Продолжение истории путешествия на двух мотоциклах Урал из Москвы во Францию весной 2011 года. Начало здесь

Фондю в Монтрё

Приходит время расстаться с нашими друзьями: прощай, прекрасная Овернь, до свидания, дорогие Хельга и Даниэль! Выезжаем на ауторут направлением на Лион, намереваясь к обеду быть в Женеве. Вот наконец мы пересекаем швейцарскую границу и спускаемся к берегам озера Леман.

Боже мой, я снова в Женеве, городе моего детства – те самые виды: мост через Рону, знаменитый стосорокаметровый фонтан Же д’О, набережная, порт. Нам везёт: сегодня ясно, и на горизонте можно рассмотреть Монблан – самую высокую вершину Европы.

– Бёёё?

– Бёёё! – Поехали дальше!

Через сто километров мы оказываемся на противоположном краю озера, в Монтрё, и пытаемся найти гостиницу за приемлемую цену. Мда… Дешевле трёхсот евро за номер тут ничего и нет. Фешенебельный курорт в одной из самых дорогих стран мира всё-таки. Внезапно я вижу вывеску хостела – опа! Вот это удача! Снимаем четырехместный номер с двухэтажными кроватками, а мотоциклы разрешают засунуть в парковку для велосипедов, огороженную сеткой-рабицей.

Над озером горит закат, отвесная стена гор нависает над долиной, словно гигантская волна, а белоснежные пики вдали постепенно розовеют в лучах заходящего солнца. Мы фотографируемся с памятником Фредди Меркьюри и направляемся вкусить традиционное швейцарское фондю. Жизнь удалась!

Заехать в вокзал

Рано утром я просыпаюсь от того, что кровать ходит ходуном, и замечаю за окном железную дорогу. «Товарняк!» - решаю я. За завтраком выясняется, что это Саша раскачивал мою койку, чтобы я перестал храпеть. Собираемся на экскурсию и всё утро посвящаем живописнейшему Шильонскому замку, словно выросшему из воды в нескольких метрах от берега.

Когда-то здесь проходила единственная дорога из Италии в северную Европу: пробраться, а тем более провезти какой-то товар через горы было невозможно. Дорога прекрасно простреливалась из замка, хозяева богатели, а вместе с ними – и весь город. Сейчас по горам на высоченных опорах проложен современный авторут.

Выкатываемся дальше на восток по долине, зажатой между двумя горными хребтами. Вскоре ауторут сменяется обычными двухполосками, навстречу тут и там попадаются армейские колонны. Для многих может стать откровением, что Швейцария, несмотря на многовековой нейтралитет, – одна из самых милитаризованных стран в мире. Все мужчины служат в армии с 18 до 40 лет, ежегодно являясь на сборы со своим боевым оружием, которое хранят дома. Видимо, мы как раз застаём период активных учений.

Мы рвёмся всё выше, в настоящие крутые серпантины, переключаясь со второй на первую и вгрызаясь в каждый поворот. Ледяные пики ослепительно сверкают на солнце, дух захватывает от высоты и простора, и кровь кипит от адреналина, восторга и недостатка кислорода. Вот мы и на высоте снега: даже на прямой мотор не тянет на четвёртой. Делаем короткую остановку на перевале, фотографируемся в снегу.

Что же, пора дальше, вниз. «Бёёё!» Местами действительно страшно: ни отбойника, ни обочины, а под нами, буквально в двух шагах – почти километр пустоты. После кристально чистого воздуха перевала мы погружаемся в долину, буквально пропитанную запахом коров! Кажется, что этот густой, душный и в то же время уютный запах животного, – шерсти, навоза, молока, – сочится отовсюду: из зелёных альпийских лугов, из столетних шале, из леса и даже из самого асфальта.

Спускаемся на дно узкой долины, зажатой двумя непреступными хребтами, перекатываемся с берега на берег извилистой горной речки, пронизываем перелески и безлюдные горные посёлки, постепенно приближаясь к снежной великанше, перегородившей путь. Нехорошие предчувствия перерастают в навязчивое беспокойство. Какая-то деревушка... ни души… знак «тупик»… Приехали!

Вдруг в переулке появляется человек! Оказывается, перевал закрыт – сошла лавина. Когда откроется? Да как снег стает. Может, дня через три. А может, и через месяц… После минутной паники узнаём, что внутри горы проложен железнодорожный туннель, а станция совсем рядом. Мы невольно оказываемся в числе не очень большого количества оппозитчиков, которым удалось въехать на «Уралах» не только в вокзал, но и непосредственно в поезд.

Железнодорожный состав состоит из платформ, на которых внутри своих машин путешествуют автолюбители, и только половина последней платформы накрыта пассажирским вагончиком для мотоциклистов, велосипедистов и пеших странников. Волкодава загоняют внутрь и дают указание не слезать с мотоцикла, а Зелибобера оставляют на платформе под дверью – не проходит по ширине. И всё бегом, в страшной спешке. Состав трогается, въезжает в туннель и набирает приличную скорость: Зелибобер пугающе раскачивается в поворотах и подпрыгивает на стыках рельсов. Саша забавно наклоняется вместе со своим «Волком», девчонки веселятся, а мне не до смеха. Я не могу оторваться от окна и лихорадочно пытаюсь вспомнить, точно ли оставил включённой передачу, хорошо ли поставил на стояночный тормоз.

Наконец-то мы выезжаем на свет божий и покидаем поезд. Позади в полнеба сверкает ледяная шапка: даже не верится, что каких-то полчаса назад мы ещё были с той стороны!

Продолжение

Продолжение следует!

***

Уважаемый читатель, в интернете на платных и бесплатных ресурсах можно найти мои книги «Оппозитчики: путевые заметки водителя мотоцикла» (сборник историй о мотопутешествиях) и «Планктон и Звездочёт» (роман о нелепой любви и ревности). Спасибо за внимание!

С уважением,

Виталий "Бордо" Боровский

Последний паровой роторный снегоочиститель

На железной дороге Швейцарии до сих пор можно увидеть этого монстра с гигантским красно-желтым "вентилятором" впереди. RhB Xrot d 9213 - последний активно эксплуатирующийся паровой роторный снегоочиститель. Ему уже больше ста лет от роду.

Снегоочиститель длиной 13 м и весом 45 т, с ротором, вращающимся со скоростью 170 об/мин, мог пробиваться сквозь заносы высотой до трех метров. 9213-й с 1990 г. продолжил трудиться в основном как туристический аттракцион, но и настоящая работа ему иногда перепадает...

Дороги в Помпеях были заполнены этими каменными блоками.

Археологи не могли понять, как тележки могли их преодолеть. Оказалось, что это было спроектировано таким образом, чтобы колеса местных транспортных средств могли проезжать через свободное пространство между этими блоками. В то же время их можно использовать для защиты от врагов, у которых есть тележки с разными колесами. Эти каменные блоки также помогали городским жителям предотвратить загрязнение их одежды и позволяли им ходить по сухой дороге. В Помпеях не было канализационной системы, поэтому все отходы стекали по улицам.

Чаша 4-го века , которая может менять свой цвет в зависимости от угла освещения.

Этот эффект можно объяснить тем, что стекло содержит частицы золота и серебра. Существует теория, что человек который сделал это, хотел проиллюстрировать фазы созревания винограда этим эффектом.

Профессор Кристи за рулем своего гигантского моноцикла, Огайо, 1920 год.

В 1947 году американский оружейник Мелвин Джонсон придумал забавное развлечение для богатых джентльменов.

Мужчинам предлагалось стрелять из пневматического ружья по шарикам, в которых ютилась обнаженная особа. Самый меткий стрелок получал в награду весьма пикантное зрелище.