Есть места, которые невозможно воспринимать просто как туристическую точку. Hoffnungsstollen оказался именно таким. Уже с первых минут появилось ощущение, будто мы случайно свернули не в музейную шахту Шварцвальда, а куда-то в подземный мир из «Властелина колец». Не хватало только гномов с кирками, которые где-то за поворотом добывают мифрил.

Атмосфера там абсолютно соответствующая: сырые каменные стены, узкие тоннели, влажный воздух, тусклый свет ламп и тишина, нарушаемая только капающей водой. Чем глубже уходишь внутрь, тем прохладнее становится. Но мы, как истинные сибиряки, были без курток и кофт (подумали, взяли из дома и лень стало нести из машины) — и ничего, не замёрзли. После летней жары это ощущалось даже приятно. Такой природный кондиционер на глубине. Пока нормальные люди в +30 раскладывали полотенца у воды, мы совершенно осознанно выбрали шахту вместо пляжа и загара. И, честно говоря, это было одним из лучших решений за лето. Потому что вместо песка под ногами — породы возрастом почти 480 миллионов лет.

Шахта выглядит как настоящий геологический музей внутри горы. Здесь встречаются светлые гнейсы с кварцем, полевым шпатом и чёрным биотитом, а местами можно заметить крошечные красноватые гранаты.

Рядом — тёмные гнейсы: графитовые, полосчатые, настолько суровые на вид, что хочется автоматически говорить тише.

Особенно запомнились лептиниты — светлые породы с мелкими вкраплениями граната. Под светом фонаря они выглядят так, будто внутри камня кто-то рассыпал искры.

Дальше начинаются рудные жилы — и тут уже стены начинают блестеть металлом. Никелистый магнитный колчедан, пирит, марказит, халькопирит — звучит как список ингредиентов для какого-то древнего заклинания, а выглядит ещё эффектнее.

Некоторые участки переливаются бронзовыми оттенками, а кварцевые прожилки проходят через породу, словно молнии, застывшие внутри камня.

Где-то в середине маршрута появляется старая винтовая лестница — и в этот момент начинаешь чувствовать себя героем стимпанк-фильма. Металл, влажный воздух, тусклый свет ламп и эта уходящая вверх конструкция выглядят так атмосферно, будто сейчас где-то рядом заработает старый паровой механизм.

Прямо у входа продаются минералы и выставочные камни. И это тот редкий случай, когда сувениры действительно хочется увезти домой. Полированные срезы пород, куски кварца, минералы с металлическим блеском — всё выглядит так, будто это реквизит из кабинета геолога-путешественника. Мы сначала уверенно сказали: «Просто посмотрим». Через десять минут уже обсуждали, где дома лучше поставить камень возрастом полмиллиарда лет.

Отдельный персонаж этого места — пожилой вахтёр на входе. Очень разговорчивый, колоритный и явно любящий людей. Особенно оживляется, если замечает камеру. Нас он тоже сразу вычислил взглядом профессионала:« О, съёмки?»

И дальше разговор пошёл так легко, будто мы знакомы уже давно. Мы показали несколько фотографий, обсудили технику, посмеялись — и атмосфера места сразу стала ещё более живой. Не музейной, а настоящей.

И самое прекрасное во всей этой истории — вход стоит всего 5 евро с человека. Сейчас за эту сумму в туристическом месте иногда даже кофе и круассан не возьмёшь. А тут тебе — настоящее подземное приключение, древние породы, атмосфера экспедиции и идеальный способ провести летний день максимально не как все. Загар забудется через неделю. А вот впечатления и море фотографий о том, как добровольно пошли в холодную шахту и были от этого в полном восторге — останется надолго.

Есть музеи, в которые заходишь «ну максимум на час», а потом внезапно обнаруживаешь себя спустя несколько часов всё ещё рассматривающим заклёпки, старые приборы и фотографии людей, которые когда-то всерьёз верили, что перелететь Атлантику на дирижабле — абсолютно нормальная идея. Zeppelin Museum во Фридрихсхафене оказался именно таким местом.

Мы попали туда в День музеев, поэтому вход был бесплатный. Хотя обычно билет стоит от 14,50 евро — и после посещения понимаешь, что это вообще не та сумма, о которой стоит думать перед входом.

Главная звезда музея — реконструкция части легендарного Hindenburg. И вот тут цифры перестают нормально восприниматься. Дирижабль был длиной 245 метров. Для понимания масштаба: это почти как два Boeing 747, поставленных друг за другом.

В музее находится огромный макет-реконструкция части дирижабля, по которому можно буквально пройтись и почувствовать масштаб. И именно там приходит осознание, что дирижабль — это не просто «шар с мотором», а целый летающий отель. Причём внутри были каюты, столовая, lounge-зоны, прогулочные помещения и даже курительная комната. Да, курительная. В огромном дирижабле, наполненном водородом. Видимо, уровень доверия к немецкой инженерии тогда был просто феноменальный.

Причём среди экспонатов стоят и автомобили самого графа Цеппелина — роскошные Maybach с огромными кузовами, хромом и абсолютно аристократическим видом. Рядом с ними очень легко представить эпоху дирижаблей: инженеров, промышленников и те времена, когда подобные путешествия были настоящим событием.

И, конечно, невозможно говорить о Hindenburg и не вспомнить его катастрофу.
Самое странное, что до этого дирижабли считались едва ли не самым безопасным способом путешествий. Люди спокойно пересекали Атлантику, ужинали в салонах, читали газеты и смотрели на океан из окон летающего гиганта. А потом — 1937 год, посадка в Нью-Джерси, несколько секунд огня, и весь мир наблюдает, как огромный дирижабль превращается в пылающий каркас. Те самые кадры до сих пор выглядят жутко даже спустя почти сто лет.
И именно после музея начинаешь особенно остро понимать масштаб этой катастрофы. Потому что на фотографиях Hindenburg кажется просто большим. А когда стоишь внутри реконструкции и понимаешь, что вся эта махина длиной 245 метров действительно поднималась в воздух, трагедия начинает ощущаться совсем по-другому

Наверное, именно тогда человечество и перестало верить в дирижабли как в транспорт будущего. Слишком красиво, слишком амбициозно и слишком страшно закончилось.
Но история Zeppelin — это не только про красивую эпоху путешествий. Во времена Третьего рейха компания всё сильнее попадала под влияние государства. Гитлер и Геббельс быстро поняли, насколько эффектно дирижабли работают как инструмент пропаганды: полёты над городами, музыка, флаги, листовки. Огромная машина в небе производила на людей почти гипнотическое впечатление.

Во время войны заводы Zeppelin уже работали на военную промышленность. И вот здесь история становится гораздо менее романтичной. На производстве использовали труд иностранных рабочих и военнопленных, в том числе русских пленных. Когда видишь фотографии огромных цехов и понимаешь, сколько судеб прошло через эти заводы, музей начинает восприниматься совсем иначе.

Неожиданно много в музее связано и с Россией. В СССР тоже пытались развивать дирижабли, изучали технологии Zeppelin и всерьёз рассматривали их как транспорт будущего. Сейчас это кажется почти фантастикой, но тогда люди действительно верили, что однажды огромные воздушные корабли станут привычнее самолётов.

Именно поэтому музей неожиданно сильно запоминается. Сначала приходишь посмотреть на красивые дирижабли и старые фотографии, а уходишь уже с ощущением, будто прикоснулся к огромному куску истории — одновременно красивому, странному и местами очень трагичному.

Москва, два часа ночи. Оглянись вокруг. Женщины ходят по городу одни. В платьях, с сумочками, с телефоном в руке, не оглядываясь постоянно назад, без перцового баллончика между пальцами, без паники, что за следующим углом кто-то ждёт.

А теперь подумай о Берлине. Сколько женщин там добровольно пошли бы ночью одни через некоторые районы? Честно.

Во многих западных городах страх уже стал частью повседневной жизни. Женщины планируют свои маршруты по времени, по районам, по линиям метро. Они отправляют подругам свою геолокацию, делают вид, будто разговаривают по телефону, переходят на другую сторону улицы, держат ключи между пальцами. И всё это уже преподносят как норму.

Но почему здесь ощущается иначе? Возможно, потому что Россия во многих вещах осталась старомодной. И именно это создаёт разницу. Здесь многие мужчины всё ещё считают, что женщин нужно защищать. Их нужно уважать. Их нужно оставлять в покое. Не потому что так объяснили на каком-нибудь гендерном семинаре, а потому что этого ожидает само общество.

Конечно, и в России есть преступность. Конечно, ни одна страна не идеальна. Но главный вопрос ведь в другом — как ощущается повседневная жизнь? И многие женщины открыто говорят: в Москве ночью они чувствуют себя безопаснее, чем в Берлине, Париже или Лондоне.

Одно только это уже вызывает на Западе бурную реакцию. Потому что там предпочитают говорить о «субъективных ощущениях», вместо того чтобы честно признать: многие города сильно изменились.

Раньше европейские мегаполисы гордились безопасностью. Сегодня женщин учат самообороне и объясняют, каких районов им следует избегать. А если кто-то поднимает эту тему, сразу говорят: «Так говорить нельзя».

Но именно поэтому всё больше людей начинают об этом говорить — потому что они собственными глазами видят, как по-разному устроены общества.

Здесь, в Москве, женщины выходят из такси, гуляют по паркам, сидят в кафе в полночь, и многие при этом не думают каждую минуту об опасности.

Возможно, безопасность зависит не только от камер и полиции. Возможно, она зависит ещё и от того, какие ценности общество защищает, что оно терпит, а что — нет.

Общество, которое действительно уважает женщин, узнаётся не по рекламным кампаниям или хэштегам, а по тому, может ли женщина ночью одна спокойно дойти домой без страха.

И теперь честный вопрос к вам: в каком городе вы бы охотнее позволили своей дочери ночью одной идти домой — в Москве или в Берлине?

Понятно, что у жителей провинций жизнь несколько отличается от столиц, но и в Европе кроме столиц есть окраины, подумайте об этом. Да, очевидно что съёмка в Москве в определённых местах, но! Но в Берлине вы и одно такое место вряд ли найдёте. А в Лондоне?

Так что, жизнь в Европе отличается от жизни в России, но немцы не верят в это видео, а россияне верят в радужную картинку просвящённой Европы или великой Америки. И это вы ещё не видели Будапешта или, прости Господи, Белграда.

Месяц выдался тяжёлым: сдача экзамена на знание языка (Читать тут), беготня по инстанциям для обмена водительских прав, куча работы, озвучка видео, контракт с писателями на озвучку серии книг и куча тренировок, ибо еда тут вкусная, но хочется помещаться на фотографиях, и, желательно, целиком. Экзамен я сдал, теперь у меня официально С1. Чтобы получить права, я пожертвовал субботой на бесполезный курс первой помощи и своими кровными 50 евро. Ну хоть тест на зрение бесплатный. А, ещё же контракт со школой — 200 евро, перевод прав — 20 евро и на местных госуслугах ещё что-то там около 30. Точно не помню. В общем, сплошной загруз, и, чтобы восстановить баланс сил, было принято решение провести один день в новом городе. Выбор пал на Ганновер. Как обычно, не гугля, просто провести день, осматривая достопримечательности.

Прямого поезда не было, и с пересадкой удалось зацепить ещё один город — Брауншвейг. Но так, совсем-совсем немного. Куча транспорта на любой вкус

и ориентацию

Очень милый парк

с настоящими кроликами (никогда не видел их вот так, на свободном выпасе).

Что особенно поразило — это наличие пеленального столика прямо в парке.

На этом знакомство закончилось, и мы поехали в Ганновер. Честно говоря, название города раньше вызывало какие-то неприятные ассоциации. Не то венерическая болезнь какая-то, не то проктологические неприятности. Собственно, я был не очень далёк от истины, но об этом попозже.

Вокзал довольно большой и, в принципе, милый. Там стоит пианино и каждый желающий может скрасить ожидание поезда себе и другим, что-нибудь играя.

Город встречает усатым конным наездником и палатками с итальянскими сырами.

Был соблазн купить, но я читал Джерома К. Джерома и решил не рисковать. Всё-таки целый день по жаре — не самое лучшее условие хранения. Приобретя в утешение вкусный брецель, пошли знакомиться с городом.

Он был сильно разрушен во время Второй мировой войны, а потом восстановлен. Некоторые здания специально не отстраивали в память о тех событиях.

В одном дворе стоит вот такая церковь:

Непонятно, это она так обгорела или камень такой...

А это там же — в подарок Ганноверу от Хиросимы:

Утолять голод духовный это хорошо, но поесть тоже бы не мешало, поэтому решено было протестировать местную кафешку. Интересное оформление меню  под газету  и вполне приемлемые цены.

Не очень обычно, но уже вполне привычно встречать древние надгробные плиты в черте города: в скверах, двориках и парках. Тут они кажутся опалёнными и сразу вызывают ассоциации с пожарами от бомб. Не знаю, так это или нет, — никакой информации рядом я не нашёл. Возможно, время и погода, возможно и пожар.

Но вот что меня удивило, так это вот это надгробие:

На стоящей плите надпись на русском с описанием кому( казаку, павшему в войну с Наполеоном), а на лежащей — на немецком: «От советских воинов». Я понимаю, что ему уже всё равно, но возникает какое-то странно щемящее чувство: лежит человек в чужой земле, далеко от своих... Его память почтили и пошли дальше, выйдя к остовам ещё одной часовни, рядом с которой снова надгробия. А за ними играют в баскетбол, проходит дорога.

Идя вдоль канала,

увидели, как развлекаются местные сёрферы.

Довольно занятно, но чуть дальше стоит памятник из того, что выловили из каналов,

и данное развлечение кажется довольно сомнительной авантюрой, но каждому своё.

Дальше — красивое здание ратуши, за которым озеро,

гуси, а ещё дальше — набережная , где проходил какой-то фест: была куча народу, активностей и прочих радостей воскресного дня.

Толпы народа надоели ещё с Китая, музыка не совпадала с моими вкусовыми пристрастиями, поэтому мы пошли дальше исследовать город. И наисследовались... Кстати, пока ещё мы никуда не дошли с вами, хотел показать велодорожки.

Так, это была прелюдия. Чем ближе к центру мы подходили, тем громче играла музыка и тем чаще попадался странный народ, пока мы не вышли на площадь. И если девочки с розовыми волосами и странными нарядами да единороги с листовками дарили надежду на какой-нибудь комик-кон,

то дедушки в ультракоротких шортиках и розовых топиках шатали эти надежды «рот труба шатал», в общем.

Очень законопослушный пикабушник(ца) @Katanagrl, напомнил(а) мне, что фоткать людей нельзя без разрешения, и пообещал(а) заняться этим вопросом лично, если я буду и дальше публиковать фото людей (цитата: «с удовольствием на тебя донесу»), поэтому для таких неравнодушных общественных деятелей в чужой стране — дисклеймер: фото сделаны либо общественных активистов, либо случайные прохожие попали в панорамный кадр, либо я спрашивал разрешения, что не попадает под нарушение закона о защите личных данных. Итак, продолжаем.

Мы попали на... Я не знаю куда, смотрите сами. Осторожно, есть та самая нескрепная радуга, если у вас с крепостью тылов проблема — лучше пролистнуть.

Я видел всякое, и разрисованные дяди и тёти меня не удивляют. Больше всего меня позабавило соседство палаток ЛГБТ и какого-то универа, который зазывал абитуриентов, палатки по поиску работы, палаток каких-то политических партий и, естественно, палаток с сосисками (нормальными, жареными, а не теми, которые зажигали на танцполе).

По рядам ходили радостные люди разных полов, возрастов и вероисповеданий (я видел мусульманок в платках), улыбались, фоткались и рассматривали брошюры... В общем, эдакое народное общегородское гуляние. С одной стороны, это непривычно, конечно. С другой стороны, дети, которые видят это уже с младых лет, не тыкают потом пальцем в «не так одетых дядь и тёть», которые идут за ручку или целуются. Как человек, выросший в 90-е и имевший случаи «пояснения за шмот и длинные волосы», так как слушал рок, я понимаю, как можно огрести за то, что ты не такой. А тут — ходи как хочешь, и всем пофиг.

Тётка на клавишах справа — классическая ханум из «Багдадского вора» с функцией сурдоперевода — тащила выступление местного Шуры:

А ещё наткнулись на забавную витрину с вопросом: "Что лучше делать вдвоём чем одному" с кучей листиков от прохожих с вариантами ответов. Как думаете, какой ответ был самым частым?

Было очень жарко и под руку как раз подвернулась станция метро. Любопытство и и жара пересилили лень и мы спустились в прохладную, но слегка разукрашенную подземку. Вагонов метро всего два — непривычно после московского или берлинского:

Вот такой он, Ганновер. Мне, если честно, он не понравился, даже не смотря на то, что у них есть люстра, висящая прям на улице:

и в своём личном рейтинге я ставлю его в конце списка, куда-то ниже Берлина: грязноватый, неухоженный, я бы его не рекомендовал к посещению. Но было познавательно. В итоге находили 31к шагов, что я считаю довольно неплохим результатом, и поехали домой.

Спасибо за внимание, надеюсь, вам так же не понравилось, как и мне :)

https://t.me/travel_memoir