Рука сама потянулась за BFG
Показать полностью
1
0 просмотренных постов скрыто
Адский котик
Котик получает распоряжения из ада, как сеять хаос и разруху дома.
Соразмерно провинности
Господин Эмиль Марат Санторе точно знал, что в аду ему не место. За что он здесь? Он же не убивал людей! Он почти ничего не украл, да и жене изменял совсем не часто. Он просто добропорядочный гражданин, честно выполнявший свой долг!
Только что он сидел за своим окошком в конторе, принимал очередного просителя с папкой бумаг. Проситель пытался добиться пересмотра границ земельного участка, а это дело совсем простое. Почти плевое. Надо только получить разрешения в профильных комитетах, поставить подписи, подготовить несколько справок – десятка два, всего-то! И оплатить экспертизу, которая замерит границы участка. Конечно, на проведение экспертизы тоже нужно разрешение, и надо дождаться своей очереди, но это не больше, чем два или три месяца.
Проситель волновался, ругался и качал права, как вечно делают болваны с охапками бумаг. Кричал, что сделал все как нужно, и если у одной справки вчера закончился срок действия, то это не его вина, что в конторе был выходной.
Эмиль вышел из себя, и собрался было отчитать наглеца, объяснить ему важность соблюдения порядка и процедуры оформления бумаг, но успел сказать только:
-Вы всегда можете заново оформить эту справку. И остальные документы тоже!
Тут вдруг слева в груди что-то очень больно ткнуло его в ребра, и он как-то сразу оказался в аду. Почему в аду? Разве умереть от инфаркта на рабочем месте – преступление? Разве он сглазил кого-то или поджог чужой дом, что бы оказаться в аду?
-Мне тут не место! – сообщил Эмиль на входе.
Ад удивительно напоминал контору, в которой он работал. О том, куда на самом деле попал Эмиль, говорила только надпись над окошком, прорезанном в стеклянной перегородке: «Ад, общая приемная. Добро пожаловать! Ваш визит очень важен для вас».
Странное существо, сидевшее по ту сторону перегородки, своим видом подтверждало надпись. Когда на входе вас встречает осьминог с головой барана, становится понятно, что это либо демон, либо инопланетянин, а в сказки про пришельцев Эмиль не верил.
-У вас есть распределение? - спросил демон, и Эмиль обнаружил, что держит в руках бумагу с надписью «Распределение».
«Податель сего направляется в ад для отбытия посмертного воздаяния, в установленные сроки и соразмерно произведенной ранее провинности. Номер очереди – 13 000 666» - прочел Эмиль.
-Ожидайте, вас вызовут! - сообщил демон и закрыл окно шторкой. «Перерыв с 15-00, 23 марта 2022 года, до 15-30, 23 марта 2032 года» сообщала надпись на шторке. Эмиль постучал.
-Нет меня, я на обед ушел! – ответил демон с той стороны. – Вы что не видите? Вставайте в очередь.
И Эмиль встал в очередь.
Время шло. Окно открылось, снова закрылось, а он ждал и ждал, и номер очереди на листе распределения становится все меньше, приближая его к адским вратам. Когда номер дошел до цифры «3», Эмиль разглядел впереди себя отблески далекого огня. На номере «2» он почувствовал вонь горящей серы. Когда номер сменился на «1», и последняя спина впереди растворилась в воздухе, огонь опалил его лицо.
-Мне тут не место, не место! - закричал Эмиль. – Я же ничего плохого не сделал, я простой служащий. Я не убийца! Не поджигатель! Это ошибка.
Адское пламя подступало все ближе, а демон равнодушно пролистывал бумаги. Запахло паленой шерстью, и Эмиль понял, что горят его волосы.
-А и правда же, вам тут не место! – сказал вдруг демон, и пламя исчезло.
-По документам вы числитесь, как направленный в рай. Что же вы нам тут голову морочите? Сразу не могли сказать? Или вы хотите отказаться от райского распределения?
-Нет! – взвизгнул Эмиль – Не хочу! Я согласен, рай – так рай. Вам виднее, я не спорю, сказали надо в рай – что ж делать, пойду в рай.
-Ладно. Заполните заявление на отмену текущего распределения и перевод в рай. Вам понадобится справка об отсутствии смертных грехов и документы по списку. Вот!
Демон протянул том, толщиной с голову Эмиля.
-Это документы? – спросил Эмиль, взвешивая книгу в руке. Такой убить можно!
-Это список! – ответил демон. – Я вам что, не понятно объясняю? Это список папок, которые вы сможете получить в канцелярии, когда она откроется после выходных лет. А в папках уже будут списки документов. Подготовьте все, соберите справки, подписи, и не перепутайте – бланки на латыни заполняются на каменных скрижалях, а на санскрите – в электронной форме.
-Я же не знаю латынь! Как я их заполню?
-Консультации по заполнению – каждую четвертую среду четного месяца, по нечетным високосным годам. Следующий!
Новый грешник отпихнул Эмиля в сторону. Он кричал что-то про ад, где ему не место, а Эмиль листал том со списком списков документов, и слегка скучал по старому-доброму адскому пламени.
Когда первую папку удалось получить, первый пункт в первом списке документов требовал ознакомиться с правилами техники безопасности при пешем передвижении по аду. К концу девятого тома примечаний к первому тому правил, глаз Эмиля начал дергаться, но он одолел все сорок томов.
-Это вам! – кривоногий черный дракон появился рядом с ним в облаке дыма, и вручил велосипед без седла. – Распишитесь вот тут за получение транспортного средства. Да, конечно кровью, как же еще? Только что приняты новые правила, которые запрещают пешее передвижение. Вот, ознакомьтесь – это список списков документов для новых правил, которые вам нужно изучить.
Время шло.
Где-то на земле песок тихо заносил вершины пирамид. Моря высыхали и снова наполнялись водой. На входе в ад появились стойки для жителей Луны и Марса. Эмиль приближался к концу списка документов. Он выучил латынь, санскрит и иврит, вытесал расписки на каменных плитах и распечатал на пергаменте из собственной кожи электронные справки в трех экземплярах. Его рост чуть уменьшился за время, пока он стоял в вековых очередях, ожидая вызова, приема и окончания обеденного перерыва, время которого здесь отмеряли не по часам, а по календарю.
Но теперь этот ад (во всех смыслах) подходил к концу. Последняя очередь ждала его впереди. Очередь для тех, кто ждет свое место в раю. Всего 12 000 000 спин перед ним – не так и много, если подумать!
Когда номер его очереди сменился на «3», он ощутил свежей ветер на лице, и только тогда понял, как привык чувствовать только вечную вонь серы, дыма и вспотевших тел, таскающих документы по коридорам, и выжидающих свою очередь. Когда номер превратился в цифру «2», он услышал пение, смех и звуки арфы.
Когда номер превратился в «1», и последняя спина впереди растаяла в воздухе, прекрасный ангел принял его документы. Все, что он нес на спине или катил за собой на веренице телег, нагруженных справками, заявлениями и разрешениями. Ангел проверил их, начиная со справки о состоянии душевного здоровья. Годы шли, и ангел приближался к концу списка документов. Эмиль не спешил. Он вдыхал аромат цветов райского сада и наслаждался своей победой.
-Так у вас же справка просрочена! – сказал вдруг ангел, и аромат исчез.
-Вот тут, в самой первой справке, о состоянии душевного здоровья, написано, что срок действия документа – до 10 января 7263 года. А сегодня уже 11 января!
-Так у вас тут очередь, к вам веками не достоишься! – завопил Эмиль.
-Вы всегда можете заново оформить справку. И все остальные документы! Я запишу вас на прием.
Эмиль рванулся вперед, к золотым воротом, и с размаху налетел на стойку с надписью «Ад, общая приемная».
-Это ошибка! – Эмиль застучал кулаком по стойке. - Ошибка! Мне тут не место, я же должен быть в раю.
-И вы там будете! - заверил его осьминог по ту сторону окна. – Будете сразу, как только соберете все необходимые документы. Кстати, правила изменились, заявление на перевод в рай теперь нужно будет не распечатывать, а выжигать на ладони. Будете заполнять документы?
-А может меня лучше как всех, а ад, в огонь? – спросил Эмиль с надеждой.
-Огонь! – возмущенно фыркнул демон. – У нас серьезное предприятие, все делается соразмерно провинности. Огонь заслужить надо, в огонь идут поджигатели.
-Сразу идут? Без очереди идут? Без справок? - переспросил Эмиль.
-Конечно, сразу. Я же говорю – все соразмерно провинности.
-Так может, мы как-то договоримся? - Эмиль оглянулся и понизил голос. - Сделаем вид, что я простой поджигатель?
-Так вы хотите поменять профиль грешника? Перейти в разряд поджигателей? Ну, так это вообще простой вопрос! Что ж вы сразу-то не сказали?
Демон вынул из-за стойки толстую книгу.
-Вот тут список адресов, по которым вы сможете получить списки мест, в которых хранятся списки документов, которые надо собрать. Соберете все – и сразу в огонь, без справок и без очередей! А пока встаньте в очередь на получение справки о праве получении справки, подтверждающей право на получение разрешения на смену профиля грешника вне очереди. Ваш номер очереди – 13 000 666.
Показать полностью
Безгрешная
Её звали Маша.
Мария Петровна Ковалёва, если по паспорту, но для всех просто Маша. Шестьдесят восемь лет, всю жизнь библиотекарь в посёлке под Тверью. Не замужем, детей нет, грехов, по её собственному честному подсчёту, ноль.
Она не курила, не пила, не ругалась, не завидовала, не крала, не лгала даже по мелочам. Когда в девяностые соседи воровали уголь со склада, она не брала. Когда подруга просила соврать начальству, Маша краснела и молчала. Когда в церкви спрашивали: «А ты грешила, деточка?», она опускала глаза и отвечала: «Не знаю, батюшка. Старалась не грешить».
Умерла тихо. Заснула после вечернего чая с ромашкой и не проснулась. Сердце просто сказало: хватит.
Когда она открыла глаза вокруг был серый туман. Не адский огонь, не котлы, не крики. Просто бесконечный серый коридор с низким потолком, как в подвале старой школы. Пол бетонный, холодный, но не ледяной. Воздух пах пылью и старыми книгами.
Она встала. На ней была та же ночная рубашка, в которой умерла. Босые ноги. Ни боли, ни страха - только лёгкое недоумение.
«Здравствуйте?» - позвала она тихо.
Из тумана вышел человек в сером костюме. Без рогов, без хвоста. Обычный мужчина лет сорока, усталый, с мешками под глазами. В руках папка, как у бухгалтера.
«Мария Петровна Ковалёва?» - спросил он, не поднимая глаз от бумаг.
«Да... А вы кто?»
«Приёмщик. Седьмой сектор. Добро пожаловать».
Маша моргнула.
«Куда... добро пожаловать?»
Он вздохнул. Перелистнул страницу.
«Ад. Уровень семь. Обычный. Не VIP, не котлы. Просто... пребывание».
Маша почувствовала, как в груди что-то сжалось. Не сильно. Как будто кто-то аккуратно сдавил сердце пальцами.
«Но... я же... я не грешила. Я старалась. Я всю жизнь...»
Приёмщик поднял взгляд. Глаза у него были серые, как туман вокруг.
«Знаю. Полная чистота. Ни одного пункта. Даже помыслов серьёзных не было. Поэтому и ошибка».
«Ошибка?»
«Да. Система... глюкнула. Вас должны были отправить наверх. Прямо в свет. Но пока разбирались вас опустили сюда. По инерции. А теперь... теперь уже поздно».
Маша стояла молча. Туман вокруг сгустился, стал липким.
«То есть... меня можно вернуть?»
Приёмщик покачал головой.
«Нет. Договор подписан. Автоматически. Когда вы переступили грань - система зафиксировала. Обратного хода нет. Даже если ошибка. Правила есть правила».
Она почувствовала, как слёзы подступают, но не текут. Слёзы здесь не текли.
«Но я... я же ничего не сделала...»
«Знаю, - сказал он почти ласково. - Поэтому вам будет тяжелее всех».
Он закрыл папку. Щёлк.
«Идите по коридору. До конца. Там ваша комната. Номер 47. Там... всё, что вы любили. Книги. Тишина. Чай с ромашкой. Только...»
Он помолчал.
«Только вы никогда не сможете их открыть. Никогда не сможете выпить. Никогда не сможете почувствовать вкус или тепло. Вы будете сидеть и смотреть. Вечно. Потому что вы - безгрешная. А в аду самое страшное не огонь. Самое страшное когда тебе дают всё, что ты любила... и отбирают возможность это любить».
Маша смотрела на него долго.
Потом повернулась и пошла по коридору.
Шаги босых ног по бетону, такие тихие, ровные.
Она не плакала. Не кричала.
Просто шла.
Потому что знала: кричать бесполезно.
А в конце коридора, в комнате 47, уже стоял чайник. Пар поднимался. Книги лежали стопкой на столе. Всё как дома.
Только воздух был серым.
И когда она села за стол и протянула руку к чашке, пальцы прошли сквозь неё.
Как сквозь дым.
Она сидела так долго.
Смотрела на пар, который никогда не коснётся губ.
На страницы, которые никогда не перевернутся.
И впервые за всю жизнь, всю свою безгрешную жизнь, она подумала:
«А может... может, я где-то всё-таки ошиблась?»
Но ответа не было.
Только тишина.
И серый туман, который медленно заполнял комнату.
И пар, который поднимался вечно.
Без тепла.
Показать полностью
1
Ответ на пост «С лёгким паром, или Как меня чуть не отпарили до комы»
Короче познакомился с одной деревенской, гуляли под ручку, в кино в обнимку сидели, и все такое.
Меня городского жителя, баней неудивить, могу и сам растопить (ну да, диссонанс, понимаю). Поэтому, когда она предложила сходить вместе в баню (разумеется не только париться, как вы понимаете), я с удовольствием согласился.
В деревенской бане был много раз, это не диковинка. Если веники старые то я их запариваю в кипятке(так мягче) если свежие, то разумеется держу их над котлом чтобы пар их обрабатывал.
Как деревенские баню топят тоже прекрасно знаю.
Ничего не предвещало беды, Оля притаранила такую озапку дров (на две бани бы хватило), что я стал сомневаться в благоразумности такого подхода, о чем и смел спросить, на что мне был дан размуный ответ:
- Вишь чё, мужика у меня нет как ты знаешь, а полы в бане холодные, там подгнило, менять надо всё, вот и расход большой, протопить же надо.
Ну ладно, такое тоже может быть, было уже такое в моей жизни мыться было сложновато по низу холодом веет а сверху печет, а вот попариться на верхнем полоке самое оно для побалдеть. Ну думаю сначала вымоюсь, а пото на верхний полок полезу. Чем не вариант?
Оля попросила сгонять в сельмаг за пивом и воблой а сама стала растоплять. Сходил в магаз, купил, стою в раздумьях: думаю пиво ледяное после баньки хорошо, а до баньки может винца? Ну а чегобы нет то? Баня то холодная, чай, не просто час, а часа два растапливаться будет. Ну и докупил вина. На мое счастье в сельмаге оказалась настоящая роскошь, не просто сушеная вобла, а мировая закуска: сушеный омуль.
Пришел распили мы винцо немножко, да на утро оставили. Подходит время к бане. Идем, в предбаннике теплынь раздеваемся я еще думал очки снять или нет, потом не рискнул снять мало ли не видя к металлическому баку приложишься. А надо сказать очки в металлической оправе, решение их не снимать - это было тотальной ошибкой.
Заходим в баню согнувшись в три погибели: дверь маленькая, я сразу на лавку, очки запотевают, протираю, выпрямляюсь чтобы сразу помыться надить холодной и горячей врды, и понимаю, что я не могу вдохнуть, еще через секунду я понимаю что у меня горят ступни, а еще через 30 секунд понимаю, что у меня горит морда, потому что натоплено так что обычные деревенские 100-120 градусов кажутся раем.
Понимаю, что париться лезть на полок в такой ад я не буду, с молниеносной быстротой моюсь, ополаскиваюсь. Думаю что погреюсь вполне на этой низенькой лавочке, рядом с полотенчиками. Уложился вроде норм приноровился. А Оля берёт ковш с ледяной водой и херачит их на камни.
Мои истошные вопли слышали наверное жители соседней деревни в тридцати километрах, я орал, матерясь девятиэтажным матом, двинулся на выход попутно опрокинув таз с холодной водой на пол(лучше бы кипяток) потому что вода попала и на пол и на котел, поднявшийся пар меня моментально ослепил, я заорал тыкаясь в поиске выхода, наконец выскочил на улицу истошно крича от боли, и в финале наебнувшись на курином говне орать перестал, потому что дыхалку выбило напрочь.
Когда я пришел в себя обнаружил на лице ожоги от очков, синяки.
В это время из бани выглянула Оля и удивленно спросила:
- ты чего сбежал то?Деревенской бани испугался?
- эте не деревенская баня это ад с чертями! - ответил я, нашел в себе силы вернуться в предбанник и одеться во все грязное, так как чистое висело в бане на гвоздике, а я не рискнул больше туда заходить. К лешему Олю и ее баню! Холодные полы у нее блять!
Надо отдать должное Оле, помывшись достаточно быстро она вернулась, и принялась меня лечить.
Надо ли говорить, что очки в металлической оправе я не мог носить три месяца(хотя платсмассовые терпеть ненавижу)? Надо ли говорить что после этого случая я старался топить баню сам и полностью контролировать процесс?
А Олину фразу, сказанную уже после лечения во время употребления пива с омулем "жарче баня - жарче секс" - я запомнил на всю жизнь. По мне лучше обычная деревенская баня, а Олина баня -это ад с чертями по углам, где тело ужаривается сразу до полной готовности, а главным чертовкой была Оля.
Показать полностью
Эволюция ада в христианстве
Христианское представление об аде эволюционировало с течением времени, в конечном итоге становясь всё более пугающим, чтобы сохранить контроль над своими последователями, заставляя их бояться покинуть лоно церкви.
Доктрина ада как места вечного наказания начала формироваться в первые века христианской церкви, а именно между IV и VI веками. До этого представления о загробной жизни в раннем христианстве были разнообразными и менее сосредоточены на вечных мучениях. Однако после того, как христианство стало государственной религией Римской империи при императоре Константине в 313 году н.э., церковные лидеры начали объединять и укреплять доктрины, чтобы усилить свой контроль над растущим христианским населением.
К V веку влиятельные деятели, такие как Августин Гиппонский (354–430 гг. н.э.), формализовали идеи об аде как месте вечного наказания, подчеркивая ужасающие последствия греха и непослушания. Эта доктрина получила дальнейшее институциональное закрепление в VI веке, когда император Юстиниан I (527–565 гг. н.э.) способствовал распространению учения о вечном аде через церковные соборы и государственную власть, приравнивая религиозные убеждения к политической стабильности.
Страх перед адом стал центральным принципом христианской доктрины, удерживая людей от сомнений в Церкви или отклонения от её учений. По мере развития Средневековья Церковь продолжала акцентировать внимание на аде в проповедях, искусстве и литературе, создавая яркий, устрашающий образ загробной жизни для поддержания контроля.
Внушая страх перед вечным проклятием, Церковь фактически использовала ад как механизм управления поведением, обеспечивая лояльность и покорность в значительной степени необразованного населения. Эта тактика укрепила авторитет Церкви, обеспечив её влияние по всей Европе на протяжении веков.
Страх — мощный мотиватор, и церковь это поняла довольно рано, запугивая людей и заставляя их подчиняться, придумывая настолько суровое наказание, что даже если кто-то не считал его хоть сколько-нибудь правдоподобным, он всё равно решал, что лучше подчиниться… на всякий случай . Какой позор для христианства — травмировать людей ради собственной алчной выгоды!
Показать полностью