Ответ на пост «Довольная собака»399
Довольный хороший мальчик)))
Показать полностью
1
0 просмотренных постов скрыто
Подвиг собаки по кличке Мухтар
Четвероногий ангел: Подвиг санитарной собаки Мухтара в годы Великой Отечественной войны
Когда говорят о героях Великой Отечественной войны, редко вспоминают тех, кто не умел говорить, но чьё мужество и преданность спасли сотни человеческих жизней. Среди этих бесстрашных бойцов — более 60 тысяч собак, выполнявших самую разную работу: от подрыва танков до доставки донесений. Но, пожалуй, самой гуманной и трогательной была профессия собаки-санитара. И одним из самых известных её представителей стал пёс по кличке Мухтар.
Не солдат с оружием, но солдат милосердия
В суровые военные годы санитарные собаки были настоящим чудом для раненых бойцов, зачастую остававшихся под огнём в «нейтральной полосе». Обученные четырёхлапые спасатели выполняли несколько ключевых задач:
· Поиск раненых: Обнаруживая бойца по слабым стонам, запаху крови или просто лежащего человека.
· Доставка медикаментов: На их ошейнике или специальной сумке крепились бинты и пакеты с антисептиками.
· Эвакуация: Самая сложная работа — вытащить тяжелораненого к укрытию.
Мухтар, чья порода чаще всего упоминается как восточноевропейская овчарка или метис, прошёл специальную подготовку в школе служебного собаководства и был закреплён за 42-й гвардейской стрелковой дивизией. Его проводником и самым близким человеком был солдат-санитар.
Подвиг, измеряемый в спасённых жизнях
Точных документальных записей о каждом выезде Мухтара не сохранилось, как это часто бывает с животными-героями. Но согласно многочисленным воспоминаниям ветеранов и фронтовым сводкам, за годы войны Мухтар вытащил с поля боя около 400 тяжелораненых бойцов.
Цифра эта поражает воображение. Четыре сотни человек, которые могли бы истечь кровью, попасть в плен или погибнуть от нового ранения, получили шанс на жизнь благодаря силе, смекалке и преданности одной собаки.
Его работа выглядела так: услышав стон или обнаружив бойца, Мухтар подползал к нему и подставлял бок, на котором висела сумка с медикаментами. Если раненый был в сознании, он мог самостоятельно перевязать себя. Но чаще всего ранение было тяжёлым. Тогда Мухтар хватал в зубы шинель или брюки и начинал тащить человека — метр за метром, порой под свист пуль и разрывы снарядов, — к окопам, где его ждали санитары.
История сохранила один характерный эпизод. После жестокого боя проводник Мухтара был серьёзно ранен и попал в госпиталь. Пёс, оставшийся в части, отказывался работать с кем-либо другим, тосковал и не выполнял команд. Но когда на передовой вновь появились раненые, инстинкт и долг взяли верх — Мухтар, уже без приказа, бросился на поле и стал вытаскивать бойцов. Он работал по своей собственной памяти и совести.
Символ беззаветной преданности
Для солдат Мухтар был не просто «служебной единицей». Он стал настоящим боевым товарищем, символом надежды и бескорыстного добра посреди ада войны. Раненые, которых он спасал, часто делились с ним своим скудным пайком, гладили его в благодарность. Он вселял в них силы бороться за жизнь.
Подвиг Мухтара — это не вымышленная легенда, а собирательный образ тысяч санитарных собак, чьи имена мы не знаем. Мальчик, Джек, Бобик, Туман — у каждой из них на счету десятки спасённых жизней. По статистике, за всю войну собаки-санитары вывезли с линии фронта около 700 тысяч тяжелораненых солдат и офицеров! Это целая армия, спасённая верными хвостатыми ангелами.
Память, которая должна жить
После войны Мухтар, как и многие его собратья, доживал свой век в части, окружённый заботой и уважением. Его история стала достоянием прессы и военных мемуаров.
Сегодня, вспоминая ужасы войны и чествуя человеческое мужество, мы обязаны помнить и о «братьях наших меньших», которые бок о бок с людьми прошли через все круги фронтового ада. Они не воевали — они спасали. Они не ненавидели — они служили с любовью и преданностью.
Памятник Мухтару и всем собакам-санитарам стоит не только в виде немногочисленных скульптур, но и в нашей общей памяти. Это память о том, что даже в самые тёмные времена милосердие, верность и бесстрашие могут иметь четыре лапы и преданный взгляд. Подвиг Мухтара напоминает нам, что героем может быть тот, кто просто делает своё дело, не ожидая ни наград, ни славы.
Показать полностью
1
Объясните пожалуйста
Вот смотрю американское кино, любое причём. Почему у них в фильмах и мультиках так любят собак, они там и положительные герои и тд. А котики напротив зачастую отрицательные?
Марлон Брандо с котиком не в счёт, во первых, кот случайно оказался на съёмочной площадке. Во вторых его гладит глава мафиозий.
Житель Тюмени рискнул жизнью, чтобы вытащить собаку из-подо льда
🐾 В Тюменской области мужчина спас собаку, провалившуюся под лёд! Рискуя жизнью, он добрался до полыньи, вытащил пса и позже нашёл его хозяйку. Теперь спасённый четвероногий снова дома и чувствует себя отлично. Спасибо, герой!
Пес по кличке «Тайфун»
Он не помнил своего первого имени. Тот запах дома, теплых рук и каши, сменился на резкие ароматы мазута, пороха и пота. Теперь его звали Тайфун. И он был солдат.
Его миром стал дремучий лес под Вязьмой, опоясанный колючей проволокой и воронками от снарядов. Люди здесь пахли страхом и железом, но Тайфун научился читать и другие запахи: спокойствия командира, Василия, и тревоги молодого бойца, Семена, который кормил его сухарями и тайком чесал за ухом.
Василий, коренастый старшина с лицом, изрезанным морщинами, как карта фронтовых дорог, был для Тайфуна центром вселенной. Он не говорил лишних слов, но его прикосновения были твердыми и верными. Именно он учил Тайфуна не бояться. Не бояться гула моторов, лязга гусениц и адского грохота взрывов.
— Видишь, друг? — сиплым шепотом говорил Василий, укладывая на спину Тайфуна специальный вьюк с двумя торчащими ручками. — Это твоя работа. Ищешь железного зверя. Самого большого и вонючего. Нашел — бежишь. Подлезать надо снизу, там, где мягко. Понял?
Тайфун не понимал слов, но понимал все. Он улавливал напряжение в голосе, улавливал тот самый «запах железа и смерти», который исходил от немецких танков. Он видел, как от этих чудовищ бегут люди, как горят дома, и в его собачьей душе рождалась не злоба, а простая, ясная мысль: «Защитить. Остановить».
Тот день был особенным. Земля содрогалась от близких разрывов, а Василий был мрачнее тучи.
— Дело, братцы, — только и сказал он, проверяя упряжь на Тайфуне и еще на двух дворнягах.
Они заняли позицию на опушке, замаскировавшись в свежевскопанной траншее. И дождались. Сначала это был далекий гул, потом — лязг, и наконец, из-за сосен выползло первое чудовище. Серо-грязный, уродливый, он пыхтел черным дымом и медленно полз на их окопы, утюжа землю.
Василий не командовал. Он положил руку на голову Тайфуна, посмотрел ему в глаза. И этого было достаточно.
Тайфун рванул с места, как выпущенная из лука стрела. Он не думал о смерти. Он видел цель. Чудовище. Оно было огромным, ревущим, от него пахло гарью и смертельной угрозой. Пули свистели над головой, вспарывали землю у самых лап, но он был лишь тенью, мелькающей среди подлеска.
Он помнил урок: «Снизу, где мягко». Резкий вираж, несколько прыжков по рыхлой земле — и он оказался под исполинской гусеницей. Запах раскаленного металла и солярки бил в нос. Он резко дернул за зубами чеку, почувствовав, как вьюк стал легче.
Инстинкт приказал ему уходить.
Он развернулся и помчался прочь, к траншее, к Василию. Уже слышались ликующие крики солдат. Но из тумана и дыма выползло второе чудовище. Оно шло прямо на него, преграждая путь домой.
И в этот момент Тайфун увидел Семена. Молодой боец, забыв про укрытие, вскочил на бруствер и отчаянно махал ему руками: «Беги, Тайфун! Сюда!»
Позади — оглушительный взрыв. Первый танк окутался дымом и пламенем, замер, из его нутра повалил черный дым. Задание было выполнено.
Но путь к своим был отрезан. Второй танк, заметив движение, развернул башню.
У Тайфуна не было ни секунды на раздумье. Он не видел другого выхода. Он снова почувствовал на себе взгляд Василия. Тот самый, полный доверия и боли.
Он развернулся.
На этот раз он бежал не как тень, а как сама смерть — прямо, без петляний, навстречу ревущему зверю. Пулеметная очередь прошила землю перед ним, но он был уже в воздухе, в последнем, отчаянном прыжке.
Семен закричал. Василий схватил его за шинель и грузно прижал к стенке траншеи.
Раздался второй взрыв. Короткий, сухой.
Когда дым рассеялся, на месте второго танка была груда искореженного металла. А на опушке, там, где только что ступала лапа Тайфуна, лежал один-единственный, помятый собачий ошейник с выцветшей надписью «Тайфун».
Василий подобрал его, сжал в своей мозолистой руке так, что костяшки побелели. Он не плакал. Он просто смотрел в небо, где медленно таял дым.
— Отбой, — хрипло сказал он. — Тайфун отработал.
А где-то далеко, в его памяти, навсегда остался теплый, доверчивый взгляд собаки, которая пошла на смерть не за подвиг, не за награду, а просто потому, что это был ее долг. Долг перед тем, кого она считала своим человеком.
Показать полностью
