Сообщество театралов

В 1883 году Пуччини, только что окончивший Миланскую консерваторию, решил написать оперу для конкурса. Конкурс объявил миланский журнал Il teatro illustrato («Иллюстрированный театр»), который выпускал издатель Эдоардо Сонцоньо. Требовалось создать одноактную оперу в духе лучших итальянских традиций — идиллическую, серьёзную или комическую.

На помощь пришёл его наставник Амилькаре Понкьелли: он помог найти либреттиста — молодого поэта Фердинандо Фонтана. Тот и предложил фантастический сюжет: легенда о виллисах. В южнославянском фольклоре виллисы — это души девушек, которые умерли до свадьбы, не перенеся измены возлюбленного. Они становятся мстительными лесными духами и заманивают неверных мужчин в свой смертельный хоровод. Интересно, что этот же сюжет ранее лёг в основу балета «Жизель» Адольфа Адана. Либретто Фонтана написал по рассказу «Les Willis» Жана-Батиста Альфонса Карра, который, в свою очередь, опирался на южнославянские поверья.

Однако опера тогда не прошла отбор. Самая вероятная причина — нотная запись была выполнена в спешке и оказалась неразборчивой.

Но это не означало полного провала. Сторонники композитора (в том числе Арриго Бойто) профинансировали частную постановку в доме миланского мецената Марко Сала — там музыку приняли очень тепло. После этого появилась возможность поставить оперу публично.

Премьера в одноактном виде состоялась 31 мая 1884 года в миланском театре «Даль Верме». Успех был значительным: Пуччини в телеграмме матери писал об аншлаге, восемнадцати выходах к публике и трёхкратном повторении финала первого акта на бис.

На волне триумфа издатель Джулио Рикорди убедил Пуччини расширить произведение — так появилась уже двухактная версия. Её впервые показали 26 декабря 1884 года в туринском театре «Реджо».

Пуччини не остановился на этом и продолжал перерабатывать партитуру: в 1888 и 1892 годах. В итоговой версии опера длится около 64 минут, именно её мы можем видеть-слышать сейчас.

Хотя это ранняя работа, в ней уже проглядывает будущий почерк мастера. Пуччини уже здесь демонстрирует умение резко взвинчивать эмоциональное напряжение. При этом в некоторых постановках (например, в неаполитанском театре «Сан-Карло» в 1888 году) критики отмечали, что опера местами напоминает вагнеровскую «музыкальную драму». Такое сравнение, думаю, своего рода похвала. Пуччини, ведь, действительно, следуя некоторым тенденциям Вагнера (например, в использовании лейтмотивов и стремлении к непрерывному музыкальному развитию), создал сложную, насыщенную психологическую драматургию. Это особенно бросалось в глаза на фоне традиционной итальянской оперы.

Успех «Виллис» также позволил Пуччини заключить контракт с Рикорди на публикацию следующих сочинений. Так первая опера заложила основу для дальнейшего творческого пути великого композитора.

Мне посчастливилось побывать на премьерном показе оперы «Виллисы» Джакомо Пуччини в стенах Эрмитажного театра 25 сентября 2026 (представил ее Санкт-Петербургский государственный музыкальный театр им. Ф.И. Шаляпина).

Мой небольшой честный отзыв можно прочесть:
тут (вконтакте) : vk.ru/krustalnayalyustra?w=wall-240987942_28
и тут (в телеграмме): t.me/khrustalnayalyustra/68

Побывал на премьере нового мюзикла «Все будет Челентано» в МДМ. В этот раз создатели решили не брать за основу иностранное произведение, а показали оригинальную историю, упаковав знаменитые итальянские хиты Тото Кутуньо в антураж советского Сочи образца 1985 года. Получившаяся комедия напомнила мне смесь кинокартин «Невероятные приключения итальянцев в России» и «Блеф».

По сюжету, служащий курортного управления Дмитрий Истомин влюблен в красавицу комсомолку Риту. Пытаясь произвести на девушку впечатление, Дима вызывается помочь ей в организации Дня города, привезя самого Адриано Челентано.

Смелая фантазия быстро превращается в головокружительную аферу, и главный герой быстро оказывается в ловушке собственной лжи: познакомившись с уличным артистом, он выдает его за Челентано. Все осложняется, когда сам новоявленный итальянец влюбляется в Риту, и та начинает отвечать ему взаимностью. Действие строится на балансе между комедийным абсурдом и искренними чувствами.

В мюзикле звучат более 20 хитов итальянской эстрады (Ciao Bambino Sorry, L’Italiano, Salut, Susanna, Soli, Amore No), многие из которых мы узнали от самого Адриано Челентано. Некоторые из них перевели на русский, другие – оставили в оригинале. Неожиданным было увидеть дирижера оркестра не в яме, а за белым роялем прямо на сцене: Евгений Загот предстает в образе Тото Кутуньо. Для симметрии – на другом конце сцены три бэк-вокалистки, которые становятся участницами действия.

Стоит отдать должное художнику-постановщику Максиму Обрезкову – в спектакле удалось передать атмосферу черноморского курорта 80-х, декорации трансформируются прямо на глазах зрителя, а герои появляются то на мотоцикле, то на автомобиле, а в финале сцена превращается в масштабную концертную площадку. Основные герои выглядят весьма стильно и органично, но вот к образам второстепенных персонажей имеются вопросы – они получились нарочито клоунские.

В фойе было много селебрити – Игорь Крутой, Анастасия Стоцкая, Елена Борщева, Ираклий Пирцхалава, Алика Смехова, Елена Малышева, Владислав Третьяк, Эвелина Бледанс и прочие. Сказать по правде, многие ждали, что привезут и самого Адриано. Я обнаглел, и спросил об этом главного продюсера мюзикла Дмитрия Богачева.

Оказывается, такая идея действительно была, но у знаменитого итальянца аэрофобия, а в современных условиях доставить его другим транспортом не представляется возможным. Однако он пообещал привести его напарницу по фильмам «Укрощение строптивого» и «Безумно влюбленный» Орнеллу Мути на сотый показ.

Хотя реальным Челентано порадовать зрителей не получилось, зато удалось удивить исполнителем главной роли – Александром Реввой. Признаться, я не очень люблю этого артиста на сцене, но здесь он оказался чертовски органичен и похож на Адриано.

Режиссер Нина Чусова рассказала, что идея пригласить Александра возникла благодаря его энергетике и особой артистической пластике, которые органично сочетаются с темпераментом итальянской эстрады 80-х. К тому же, Ревва уже не раз обращался к образу «главного мачо» Италии в своей музыкальной карьере. Риту, кстати, в одном из составов играет Анастасия Стоцкая.

Спектакль будет идти на ежедневной основе, а билеты по нормальной цене уже раскуплены на несколько недель вперед.

PS: Как только пришел домой, сразу запустил марафон фильмов с Адреано Челентано. Уже посмотрел «Блеф», «Укрощение строптивого» и «Бинго Бонго». Прямо офигенные.

Не кратенько о восприятии сюжета:
Было ожидание, что опера доведет до слез, так как некоторые сравнивают трагедию Чио-Чио-сан с трагедией рабыни Лиу из «Турандот». Но… на мой взгляд, это совершенно разное (мотивы, психологический портрет героинь - разные). Лиу жертвует собой ради другого самоотверженно, Баттерфляй — ради собственной картины мира.
Тут сформировалось другое, свое, вероятно, непопулярное мнение...

Обычно этот сюжет подают как историю про невинного ангела и коварного соблазнителя. Но, на мой взгляд, перед нами разворачивается пугающе реалистичная драма двух незрелых людей, которые своими руками уничтожили друг друга.

Пинкертон: не монстр, а инфантил и подлец (в целом неприятный тип, в первом акте было желание ему втащить)

Пинкертон для меня — молодой, глупый и чертовски инфантильный парень, выросший в прагматичной Америке и понятия не имеет, что такое настоящая любовь (он буквально об этом говорит).
Приехав в Японию, искренне очаровывается хрупкой девушкой и заводит «роман в отпуске», воспользовавшись удобной лазейкой в законе, допускающей «временный брак». При этом в первом акте его вокальные партии полны искренней страсти.
Но он слеп и эгоцентричен: для него это просто экзотическая живая игрушка.
В финале же, осознав, какую кашу заварил, он испытывает дикий ужас и раскаяние. Но трусливо сбегает — у него просто не хватает мужского стержня посмотреть ей в глаза.
Злодей бы держал удар и не раскаивался.
Кстати, знаменитая ария «Addio, fiorito asil» звучит как чистый стыд, и Пуччини даёт её пропеть — но ничего искупить ею нельзя.

Чио-Чио-сан, несмотря на легкость, описываемую музыкой, — фигура с жестким самурайским стержнем (очевидно, в отца), ведомая колоссальной гордыней и подростковым максимализмом.
Из-за нищеты 15-летняя девочка потеряла статус аристократки и пошла в гейши. Внимание богатого белого офицера очень подняло ее самооценку. Включился синдром «я особенная, я его покорила».
Она влюбилась не в реального человека, а в свою иллюзию и пошла напролом: предала религию предков ради чужого Бога (получается, пусть, возможно неосознанно ввиду возраста, предала людей, которые ее любили и всегда были рядом), стерпела проклятия и полный разрыв со своей семьей.

Её гордыня просто заблокировала любые пути к спасению. «Быть американской женой или умереть» — здесь это не безвыходность, а жесткий максимализм, не пожелавший пойти на компромисс ради выживания.

При этом я ни в коем случае не умаляю личную трагедию. Напротив, она становится глубже, потому что Пуччини гениально показал её через музыку. Вокал и оркестр здесь отражают то, как герои чувствуют, но, возможно, не то, как оно есть на самом деле.
Композитор построил оперу на жестком столкновении двух музыкальных миров:

Мир Америки — прагматичный и напористый. Когда Пинкертон хвастается своей свободой, в оркестре цинично гремят маршевые аккорды будущего американского гимна. Это музыкальное право сильного, кованый сапог колонизатора.

Мир Японии — хрупкий, прозрачный, основанный на традиционных восточных ладах.

Но Баттерфляй во втором акте уже буквально «заражается» американской темой. Пытаясь доказать консулу свою правоту, она поет обрывки американского гимна, превратив чужую маршевую мелодию в свою священную иллюзию. А её великая ария ожидания — вообще вершина вокального триумфа (зал оценил, было правда великолепно)

Финал оперы — похож не только на слабость абсолютной жертвы, но и на страшный жест мести уязвленного эго. Когда Баттерфляй понимает, что её иллюзорный воздушный замок разрушен, а ей предлагают жить на подачки и отдать ребенка новой жене Пинкертона, её гордость взрывается.
Понимая, что ей не перед кем манипулировать угрозами, она действует.

За те полчаса, что она дает мужу, чтобы прийти за сыном, она вонзает в себя отцовский кинжал (символично?). В эти минуты американская музыка по большей части стирается из партитуры.
Баттерфляй возвращается к своим японским корням и ритуальным темам чести. Опера завершается оглушительным, яростным аккордом в аутентичном японском ладу, который звучит как сокрушительная пощечина западному миру в контексте произведения и как реквием по иллюзии, которая была красива, пока не столкнулась с реальностью.

Баттерфляй умерла непокоренной, по своим правилам, вернув себе лицо, но оставив Пинкертона с неискупимым чувством вины. Столкновение незрелости одного человека и гордыни другого закономерно привело к финалу, где каждый заплатил свою цену.

Зритель здесь до последнего момента видит этот колоссальный разрыв между тем, как красиво и возвышенно герои чувствуют, и тем, к какой страшной, приземленной катастрофе ведут их поступки.

Подписывайтесь на мой тг канал или группу вконтакте - там еще больше авторских отзывов.