Как я упоминал ранее в 1 и 2 частях, декабрь 1907 года стал самым смертоносным в истории шахтёрского дела США. Но, несмотря на ужасающие последствия аварий на шахтах Дарр и  Наоми, эти события не смогли сравниться с сегодняшним происшествием, считающимся самой страшной катастрофой в истории горнодобывающей промышленности Северной Америки.

Шахта Мононг, о которой сегодня пойдёт речь, была окрещена в честь одноимённого поселения, расположенного в округе Мэрион штата Западная Вирджиния. Название этого дивного местечка с населением в 900 человек происходит от индейского слова «Мехменавунгихилла», которое переводится, как «Высокий берег, который постоянно размывается и поэтому обрушивается». Очень поэтично, не находите?

Впрочем, всё коренное население на этих землях было загнано железным сапогом прямиком в счастье ещё в начале 18 века, в ходе «Бобровых войн», а центром притяжения шахтёров они стали лишь в конце 19 столетия. Но это уже совсем другая история. Нас же интересует, что эти райские угодья издревле прокляты тем, что были очень велики и обильны. Поначалу пушниной, а потом, как выяснилось с годами, ещё и углём.

Питтсбургский угольный пласт был одной из крупнейших битуминозных жил в стране, покрывающей север Западной Вирджинии и юго-запад Пенсильвании. Растущий спрос на уголь, в свою очередь, вызвал потребность в рабочей силе иммигрантов. Только в 1907 году в Соединенные Штаты въехало более 1,5 миллионов работников, многие тысячи из которых продолжили жить и трудиться в шахтерских городах Западной Вирджинии и Западной Пенсильвании.

Шахты, о которых мы сегодня поговорим, имевшие порядковые номера 6 и 8, представляли собой наклонные выработки, расположенные примерно в 2 километрах друг от друга, и соединённые между собой длинной перемычкой. Теоретически, каждая из них вентилировалась раздельно, при помощи специального вентилятора, но по факту основной приток воздуха осуществлялся через главный вход номер 8.

Для взрывных работ в шахтах использовался чёрный порох, но, в целях экономии, квалифицированных подрывников компания не нанимала – справлялись силами опытных работяг. Достоверно известно, что все сотрудники пользовались нашими любимыми открытыми лампами, о которых мы немного поговорили в прошлой части, а дабы увлажнять откаточные пути и прибивать угольную пыль, использовали обычные вагонетки с водой.

Ну и конечно же на обеих шахтах постоянно фиксировались опасные выбросы газа, после которых ответственные сотрудники прекращали свою бурную деятельность, ожидая, когда рабочее место будет должным образом проветрено (нет). В общем, немного погрузившись в бытовые условия шахтёров начала 20 века, можно сделать вывод, что дела тут обстояли плюс минус как и на всех других месторождениях.

Официально в обеих шахтах работало 420 человек, но по факту их было куда больше. Шахтёрам сдельно платили за выполненный объём работы, а потому многие из них привлекали к тяжёлому труду своих родственников и знакомых. А детей, коих тут было очень немало, вовсе зачастую оформляли задним числом. Например, юного Фиоранджело Ди Сальво.

История этого парнишки вовсе не уникальна. Он родился в городе Дурония региона Молизе, что в центральной Италии. Согласно спискам пассажиров, прибывших на остров Эллис, десятилетний Ди Сальво отплыл из Неаполя 26 января 1906 года на пароходе «Ломбардия» и прибыл в Нью-Йоркскую гавань 8 февраля. Пройдя медицинский осмотр, он отправился в Кларксберг, штат Западная Виргиния, к своему двоюродному брату, который уже жил там. Как и многие его соотечественники, Ди Сальво устроился на работу шахтёром и к декабрю 1907 года работал на шахте.

Пятничное утро 6 декабря 1907 года обещало стать типичным рабочим днём для всей многонациональной бригады работников, спустившихся в забой шахт Мононг. Но их планам не было суждено исполниться, потому что в 10:28 на выработке номер 8 произошла детонация газа, сопровождаемая таким страшным грохотом, что его было слышно на расстоянии 13 километров.  Чудовищная взрывная волна разрушила вентилятор, уничтожила вагонетки и полностью обрушила свод шахты, заблокировав основной вход.

Примерно в то же самое время состав из вагонеток, гружёных углём, поднимался наверх из шахты номер 6. Эксперты так и не смогли назвать причину того, что произошло далее, но сразу после детонации газа, вагонетки устремились вниз по склону, сминая всех и вся на своём пути, попутно обрывая электрические провода, разрушив вентилятор, и по итогу завалив ствол шахты.

И если вам показалось, что всё уже не может быть хуже, то как бы не так, потому что оборванные провода начали искрить, а отсутствие вентиляции вызвало повышение концентрации газа, что так же привело к детонации, на этот раз уже во второй шахте.

По итогу, буквально спустя 10 минут после случившегося, заблокированными в двух выработках, без нормальной подачи кислорода из-за накрывшейся системы вентиляции, дезориентированными от поднявшейся стены пыли, ядовитого газа и высокой температуры, оказались 367 работников – 366 шахтёров и один страховой агент, пожелавший тем утром спуститься вниз, дабы оценить условия их работы.

Первая группа добровольцев отправилась на спасение тех, кто ещё мог остаться в живых, уже в 11 часов, но из-за того, что обе шахты фактически не вентилировались, находиться внутри больше 15 минут было попросту невозможно. Сперва спасательные бригады восстановили вентилятор в шахте номер 6, а после соорудили перемычки для подачи воздуха. Далее были обнаружены и потушены водой три очага возгорания, но вскоре стало понятно, что все шахтёры, находившиеся внутри, погибли.

Несмотря на то, что все шахтёры работали бок о бок, их тела разделили на группы и захоронили в соответствии с происхождением и конфессией. Число погибших в разбивке по национальностям было следующим: итальянцы – 171, американцы –  74, венгры – 52, русские – 31, австрийцы – 15, афроамериканцы – 11 (это не стёб какой, в историческом источнике дословно так и написано). Тех же, чьё происхождение было неизвестно (8 человек), похоронили отдельно от всех.

По результатам произошедшего, 415 детей остались сиротами, а 216 женщин вдовами. Всего же, если объединить трагедии из нашей небольшой трилогии, получилось, что в период с 1 по 19 декабря 1907 года в США только официально погибло 636 шахтёров, некоторым из которых не было и 13 лет. Всё это не могло пройти мимо глаз обычных людей, подняв волну народного гнева.

Во многом благодаря этому в 1910 году Конгресс создал Горное бюро США, призванное проводить проверки шахт для снижения количества инцидентов и сокращения нерационального использования человеческих и природных ресурсов. Кроме того, Горное бюро стало централизовано назначать территориальных инспекторов, которые обучали шахтерские бригады, руководили поисковыми и спасательными работами, а также занимались расследованием причин происходящих ЧП.

В прошлый раз некоторые из Вас спрашивали меня по поводу того, какая помощь была оказана семьям погибших. Отвечаю –когда эта история стала достоянием общественности, промышленник и филантроп Эндрю Карнеги учредил Фонд помощи героям, начав оказывать поддержку пострадавшим. Плюс Красный Крест отправил на место своего представителя, дабы оценить масштабы бедствия и помочь безутешным вдовам справиться с утратой.

Что до владельцев месторождения, то даже после того, как было установлено, что вентилирование шахты через один вход – крайне паршивая затея, компания «Fairmont Coal» решила поступить по принципу главного героя старого отечественного мультфильма. «И так сойдёт». Да, буквально, просто расчистили шахту, набрали новую команду и продолжили добычу, ничего не модернизируя.

Сейчас об этой страшной трагедии, помимо разрозненных статей в газетах, напоминает лишь памятник «Героиня Мононга» – статуя, посвященная вдовам шахтеров, установленная на центральной площади города. Скорбное, одинокое изваяние, призванное увековечить подвиг самоотверженных шахтёров в веках, стало символом того, к чему приводит человеческая жадность, глупость и игнорирование правил техники безопасности. Небольшого набора прописных истин, начертанных кровью невиновных людей.  

Такие дела

Ещё больше контента вы сможете найти в моём ТГ канале. Там нет никакой рекламы, зато есть живое общение с автором, адекватные собеседники и возможность влиять на то, какие статьи будут выходить раньше остальных. Буду рад всем, кто поможет мне достичь новой цели в 5 тысяч подписчиков.

• Город, построенный рядом с "безопасным атомом"

• Почему приказ не появился утром 26 апреля

• Автобусы собирали ночью — но не для сокрытия самого вывоза

Показать ещё

Утром 26 апреля 1986 года Припять проснулась почти как обычно.

Работали магазины. По улицам шли родители с детьми. Люди отправлялись на дачи, готовились к свадьбам, открывали окна. Над промышленной площадкой Чернобыльской АЭС стоял дым, но большинство жителей не знало, что ночью четвёртый реактор был разрушен.

К вечеру в городе уже появились люди с дозиметрами, военные машины и поливальные автомобили. Сотрудники милиции перекрывали отдельные дороги. В больницу поступали пожарные и работники станции.

Но официального приказа покинуть город всё ещё не было.

Он прозвучит только на следующий день — примерно через 36 часов после взрыва.

Почему почти пятидесятитысячную Припять не эвакуировали сразу? Власти сознательно скрывали опасность или действительно не понимали её масштаб? И правда ли, что автобусы собирали тайно, чтобы не вызвать панику?

Архивные документы дают ответ, который оказался сложнее любой легенды.

Город, построенный рядом с "безопасным атомом"

Припять была молодым советским городом. Её основали в 1970 году для работников Чернобыльской АЭС и их семей.

Средний возраст жителей составлял около 26 лет. Здесь было много детей, молодых инженеров, врачей, учителей. Для позднего Советского Союза город считался благополучным: новые многоэтажные дома, бассейн, дворец культуры, гостиница, магазины и парк развлечений.

Атомная станция воспринималась не как угроза, а как символ будущего.

Именно поэтому утром после аварии многие не могли представить, что город уже стал опасным местом. Люди видели пожарные машины, слышали слухи о происшествии на станции, но не получали ясных объяснений.

Радиацию невозможно почувствовать без приборов. У неё нет цвета, запаха или вкуса. Человек мог спокойно идти по улице и не понимать, что получает дозу.

Это отличало Чернобыль от обычной промышленной аварии. Если горит химический завод, жители видят дым и чувствуют запах. Здесь внешне город оставался прежним.

Самая опасная часть происходившего была невидимой.

Почему приказ не появился утром 26 апреля

Сегодня кажется очевидным: после разрушения реактора Припять следовало немедленно эвакуировать.

Но в первые часы руководство станции передавало наверх неполную и местами ошибочную информацию. Некоторые специалисты ещё не признавали, что активная зона разрушена. Часть дозиметров достигала предела шкалы и не позволяла оценить реальные уровни радиации.

Решение об эвакуации зависело не от одного человека. В нём участвовали руководство станции, местные власти, представители Украинской ССР, Министерство энергетики, медики и прибывшая Правительственная комиссия.

Им требовалось ответить на несколько вопросов:

• насколько велик выброс;

• в каком направлении движется загрязнённый воздух;

• можно ли оставить население в помещениях;

• какие дороги безопасны;

• куда вывозить десятки тысяч людей;

• хватит ли транспорта;

• нужно ли эвакуировать только Припять или более широкую территорию.

В обычной чрезвычайной ситуации подобные уточнения разумны. Но возле разрушенного реактора каждая потерянная минута увеличивала дозу, которую получали люди.

Первоначальная неопределённость постепенно превратилась в задержку.

К утру 27 апреля стало ясно, что оставить население в городе нельзя. Согласно отчёту UNSCEAR, около полудня по местной радиосети был объявлен приказ об эвакуации. Вывоз начался в 14:00 и в основном завершился к 17:00. Из города эвакуировали более 40 тысяч человек.

Автобусы собирали ночью — но не для сокрытия самого вывоза

Один из самых впечатляющих эпизодов этой истории — колонна автобусов, растянувшаяся на многие километры.

Транспорт начали собирать заранее. Машины направляли из Киева и других населённых пунктов. Водителям не всегда сразу сообщали точную цель поездки. Это объяснялось не только секретностью: власти старались избежать слухов, дорожных пробок и стихийного бегства жителей на личных автомобилях.

Массовая эвакуация без подготовки могла создать дополнительную опасность. Если десятки тысяч людей одновременно выехали бы из города, дороги оказались бы заблокированы. Кроме того, загрязнённые автомобили могли разнести радиоактивные частицы далеко за пределы Припяти.

Поэтому операция готовилась централизованно.

Город разделили на секторы. За жилыми районами закрепили транспорт. Сотрудники милиции и местные чиновники должны были направлять людей к автобусам и следить за порядком.

Это была огромная организационная работа, выполненная за считанные часы.

Но здесь возникает неудобный вопрос: если автобусы удалось собрать так быстро, почему решение нельзя было принять раньше?

Ответ снова связан с качеством информации. Транспортная система сработала быстрее, чем система признания опасности.

Советское государство умело мобилизовать тысячи людей и машин. Гораздо труднее ему было публично произнести: ситуация вышла из-под контроля.

"Возьмите документы и продукты на три дня"

Днём 27 апреля в Припяти прозвучало объявление.

Жителям сообщили о неблагоприятной радиационной обстановке и необходимости временно эвакуироваться. Им рекомендовали взять документы, необходимые вещи и небольшой запас продуктов. Квартиры следовало закрыть, воду и газ отключить.

Главным было слово "временно".

Людям внушали, что они покидают город ненадолго. Это помогло провести эвакуацию без паники. Но одновременно породило трагическую иллюзию.

Семьи оставляли почти всё:

• мебель и одежду;

• семейные фотографии;

• книги и письма;

• детские игрушки;

• домашних животных;

• продукты в холодильниках;

• машины в гаражах.

Многие действительно верили, что через несколько дней вернутся.

Эта надежда была не только способом успокоить население. В первые сутки даже специалисты не могли уверенно сказать, останется ли город непригодным для жизни навсегда.

Радиоактивное загрязнение распределялось не ровным кругом вокруг станции, а пятнами. Его структура зависела от ветра, осадков и особенностей местности. Поэтому первоначально могло казаться, что после снижения радиационного фона Припять удастся очистить.

Но город находился слишком близко к разрушенному блоку. Позднее возвращение постоянного населения признали невозможным.

Фраза «на три дня» превратилась в одно из самых горьких обещаний Чернобыля.

Почему жителей не предупредили о радиации раньше

Здесь важно отделить два разных вопроса.

Первый: понимали ли специалисты, что в городе повышена радиация?

Да. Измерения проводились уже 26 апреля. На улицах работали дозиметристы, принимались меры против радиоактивной пыли.

Второй: понимали ли все руководители точный масштаб опасности и её продолжительность?

Нет. Данные были неполными, приборы не всегда подходили для столь высоких уровней, а картина загрязнения менялась.

Но даже эта неопределённость не оправдывает отсутствие ясного предупреждения населению.

Жителям могли рекомендовать:

• не выходить без необходимости;

• закрыть окна;

• не выпускать детей;

• не употреблять местное молоко и зелень;

• тщательно мыть руки и обувь;

• избегать пыли.

Такая информация снизила бы часть возможного воздействия.

Однако в советской системе открытое предупреждение воспринималось как потенциальный источник паники. Кроме того, признание серьёзной радиационной угрозы фактически означало признание разрушения реактора — того, во что руководство станции первоначально не хотело верить.

Секретность здесь сработала не как единый приказ «всех обмануть», а как привычный административный рефлекс: пока информация не подтверждена наверху, населению лучше ничего не сообщать.

В условиях радиационной аварии этот принцип оказался особенно опасным.

Эвакуация прошла быстро, но слишком поздно

Когда приказ наконец поступил, город вывезли за несколько часов.

По данным UNSCEAR, объявление прозвучало около полудня 27 апреля, эвакуация началась в 14:00 и в основном завершилась к 17:00.

Это действительно была одна из крупнейших мирных транспортных операций в истории СССР.

Тысячи автобусов двигались колоннами. Их сопровождала милиция. Людей развозили по населённым пунктам Киевской области, размещали в домах, школах, общежитиях и у местных жителей.

Но завершение вывоза Припяти не означало окончания эвакуации.

29 апреля оперативная группа Политбюро уже рассматривала дальнейшие меры: уточнение радиационной обстановки, эвакуацию населения, привлечение химических войск и других служб. Эти решения отражены в протоколе №1 группы, созданной для координации ликвидации последствий аварии.

В течение 1986 года из наиболее загрязнённых районов эвакуировали примерно 115 тысяч человек. Позднее переселили ещё сотни тысяч жителей Украины, Белоруссии и России.

Припять была только первым городом.

Что происходило с домашними животными

Один из самых болезненных вопросов — судьба животных, оставленных в квартирах.

Во время эвакуации людей просили брать минимум вещей. Домашних животных в автобусы, как правило, не разрешали. Жители рассчитывали вернуться, поэтому оставляли корм и воду.

Но возвращение откладывалось.

Часть животных погибла в закрытых квартирах. Другие выбрались на улицы. Позднее специальные группы проводили отстрел бродячих собак и кошек, чтобы они не разносили радиоактивные частицы и не покидали заражённую территорию.

Вокруг этого эпизода возникло много художественных подробностей. Не все они подтверждаются документами. Однако сам факт массового оставления домашних животных сомнений не вызывает.

Именно через такие детали катастрофа перестаёт быть только набором доз и протоколов.

Город покидали не абстрактные «эвакуируемые». Уезжали семьи, которые не знали, что видят свои квартиры в последний раз.

Правда ли, что людей эвакуировали только из-за давления Москвы

Решение принимала Правительственная комиссия, прибывшая на место аварии. В ней участвовали представители союзного и республиканского руководства, атомной отрасли, медики и специалисты по радиационной безопасности.

В воспоминаниях участников встречаются разные оценки того, кто первым настоял на эвакуации и кто сопротивлялся. Такие свидетельства важно читать осторожно: после катастрофы многие стремились подчеркнуть собственную решительность или переложить ответственность.

Документально надёжно установлено другое:

• утром 26 апреля город не эвакуировали;

• в течение суток радиационная обстановка уточнялась;

• решение приняли 27 апреля;

• объявление прозвучало около полудня;

• вывоз начался в 14:00;

• основную операцию завершили примерно за три часа.

Поэтому утверждение, будто один человек единолично «спас Припять», слишком упрощает историю.

Так же неверно говорить, что никто не пытался организовать помощь. После принятия решения государственная машина действовала быстро.

Трагедия состояла в другом: она быстро исполнила приказ, который появился слишком поздно.

Мифы об эвакуации Припяти

Миф 1. Город вывезли сразу после взрыва

Нет. Между разрушением реактора и началом эвакуации прошло около 36 часов.

Миф 2. Жители ничего не замечали

Люди видели пожар, военную технику, милицию и дозиметристов. По городу ходили слухи. Но официальной и полной информации не было.

Миф 3. Всем заранее сказали, что они никогда не вернутся

Нет. Эвакуацию объявляли временной, а жителям советовали взять вещи на несколько дней.

Миф 4. Автобусы держали в секрете только ради обмана населения

Секретность действительно присутствовала, но были и практические причины: предотвращение паники, пробок и самовольного выезда.

Миф 5. Эвакуация была полностью хаотичной

Нет. После принятия решения операцию провели организованно и очень быстро.

Миф 6. Задержка объяснялась только желанием сохранить первомайские праздники

Для Припяти это неверное упрощение: город эвакуировали 27 апреля, за несколько дней до 1 Мая. На задержку повлияли первоначальная недооценка аварии, неполные измерения, бюрократический порядок принятия решений и страх вызвать панику.

Город опустел — зона начала заполняться людьми

К вечеру 27 апреля Припять выглядела иначе.

Ещё утром здесь звучали голоса, ездили автобусы и играли дети. Теперь на улицах оставались милицейские посты, военная техника, дозиметристы и отдельные группы специалистов.

Гражданское население уезжало. Навстречу ему двигались те, кому предстояло остаться.

В следующие дни в зону начали прибывать подразделения химических войск, военные инженеры, сотрудники МВД, специалисты атомной отрасли и строители. В протоколах оперативной группы Политбюро появились задания по радиационной разведке, дезактивации, контролю загрязнения и привлечению Министерства обороны.

Там, где ещё недавно жили обычные семьи, начиналась одна из самых масштабных ликвидационных операций XX века.

Очень скоро выяснилось, что техника не выдерживает некоторых радиационных полей. Роботы теряли управление, электроника отказывала, машины застревали среди обломков.

И тогда на опасные участки начали отправлять людей.

Об этом — в третьей части цикла «Чернобыль: рассекреченная хроника»:

«Людей отправили туда, где ломались роботы: самая тяжёлая операция Чернобыля»

Как вы считаете, можно ли назвать эвакуацию Припяти успешной, если сам город вывезли за три часа, но решение принимали почти полтора дня?

Основные источники

1. UNSCEAR. Sources and Effects of Ionizing Radiation. Annex J: Exposures and Effects of the Chernobyl Accident.

2. Протокол №1 оперативной группы Политбюро ЦК КПСС от 29 апреля 1986 года.

3. Протокол №2 оперативной группы Политбюро ЦК КПСС от 30 апреля 1986 года.

4. National Security Archive. Top Secret Chernobyl. Volume 1.

5. Материалы Правительственной комиссии по ликвидации последствий аварии.

6. IAEA. Доклады о радиационных и экологических последствиях аварии.

7. Архивные материалы о заседании Политбюро от 28 апреля 1986 года.

Спасибо за внимание. Источник: Загадки человечества

Народные корреспонденты «ЭкоГрада» сообщают о мощном паводковом наводнении в Свердловской области. Местные жители катаются по затопленным улицам на лодках

В связи с паводком регион стал зоной экологического ЧС. Люди опасаются пить воду из «традиционных» источников, в связи с тем, что затопленными оказались туалеты, выгребные ямы и септики частных домов. Сообщается о дефиците чистой питьевой воды. Согласно предварительным данным тысячи людей, в том числе дети, эвакуированы в безопасные места. Село Килачёвское ушло под воду всего за пять часов. Спасатели эвакуируют людей круглосуточно, но часть пожилых жителей отказалась покидать дома, опасаясь за сохранность своего имущества. Им доставляют продукты и помогают защитить жильё от большой воды. Затопило санаторий «Обуховский». Очевидцы рассказывают, что сначала в здании санатория отключили воду, потом пропал интернет, а потом пришла большая вода.

Масштабы ущерба пока сложно установить. Вода еще не ушла, а кое-где прибывает. Во многих местах погиб урожай на приусадебных участках. Предметы быта и бытовая техника пришли в негодность

«ЭкоГраду» удалось установить, что на утро 17 июля 2026 года режим ЧС введен в девяти муниципальных образованиях: Кушвинский МО, Горноуральский, Ирбитский, Талицкий, Первоуральск, Староуткинск, город Ирбит, Нижнесергинский и Камышловский районы.

Как сообщили в МЧС, за последние сутки паводок затопил еще 154 дома и 457 земельных участков, в основном в Ирбитском и Гаринском муниципальных образованиях. В общей сложности в зоне затопления оказались 2119 приусадебных участков, 439 частных домов, девять низководных мостов и два участка автомобильных дорог.

Также сообщается, что специалисты активно помогают пострадавшим и следят за уровнем воды в водоемах. В ликвидации последствий паводка участвуют 450 человек и 137 единиц техники.

Народные корреспонденты «ЭкоГрада» также сообщают, что больше всего домов затоплено в Талицком округе — в воде оказались около 100 жилых домов и строений. Вода также добралась до домов в Верхней Пышме, Ирбитском, Режевском, Камышловском и других районах и округах области. Также подтоплено 1252 участка, ограничено сообщение с 21 населённым пунктом, в которых проживает почти 1700 человек, в том числе 384 ребёнка.

И нформация из сводки: «В 23 муниципалитетах введён режим повышенной готовности, ещё в 6 частях Свердловской области — режим ЧС. Действует он и в Екатеринбурге. Сейчас подтоплено 192 дома, при этом ещё несколько дней назад таких было 465. Сложная ситуация наблюдается в Ирбите, где из берегов вышла река Ница. Ожидается, что в ближайшие дни ситуация будет ухудшаться».

Дождевые паводки наблюдаются и в Пермском крае. Здесь в субботу, 11 июля, скрылось под водой горное село Кын Лысьвенского района. Из-за проливных дождей реки вышли из берегов и затопили населенный пункт. Эвакуировано более 20-ти человек.

Благотворительные организации объявили сбор средств для помощи пострадавшим от паводкового наводнения людям.

Игорь Белый

Подробности

Категория: Новости со всего света