Бэздэз⁠⁠

Лисовская вела себя непонятно: то шла прямо, то какими-то кривыми, то стояла. Подойти к ней ближе, чем на сорок шагов, было невозможно — так сильно разило от нее Проклятым Полем. Но никто и не собирался, Дюк и его парни стреляли по Лисовской, но эта забава быстро наскучила, все равно что в приведение палить. От попаданий она лишь вздрагивала, немного пошатывлась и продолжала свои бессмысленные движения. Места попаданий мгновенно закрывались, и на их месте через секунду не было никакого следа. Так бы и бросили бестолковое занятие, но тут с яхты прибежал Ухо и притащил с собой арбалет, который он снял со стены в гостиной.

— Парни, а ну, давай с этого попробуем.

Идея понравилась. Возникли было сомнения в том, что это настоящий арбалет, а не настенная поделка. Но чтобы взвести крюками тетиву, пришлось попотеть, а первый же выстрел показал, что бьет самострел как надо. Короткая Стрела прошила бедро Яны и застряла в нем. Присциллы победно завыли. Но стрел оказалось всего пять, а напакостить хотелось от всей души. Тогда присциллы придумали привязать к наконечникам болтов бечевки и навешать на них банок, чтобы Лисовская гремела и ее заранее было слышно. С яхты принесли ящик ягодного коктейля в жестяных банках. Торопливо, давясь, хохоча и плюясь газированной водичкой, осушили их и привязали пустые липкие банки к бечевкам. Тем временем Яна так и бродила по дороге то взад-вперед, то задом наперед.

Ухо оказался отличным стрелком и не промазал ни разу, каждый болт, взвизгнув привязанной бечевой и лязгнув банками, достигал цели. Последний болт попал в шею, что привело Присцилл и гостей, и даже Иванку (забыть бы хоть это) в полный восторг. Ухо был так воодушевлен, что решил подойти поближе для последнего выстрела. Ему помогал приятель Чайский, он уже примотал к последней стреле бечевку, передал ее Уху, тот принялся заряжать.  Они очень увлеклись и не заметили, что Лисовская как-то боком, но очень быстро пошла на них.

— Беги! — крикнул Курц, первый заметивший опасность, но было уже поздно.

Чайского и Ухо накрыло Полем, их движения стали будто подводными. Ухо отбросил арбалет, завизжал, путая порядок слов и буквы: “Это не я охтел”. Он попытался бежать, но смог только ползти. Чайский был на несколько шагов дальше и, может, смог бы спастись, но запутался в бечеве. Пока он распутывался, за ногу его схватил Ухо. “Ыващи я”, — мычал он, но Чайский уже сам безвольно опустился на дорогу и глядел, как к ним приближается Лисовская. Она проплыла мимо, как солнце мимо восковых фигурок. Ухо и Чайский стали оплывать, вкручиваться друг в друга, скрипя рвущейся одеждой и гнущимися костями.

Лисовская постояла несколько минут на обочине, глядя в лес, потом сошла с дороги и, гремя банками, скрылась в чаще.

книга целиком https://author.today/reader/151994/1241589