evgen2289

Наступил решающий момент: на 7 ноября пришла повестка. Я отправился увольняться, чтобы получить расчет. Бухгалтер, мягко говоря, отказала, сославшись на отсутствие денег. Тогда я обратился к директору, объяснив ситуацию. Он вызвал бухгалтера и дал распоряжение "рассчитать". Бухгалтер пообещала подготовить расчет на следующий день и позвонить.

Прошла неделя, а звонка так и не последовало. Вскоре по селу пошла молва, что начали выдавать зарплату, причем, кажется, около 10% от общей суммы. Вместе с одноклассником мы пошли. Ему выдали 3000 рублей. Мне же бухгалтер заявила, что Иван Викторович распорядился выдать целых 10 тысяч, поскольку я ухожу в армию. Честно говоря, я был в шоке. Снова пошел к директору, высказал ему все, что думаю, и ушел.

Расстроенный, я вернулся домой, рассказал родителям, что больше никогда не буду работать в нашем колхозе. Родителям пришлось продать двух быков, чтобы устроить мне достойные проводы, которые гуляли два дня. В течение года мама продолжала получать мой расчет. В итоге, за этот период я заработал в колхозе около 60 тысяч рублей – это был мой первый и последний опыт работы в родном хозяйстве.

Легендарный Жека

Прогуливаясь вдоль берега острова, всегда можно обнаружить следы человеческой деятельности, выброшенные морем. Чаще всего это обыденные предметы: поплавки, старые шлепанцы, буи, шины, обрывки веревок и всевозможный пластиковый мусор. Но иногда, в такие моменты, возникает особое желание найти что-то действительно неожиданное.

На острове мне довелось испытать такое дважды.

Первый раз это случилось в жаркий летний день, когда я возвращался от гостей из парка Монерон к метеостанции. Путь предстоял неблизкий – около трех километров. Стоит отметить, что это не прогулка по ровной дороге. Приходилось идти по канатным тропам или вдоль берега, где рельеф позволял, но вместо песка там были крупные валуны и галька, что делало передвижение весьма затруднительным. В какой-то момент меня одолела сильная жажда. Ручьи, конечно, были, но тот, что мне был по пути, я уже миновал, а возвращаться было лень. В голове навязчиво крутилась мысль: "Вот бы сейчас чего-нибудь выпить". Пройдя еще метров пятьсот, я заметил у берега какую-то упаковку. Подойдя ближе, я увидел, что это ящик японской кока-колы! Вкус ее был настолько восхитительным, что я никогда больше не испытывал ничего подобного. Это было настоящее счастье и ни с чем не сравнимая радость.

Второй случай связан с моей давней, к сожалению, неискоренимой тягой к никотину. Хранители маяка как-то рассказывали, что море выбрасывало целые блоки японских сигарет. И вот однажды, после шторма, когда на станции закончились все запасы никотина, я отправился на целенаправленные поиски. Я облазил все места, где, как мне казалось, море могло выбросить что-то ценное, и мои поиски были абсолютно честными. Уже почти отчаявшись, на подходе к последнему канатному подъему к метеостанции, я увидел тубус от сигары. Пнув его ногой, я почувствовал, что внутри что-то есть. Раскрутив его, я был поражен: внутри, в целофане, лежала настоящая сигара! Придя на станцию, я ее распаковал, нарезал табачные листья и в течение недели мы наслаждались этой сигарой.

Похоже, наши мысли действительно имеют силу материализации.

Легендарный Жека

Эта картина навеяла мне воспоминания о том, как мне самому удалось за месяц собрать целую тонну меди, причем на необитаемом острове. Дело было весной, когда на острове Монерон трава еще не успела вырасти в полный рост, она там преобладает, достигая высоты выше человеческого.

Пока заросли не стали непроходимыми, я решил заняться сбором меди. Это были старые кабели, различные пластины и электромоторы, оставшиеся еще с советских времен. Все это было наследием метеостанции, маяка и погранзаставы, которая функционировала до начала 2000-х годов. Первые дни мои коллеги и смотрители маяка посмеивались надо мной, но уже через неделю все активно присоединились к моему занятию. Меня это немного смутило: люди жили там годами, и вдруг всем разом понадобилось собирать медь. В итоге, в свои выходные и даже во время дежурств я упорно занимался упаковкой мешков с медью.

В начале мая за мной пришло судно УГМС, чтобы забрать меня в отпуск. Я договорился с командой, они помогли погрузить моё богатство, за 100 килограммов меди, на судно. Затем Управление предоставило мне УАЗ "головастик". Загрузив все собранное, я отправился прямиком на пункт приема металлолома в Южно-Сахалинске. Я думал, что буду единственным, кто сдает такой объем, но оказалось, что там были целые горы меди. В итоге, я сдал свою медь на 180 тысяч рублей. Это была сумма, равная примерно четырем моим месячным зарплатам на тот момент, в далеком 2013 году