Он выполнил самую сложную миссию. Он не сошёл с дистанции.
Не знаю, как у вас, но каждый раз, когда я включаю любую часть «Миссии», у меня в голове сразу играет та мелодия. Даже если я просто иду на кухню налить чай, где-то внутри всё равно звучит: пам-пам, пам-пам-пам, пам…
И в данном случае она не просто играет, открывая титры, а скорее стучит, как пульс перед прыжком. Потому что это финал. Последняя «невыполнимая», где Хант уже не совсем шпион, а скорее призрак старого кино, который ещё умеет бегать по крышам, падать с самолётов и любить человечество без остатка.
Мы с женой смотрели все части подряд прошлой осенью, примерно по одной в неделю, с ужином и шутками про то, сколько голубей в коллекции у Джона Ву. И вот теперь финал. Мы включаем фильм и почти сразу понимаем: видимо, это последний подвиг.
Прозвучит странно, но «Финальная расплата» вообще перестала быть про миссию. «Невыполнимая» на месте, а вот смысл другой. Раньше всегда нужно было что-то украсть, внедриться, сменить пару лиц и раскрыть заговор.
Теперь же как будто осталось только добежать до конца, пока мир рушится. Наверное, это по-своему честно, потому что разве не так выглядит взросление? Когда тебя беспокоят не интриги, а усталость, и не шифры, а воспоминания о том, как круто было раньше.
Первый час нам показывают слайд-шоу, будто кто-то сшил восемь фильмов воедино: монтаж прыгает, лица мелькают, сюжет стремится (не всегда внятно) объяснить причины и следствия. Но потом ритм выравнивается, и ты понимаешь, что всё это к прощанию. Режиссёр словно решил полистать старый фотоальбом. Да, чуть сумбурно, но с теплотой к страницам. Он смотрит на них и тихо говорит: «Смотри, мы сделали это вместе».
Конечно, пафоса здесь столько, что можно было бы обогреть весь Голливуд. Президент лично вызывает Итана, ИИ говорит ему «ты избранный», а где-то в углу злой компьютер, будто из старого сна Джеймса Кэмерона, решает судьбу мира. Всё это звучит безумно, но в целом работает, потому что герои верят. Потому что Круз, пусть и потрёпанный, как никогда, всё ещё играет так, будто каждое падение реально, а каждая улыбка заслужена.
Наверное, фильм мог бы развалиться под тяжестью собственной грандиозности, но не разваливается. Потому что его собирает… Вера? Та самая, из времён моего детства, когда кино было аналоговым, а трюки настоящими. Когда человек действительно прыгал, а не рендерился. Когда герой спасал не вселенную, а человека. И так вышло, что Итан Хант всё ещё не готов жертвовать никем. В этом его наивность и его искренняя сила.
Финал говорит: «Судьба не написана, мы пишем её сами». Да, да, звучит клишированно. Но ты ведь всё равно хочешь в это верить? Потому что, может быть, ты тоже хочешь остаться последним человеком, который всё ещё бежит – несмотря на усталость, возраст и цифровой мир, где всё давно заменили алгоритмы.
Пусть сюжет рвётся, пусть диалоги пафосны, и пусть этот фильм чуть старомоден. Но в этом вся его красота — это лебединая песнь аналогового подвига. Кино о времени, которое не сдаётся. И о герое, которому мы продолжаем доверять невыполнимое.
Когда пошли титры, мы с женой переглянулись. Она тихо напела пам-пам, пам-пам-пам, пам… Я засмеялся. Всё. Финал. Вечер закрыт и эпоха тоже. Но давайте честно, это было фантастически красиво.
За мелодию, которая уже не прозвучит на экране, но будет звучать внутри, напоминая, как важно верить в невозможное.
Заглядывайте в мой Telegram-канал — там посты выходят раньше
