Когда скоровик дежурит в ночную смену с 31 декабря на 1 января, Новый год он может встретить где угодно. В машине, мчась на вызов с мигалками. Разыскивая больного среди каких-нибудь гаражей. Сдавая оного в приёмное отделение больницы. В той же машине, но уже без мигалок, возвращаясь с вызова. Особо везучие могут встретить НГ на подстанции СМП за накрытым столом и успеть поднять бокал с коллегами под бой курантов. Было по-всякому у меня. Но вот так, как будет описано ниже — случилось в первый и последний раз.
Вообще, у нас на подстанции стол на НГ всегда накрывают. Сестра-хозяйка собирает с тех, кто на смене, организовывает складчину, закупает салаты, мандарины и даже скромное шампанское для тоста. Не так, конечно, чтобы стол ломился от еды и питья, а чисто символически, для атмосфЭры. К двенадцати часам «гости» стола, правда, выглядят уже немного поредевшими в массе своей: кто-то укатил на вызов, кто-то не успел вернуться, — половины коллектива отсутствует в это время, как правило.
У нас с моей напарницей — молодой и ещё толком не «объезженной» после медколледжа фельдшером Леной — теплилась надежда, что вызовов у нас не будет хотя бы с двенадцати до часу (ну да, ну да...) Заступили мы на дежурство в 20:00. До священного часа — четыре с половиной вызова. В 23:40 мы уже сидели за столом, разливая чай по стаканам и любуясь на красоту пока ещё нетронутого праздничного стола.
— Представляешь, — говорила Лена, глаза у неё горели, — я первый раз в жизни в Новый год на работе. Раньше всегда дома была, с семьёй. А тут… так необычно. Коллектив, дежурство…
И в этот самый момент, без двадцати двенадцать, раздался вызов.
«Плохо женщине. 30 лет». Адрес — квартира в многоэтажке.
Лена посмотрела на меня, и в её глазах я прочёл все пять стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие.
— Ну что ж, — констатировал я, пытаясь добавить нотки бодрости в голос. — Всё когда-то в первый раз бывает. Поехали.
Мчались по пустынным, уже праздничным улицам. В окнах мелькали уличные гирлянды, огни. Чувство было странное — будто мы выпали из общего потока времени и наблюдали за происходящим из потустороннего мира.
Приехали ровно без пяти двенадцать. Адрес — обычная панельная девятиэтажка. Двери подъезда заботливо подпёрты камнем, чтобы не закрывались. Висит записка: «Не закрывайте дверь! Ждём скорую!». Обычно так делают, когда действительно ждут.
Третий этаж. Бежим по лестнице — на лифте было бы дольше. Стучим в дверь квартиры. Дверь, через паузу, открывает мужчина лет тридцати пяти. Обычный, в домашней футболке и трениках. На лице — лёгкое недоумение.
— Вызывали скорую? Женщине плохо? — спрашиваю я.
Мужчина удивлённо поднял брови.
— Мы? Нет, мы не вызывали. У нас никто, слава богу, не умирает. Наоборот — живее всех живых. Праздновать собирается вот.
Лена, стоявшая сзади, тихо ойкнула. Я перепроверил адрес в карте вызова. Всё верно.
— Извините, — говорю, — вы… Семёнова? То бишь не вы конкретно, а к кому вызывали. И 30 лет ей?
— Жена моя, — кивает мужчина. Его взгляд скользнул по нашим униформам, по встревоженным лицам. На лице его появилась ироничная улыбка. — Но в скорую мы точно не звонили. Вернее, не мы точно.
Напарница за моей спиной прошептала с тоской:
— Ну вот… Мало того что в подъезде Новый год встречать будем, так ещё и ложный…
Я уже собрался было извиниться и разворачиваться, как мужчина вдруг сделал резкое движение. Он распахнул дверь шире и почти силком втянул нас в прихожую.
— Заходите, заходите быстрее! — скомандовал он.
Мы, ввергнутые в замешательство, переступили порог. Мужчина буквально протолкал нас мимо вешалки в небольшую, но уютную гостиную. За столом, накрытым скромно, но по-праздничному, сидела симпатичная женщина (та самая «30 лет, плохо») и двое детей, лет пяти-шести. На столе — стандартный новогодний набор: салат «Оливье», мандарины, бутерброды с красной икрой, детям — газировка, взрослым — вино и коньяк (вряд ли наоборот). Все трое уставились на нас с немым вопросом.
— Садитесь! — указал хозяин, подставляя нам два стула. — Будете с нами.
И, не дожидаясь ответа, он схватил со стола два чистых бокала, налил туда яблочного сока и сунул нам в руки.
В этот момент из телевизора раздался торжественный голос президента: «Дорогие друзья! До Нового года осталось совсем немного!..»
Что было делать? Ситуация более чем странная. Мы, скорая помощь, стоим посреди чужой квартиры с бокалами сока в руках, под взглядами незнакомой семьи, которая, кажется, тоже не до конца понимала, что происходит. Хозяин, подмигнув жене, куда-то выбежал из квартиры, наспех одевшись. Через некоторое время он вернулся с нашим водителем, дядь Колей, который ждал нас в «Газели». Дал и ему бокал с соком.
На экране появились знаменитые куранты. Бой. Раз… два… три…
Мы слушали бой часов, доносившийся из телевизора. Лена смотрела то на свой бокал, то на меня, и по её лицу поползла растерянная улыбка.
…Десять… одиннадцать… двенадцать! Всё.
— Ура-а-а! С Новым годом! — громко провозгласил хозяин. Мы, по инерции, чокнулись с ним, с его изумлённой, но уже тоже улыбающейся женой и с детьми, которые радостно стучали своими пластмассовыми стаканчиками с лимонадом.
— Объясняю, — наконец начал пояснять хозяин, уже с нормальной, человеческой улыбкой, садясь обратно и беря бутерброд с икрой. — Это наша соседка снизу, Анна Петровна. Бабушка, в общем-то, неплохая… наверное… Живёт одна. Мы сюда недавно заехали. Она нас сразу невзлюбила. Бывает, шумим иногда — дети бегают-топают, музыка порой играет из «Алисы», я в футбол по телевизору иногда покрикиваю. Сначала она полицию на нас натравливала. Но те, видимо, «послали» её в один прекрасный день, перестали приезжать. Мы ведь по ночам и утрам не шумим, только в разрешённое время. Но её, видимо, и это не устраивает. Вот она и переключилась на вас, на «скорую». Вы ж гарантированно приедете, отвлечёте, да ещё и сигнал нам подадите, мол, «ребяты, я за вами слежу». Сама на контакт никогда не идёт, дверь не открывает. А что это её вызов — сразу ясно, звонок-то с её номера идёт.
— И в этот раз шумели, что ли? — спросил я.
— Ну а как не шуметь, — пожал плечами глава семейства. — Дети радуются, прыгают, новогодние песни поют. Новый год на носу ж. Как их успокоить-то?
Жена, которую звали Ольга, вздохнула:
— Я так и поняла, как только ты докторов к нам завёл. Хотя мог бы и предупредить.
— Когда тут предупреждать-то было? — засмеялся мужчина, которого звали Сергей. — Времени уже не было. Не оставлять же людей на пороге в такую ночь. Да ещё и таких… которые людей в праздники спасают.
Мы допили сок, закусили оливье (вкусное, кстати) и, пожелав им всего самого доброго, откланялись.
На обратном пути попробовали постучаться к той самой соседке. Дверь, конечно же, никто не открыл. Поехали на базу ни с чем, но с чувством закрытого новогоднего гештальта.
Вот так, иногда злость и мелкая пакость одинокой бабули-соседки могут обернуться самым неожиданным и душевным приключением для других. Анна Петровна хотела испортить соседям праздник, а в итоге… подарила нам всем самую необычную и тёплую встречу Нового года с совершенно чужими, но гостеприимными людьми.
Так что, дорогие друзья, пусть в этом году вам встречаются только хорошие люди, даже если знакомство с ними начинается с полного недопонимания. Пусть ваше здоровье будет крепким, а если вдруг придётся вызвать «скорую» — то это будет по делу. И главное — всегда оставайтесь людьми.
Семейного благополучия вам, терпения соседям и чтоб куранты били вовремя и только в хорошей компании! 🎄😉 💖
(А в каком необычном месте вам доводилось встречать НГ? Пишите в комментариях.)
(Ещё больше авторских медицинских историй и видео в моём телеграм-канале Истории Чумового доктора, а также в Дзене Истории Чумового доктора)
