Серия «Что вы (не) хотели знать о паразитах?»

Вы только посмотрите на эту красотку – ну ведь невинность и нежность чистой воды! Никогда и не подумаешь, что эта бабочка способна на какую-то подлость, а она способна…

Перед вами голубянка алькон, и если вы живёте на территории Евразии где-то в промежутке от Франции до Забайкалья, то вы с высокой долей вероятности с ней встречались на лугах или лесных опушках. Вот только мало кто знает, какие жутенькие тайны таит в себе жизненный цикл этой красотки.

Начинается всё очень традиционно: после спаривания самка отправляется на поиски наиболее удачного места для того, чтобы отложить яйца. Вот только ищет она, в первую очередь, не определённый вид растений или безопасный уголок – ищет она муравейник, рядом с которым найдутся бобовые или горечавковые растения, пригодные в пищу для её гусениц. На первое время. Отложив яйца, она оправляется на родные луга, беззаботно порхать вокруг цветочков – столько, сколько ей осталось. Её участие в грядущем мошенничестве косвенное – основная работа по обману муравьиного населения придётся на долю её детей.

Из яиц выберутся довольно милые розовые гусеницы и будут жить внутри цветков на том растении, которое подобрала для них мама. 2-3 недели они порядочно питаются нектаром и обгрызают лепестки, но в конце концов настаёт час икс.

Гусеницы прогрызают отверстие в цветке и, словно в настоящем боевике, десантируются с высоты на землю на шёлковых нитях, где их довольно быстро находят муравьи. Находят – и тащат в муравейник. Если бы вы увидели, как муравей тащит в муравейник гусеницу, вы бы что подумали? Я бы подумала, что он несёт добычу и скоро этой гусеницей пообедают. Но всё наоборот! Эту гусеницу скоро накормят обедом и будут и дальше кормить столько, сколько потребуется.

Так что же с муравьями не так? Зачем они тратят пищу, предназначенную для их детишек, на гусениц? А дело в том, что они как раз и считают гусениц одними из своих детишек. Эти обманщицы выделяют секрет, который заставляет их пахнуть как личинки муравьёв, и те заботятся о юных голубянках как о собственных чадах, не замечая самого страшного.

А ужас заключается в том, что ненасытная гусеница не просто пользуется гостеприимством, она втихую лопает муравьиные яйца и личинок, чтобы быстрее набрать нужную для окукливания массу. Муравьи же чистят её от паразитов, ухаживают, и в этом раю гусеница проводит зиму и весну, чтобы в июне окуклиться и превратиться в прекрасную голубую бабочку.

Но это станет возможным, только если всё пойдёт по плану, однако планам не всегда суждено сбываться. Помните выражение: «вор у вора дубинку украл»? И в этом захватывающем триллере всё может пойти именно по этому сценарию.

Если муравьи недоглядят, то к ним в муравейник проникнет главный враг голубянок – паразитическая оса-наездник Ichneumon eumerus. Она пришла по душу гусеницы, муравьи ей не интересны, и она устраняет их очень просто – выпускает специальный секрет, который банально сводит муравьёв с ума. Они начинают паниковать, бросаться друг на друга и оставляют личинок без присмотра. Именно этого наездник и дожидался. Проникнув в муравейник, оса откладывает яйца в тела гусениц голубянки, и теперь сама голубянка окажется домом и столовой для растущих личинок наездника, и в итоге погибнет.

Ну настоящая война с применением химического оружия, в которой при любом раскладе проиграют две стороны из трёх. Природа тоже любит ужастики, однако.

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Я несу вам сказ о новом герое насекомьего мира. Ну и ещё один леденящий душу триллер, конечно. Вот только что-то мне подсказывает, что болеть в этой саге вы будет за «плохого парня», потому что в роли невинной жертвы здесь выступает таракан.

Тараканов не любит никто, кроме изумрудной осы, вот только любит она их – на завтрак, обед и ужин. Готовить блюдо из таракана оса будет, конечно же, не себе, а своим прожорливым детишкам. Ну а в качестве приправы для блюда будет выступать жутенький нейротоксин и зомби-контроль.

Изумрудная тараканья оса (Ampulex compressa) обитает в тропических регионах Южной Азии, Африки, на некоторых островах Тихого океана, а с ХХ века – и на Гавайях. Родом из тропических районов Африки и наша несчастная жертва – Periplaneta americana, давным-давно растащенная людьми в другие регионы, в том числе в Америку, вот и называют этого таракана американским. Вот только жертва в несколько раз тяжелее охотника, так что осе приходится идти на дикие ухищрения, чтобы накормить тараканьей тушкой своих личинок.

Незаметно подкравшись к добыче, она вгрызается ей в хитиновый щиток в зоне сочленения груди и головы. Заякорившись, она изгибается и жалит таракана в первый раз, вводя нейротоксин в нервный узел, контролирующий его лапки. Теперь жертва парализована, но это временно, и осе надо спешить. Переместившись, она жалит его во второй раз – теперь прямо в голову, вводя токсин прямо в мозг, и эта инъекция превращает насекомое в зомби.

Паралич лапок быстро проходит: таракан мог бы убежать, но ему этого не хочется – ему больше ничего не хочется. Он просто стоит и ничего не делает, как будто поставленный на «паузу». Он больше не хочет спасаться, не хочет есть или пить, он будет делать то, что велит делать его повелительница. А повелительница хочет отправить запасы мяса в кладовую, поэтому просто ведёт покорную усатую марионетку к себе в гнездо. Причём тащит его, как собачку на поводке, прямо за усы.

Конечно же, учёные заинтересовались этим зомби-коктейлем и в 2007 году сумели разгадать его секрет. Яд осы тормозит передачу ключевых химических сигналов в мозге, поскольку содержит блокатор рецепторов нейромедиатора октопамина. Когда учёные вводили ужаленному таракану вещество, разблокирующее рецепторы октопамина, к таракану возвращалась способность передвигаться по собственной воле. Повторить финт осы учёным тоже удалось: когда они ввели здоровому таракану вещество, блокирующее действие октопамина, то получили такого же, как у осы зомби.

Но каков же конец истории? Печальный – ведь в этом триллере побеждает злодей. Приведя несчастного зомби в гнездо, оса устанавливает его поудобнее и откладывает яйцо прямо на его брюшко. Всё, дело сделано, ребёнок осы будет сыт. Появившаяся из яйца личинка просто сожрёт бессмысленного стоящего таракана.

Ну а примерно через месяц повзрослевшая особь вылезет из выеденного изнутри и уже давно мёртвого таракана. Идеальная операция, безупречный способ хранения продуктов и ужасная смерть. Даже для таракана!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Вот так посмотришь на улиточку, улыбнёшься и подумаешь: красивая какая, рожки такие забавные. Но, на самом деле, эту янтарку стоит пожалеть, ведь она поражена чудовищным паразитом.

Паразит этот называется лейкохлоридий парадоксальный и по своему происхождению он является плоским червем из класса сосальщиков. В рожках улитки прописался не взрослый червь, а его личинка, что делает моллюска промежуточным хозяином – в этом вопросе сосальщики, даже такие странненькие, себе не изменяют. Взрослые черви тоже для сосальщиков абсолютно типичны: обитают они в кишечнике некоторых воробьиных птиц, прикрепляясь к телу хозяина ротовой и брюшной присосками. В общем, паразитируют себе потихонечку и не оригинальничают.

И всё же «странненькими» я назвала их не для красного словца.

Начинается всё как обычно. Сосальщик-гермафродит, вдоволь напившись птичьей кровушки и закусив эпителием кишечника, оплодотворяет сам себя, и во внешнюю среду вместе с птичьим помётом выделяются его яйца. Для того чтобы у этих яиц настало светлое будущее, им должно повезти. Во-первых, нужно оказаться на пути именно янтарной улитки – другая не подходит, все сосальщики крайне придирчивы к своим промежуточным хозяевам – а во-вторых, прилепиться на что-то, что улитка сочтёт съедобным и слопает вместе с этими самыми яйцами. Всё, она попала.

В теле янтарки сосальщик, как в калейдоскопе, начинает менять жизненные формы ради достижения своей главной цели – рожек улитки. Сначала из яйца развивается совсем махонькая личинка – мирацидий. Затем она начинает плодиться бесполым путём, образуя церкарии. Эти заразы пробираются в моллюсковую печень, плотно ею обедают и превращаются в спороцисты. И вот эти бяки уже могут достичь того, ради чего всё и затевалось.

Вытягиваясь в трубки, они растут и растут, пробираясь внутри тела улитки в направлении её глаз.

Если эта янтарка ещё никем не заражена, то первым будет поражён левый глазик и соответственно вся левая рожка. Тянет их налево, короче. Впрочем, если левый уже занят, то лишённому права выбора паразиту останется только занять свободный правый.

Мало приятного, когда через тебя растут, ещё неприятнее, когда тебя лишают глаза, а то и обоих, но хуже всего то, что паразит берёт улитку под свой контроль, лишая её силы воли. Теперь она больше не прячется, она выползает на самое видное место и ждёт подходящую птицу. Ещё и рожками-паразитами шевелит, чтобы пернатые точно её не проглядели.

Мало кто из воробьиных птиц питается улитками, но сосальщику это хорошо известно. Вся цель проведённой операции как раз и заключалась в том, чтобы выглядеть аппетитно для птицы, питающейся гусеницами. Заражённые улиточьи рожки на вид – вылитые жирненькие гусеницы! Спикировав на несчастную улитку, птица откусывает у неё гусеницеобразные рожки, и счастливый паразит обретает наконец своего окончательного хозяина.

Думаете, для улитки это всё? Отмучалась? Ничего подобного. Недаром в её печени множились паразиты. Те, что не успели занять глаза первыми, просто дожидаются своего часа, ведь улитка может регенерировать свои рожки, так что скоро для притаившихся в её теле лейкохлоридиев организуется ещё два посадочных места. А потом ещё. И ещё. И так до конца жизни бедной янтарки. Впрочем, такие живые инкубаторы обычно живут сильно меньше своих здоровых соплеменников.

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Уж сколько я вам понарассказывала тут о паразитах… кажется, вас уже ничем не удивить! Превращение глаз в гусеницы, зомби-контроль, запаховая мимикрия под чьих-то детишек? Это уже было! А вот вам нечто новенькое: паразит, от которого у животных отрастают лишние конечности. Вот прямо совсем-совсем лишние.

Перед вами результат работы личинки североамериканского сосальщика из рода Ribeiroia над королевской квакшей. Кто хотя бы немножко знает о жизненных циклах сосальщиков, сейчас, вероятно, слегка удивился. Личинка в земноводном? Но ведь традиционными промежуточными хозяевами для этого класса червей являются моллюски? Всё так. Просто эти сосальщики, как самые настоящие паразиты, хотят всего и побольше – и в результате «изобрели» довольно сложный цикл с очень причудливыми побочными эффектами.

Начнём, пожалуй, с основного хозяина – тут сосальщикам Ribeiroia нас удивить особо нечем, ведь для развития половозрелых форм по традиции используются птицы и млекопитающие, питающиеся земноводными и рыбой. В их кишечнике сосальщик растёт, питается, оплодотворяет сам себя и производит яйца, вместе с экскрементами животных выходящие в водоём. Серьёзного вреда червь им не наносит, ведь он заинтересован в долгой и сытой жизни своего главного кормильца. А вот благополучие промежуточных хозяев ему до лампочки.

В водичке из яиц выходят микроскопические личинки с ресничками по имени мирацидии, и именно они попадают на обед к своему первому промежуточному хозяину – ну конечно же, моллюску. Так что начинается поэтапный путь паразита к светлому будущему с улитки из семейства катушек. В катушках мирацидии бодренько проколупываются из пищеварительного тракта в кровь и разносятся по всему улиточьему тельцу. Полтора месяца паразиты множатся в несчастном моллюске, претерпевая ещё два метаморфоза, лишая его ресурсов и до кучи сожрав половую систему – нечего у паразитов пищу на производство собственных детишек отбирать.

Использовав улитку, они уходят из неё, не прощаясь, в куда большем количестве, чем заходили. Теперь они уже не мирацидии, они – церкарии. Быть церкарием у сосальщиков – значит отрастить хвост и резво плавать в водичке, и эти шустрики привлекают внимание тех, кто привык ловить подвижную мелкую пищу. Это могут быть рыбы, но куда чаще – головастики лягушек и жаб, которые, закусив ловким церкарием, остаются довольны и ещё не знают, как сильно они попали.

В теле будущей лягушки церкарии не теряют времени: превратившись в метацеркарии, они приступают к производству ретиноевой кислоты в поистине промышленных масштабах. Вещество это отвечает за формирование лапок у головастиков, и действует прямо пропорционально: чем больше кислоты – тем больше лапок. Но зачем же это паразиту? А вот, оказывается, есть зачем. Дело в том, что лишние конечности отнюдь не улучшают манёвренность земноводных – более того, значительно её ухудшают.

Согласно исследованиям учёных, лягушки с дополнительными лапами совершают прыжки на 41% короче, чем здоровые лягушки. Также они на 66% менее выносливы и плавают на 37% медленней, чем лягушки с нормальным количеством лапок. Всё это делает заражённую лягушку лёгкой добычей для птиц и некоторых водных зверей, вроде ондатр, которые должны стать конечным пунктом для паразитов Ribeiroia.

Уже порадовались за наших квакушек? Паразит-то американский, нашим жабкам такое не грозит. Вот прям такое – нет, но и у нас есть свои, местные сосальщики – любители вызывать уродства у водной живности.  Например, двоюродный братишка нашего сегодняшнего героя по имени Strigea robusta. Эта зараза отращивает квакушкам не лишние лапки, а лишние пальчики, а лапки – так, просто деформирует. В общем, ужас. Одно хорошо – нам с вами эта животина не угрожает, так что, если есть среди вас любители лягушачьих лапок, можно и дальше без опаски наслаждаться изысками французской кухни.

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Сегодня я к вам ещё с одной историей про жутенький зомби-контроль в мире насекомых.

Все знают, что осы-наездники – ребята активно паразитствующие и для своих жертв крайне неприятные, но некоторые, похоже, задались целью побороться за звание самых неприятных.

Большинство наездников «всего лишь» откладывают яйца в личинку другого насекомого, и вышедшие из этих яиц осьи детишки захваченную личинку по-простецки пожирают изнутри. Но наездники рода Glyptapanteles пошли дальше: просто слопать гусеницу – это банально и не интересно, давайте-ка ещё и заставим её охранять наше потомство, а там уж как получится.

Встретиться с таким наездником можно везде, кроме разве что Антарктиды, но вы его, вероятно, просто не заметите – ведь животины они совсем маленькие, не более 3 мм в длину.

Начинается всё обычно – обычно для наездников, разумеется. Самка осы своим яйцекладом протыкает гусеницу и загружает её яйцами. Через некоторое время из яиц выходят личинки и потихонечку подъедают гусеничью гемолимфу – но аккуратненько так, чтобы той плохо не стало, ведь она им ещё пригодится.

Гусеница в это время живёт своей обычной жизнью, уминает листья за себя и за несколько десятков «чужих» в своём теле, и знать не знает, что хорошие времена для неё скоро закончатся. Концом хорошего становится момент, когда злобным осиным детям надоедает рассматривать гусеницу изнутри, и они прогрызают себе выход наружу. Выйдя на свет белый, личинки закрепляются на близлежащей ветке или листе и оперативно плетут вокруг себя кокон.

Однако, родив чужих, гусеница не погибает. Но и своей воли у неё больше нет, ей управляют 1 или 2 личинки, пожертвовавшие собой ради блага братьев и сестёр. Окопавшись в головном ганглии зомбированной гусеницы, они заставляют ту замереть на месте и выгнуться дугой над коконами, охраняя их от хищников. Охранник, как ни странно, из зомби выходит годный, да ещё и заботливый – для лучшей защиты гусеницы иногда даже плетут вокруг осьих куколок дополнительный шёлковый кокон.

При появлении клопов щитников, которые известны своей слабостью к коконам ос, или какой другой хищной насекомины зомби-гусеница оживает и начинает активно трясти передним концом тела, раскачивая ветку, чем повергает атакующих в бегство. Ну ещё бы: жуть же какая-то, ну её.

И длиться это будет до тех пор, пока из коконов не выберутся маленькие наездники – только после этого гусенице разрешается тихо умереть своей смертью.

Эффективность для наездников выходит колоссальная. По сравнению с видами, чьи коконы развиваются без охраны, у ос рода Glyptapanteles выживает в два раза больше потомства. Жутко, но как действенно!

Приглашаю вас также на свой канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.

Где живут вши? Ну, это простой вопрос! В волосах и одежде человека, в шерсти других млекопитающих. Получается, что те, у кого нет волос и шерсти, могут вшей не бояться? Как бы нет так!

Перед вами фото гренландского кита, поражённого вшами. Китовые вши – как, впрочем, и всё китовое – ребята довольно крупные, и длина разных видов колеблется от 5 до 25 мм. Но вот вши ли они на самом деле? Вполне вероятно, что многие из вас уже посчитали паразитовы лапки и насчитали не три пары, а сильно побольше.

Всё так. Несмотря на название, эти вши к насекомым никакого отношения не имеют, а являются ракообразными из отряда бокоплавов. Впрочем, в остальном их поведение мало чем отличается от повадок вшей человеческих.

Свободноплавающей стадии у этих паразитических ракообразных нет, а значит передаваться они могут только от кита к киту. Но как? Киты же не пользуются одной расчёской и не трясут распущенными локонами за одной партой с заражённой соседкой? Конечно, нет. Киты вообще редко контактируют друг с другом так тесно, поэтому самый распространённый способ заражения – это передача вшей от матери к её малышу во время выкармливания молоком.

Ну а заняв новый плацдарм, остаётся только усиленно размножаться, что вши и делают. На одном взрослом ките может находиться до нескольких тысяч китовых вшей, и, учитывая, что своего хозяина они особо не щадят, можно представить себе, какие мучения они ему доставляют. Паразиты вгрызаются в самые тонкие участки кожи, добираясь до её глубоких слоёв и оставляют за собой воспалённые язвы.

Чтобы избавиться от паразитов, горбатые киты частенько катаются по дну на глубинах около 50 метров под поверхностью океана, используя песок в качестве скраба, а гренландские и серые – подплывают к скалистым побережьям и трутся о камни для того, чтобы ускорить смену кожного покрова, очиститься от паразитов и поврежденного солнцем эпидермиса.

Интересно и то, что китовые вши на фото кажутся нам одинаковыми, но генетически они различны, и для каждого вида кита характерен свой собственный вид китовых вшей или даже несколько, как например, у бедолаг-кашалотов. Учёные пользуются этим фактом для установления этапов исторического развития китообразных – ведь чем родственнее друг другу виды китов, тем в большем родстве состоят и их вши.

Приглашаю вас также на свой телеграм-канал Записки учителя биологии – там ещё больше интересного о живой природе.