллы глаз, после чего поймала себя на этом и заставила отвести взгляд в сторону. Неужели этот демон и вправду Владыка? Пока она думала об этом в других мирах, все казалось разумным и правдивым. Но сейчас, сидя у него на колене, Икара не понимала, что может двигать Владыкой настолько, чтобы его привлекало общество бродяги?
Редкая бродяга.
-Хорошая история, - кивнул Карахолд.
-Думаете, выдумка? И слабым нет места в этом мире?
-Глупые не живут, - размыто отозвался мужчина без каких-либо эмоций: в этом все демоны, - А слабые рано или поздно учатся пользоваться своей слабостью. Зачастую это единственное, что позволяет им выжить.
-У меня нет шанса? - ляпнула Икара то, что пришло на язык.
-Ты вы втором измерении без ведома Глав Домов и Закона, - удрученно покачал головой Карахолд, - И уже не в первый раз. Так скажи мне: ты глупая или слабая?
-Иногда кажется, что и то и другое, - вырвался из ее груди вздох обреченного, - Была бы умнее, спряталась бы где-нибудь. Подальше от демонов.
-Не нравятся демоны?
-Нравятся, - честно призналась Икара, - Мне кажется, что демоны были созданы так, чтобы привлекать другие расы. Иначе бы их уничтожили на стадии зарождения.
-Вероятно, это так.
Или один демон изначально обладал той силой, чтобы сражаться со всем мирозданием в одиночку. Интересно, как в их мирах появился Владыка? Откуда он пришел?
-Карахолд? - она чуть было не назвала его Владыкой, но вовремя прикусила язык, - Как вы думаете, у меня есть шанс обмануть демона?
Чувство неловкости проснулось одновременно со сказанными словами: все-таки перед ней сильнейший из демонов, и дразнить его своеобразными оскорблениями глупо.
-Зависит от демона, - в улыбке обнажились белоснежные клыки.
-Кого-то вроде Главы Дома, - совсем тихо произнесла Икара, не в силах вынести взгляда разноцветных кристаллов.
-Нет.
-А как же Кофа? - вспомнила Икара историю, рассказанную Алхимиком: выдумка она или нет? - По легенде, она смогла обмануть Владыку, хоть и была слабейшим демоном. Не бродяга, конечно...
-Давай предположим, - Карахолд аккуратно надел снятую ранее перчатку Жреца на руку девушке, - Что ей позволили победить в споре.
Владыка позволил?..
Но тогда это все меняет? Поэтому Кофа сумела обмануть сильнейшего демона в рассказанной Алхимиком легенде? Дело не в том, что слабое существо может обхитрить сильного, а в том, что сильный может поддаться?..
Это и есть единственный шанс слабых существ на выживание?
-Но зачем? - Икара с удивлением смотрела на перчатку на собственной руке, - Владыке ведь пришлось расплачиваться за проигранный спор. Да и унижение сильное, наверное, - последнюю фразу она едва промямлила.
-Возможно, он получил что-то взамен? - предположил Карахолд, наблюдая за девчонкой, - Зачастую, проигрывая в одной игре, мы получаем возможность выиграть в другой.
-Я понимаю, - согласилась Икара, кивнула. А затем едва заметно покачала головой, - И не понимаю.
Мысли о грядущем Рейде не давали покоя. Для зеленоглазого шанс избавиться от убийцы в голове - лучше не придумаешь. Заодно отомстит за унижение и разорванный союз...
-Тот, кто рассказал тебе историю про слабого демона, - Карахолд внимательно наблюдал за поникшей девчонкой, - Он назвал причину, по которой случилась эта игра?
-Причину?
-Слабый хотел доказать, что сильный не так силен, как ему кажется, - продолжил мужчина, - Чего же хотел сильный? Зачем он согласился на игру?
-Мм... - попыталась Икара вспомнить все слова Алхимика, но так и не смогла, поэтому произнесла первое, что пришло на ум, - Доказать, что он сильнейший и не может ошибаться?
-Но ведь он такой и есть, - на этот раз в эмоциях демона отчетливо ощущался смех, - Спорить со всеми дураками не хватит никакой жизни даже демону.
-Ему... было интересно играть именно с этим демоном? - ей пришла в голову запоздалая мысль, а затем все встало на свои места, - А проиграл Владыка, чтобы иметь возможность сыграть снова? С ней. Так?
-Как знать, - оскалился демон в усмешке, а у Икары мурашки побежали по телу, - Но мысль интересная.
* * *
(будем замышлять неладное, присоединяйтесь! )
Показать полностью
5