На схеме отсутствуют Стратисфера (оболочка Осадочного слоя Земной коры), Экосфера (совокупность условий Земли создавать и поддерживать биологические системы), Педосфера (вся почва), Криосфера (оболочка Земли, характеризующая наличием или возможностью существования льда), Гляциосфера (часть Криосферы), Ноосфера, Техносфера (содержит искусственные технические сооружения), Какосфера (совокупность сред обитания, необратимо изменённых человеком), Увосфера (углеводородная оболочка), Литосфера.
Когда люди слышат слово «золото», большинство представляет себе самородки, прииски и тяжёлую технику.
Но мало кто задумывается, что до начала добычи золота проходит огромная работа, и зачастую её выполняют вовсе не шахтёры, а геологи и химики.
Представьте себе: геолог приносит в лабораторию мешок обычных камней. На вид — ничем не примечательная порода. Но именно от неё может зависеть судьба будущего месторождения стоимостью в миллиарды рублей.
Чтобы понять, есть ли в этой породе золото, её сначала сушат, затем дробят, измельчают до состояния пудры, растворяют в кислотах, плавят при высоких температурах и анализируют на сложнейших приборах. Иногда содержание золота настолько мало, что его приходится искать буквально среди миллиардов других атомов.
Самое интересное, что химики часто ищут не само золото. Например, присутствие мышьяка может подсказать, что где-то рядом находится золоторудное тело. Поэтому современные лаборатории одновременно определяют десятки элементов и по ним буквально восстанавливают геологическую картину местности.
Недавно мне удалось побывать в новой геологоразведочной лаборатории и снять весь путь пробы — от мешка с породой до получения результата анализа.
В видео показал: • как готовят пробы руды; • как работает пробирный анализ золота; • как определяют золото с помощью атомно-абсорбционной спектрометрии; • как работает ICP-анализ; • почему химия является одним из главных инструментов поиска месторождений.
Как всё это происходит можно посмотреть в этом фильме:
…Грибов в тот год случилось много. Причём так много, что на ином пикете просто некуда было поставить нашу электроразведочную установку (станцию, две катушки с проводом и стульчик оператора), настолько сильно всё вокруг заросло крепкими красноголовыми подосиновиками. Если сказать честно, то больше никогда в жизни я не встречал такого количества грибов, как в тот сезон 2000 года. Они набрасывались на нас из-за деревьев, плотными рядами выстраивались по обочинам лесных дорог и сидели в засадах под кустами. Сначала мы отбивались от них ножами и накомарниками, а через пару дней рабочие начали таскать с собой на работу крафтовые мешки из-под макарон в качестве оружия массового поражения.
Вечером работяги возвращались с работы тяжело нагруженными дарами неожиданно расщедрившейся уральской природы под недовольными взглядами нашей поварихи — ей-то ещё только предстояла ежевечерняя битва с урожаем, чтобы с утра накормить нас очередной грибовницей или жарёхой. Правда, тут нужно отдать должное моим работягам: они сами с большим энтузиазмом набросились на переработку грибов, поскольку справедливо решили не ждать милостей от природы, а взять их у неё. В сушёном виде. Так что по вечерам наш лагерь напоминал какую-то заготконтору: работяги чистили, резали и развешивали грибы под потолком комнаты, где жили рабочие, для просушки. Начиналась вторая рабочая смена.
***
Во время полевого сезона 2000 года мы жили не в палаточном лагере, а в самом настоящем доме, выделенном нам для проживания начальником колонии-поселения Усть-Цепёл. Вообще-то предполагалось, что жить мы будем в полевом лагере как можно дальше от зэков с их колониями, но волею случая и застрявшего в болоте ЗИЛ-131 мы всё же встретились с ними и их начальством. Которое и предложило пожить у них в колонии, мотивируя это тем, что места у них тихие и спокойные, в отличие от окрестностей, где можно было нарваться не на самых лучших представителей человечества.
Наше скромное жилище и не менее скромный ЗИЛ-131. На заднем фоне видна гора Кайбуш - самая южная вершина хребта Золотой Камень.
А что поделать — в том сезоне нам довелось поработать в самом «зэкоопасном» районе Пермского края, неподалёку от печально известного Красного Берега, раскинувшего вокруг себя сеть колоний-поселений. Видимо по этой самой причине геолого-съёмочные работы здесь проводились только в далёком 1949 году, да и те ограничились несколькими геологическими маршрутами и парой десятков шурфов. Скорее всего из-за банальной нехватки рабочих рук после Великой Отечественной войны. Довелось мне почитать отчёты тех лет в архивах Пермского геолфонда — ох, и тяжкое же тогда было время! Но это отдельная и очень интересная история, а пока для того, чтобы попасть в район предполагаемых работ, нам пришлось обзавестись кучей допусков и разрешений: без них нас в тот район просто-напросто не пустили бы.
Местное население. Приятные всё лица.
Работать нашему отряду предстояло в автономном режиме, поэтому мы тащили с собой всё, что только можно утащить для нормальной жизни полевого геолого-геофизического отряда: продукты, спальники, одежду для рабочих и инструменты для работы — так что кунг (это такой тип закрытого кузова) нашего ЗИЛ-131 был набит практически доверху. Для рабочих оставались только лежачие места под самым потолком кузова; впрочем, особых проблем им это не доставило, поскольку ко времени отъезда все они находились под мощной анестезией, так что путешествие для них прошло практически незаметно.
В тот год меня «осчастливили» аж двумя геофизическими бригадами в количестве 8 рабочих. Одна из бригад была моей, а вторая мне досталась от Валеры Лунтера, который умер буквально перед самым отъездом в поле. Виктор Яковлевич, наш начальник партии вручил мне лунтеровскую бригаду со словами: «Дмитрий Иванович, надеюсь вы найдёте, чем их озадачить; не увольнять же людей». Работа наша сдельная, а это значит, что мне нужно было придумать, как дать заработать и себе, и рабочим.
Я с рабочими на берегу Язьвы. Хорошая речка, рыбная.
Первым делом я разослал всех мужиков на рубку профилей: участок большой, профилей по проекту много, так что пусть сначала сеть подготовят — потом-то некогда будет. Заодно решил научить одного из рабочих работе на магнитометре. Тем более что работать на нём очень даже легко: кнопка-то одна-единственная, не промахнёшься. Дошёл до пикета, нажал на кнопку, записал отсчёт на табло и время замера в журнале – вроде ничего сложного. Но, как оказалось, сложности всё же были. Правда не те, что ожидались.
Первый же выбранный мною работяга оказался аномальным в самом прямом смысле этого слова: магнитометр, надетый на него, зашкаливал даже несмотря на то, что я проверил всю его одежду на наличие металлических предметов. Железных предметов в одежде у рабочего не оказалось, железных зубов тоже, но прибор с работать с ним отказывался наотрез. Причём зашкаливало так сильно, как будто я магнитометр к рельсе прислонил. В общем, какой-то железный дровосек мне в бригаде попался, блин. Ну что же, пришлось обучать другого рабочего, на которого прибор уже не реагировал.
Василий за любимым занятием моих рабочих - варкой чифира. Этот ритуал они исполняли как минимум два раза в день: утром перед работой и после обеда на профиле. Что поделать, мои рабочие не очень-то далеко ушли от поселенцев.
В общем, худо-бедно, но в итоге мне всё же удалось озадачить всех своих рабочих: двое самостоятельно ходили на магнитку, четверо работало со мной на электроразведке и ещё пара – на рубке профилей. Время от времени рабочие менялись между собой местами и только мне пришлось пахать практически без выходных — меня-то заменить было некем. А ещё у нас появилась вторая смена: после ужина работяги уходили на поиски меди на древней свалке неподалёку от поселения. Начальник колонии разграбление свалки разрешил, так что по вечерам мужики разбирали старые радиаторы и какие-то старые запчасти на металл. Неплохой, кстати, приработок у рабочих получился — одной меди с радиаторов они набрали под сотню килограмм. А потом началось грибное нашествие…
По сложившейся традиции выкладываю видео. Если честно, то в тот год мне толком не снималось — очень уж много забот на меня свалилось, но грибы на видео всё же попали )))
Буквально за пару дней наш дом пропах грибами. Они были повсюду: в грибовнице, в пирогах, которые стряпала наша повариха, на нитках под потолком. Но особо мощный запах исходил от комнаты, в которой жили рабочие. Причём со временем он стал настолько здоровым и ядрёным, что добрался сквозь стенку и до моей комнаты. Не выдержав подобного благоухания, я отправился в гости к работягам.
Открыв дверь в комнату рабочих, я тут же получил сильнейший удар по всем своим органам чувств. Мне ни разу не довелось побывать в тропическом лесу, но почему то кажется, что в нём всё должно быть именно так, как было в комнате: очень жарко, сильно влажно и невыносимо вонюче. Жар исходил от протопленной печки, а вонь и запах – от плотно развешенных под потолком ниток с грибами. В такой атмосфере грибы не успевали сохнуть и начинали портиться и червиветь. Да так сильно, что с потолка шёл самый настоящий дождь из червей. Не сильный, но обильный, так что все кровати у мужиков были накрыты марлевыми пологами. Оглядевшись, я спросил:
— Мужики! Вы тут ещё не офигели в этом компоте? Черви не мешают?
— Да нормально, Иваныч! – ответил один из рабочих. – Сейчас грибы подсохнут, черви из них вылезут и всё отлично будет.
— Да у вас такая сырость, что вы скоро сами грибами станете и зачервивеете, – сказал я. – В общем так, всю эту гадость снимайте и нафиг выкидывайте, чтоб я тут её не видел. И комнату проветрите и просушите – тут у вас вообще уже дышать не чем.
Побурчав для приличия что, мол, начальник наезжает, работяги быстро и явно радостно вытащили подгнившие грибы на помойку. Видимо вонь и их достала, но большая зелёная жаба не позволяла просто так взять и выкинуть грибы. Даже не смотря на вонь и дождь из червей.
Грибов они всё же насушили, и насушили их очень много, но жадничать уже перестали – да какой смысл в жадности, когда каждый день за пять минут можно набрать полное ведро молоденьких красноголовиков. А может быть просто чуть-чуть поумнели. Хотя это вряд ли!
P.S. Что-то нынче очень тяжело сочинялось, хотя в планах ещё много историй. Ну, как говорится, с почином меня. А вас с новой историей ))) Решил написать небольшую серию про сезон 2000 года. Пару историй про этот сезон у меня уже есть (Когда пропала радиосвязь и 2000 год. Полевой холодильник), почему бы не продолжить?
В общем, читайте, смотрите, пишите, критикуйте - хорошая критика помогает писать лучше.
