mnepoxer2

mnepoxer2

На Пикабу
поставил 24300 плюсов и 3759 минусов
отредактировал 6 постов
проголосовал за 6 редактирований

Сообщества:

Награды:
5 лет на Пикабу
14К рейтинг 99 подписчиков 1526 комментариев 368 постов 24 в горячем
9

Отравленное обвинение в желании создать "две партии"

За последние годы идет систематическое уничтожение внутрипартийной демократии - вопреки всему прошлому большевистской партии, вопреки прямым решениям ряда партийных съездов. Подлинная выборность на деле отмирает. Организационные принципы большевизма извращаются на каждом шагу. Партийный устав систематически изменяется в сторону увеличения объема прав верхушек и уменьшения прав низовых ячеек.

Отравленное обвинение в желании создать "две партии" Политика, Капитализм, История, Социализм, Коммунизм, Лев Троцкий, Оппозиция, СССР, Марксизм, Бюрократия, Чиновники, Длиннопост

Среди полномочий обкомов, райкомов, губкомов, ЦК увеличивается до года, до трех лет и более. Верхушки губкомов, губисполкомов, губпрофсоветов и так далее фактически несменяемы (по три, пять лет и более). Право каждого члена партии, каждой группы членов партии "выносить коренные разногласия на суд всей партии" (Ленин) фактически отменено. Съезды и конференции созываются без предварительного (как это было при Ленине) свободного обсуждения вопросов всей партией, а требование такого обсуждения рассматривается, как нарушение парт-дисциплины. Совершенно забыты слова Ленина о том, что большевистский "штаб" должен "опираться" действительно на добрую и сознательную волю армии, идущей за штабом и в то же время направляющей свой штаб" (т. IV, стр. 318).


Внутри партии происходит - в тесной связи с общим курсом - крайне многозначительный процесс оттирания старых партийцев, прошедших через подполье или, по крайней мере, через гражданскую войну, более самостоятельных, способных постоять за свои взгляды - и замены их новыми элементами, проявляющими главным образом безоговорочное послушание. Это послушание, поощряемое сверху под видом революционной дисциплины, по существу дела ничего общего с ней не имеют. Нередко новые коммунисты из числа таких рабочих, которые отличались всегда покорностью по отношению к старому начальству, продвигаются ныне на руководящие места в рабочих ячейках и в администрации, выслуживаясь на демонстративном, резко враждебном отношении к старым рабочим-партийцам - вожакам рабочего класса в самые трудные моменты революции.


В несравненно более уродливом виде подобные сдвиги переносятся на государственный аппарат, в составе которого не редкость уже встретить законченную фигуру "партийно"-советского чиновника, который в торжественных случаях клянется Октябрем, с полнейшим безразличием относится к порученному ему делу, всеми корнями уходит в мещанскую среду, в частном быту поругивает начальство, а в партдень прорабатывает оппозицию.


Действительные реальные права одного члена партии наверху (прежде всего секретаря) во много раз больше, чем реальные права сотни членов партии внизу. Возрастающее оттеснение партии ее собственным аппаратом увеличивается "теорией" Сталина, отрицающей неоспоримое для каждого большевика положение Ленина о том, что диктатура пролетариата осуществляется и может осуществляться только через диктатуру партии.


Замирание внутрипартийной демократии приводит к замиранию рабочей демократии вообще - в профсоюзах и во всех других массовых беспартийных организациях. Внутрипартийные разногласия извращаются.


Месяцами и годами идет отравленная полемика против взглядов большевиков, объявленных "оппозицией", а изложить свои подлинные взгляды на страницах партийной печати этим большевикам не дают. Вчерашние меньшевики, эсеры, кадеты, бундовцы, сионисты полемизируют в "Правде" против документов, посылаемых в ЦК его членами, выхватывая и извращая отдельные фразы из этих документов. А сами документы не печатаются. А партийные ячейки заставляют голосовать и "клеймить" неизвестные им документы.


Партия вынуждена судить о разногласиях на основании всем опостылевших казенных "проработок" и шпаргалок, сплошь и рядом безграмотных и лживых. Слова Ленина - "кто верит на слово, тот безнадежный идиот" -- заменяются новой формулой: кто не верит на слово, тот оппозиционер.


Опозиционно настроенные рабочие от станка вынуждены платиться за свои взгляды безработицей. Рядовой член партии не может громко высказать свое мнение. Старые работники партии не могут высказаться ни в печати, ни на собраниях.


На большевиков, отстаивающих идеи Ленина, возводится отравленное обвинение в желании создать "две партии". Это последнее обвинение нарочито измышлено, чтобы восстановить против оппозиции рабочих, естественно отстаивающих единство своей партии со всей страстностью. Всякое слово критики против грубых меньшевистских ошибок Сталина (в вопросах китайской революции, Англо-Русского Комитета и тому подобное) изображается, как борьба "против партии", хотя партии Сталин не спрашивал предварительно ни о линии политики в Китае, ни о других важных вопросах. Обвинение оппозиции в стремлении создать "две партии" повторяется изо дня в день теми, кто сами поставили себе целью вытеснить большевиков-ленинцев из партии, чтобы иметь "свободные руки" для ведения оппортунистической линии.


Вопрос о советском бюрократизме


За что нас исключили из партии?


Письмо Троцкому


Три Гоминдана Сталина

Показать полностью 1

Пролетариат и империализм

Финансовый капитал все более сосредоточивает власть над общественным производством в распоряжении малочисленных крупнейших капиталистических ассоциаций. Руководство

производством он отделяет от собственности и доводит обобществление производства до той границы, которая вообще достижима при капитализме.
Пролетариат и империализм Политика, Экономика, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Пролетариат, Империализм, Длиннопост

Границы капиталистического обобществления определяются, во-первых, распадением мирового рынка на национальные экономические области отдельных государств; международные картели преодолевают их медленно и не полностью; это распадение ведет к продлению конкурентной борьбы, которая идет между картелями и трестами, опирающимися на содействие политических сил государства.


Во-вторых, что следует упомянуть ради полноты, границы капиталистическому обобществлению производства ставятся образованием земельной ренты, которая тормозит концентрацию в сельском хозяйстве; в-третьих, теми мерами экономической политики, целью которых является продление живучести среднего и мелкого производства.


По своим общим тенденциям финансовый капитал означает установление общественного контроля над производством. Но это обобществление происходит в антагонистической форме:

господство над общественным производством остается в руках олигархии. Борьба за низложение этой олигархии является последней фазой классовой борьбы между буржуазией и пролетариатом.

Пролетариат и империализм Политика, Экономика, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Пролетариат, Империализм, Длиннопост

Выполняя функцию обобществления производства, финансовый капитал чрезвычайно облегчает преодоление капитализма. Раз финансовый капитал поставил под свой контроль важнейшие отрасли производства, то достаточно, чтобы общество через свой сознательный исполнительный орган, завоеванное пролетариатом государство, овладело финансовым капиталом; это немедленно передаст ему распоряжение важнейшими отраслями производства. От этих отраслей производства зависят все остальные, и потому господство над крупной промышленностью уже само по себе равносильно наиболее действенному общественному контролю, который осуществляется и без всякого дальнейшего непосредственного обобществления.


Общество, которое располагает горным делом, металлургической промышленностью включительно до машиностроительной, электрической и химической промышленности, которое господствует над системой транспорта, подчиняя себе эти важнейшие сферы производства, тем самым получает в свои руки, т. е. тоже может подчинить себе как распределение сырого материала между остальными отраслями, так и транспортировку продуктов последних.


Овладение шестью крупными берлинскими банками уже в настоящее время было бы равносильно овладению важнейшими сферами крупной промышленности и чрезвычайно облегчило бы первые шаги политики социализма в тот переходный период, когда капиталистический метод счетоводства представляется еще целесообразным. Экспроприацию незачем будет распространять на многочисленные крестьянские и промышленные мелкие производства, потому что вследствие захвата крупной промышленности, от которой они уже давным-давно находятся в полной зависимости, они будут обобществлены при ее посредстве, как сама она будет обобществлена непосредственно.


Следовательно, в тех случаях, когда процесс экспроприации оказался бы в силу децентрализации слишком затяжным и политически опасным, будет возможно дать этому

процессу постепенно созреть, т. е. однократный акт экспроприации государственной властью превратить в постепенное обобществление, ускоряемое теми экономическими выгодами, которые сознательно предоставляются обществом: ведь финансовый капитал уже позаботился об экспроприации, поскольку она необходима для социализма.


Итак, создавая последние организационные предпосылки социализма, финансовый капитал облегчает переход и в политическом отношении. Деятельность самого капиталистического

класса в том виде, как она проявляется в империалистической политике, неизбежно толкает пролетариат на путь самостоятельной классовой политики, которая вообще может найти

завершение лишь в окончательном преодолении капитализма.


Пока царил принцип laisser faire [свободной конкуренции], пока вмешательство государства в экономическую жизнь, а вместе с тем и характер государства как организации классового

господства оставались замаскированными, требовалась сравнительно большая дальновидность для того, чтобы понять необходимость политической борьбы и в особенности необходимость политической конечной цели — завоевания государственной власти.

Пролетариат и империализм Политика, Экономика, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Пролетариат, Империализм, Длиннопост

Просьба дочитавшим досюда, проголосовать за тег "Гильфердинг", по-моему он заслужил собственный тег.


Марксизм по Гильфердингу


Капиталистическая логика


Банковый капитал и банковая прибыль


Капиталистические монополии и торговля


Капиталистические монополии и банки. Превращение капитала в финансовый капитал


Ценообразование при капиталистических монополиях. Историческая тенденция финансового капитала


Общие условия кризиса


Возлюбленная


Денежный капитал и Производительный капитал во время Депрессии


Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы


Экономическая политика финансового капитала. Поворот в торговой политике


Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию

Показать полностью 2
9

Вопрос о советском бюрократизме

Бюрократический аппарат любого буржуазного государства, независимо от его формы, возвышается над населением, связывая бюрократию круговой порукой правящей касты и систематически воспитывая в трудящихся страх и преклонение перед правительством. Октябрьская революция, заменившая старую государственную машину рабочими, крестьянскими и солдатскими Советами, нанесла тягчайший в истории удар идолу бюрократического государства.

Вопрос о советском бюрократизме Политика, История, СССР, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Лев Троцкий, Оппозиция, Бюрократия, Длиннопост

Вопрос о советском бюрократизме не есть только вопрос о волоките, о раздутых штатах и прочее. В основе своей это вопрос о классовой роли бюрократии, об ее общественных связях и симпатиях, об ее силе и привилегированности, об ее отношении к нэпману и чернорабочему, к интеллигенту и безграмотному, к жене советского "сановника" и к темной крестьянке и пр. и пр. Чью руку тянет чиновник? - таков основной вопрос, повседневно проверяемый на житейском опыте миллионами трудящихся.


Еще накануне Октябрьской революции, Ленин, ссылаясь на Марксов анализ Парижской коммуны,  усиленно напирал на ту мысль, что "при социализме должностные лица перестают быть "бюрократами", быть "чиновниками", перестают по мере введения, кроме выборности, еще сменяемости в любое время, да еще сведения платы к среднему рабочему уровню, да еще замены парламентарных учреждений работающими, то есть издающими законы и проводящими их в жизнь".


В какую же сторону развивается за последние годы аппарат советского государства; в сторону упрощения и удешевления? Орабочения? Приближения к трудящимся города и деревни? Уменьшения расстояния между управляющими и управляемыми?


Как обстоит дело с проведением большего равенства в условиях жизни, правах и обязанностях? Идем ли мы в этой области вперед?


Совершенно очевидно, что ни на один из этих вопросов нельзя ответить утвердительно. Разумеется, действительное и полное осуществление равенства достижимо лишь при условии уничтожения классов. Борьба за большее равенство не исключает в переходное время более высокой оплаты квалифицированных рабочих, поднятия материального уровня труда специалистов, как не исключает и лучшей оплаты учительства на большую высоту, чем в буржуазных странах и так далее.


Надо отдать себе ясный отчет в том, что армия чиновников растет у нас за последние годы количественно, сплачивается внутренне, поднимается над управляемыми, переплетается с зажиточными слоями города и деревни.


"Инструкция" 1925 года, предоставившая избирательные права многочисленным эксплуататорским элементам, явилась лишь одним из-наиболее ярких выражений того, насколько отзывчивым становится бюрократический аппарат, до самых своих верхушек, к домогательствам верхних слоев, зажиточных, накопляющих, обогащающихся. Отмена этой инструкции, ломавшей на деле советскую конституцию, явилась несомненным результатом критики со стороны оппозиции. Но уже первые перевыборы по новой инструкции обнаружили в ряде мест стремление, поощряемое сверху, по возможности сузить круг лишенцев из зажиточных слоев.


Центр вопроса, однако, уже не в этом. При непрерывном росте удельного веса новой буржуазии и кулачества, при сближении их с бюрократией, при общем неправильном курсе руководства, кулак и нэпман, даже лишенные прав, сохраняют возможность влиять на состав и политику, по крайней мере, низовых советских органов, оставаясь за их кулисами.


''Теория" Молотова насчет того, что нельзя будто бы требовать приближения рабочих к государству и государства к рабочим, так как наше государство уже само по себе рабочее ("Правда", 13 декабря 1925 года) представляет наиболее злокачественную формулу бюрократизма, заранее освящая все бюрократические извращения.


Критика антиленинской "теории" Молотова, пользующейся открытым или молчаливым сочувствием широких кругов советской администрации, подводится при нынешнем курсе под социал-демократический уклон. Между тем, суровое осуждение этой и подобных ей "теорий" является необходимым условием действительной борьбы против бюрократических извращений - не путем превращения известного числа рабочих в чиновников, но путем приближения к рабочим и крестьянским низам всего государственного аппарата во всей повседневной его работе.


Нынешняя официальная борьба с бюрократизмом, не опирающаяся на классовую активность трудящихся и пытающаяся заменить ее усилиями самого аппарата, не дает и не может давать существенных результатов, а во многих случаях даже содействует усилению бюрократизма.

За что нас исключили из партии?


Письмо Троцкому


Три Гоминдана Сталина

Показать полностью 1
12

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию

Сила английского флота побудила склониться на сторону Англии и Францию, когда притязания Германии на участие в колониальной политике создали антагонизм между Германией и Францией и заставили последнюю, как и все другие государства, обладающие колониями, опасаться за свои владения. Так развилась тенденция, направленная, правда, не на то, чтобы уничтожить внутри Европы таможенные границы и создать таким образом обширную единую хозяйственную территорию, а на то, чтобы сравнительно мелкие, а потому экономически отсталые политические единицы сгруппировать политически вокруг крупнейших единиц.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

Но и здесь действуют противоположные тенденции. Чем крупнее хозяйственная территория, чем более сильно государство, тем благоприятнее положение национального капитала

на мировом рынке. Таким образом, финансовый капитал становится носителем идеи усиления государственной власти всеми средствами. Но чем крупнее исторически сложившиеся

различия в мощи различных государств, тем больше различия в условиях конкуренции, тем ожесточеннее, —потому что она сопряжена с большими надеждами на успех, — борьба крупных

хозяйственных областей за подчинение мирового рынка.


Эта борьба становится тем острее, чем более развит финансовый капитал и чем больше он стремится монополизировать части мирового рынка для национального капитала; но чем дальше зашел процесс монополизации, тем ожесточеннее борьба за оставшееся. Если английская система свободной торговли делала это противоречие до некоторой степени терпимым, то переход к протекционизму, который необходимо совершится в непродолжительном времени, должен привести к его чрезвычайному обострению.


Противоречие между развитием германского капитализма и относительной незначительностью его хозяйственной территории вырастет тогда до чрезвычайных размеров. В то время как промышленное развитие Германии стремительно идет вперед, область ее конкуренции внезапно сужается. И это будет тем ощутительнее, что в силу исторических причин, следовательно, причин случайных для современного капитализма, который глубоко равнодушен к прошлому, если только это не есть накопленный «прошлый труд», — у Германии нет заслуживающих внимания колониальных владений. Между тем как не только ее сильнейшие конкуренты — Англия и Соединенные Штаты (для последних весь американский континент экономически носит характер колонии), но и сравнительно небольшие державы, как Франция, Бельгия и Голландия, располагают значительными колониями, а ее будущий конкурент, Россия, тоже владеет колоссально огромной хозяйственной территорией.


Это положение должно чрезвычайно обострить антагонизм между Германией, с одной стороны, и Англией с ее спутниками—с другой, и будет толкать к насильственному разрешению.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

Но если политическая мощь государства становится на мировом рынке орудием конкуренции финансового капитала, то это, разумеется, означает полное изменение в отношении буржуазии к государству. В борьбе против экономического меркантилизма и политического абсолютизма буржуазия была носительницей враждебного отношения к государству.


Либерализм действительно был разрушительной силой, действительно означал «ниспровержение» власти государства, расторжение старых пут. Опрокидывалась вся с трудом возведенная система отношений зависимости в деревне и система связанности

товариществами с ее сложной надстройкой привилегий и монополий— в городе. Победа либерализма означала прежде всего огромное уменьшение силы государственной власти.

Экономическая жизнь, по крайней мере, в принципе должна была быть совершенно освобождена от государственного регулирования, а политически государство должно было ограничиться надзором за безопасностью и установлением гражданского равенства.


Таким образом, либерализм действовал чисто отрицательно, в вопиющем противоречии с государством раннего меркантилистского капитализма, который в принципе хотел все регламентировать. Он находится в противоречии и со всеми социалистическими системами, которые не разрушительно, а созидательно выдвигают на место анархии и свободы конкуренции сознательное регулирование, посредством которого общество организует экономическую жизнь, а тем самым и само себя.


Вполне естественно, что принцип либерализма раньше всего осуществлялся в Англии, где носительницей его была фритредерская буржуазия, которую даже антагонизм с пролетариатом лишь на сравнительно короткие периоды вынуждал апеллировать к государственной власти. Но даже в Англии его осуществление натолкнулось на сопротивление не только старой аристократии, которая вела протекционистскую политику, следовательно, противилась принципу либерализма, но и частично торгового и банкового капитала, оперировавшего за границей. Последний требовал прежде всего сохранения господства на морях, требование, которое энергичнейшим образом поддерживалось слоями, заинтересованными в колониях.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

На континенте же либеральная концепция государства могла достигнуть господства лишь вследствие того, что она с самого начала подверглась сильному изменению. Континентальный

либерализм, выраженный в классической форме у французов, несравненно более смело и с более неумолимой последовательностью, чем английский либерализм, сделал все теоретические выводы во всех областях политической и духовной жизни вообще. Выступив позже, он был вооружен совершенно иным научным аппаратом, чем либерализм английский. Поэтому его формулирование носило несравненно более универсальный характер, его основой была рационалистическая философия, между тем как английский либерализм опирался, главным образом, на политическую экономию.


Но характерная противоположность между идеологией и действительностью — практическому осуществлению либерализма на континенте с самого начала были поставлены определенные границы. Да и как могла бы осуществить требование либерализма ослабить государственную власть такая буржуазия, которая экономически нуждалась в государстве, как мощном рычаге своего развития? Для нее речь могла идти не об уничтожении государства, а лишь о его преобразовании, превращении из тормоза в опору ее собственного развития. Континентальная буржуазия нуждалась, прежде всего, в преодолении раздробленности на мелкие государства, в том, чтобы бессилие мелкого государства было заменено всесилием единого государства. Потребность в создании национального государства с самого начала должна была сделать буржуазию элементом, охраняющим государство.


На континенте дело шло не о морской, а о сухопутной мощи. Между тем современная армия служит несравненно более удобным средством, чем флот, для того чтобы противопоставить государственную власть обществу. Она с самого начала дает возможность обособления государственной власти и сосредоточения ее в руках тех, кто располагает армией. С другой

стороны, всеобщая воинская повинность, которая вооружает массы, очень скоро должна была убедить буржуазию, что требуется строго иерархическая организация с замкнутым офицерским корпусом, который был бы послушным орудием государства, иначе армия превратится в угрозу для ее господства. Итак, в таких странах, как Германия, Италия или Австрия, либерализм оказался неспособным провести свою государственную программу.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

С другой стороны, и во Франции его стремлениям скоро был положен предел, потому что французская буржуазия по причинам торгово-политического свойства не могла обойтись без государства. К тому же победа французской революции по необходимости вовлекла Францию в борьбу на два фронта. С одной стороны, ей приходилось охранять свои революционные завоевания от континентального феодализма; с другой стороны, создание новой империи современного капитализма угрожало прежним позициям Англии на мировом рынке, и потому Франции пришлось вести одновременно борьбу с Англией за господство на мировом рынке.


Поражение Франции усилило в Англии власть землевладения, торгового, банкового и колониального капитала — и тем самым государственной власти — по отношению к промышленному капиталу и, таким образом, замедлило наступление полного господства английского промышленного капитала, равно как и победу свободной торговли. С другой стороны, победа Англии превращала промышленный капитал Европы в приверженца охранительных пошлин и полностью расстроила торжество экономического либерализма; но в то же время она создала условия для ускоренного развития финансового капитала на континенте.


Итак, приспособление буржуазной идеологии и буржуазной концепции государства к потребностям финансового капитала с самого начала встречало на континенте сравнительно слабые препятствия. А то обстоятельство, что объединение Германии совершилось контрреволюционным путем, должно было чрезвычайно укрепить положение государственной власти в народном сознании. Во Франции же военное поражение заставило сосредоточить все силы прежде всего на восстановлении государственной власти. Следовательно, потребности

финансового капитала встречались с такими идеологическими элементами, которые он легко мог использовать, для того чтобы создать из них новую идеологию, приспособленную к его интересам.


Но эта идеология прямо противоположна идеологии либерализма. Финансовый капитал хочет не свободы, а господства. Он не видит смысла в самостоятельности индивидуального капиталиста и требует ограничения последнего. Он с отвращением относится к анархии конкуренции и стремится к организации, конечно, лишь для того, чтобы вести конкурентную борьбу на все более высоком уровне.


Но, чтобы осуществить это, чтобы сохранить и усилить свое преобладание, он нуждается в государстве, которое таможенной и тарифной политикой должно обеспечить за ним внутренний рынок и облегчить завоевание внешних рынков. Он нуждается в политически сильном государстве, которому в своей торговой политике не приходится считаться с противоположными интересами других государств.


Для него необходимо, наконец, сильное государство, которое добьется признания за границей его финансовых интересов, которое применит свою политическую мощь, для того чтобы принудить мелкие государства к благоприятным договорам о заказах и к благоприятным торговым договорам. Ему нужно государство, которое повсюду в мире может осуществлять вмешательство, чтобы весь мир превратить в сферу приложения своего финансового капитала.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

Финансовому капиталу необходимо далее государство, достаточно сильное, для того чтобы проводить политику экспансии и присоединять новые колонии. Либерализм был противником государственной политики силы, он хотел обезопасить свое господство от старых сил аристократии и бюрократии, предоставляя им средства государственной власти в минимальном объеме. Напротив, политика неограниченной силы становится требованием финансового капитализма и осталась бы его требованием, если бы даже расходы на милитаризм и маринизм не обеспечивали наиболее мощным капиталистическим слоям важной статьи сбыта, приносящей по большей части монополистические прибыли.


Но требование политики экспансии революционизирует все мировоззрение буржуазии. Она перестает быть миролюбивой и гуманной. Старые фритредеры верили, что свободная торговля не только наиболее правильная система экономической политики, но и начало эпохи мира. Финансовый капитал давным-давно утратил эту веру. Для него нет гармонии капиталистических интересов, он знает, напротив, что конкурентная борьба все более превращается в борьбу политических сил.


Идеал мира поблек, место идеи гуманности занимает идеал величия и силы государства. Но современное государство возникло как осуществление стремления наций к единству.

Национальная идея признавала право всех наций на самостоятельное государственное бытие, и потому границы государства определялись для нее естественными границами нации. Следовательно, эта идея находила свою естественную границу, когда определенная нация конституировалась как основа государства.


Напротив, в настоящее время национальная идея превратилась в идею возвышения собственной нации над всеми остальными.


Напомним, насколько важно было для заключения Германией

последних международных торговых договоров то обстоятельство, что политическая

сила России была ослаблена осложнениями на Дальнем Востоке и

политическое давление сделалось для нее невозможным.

Идеал теперь—обеспечить собственной нации господство над миром, стремление столь же безграничное, как-то стремление капитала к прибыли, из которого оно возникает. Капитал

становится завоевателем мира, но каждый раз, как он завоевывает новую страну, он завоевывает только новую границу, которую необходимо отодвинуть дальше. Это стремление превращается в экономическую необходимость, потому что задержка понижает прибыль финансового капитала, уменьшает его конкурентоспособность и может в конце концов меньшую хозяйственную область превратить в данницу более крупной.

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

Обосновываемое экономическими соображениями, это стремление идеологически оправдывается при помощи примечательного поворота национальной идеи. Последняя уже не признает права каждой нации на политическое самоопределение и независимость и уже не является выражением в национальном масштабе демократической догмы о равенстве всего, что носит человеческий облик.


Экономическая предпочтительность монополии отражается в том привилегированном положении, которое должно принадлежать собственной нации. Последняя является избранной среди всех остальных. Так как подчинение чужих наций осуществляется насилием, следовательно, вполне естественным способом, то представляется, будто державная нация обязана этим господством своим особенным естественным свойствам, т. е. своим расовым особенностям.


Таким образом, в расовой идеологии стремление финансового капитала к власти приобретает оболочку естественнонаучной обоснованности, его действия получают благодаря этому вид естественнонаучной обусловленности и необходимости. Место идеала демократического равенства занял идеал олигархического господства.


Но если в области внешней политики создается видимость, что этот идеал охватывает всю нацию, то во внутренней политике он преобразуется в подчеркивание позиции господства по отношению к рабочему классу. В то же время рост силы рабочих укрепляет стремление капитала еще больше усилить государственную власть в качестве гарантии против пролетарских требований.


Так возникает идеология империализма, идущая на смену идеалам старого либерализма. Она высмеивает наивность последнего. Какая иллюзия в мире капиталистической борьбы,

где все решается исключительно превосходством оружия, верить в гармонию интересов! Какая иллюзия ожидать царства вечного мира, возвещать о международном праве, когда судьбы народов решаются только силой. Какая глупость стремиться к тому, чтобы регулирование правовых отношений внутри государств перенести за пределы государственных границ. Какое

безответственное нарушение деловой жизни эта сентиментальная гуманность, которая из рабочих делает вопрос, которая изобрела для внутренних отношений социальную реформу и

хочет устранить в колониях контрактовое рабство — единственную возможность рациональной эксплуатации. Вечная справедливость — прекрасный сон, но моралью не построишь железных дорог и внутри собственной страны. Как могли бы мы завоевать мир, если бы стали ждать прозрения конкурентов?

Экспорт капитала и борьба за хозяйственную территорию Политика, Экономика, Капитализм, Либерализм, Социализм, Коммунизм, История, Марксизм, Протекционизм, Длиннопост

Но империализм заменяет поблекшие идеалы буржуазии этим разрушением всяких иллюзий только затем, чтобы пробудить новые и более грандиозные иллюзии. Взвешивая реальные столкновения групповых капиталистических интересов, он сохраняет свою трезвость; всю политику он воспринимает как гешефт взаимно борющихся, но и взаимно объединяющихся

капиталистических синдикатов. Но он начинает увлекать и ошеломлять, когда ему приходится раскрывать свои собственные идеалы. Империализм ничего не хочет для себя. Он не

принадлежит и к числу тех фантазеров и мечтателей, которые невыразимый хаос рас, стоящих на различных ступенях и обладающих различными возможностями развития, растворяют в

бескровном понятии человечества, вместо того чтобы воспринимать их как сверкающую красками действительность.


Твердым, ясным взором окидывает он смешение народов и над всеми ними видит свою собственную нацию. Она реальна, она живет в мощном, все умножающем свою мощь и величие

государстве, и на ее возвышение направлены все его силы. Этим достигнуто подчинение интересов индивидуума высшим общим интересам, представляющее условие всякой жизнеспособной социальной идеологии.


Чуждое народу государство и сама нация связаны в единое целое, и национальная идея в качестве движущей силы сделалась служанкой политики. Классовые противоречия исчезли и уничтожены, поглощенные службой интересам целого. На место чреватой для собственников неведомыми последствиями опасной борьбы между классами выступили общие действия нации, объединенной единой целью — стремлением к национальному величию. Этот идеал, который кажется способным сплотить новыми узами раздираемое буржуазное общество, должен был найти тем более восторженный прием, что процесс разложения буржуазного общества успел продвинуться дальше.


Экономическая политика финансового капитала. Поворот в торговой политике


Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы

Показать полностью 7

За что нас исключили из партии?

За что нас исключили из партии? Политика, СССР, Капитализм, Социализм, Коммунизм, История, Оппозиция, Лев Троцкий, Длиннопост

В извещении ЦКК об исключении из партии тт. Серебрякова, Шарова и меня, а перед этим тт. Мрачковского, Воробьева и других говорится, что мы исключаемся из партии за организацию нелегальной типографии. Извещение ЦКК оставляет открытым основной вопрос, почему группа старых большевиков, имеющих более 20 лет партийного стажа у каждого и никогда не прекращавших партийной работы в самые трудные годы царской реакции, - почему эти большевики, вместе с сотнями и тысячами более молодых партийцев были вынуждены на одном из этапов нашей революции организовать нелегальное печатание своих документов, нарушать партийную дисциплину и т. д.?


Между тем, суть дела совсем не в типографиях, ротатopax и т. д., которые, будучи выдвинуты на первый план, заслоняют только политическое и социальное существо дела. Нелегальная типография может быть преступлением, но может быть и чрезвычайно полезным инструментом в деле защиты классовых интересов пролетариата. Все дело в том, на службе какой политики она находится. В этом и заключается весь гвоздь вопроса.


За что же мы исключены, если ставить вопрос политически и социально, т. е. ставить его единственно правильным образом? Почему наши требования сделались "нелегальными" для существующего в партии режима?


Мы требуем увеличения ассигнований на капитальное строительство. Значит мы исключены, как сторонники более быстрой индустриализации страны.


Мы требуем более быстрого увеличения заработной платы рабочим, улучшения охраны труда и т. д. Значит мы исключены за борьбу за улучшение быта рабочих.


Мы требуем уже несколько лет увеличения налогового обложения нэпмана и кулака в пользу госпромышленности. Мы исключены, следовательно, как борцы с капиталистическим развитием в советской стране.


Мы требуем более действительных мер в деле защиты интересов деревенской бедноты, изложенных в нашей платформе и наших контртезисах, и за более действительную помощь коллективному земледелию. Мы исключены, следовательно, за защиту аграрной программы нашей партии.


Мы требуем решительной борьбы с бюрократическими извращениями советского аппарата, против превращения бюрократов - партийных, советских и профсоюзных - в замкнутый привилегированный слой, оторванный от рабочей массы. Мы исключены, следовательно, за требование настоящей рабочей демократии.


Мы требовали разрыва с китайской буржуазией, с Чан Кайши, Фын Юйсянами, Ван Тинвеями и прочими палачами китайских рабочих, крестьян и коммунистов. Противниками такого разрыва, т. е. проводниками меньшевистской тактики в китайской революции, мы были исключены за азбуку большевистской тактики в буржуазной революции.


Мы требовали, одним словом, изменения оппортунистической линии ЦК в ряде вопросов внешней и внутренней политики и, по крайней мере, среднего, социалистического ремонта государственного и партийного аппарата от накопленных в нем бюрократических извращений, замедляющих движение вперед к коммунизму.


За это мы исключены из партии.


Я спрашиваю каждого члена партии и каждого делегата XV партийного съезда, являются ли все наши вышеперечисленные требования, направленные к укреплению диктатуры пролетариата и ее классовой базы, легальными требованиями внутри ленинской партии и внутри советского государства?


Если мне скажут: "эти требования легальны", то я задаю вопрос, почему же в партийной печати нам не давали и не дают, за исключением аптекарской дозы в "Дискуссионном листке" раз за два года, эти требования защищать? Почему десятки статей оппозиционеров брошены в корзину партийных газет, почему запрещена для печати наша платформа, за печатание и распространение которой, за подпись под которой выброшено из партии более 600 человек только за последние два месяца? Какому сумасшедшему придет в голову вертеть ротатором и создавать нелегальное печатание своих документов, если нормальный партийный режим дает возможность партийному меньшинству напечатать все это в наших общих органах партии?


Ответ здесь может быть только такой. Борьба за перечисленные выше требования делается в нашей партии уже нелегальной и за защиту их не только исключают из партии, но и сажают в тюрьму, как посадили старых рабочих-большевиков тт. Нечаева, Бровера и ряд других, более молодых.


Е. Преображенский [август 1927 г.]


Письмо Троцкому


Три Гоминдана Сталина


Под предлогом "повстанчества"

Показать полностью 1
5

Экономическая политика финансового капитала. Поворот в торговой политике

Задачей старых охранительных пошлин было наряду с компенсацией за те или иные неблагоприятные природные условия ускорить возникновение промышленности в

охраняемых границах. Развивающуюся отечественную промышленность они должны были охранить от опасности оттеснения или уничтожения превосходящей конкуренцией уже развитой иностранной промышленности.
Экономическая политика финансового капитала. Поворот в торговой политике Политика, Экономика, Пошлина, Протекционизм, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Длиннопост

Поэтому требовался лишь умеренный уровень таможенных пошлин, как раз достаточный для того, чтобы компенсировать превосходство заграничной промышленности. Для этого им незачем было быть запретительными, так как отечественная промышленность еще не могла удовлетворить всего спроса. И прежде всего протекционизм мыслился как временный. Едва лишь он выполнит свою функцию «воспитательного протекционизма», едва лишь отечественная промышленность разовьется настолько, что сможет удовлетворить местные потребности и созреет для экспорта, как охранительные пошлины утратят свой смысл. Они становятся лишь препятствием для экспорта, побуждая и другие нации к аналогичным мерам.


При системе свободной конкуренции их влияние на повышение цен прекращалось с того момента, когда охраняемая промышленность развивалась настолько, что уже покрывала местный спрос и могла перейти к вывозу. В самом деле, при свободной конкуренции цена на охраняемом рынке в этот момент должна была сравняться с ценой на мировом рынке, так как благодаря сбережению издержек транспортировки на сравнительно отдаленный заграничный рынок, сбыт на внутреннем рынке был более выгоден, чем на внешнем, а предложение со стороны промышленности было равно внутреннему спросу или выше его.


Поэтому охранительная пошлина по своему уровню была умеренной, а по своей продолжительности— временной; она просто должна была в юношеский период той или иной отрасли промышленности помочь ей преодолеть трудности первых шагов.


Иначе обстоит дело в эпоху капиталистических монополий. Теперь за высокие охранительные пошлины выступают как раз наиболее мощные экспортные отрасли промышленности.

Их конкурентоспособность на мировом рынке не подлежит никакому сомнению, следовательно, согласно старой теории у них не должно было бы быть никакой заинтересованности в охранительных пошлинах.


Конечно, при господстве свободной конкуренции охранительные пошлины не оказывают никакого действия на повышение цены с того момента, когда отечественная промышленность оказывается способной вполне удовлетворять внутренний спрос. Но промышленный протекционизм был одним из самых действенных средств, ускоряющих картелирование:

во-первых, потому что он затруднял иностранную конкуренцию1, а, во-вторых, потому что картель давал возможность полностью использовать пошлину даже в том случае, когда промышленность развилась уже до способности к экспорту. Картель, концентрируя количество продукции, предназначенной для внутреннего потребления, исключает конкуренцию на внутреннем рынке.

Экономическая политика финансового капитала. Поворот в торговой политике Политика, Экономика, Пошлина, Протекционизм, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Длиннопост

Конечно, фабриканты понимают, что свобода торговли затрудняет образование картелей. В «Таймсе» от 10 октября 1906 г. один английский фабрикант предложил организовать картель английских электротехнических фирм. При этом сам предлагавший соглашался,что «в стране свободной торговли высокие цены и ограничение производства могут привести лишь к тому, что торговля перейдет в руки иностранных конкурентов». Другой фабрикант ответил:


«Если бы у нас были охранительные пошлины, то мы могли бы сделать кое-что в духе предложений этого проекта, но мы знаем по опыту, что всякая попытка организовать комбинацию при существующих условиях с целью удержать цены -на уровне, предлагаемом вашим корреспондентом, безнадежна. Все мы страдем от перепроизводства и будем впредь страдать от него, пока оно не будет устранено тем, что фабриканты или ограничат производство, или совсем прекратят его» (Macrosti/, op. cit., p. 319 и след.).

Сам Макрости говорит: «Слабость всякой формы комбинации в Соединенном Королевстве вытекает из того, что беспрепятственно допускается иностранная конкуренция. Если бы удалось устранить ее, прочность комбинаций необыкновенно возросла бы и все условия проблемы изменились бы»

Устранение конкуренции сохраняет действие таможенных пошлин на повышение цен и на той стадии развития, когда производство намного превышает размеры внутреннего спроса. Таким

образом, картелированная промышленность серьезно заинтересована в том, чтобы превратить охранительные пошлины в постоянное учреждение; они обеспечивают, во-первых, существование картеля и, во-вторых, позволяют продавать картелированный продукт на внутреннем рынке со сверхприбылью. Величина этой сверхприбыли определяется размерами превышения внутренней цены над ценой мирового рынка.


Но разница эта зависит от уровня пошлин. Следовательно, стремление к повышению пошлины становится столь же безграничным, как стремление к прибыли. Таким образом, картелированная промышленность непосредственно в высшей степени заинтересована в количественных размерах охранительной пошлины. Чем выше пошлина, тем больше можно поднять внутреннюю цену над ценой мирового рынка; так из воспитательных пошлин получаются высокие охранительные пошлины. Друг торговых договоров, защитник постепенного понижения пошлин превращается в самого страстного и крайнего протекциониста.


Итак, охранительная пошлина позволяет картелю получать сверхприбыль над той, которая достигается картелированием, и дает ему власть взимать с населения своего рода косвенный налог. Эта сверхприбыль происходит теперь уже не из той прибавочной стоимости, которую производят наемные рабочие картеля; она не представляет также и вычета из прибыли других некартелированных отраслей промышленности. Это — дань, накладываемая на весь класс внутренних потребителей.


Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы
Показать полностью 2

Письмо Троцкому

Секретно Дорогой Лев Давидович!
Не начинает ли и внутрь оппозиции проникать тот режим, который установлен большинством ЦК для всей партии и против которого мы (оппозиция) ведем столь упорную борьбу?

Письмо Троцкому Политика, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, СССР, Лев Троцкий, Оппозиция, Длиннопост

"Аппаратная верхушка" решает, а все остальные лишь принимают ее решения. Допустимо ли, чтобы 13 оппозиционных членов ЦК и ЦКК делали заявление от имени всей оппозиции без предварительного обсуждения внутри оппозиции как факта подачи заявления, так и содержания его?


Я, например, считаю ошибкой подачу этого заявления. Даже если считать, что большинство партии настроено за единство партии, против раскола, против фракций, то и тогда вряд ли из этого должно делать вывод о необходимости такого заявления. Ведь большинство партии, несомненно, настроено также оппортунистически, но из этого никто, однако, не сделает вывода, что мы тоже должны делать оппортунистические уступки. Правда, факт не исключения Троцкого и Зиновьева из ЦК неизбежно создаст в широких массах впечатление слабости и растерянности большинства, и поэтому, во имя этого факта, следовало пойти на кое-какие уступки, но с другой стороны, даже и без соответственной интерпретации пленума, факт заявления неизбежно должен также вызвать впечатление, будто сделано оно из страха перед исключением этих товарищей из ЦК.
<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->


Но даже если признать, что подать заявление в данной конкретной ситуации было необходимо, разве же нельзя было, во-первых, заранее заручиться обязательством большинства напечатать его полностью, а, во-вторых, разве нельзя было избежать в тексте заявления тех неудачных выражений, которые в нем имеются?
<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->

Мы, разумеется, безусловно, безоговорочно за оборону СССР при данном ЦК, при данном руководстве ИККИ.

Хотя это и верно по существу, но следовало ли так писать, чтобы создавалось впечатление, будто мы это руководство признаем правильным и хорошим, не следовало ли ясно и точно сказать, почему мы за защиту социалистического отечества даже при нынешнем плохом руководстве ЦК и ИККИ?


О термидорианстве. Тут опять слишком много дипломатии. Сказано так, что создается впечатление, будто мы "отвергаем мысль" не только о том, что "наша большевистская партия стала партией термидорианской", но и мысль о том, что термидорианской стала ее официальная верхушка.

Мы будем выполнять все решения ВКП (б) и ее ЦК.

Следовало ли это говорить? Я полагаю, что оппозиции большой вред принесло прошлогоднее заявление т. Троцкого и Зиновьева. Нужно ли было теперь повторять его тут от имени оппозиции, зная заранее, что против многих решений ЦК мы будем бороться и что ЦК использует это против нас, опять упрекая нас в том, что мы не держим своего слова, не исполняем своих обещаний?


Мы готовы сделать решительно все для ликвидации всех элементов фракций..."

и т. д., хотя в дальнейшем ответственность за эти "элементы фракций" возлагается на "извращение внутрипартийного режима", но все это так тонко, что никто не поймет этого так, будто мы обязуемся "ликвидировать все элементы фракций" только тогда, когда прекратят свое существование указанные "извращения внутрипартийного режима". А если мы сейчас не займемся этой ликвидацией, то при этих условиях нас справедливо смогут упрекать в том, что мы обманывали партию.


Быть может, если бы подобные заявления предварительно обсуждались, удалось бы избегнуть таких ошибок. Если даже оппозиционер, считающий это ошибками, остался бы в меньшинстве, то у него все же было бы сознание, что он поставлен перед совершившимся фактом и должен нести ответственность за то, с чем не согласен. Я просил бы обдумать этот вопрос.
Жму руку, ваш А. Иоффе Москва, 12 августа 1927 г.


<!--[endif]-->Три Гоминдана Сталина
Показать полностью 1
-26

Когда переустановил Windows и проходишь верификацию на Пикабу

Когда переустановил Windows и проходишь верификацию на Пикабу Политика, Юмор, Мост, Мемы
Показать полностью 1
6

Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы

Возникает вопрос: не внесли ли качественных изменений в явления конъюнктуры крупные изменения в формах организации промышленности, монополии, сопряженные, как утверждают, с уничтожением регулирующей силы капиталистического механизма, свободной конкуренции?

Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы Политика, История, Кризис, Экономика, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Длиннопост

Мы знаем, что картели могут вызвать сдвиги в уровне цен. Они создают различия в уровне прибыли картелированных и не картелированных отраслей производства. На этом изменившемся базисе разыгрываются потом уже все явления конъюнктуры, которые в свою очередь претерпевают благодаря картелям известные модификации. Но картелям приписывалось, да отчасти и теперь приписывается, совершенно иное действие. Они будто бы знаменуют не только модификацию влияния кризиса, но в состоянии совершенно устранить кризисы, так как они будто бы могут регулировать производство и всегда приспособлять предложение к спросу.


Это воззрение совершенно игнорирует внутреннюю природу кризисов. Только в том случае, если причину кризисов видят просто в перепроизводстве товаров, вытекающем из необозримости рыночных отношений, может показаться само собой разумеющимся, что кризисы могут быть устранены путем ограничения производства картелями.


Что кризисы тождественны с перепроизводством товаров или что последнее является одной из «причин» кризисов, это кажется неопровержимой истиной. Это ведь осязаемый факт, лежащий прямо на поверхности. Цены низки потому, что предложение превышает спрос, следовательно, потому, что товаров оказывается слишком много, и каждый взгляд на рыночные бюллетени показывает, что товарные склады переполнены, что товары остаются непроданными, что,

следовательно, действительно имеется перепроизводство товаров.


Но картели в состоянии предпринять ограничение производства для целой отрасли промышленности. То, к чему раньше приводил слепой закон цен, который понижением цен вызывал приостановку и банкротство целого ряда предприятий, — это благословенное ограничение производства несравненно более быстро и безболезненно осуществляется теперь ассоциированным разумом картелированных руководителей производства. Более того, так как картель может устанавливать цены, всегда «заботиться о согласовании спроса и предложения», так как он устраняет спекуляцию, точно контролирует и направляет торговлю, если только не берет ее непосредственно на себя, почему же нельзя было бы совершенно уничтожить кризисы точным приспособлением производства к потребностям и быстро, без серьезных потрясений устранить небольшие нарушения хозяйственной жизни?

Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы Политика, История, Кризис, Экономика, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Длиннопост

Это было бы слишком хорошо, но этого не может быть. Кто отождествляет кризисы просто с перепроизводством товаров, именно тот и не видит их главную причину: капиталистический характер производства. Продукты суть не только товары, но и продукты капитала, и перепроизводство во время кризиса есть не просто перепроизводство товаров, а перепроизводство капитала. Но это означает лишь одно: капитал вложен в производство в таком количестве, что условия возрастания его стоимости впадают в конфликт с условиями реализации и потому сбыт продуктов уже не доставляет такой прибыли, которая делала бы возможным дальнейшее расширение, дальнейшее накопление. Сбыт товаров останавливается потому, что производство перестает расширяться.


Поэтому, если капиталистический кризис просто отождествляют с перепроизводством товаров, то в анализе его останавливаются в самой начальной стадии. Что дело здесь не в простом перепроизводстве товаров, видно уже из того, что через некоторое время после кризиса рынок оказывается способным поглотить несравненно большее количество товаров. Всякий последующий период подъема значительно превосходит предыдущий, хотя ни прирост населения, ни рост доходов, имеющихся в распоряжении потребления, не в состоянии были бы объяснить такого увеличения поглотительной способности.


И в самом деле, здесь перед нами факторы совершенно иного рода, чем потребительная способность. Те нарушения регулирования цен, которые, в конце концов, приводят к отношениям диспропорциональности, а, следовательно, к противоречию между условиями увеличения

стоимости и условиями ее реализации, не уменьшаются, а обостряются картелями.


Картели приводят, во-первых, к тому, что конкуренция в определенной отрасли производства прекращается, или, лучше сказать, приобретает скрытый характер, к тому, что в этой сфере не обнаруживается понижающее цены действие конкуренции. Во-вторых, картели приводят к тому, что конкуренция картелированных сфер идет на основе более высокой нормы прибыли, чем конкуренция не картелированных отраслей. Но картели ничего не могут изменить в конкуренции капиталов из-за сфер приложения, в действии накопления на ценообразование, а потому не могут помешать и возникновению отношений диспропорциональности.


Мы видели, что в период подъема конкуренция в одной и той же отрасли производства не ведет к понижению цен; ведь спрос превышает предложение, а в таком случае конкурируют покупатели, а не продавцы. Только в том случае, если предложение превышает спрос, наступает конкуренция между продавцами, и цены начинают падать. Но из всего механизма производства следует, что картели следуют за ценообразованием, а не определяют его.


(осторожно, сложный участок, где много производных слова картель!)


Предположим, что в период подъема картели остаются при низких ценах; в таком случае не происходит ни повышения прибыли, ни роста накопления. Если бы цены картелированных отраслей оставались низкими, в то время как в не картелированных они повышались, то капитал отливал бы от картелированной промышленности. Очень скоро наступило бы перепроизводство капиталов в не картелированных, недопроизводство в картелированных отраслях производства, т. е. острейшая диспропорциональность, которая привела бы ко всеобщему кризису, так как кризис возможен и при не изменяющемся и даже при сократившемся производстве.


В действительности уже задолго до этого картель оказался бы взорван, потому что он не удовлетворял бы, а противодействовал стремлению к прибыли, и, следовательно, отпал бы основной мотив его существования. Частичное регулирование, т. е. объединение отдельной отрасли промышленности в одно предприятие, не оказывает никакого влияния на отношения пропорциональности в промышленности в целом.

Изменения в характере кризисов. Картели и кризисы Политика, История, Кризис, Экономика, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Марксизм, Длиннопост

Анархия производства не уничтожается количественным уменьшением отдельных элементов при одновременном усилении их действенности и интенсивности последней; она вообще не уничтожается постепенно или по частям. Регулируемое и анархическое производство — это не количественные противоположности, при которых, внося по частицам все больше «регулирования», мы от анархии могли бы перейти к сознательной организации. Нет, такой поворот может произойти только сразу, посредством подчинения всего производства сознательному контролю. Кто осуществляет этот контроль и кому принадлежит производство, это — вопрос власти.


Экономически был бы мыслим всеобщий картель, который руководил бы всем производством и тем самым устранил бы кризисы, хотя социально и политически такое положение является делом невозможным, так как антагонизм интересов, который он довел бы до крайних пределов, неизбежно привел бы к крушению. Но ожидать уничтожения кризисов от единичных, отдельных картелей — это свидетельствовать лишь о непонимании как действительных причин кризисов, так и общей взаимосвязи капиталистической системы.


Точно так же, как картели не могут воспрепятствовать возникновению кризисов, они не могут и избежать их действия. Конечно, если отождествить кризис с перепроизводством товаров, то лекарство было бы очень простое. Картель ограничивает производство, следовательно, ускоренным темпом, быть может, даже в большем объеме, делает то же самое, что кризис и так осуществил бы, вызвав ряд банкротств и сокращение производства на предприятиях.


Социальные последствия, а именно безработица и снижение заработной платы, конечно, остались бы те же самые. Но картелированные капиталисты могли бы удерживать цены на высоком уровне, так как предложение было бы сильно ограничено.


Цены сохранились бы высокие, прибыль, правда, уменьшилась бы, потому что сократился бы сбыт, и издержки производства относительно возросли бы. Через некоторое время рынок поглотил бы избыточные продукты, и вновь наступило бы процветание. Однако эта аргументация столь же элементарна, сколь и ошибочна. Предпосылками возрождения подъема являются два условия: во-первых, восстановление пропорциональности, необходимое для того, чтобы прекратилась депрессия, и, во-вторых, расширение производства, ибо только оно и означает подъем. Но описанная картельная политика как раз затруднила бы наступление этих условий.


Ограничение производства означает прекращение всяких новых капиталовложений; удерживание высоких цен обостряет действие кризиса на все не картелированные или не очень

прочно картелированные отрасли промышленности. Здесь прибыль понизится еще сильнее, убытки будут соответственно еще большими, и поэтому здесь придется еще сильнее ограничить производство. Тем самым диспропорциональность еще более усилится.


Сбыт картелированной промышленности пострадает еще больше; окажется, что, несмотря на сильное сокращение производства, «перепроизводство» еще продолжается и даже обострилось. Дальнейшее же ограничение производства означает увеличение бездеятельного капитала при неизменных «общих издержках», следовательно, дальнейшее повышение себестоимости, а потому новое сокращение прибыли даже при сохранении высоких цен.


Уровень их привлекает аутсайдеров; последние могут начинать дело при пониженных затратах на оборудование и рабочую силу, так как цены ведь понизились; поэтому они оказываются конкурентоспособными и начинают теснить картель. Картель уже не может удерживать прежние цены, и крушение их захватывает и картелированную промышленность. Таким образом, в искусственное вмешательство вносится корректив, и ценообразование следует законам, действие которых картели тщетно старались для себя устранить. На основе новых условий ценообразования заново происходит перераспределение капитала между различными сферами производства, и постепенно вновь устанавливаются отношения пропорциональности.


Депрессия осталась позади. Подъем может начаться, если технические нововведения или новые рынки вызовут повышенный спрос, который приведет к новым вложениям производительного капитала, прежде всего основного капитала.


Итак, картели не уничтожают действия кризиса. Картели модифицируют их постольку, поскольку они перекладывают тяготы кризиса на некартелированные отрасли промышленности. Различие в норме прибыли между картелированными и некартелированными отраслями, которое в общем тем больше, чем прочнее картель и чем более обеспечена его монополия, сокращается во время подъема и увеличивается во время депрессии. В первый период кризиса и депрессии картель

может также удерживать прибыль на повышенном уровне дольше, чем свободные отрасли промышленности, и тем самым обострять для них действие кризиса. Это обстоятельство

немаловажно потому, что как раз во время кризиса и в первое время после него положение промышленников наиболее тяжелое, и самостоятельность их подвергается наибольшей опасности. А если именно в это время в результате картельной политики для них не наступает никаких облегчений, например, в виде понижения цен на сырые материалы и т. д., то это обстоятельство имеет значение в том смысле, что оно еще больше ухудшает положение некартелированных отраслей промышленности и приводит к ускорению их концентрации.


Денежный капитал и Производительный капитал во время Депрессии


Возлюбленная


Общие условия кризиса

Показать полностью 3

За защиту нашего социалистического отечества от империализма

ЗАЯВЛЕНИЕ

Отвлекаясь от полемической формы вопросов, мы отвечаем по существу:

На вопрос первый. Мы безусловно и безоговорочно стоим за защиту нашего социалистического отечества от империализма. Мы, разумеется, безусловно и безоговорочно за оборону СССР при данном ЦК, при данном руководстве ЦККИ.

За защиту нашего социалистического отечества от империализма Политика, История, Капитализм, Социализм, Коммунизм, Оппозиция, СССР, Лев Троцкий, Длиннопост

Если известное место о Клемансо в письме тов. Троцкого могло дать кому-либо повод к явно неправильному истолкованию этой аналогии в смысле борьбы за власть путем использования для этого военных трудностей, то мы категорически отвергаем такое понимание этой ссылки. В то же время мы сохраняем наше убеждение в том, что и во время войны партия не может отказаться от критики и исправления линии ЦК, если она будет неправильной.


В нашем проекте резолюции по международному вопросу, мы, между прочим, выдвигаем следующие лозунги: поражение всех буржуазных государств, воюющих против СССР - каждый честный пролетарий капиталистической страны должен активно работать для поражения "своего" правительства; переход на сторону Красной армии каждого иностранного солдата, который не хочет помогать рабовладельцам "своей" страны - СССР есть отечество всех трудящихся; мы --оборонцы с октября 1917 г.; наша "отечественная" (Ленин) война будет войной "за советскую республику, как отряд всемирной армии социализма", наша "отечественная" война "не выход к буржуазному государству, а выход к международной социалистической революции" (Ленин); кто не оборонец по отношению к СССР, тот безусловный изменник международному пролетариату.


По вопросу о термидорианстве мы говорим: в стране растут элементы термидорианства, имеющие достаточно серьезную социальную базу. Чего мы требуем, это -- чтобы партруководство давало этим явлениям и их влиянию на известные звенья партии более систематический, твердый, планомерный отпор. Мы отвергаем мысль о том, будто наша большевистская партия стала партией термидорианской.


На вопрос второй. Мы признаем, что германскому коммунистическому движению угрожает прямой раскол и образование двух партий -- уже по одному тому, что среди исключенных имеются сотни старых революционных рабочих, тесно связанных с рабочей массой, преданных делу Ленина и готовых искренне и до конца защищать СССР.


Создание в Германии второй партии несло бы с собой громадную опасность. Мы считаем необходимым принять все меры для предотвращения этого. Мы предлагаем, чтобы ЦК ВКП (б) через ИККИ провел следующие мероприятия для предотвращения этой опасности: при условии закрытия органа группы Урбанса и подчинения группы Урбанса всем решениям конгресса Коминтерна, возвращение в Коминтерн всех, кто принимает эти условия, и обеспечение им возможности отстаивать свои взгляды в общепартийной печати и вообще в рядах партии и Коминтерна.


На вопрос третий. Мы решительно осуждаем какие бы то ни было попытки создания второй партии. Путь второй партии в СССР считаем безусловно гибельным для революции. Будем бороться всеми силами, всеми мерами против всяких тенденций к двум партиям. Столь же решительно и категорически мы осуждаем политику раскола. Мы будем выполнять все решения ВКП (б) и ее ЦК. Мы готовы сделать решительно все для ликвидации всех элементов фракции, образовавшихся в силу того, что в условиях извращения внутрипартийного режима мы были вынуждены бороться за доведение до партии наших действительных взглядов, совершенно неправильно излагавшихся в печати, читаемой всей страной.


Ответив на поставленные нам вопросы, мы, со своей стороны, считаем нужным высказать перед объединенным пленумом ЦК и ЦКК следующее наше глубокое убеждение:
Для того, чтобы попытка создания внутрипартийного мира и действительной ликвидации фракционности и замкнутости не привела неизбежно к таким же результатам, как после 16 октября 1926 г., безусловно необходимо:


Немедленно осудить от имени объединенного пленума ЦК и ЦКК такие выступления в печати, как брошюра "О войне и военной опасности" Агитпропа ЦК, как статья Иваново-Вознесенской партийной газеты, объявляющая оппозиционеров контрреволюционерами, как статья "Ленинградской правды" (5 августа с. г.), позволяющая себе в дни пленума писать: "декларации оппозиционного блока являются ходовым товаром в военных министерствах враждебных держав в такой же мере, в какой на капиталистической бирже ценятся акции весьма рентабельных предприятий".


Прекратить исключения из партии и другие репрессии против оппозиционеров за инакомыслие и вернуть исключенных в партию.


Обеспечить такую подготовку XV съезда, какая бывала при Ленине, когда в партии имелись серьезные разногласия - т. е.:
а) за 2 месяца до съезда опубликовать в печати тезисы, статьи, платформы каждого меньшинства в партии;
б) дать возможность всем членам партии ознакомиться с важнейшими документами разногласий и принять взвешенное решение на основании всестороннего обсуждения;
в) обеспечить товарищеское обсуждение вопросов разногласий без преувеличений, без обвинений личного характера и т. п.;
г) главным лозунгом подготовки XV партсъезда взять обеспечение единства ВКП и Коминтерна - во что бы то ни стало.


Авдеев Лиздин Раковский
Бакаев Муралов Смилга
Евдокимов Петерсон Соловьев
Зиновьев Пятаков Троцкий
Каменев
8 августа 1927 г.


Три Гоминдана Сталина


Под предлогом "повстанчества"


Как обстояло дело с Китаем?

Показать полностью 1
Отличная работа, все прочитано!