bazil371

bazil371

пикабушник
пол: мужской
поставил 7007 плюсов и 373 минуса
отредактировал 1 пост
проголосовал за 2 редактирования
51К рейтинг 968 комментариев 298 постов 46 в "горячем"
1 награда
5 лет на Пикабу
5

Ночная прогулка

Ночь, пожалуй, самая ужасная в моей жизни, наступила так быстро и совершенно неожиданно. Словно кто-то накрыл небосвод непроницаемым колпаком. Темнота окутывала меня всего, без остатка. Не было видно абсолютно ничего. Только один цвет – черный. Даже ни единой звезды, не говоря уже о Луне.

Темнота была настолько абсолютной, что лишала чувств. Даже притронувшись рукой к медной бляхе на ремне, я не сразу смог осознать, что моя ладонь почувствовала холод металла.

С большим трудом найдя на земле наощупь хорошую толстую ветку, я соорудил факел. Пришлось потрудиться и над тем, чтобы высечь искры из огнива. Когда, наконец, мне это удалось, и мой факел загорелся, стало понятно, что от него толку немногим больше, чем от стаи светлячков. Темнота словно съедала свет, излучаемый огнем. В итоге радиус моего обзора был едва ли больше длины моего указательного пальца.

Лес, в котором я сейчас находился, никогда не пользовался дурной славой. На моей памяти ни разу не случалось, чтобы человек в нем заблудился или был убит хищным зверем. Грибов и ягод здесь всегда было полным-полно – плодородная почва.

Помню, мальчишкой я мог спокойно в одиночку зайти вглубь леса и без особых проблем вернуться. И страха абсолютно никакого не было. Даже вечером, когда нужно было возвращаться от моего друга, живущего по ту сторону леса, это было так обыденно, будто я просто переходил из одной комнаты в другую.

Сейчас мне уже двадцать пять лет, и лес меня тем более не пугал. Поэтому, когда мой несносный старший брат Алан буквально вытолкал меня за порог дома и сказал без дров не возвращаться, я упирался лишь потому, что хотел спать, да и, если по-хорошему, идти должен был он, сам же все топливо извел, алкаш сумасшедший. Напился до чертиков, печку натопил так, что в аду и то, наверное, меньше температура, а ему все равно холодно. Ну да я долго препираться не стал, он же на пьяную голову может и врезать за непослушание. Кулачище у него будь здоров, с два моих будет.

В общем, решил я не испытывать судьбу. Лучше полчаса в лесу провести, чем месяц в постели с разбитой головой.

Когда только входил в лес, было довольно светло. Полная луна, звезды – все было на месте. Выбрав подходящее дерево, я занес топор для первого удара. Тут-то и наступила эта зловещая темнота.

С фантазией у меня всегда было плохо, возможно, именно поэтому я не боялся леса. А тут вдруг мозг одну за другой стал выдавать мне ужасающие картины – злые, голодные волки, смерть с косой, какие-то невообразимые чудовища. Успокоить себя мыслью, что всего этого попросту не может быть, удалось не сразу.

Когда мне удалось совладать со своими видениями, я понял – нужно возвращаться домой. Алан наверняка уже спит без задних ног, так что вряд ли он что-то со мной сделает. Но проблема была в том, что я не знал, в какую сторону мне нужно идти. Не было видно абсолютно никаких ориентиров.

Без лишнего хвастовства могу сказать, что знаю чуть ли не каждое дерево в этом лесу. Мне хватило бы беглого взгляда, чтобы понять, где конкретно нахожусь и найти выход. Но сейчас я был беспомощен. Факел мне пришлось потушить, потому что толку от него чуть, зато на огонек может действительно прибежать какой-нибудь хищник.

Итак, я снова оказался окутан тьмой. У меня создалось впечатление, что нахожусь в гробу. Темнота угнетала и давила. Дышать становилось все труднее, как будто с каждым вздохом кислорода становилось все меньше.

И тут вдруг справа от себя я услышал шорох. По спине одна за другой пробежали волны мурашек. Я инстинктивно повернулся в сторону источника звука, хотя и понимал, что ничего не увижу. Теперь шорох раздался слева. Я снова обернулся и выставил руки вперед. Лучше встретиться с опасностью лицом к лицу, чем получить неожиданный удар в спину.

А что если здесь еще один человек, заплутавший так же, как и я и пытающийся найти дорогу домой? Хотелось подать голос, спросить есть ли здесь кто-нибудь. Но я остановил себя. Нужно вести себя тихо, очень тихо. Скорее всего, никакого человека здесь нет, кому бы в здравом уме понадобилось идти ночью в лес. Если бы не мой братец, я бы тоже не плутал здесь, спокойно спал в своей кровати и видел сны. А подай бы я голос, на него могли прийти… ох, лучше об этом не думать.

Шорох повторился, на сей раз совсем близко, прямо у моих ног. Я медленно стал отходить назад, стараясь ступать как можно тише. Одну руку я вытянул назад, чтобы случайно не врезаться в дерево. Меньше всего мне сейчас хотелось наступить на какую-нибудь сухую ветку, потому что тогда мое местоположение оказалось бы раскрыто.

Неожиданно я осознал, что зверям необязательно меня видеть, им достаточно всего лишь учуять. Если бы рядом были какие-нибудь хищники, они бы давно на меня напали. На несколько секунд я почувствовал себя в безопасности, но тут же подумал: а что если у животных, как и у меня, все чувства из-за темноты притупились?

Дышать стало совсем тяжело, да и в ноздри вдруг внезапно ударил резкий запах гнили. Вскоре выносить его стало невозможно и мне пришлось прикрыть нос рукавом.

Если только выберусь из этого ада, обязательно хорошенько вдарю Алану и плевать, что после этого он может избить меня куда больнее и сильнее. В следующий раз сам пускай тащится за дровами. Да и терпеть его присутствие у себя дома я уже больше не в силах – этот поход в лес стал последней каплей. Алану пришлось заложить свой дом за долги – проигрался в карты – после чего пришел ко мне и слезно просил приютить меня до поры до времени. Я сжалился, брат все же, но, как только он у меня поселился, стал пить по-черному и, похоже, съезжать уже не намеревался никогда. Вел себя как хозяин, при этом сам по дому абсолютно ничего не делал. Я-то по наивности думал, что он перекантуется у меня неделю, ну месяц, на крайний случай, а потом начнет новую жизнь, с чистого листа. Ага, как же… Не тут-то было…

Внезапно я почувствовал, что в мою ногу что-то уткнулось. Что-то холодное и мокрое. А еще услышал сиплое, недовольное рычание. В этот момент я так испугался, что еле сдержал крик и попятился назад. Однако сделав всего пару шагов, почувствовал, что земля уходит из-под ног и в следующий миг затылок пронзила дикая боль. Желтые круги и точки долго мельтешили у меня в глазах.

Вскоре боль поутихла, и все причудливые фигуры окончательно исчезли. Кроме одной. Сначала подумал, что мне мерещится, но, кажется, глаза не обманывали. Прямо над моей головой светила, и довольно ярко, луна. Да и звезды, стали появляться одна за другой, словно кто-то на небосводе, как на черном полотне, начал делать дырки.

Теперь, когда тьма отступила, мне все было видно. Я посмотрел в ту сторону, где на меня совершили нападение. И, не сдерживая себя, засмеялся. Это же надо быть таким трусом – испугаться обычного ежика. Вот он, самый обычный такой еж, бегает из стороны в сторону, носиком шмыгает – ищет что-то, небось. И чего только не спится?

Как хорошо, что вновь появилась луна.

Правда теперь возникла другая проблема. И она была куда посерьезнее.

Я по-прежнему находился в лесу, но… не в своем, каком-то другом. И топора нигде не было видно.

Как я уже говорил, свой лес я знал очень хорошо, каждую тропиночку, каждое дерево. Но я не узнавал ничего из того, что меня окружало. Начнем с того, что я остановился срубить дерево в березняке. Теперь же кругом были сосны. А я совершенно точно с момента наступления полнейшей темноты сделал не более ста шагов. Даже если предположить, что я отошел на значительное расстояние и оказался на другом конце леса… Эта местность все равно была для меня совершенно незнакомой.

Мне стало не по себе. И что теперь делать? Если я действительно попал в другой лес (хоть и ума не приложу как, не по волшебству же), то мне опасно уходить с этой поляны, потому что можно заблудиться. Можно было бы, конечно, дождаться утра и потом по солнцу определить, куда мне идти. Только теперь я не знал, в какой стороне находится мой дом. Да и мне совсем не хотелось ночевать здесь, еще и под открытым небом.

Но тут счастливый случай решил мне помочь. Поозиравшись по сторонам я заметил вдалеке тусклый огонек. Наверняка где-то там находится поселение, если я дойду туда, то хоть окажусь поближе к цивилизации. А там уж мне наверняка помогут отыскать мою деревню. А, может, это она и есть!

Эти хорошие мысли придали мне сил и я, влекомый огоньком, двинулся вперед.

Однако мое приподнятое настроение стало ухудшаться, когда пришло осознание, что огонек не приближается, а как будто наоборот с каждым шагом отдаляется. Тут в пору было поверить в Лешего, но я точно знал, что никаких потусторонних сил и мифических существ не бывает. Просто не может быть.

«Их не существует» – тихо произнес я.

- А ты в этом уверен?

Сначала мне почудилось, что я вступил в спор с самим собой и мой внутренний голос решил поставить под сомнение мою веру в то, что никакой нечисти нет. Но потом я услышал его снова и понял, что ошибся.

- Надо быть аккуратнее с подобного рода суждениями.

Я резко обернулся и увидел напротив себя сидящего на камне человека. Точнее, это мне сначала показалось, что передо мной человек.

Чудовищный страх в одну секунду овладел мной и никак не желал отпускать.

- Кто вы? – этот вопрос я буквально выдавил из себя, потому что язык стал заплетаться, и поджилки затряслись как в сорокоградусный мороз.

Мой собеседник был одет в грязный, дырявый балахон. Лица его я разглядеть не мог – его скрывал капюшон. Кисти рук были какого-то неестественного серо-фиолетового цвета (мне хотелось верить, что это всего лишь игра света), а пальцы худыми и оканчивались длинными заостренными ногтями. Но даже не это меня так испугало. В том месте, где я ожидал увидеть ноги, пускай даже еще более устрашающего вида, чем руки… ничего не было. Пусто. И на сей раз игрой света это уже вряд ли объяснишь.

- Разве так важно знать, кто я? – удивился мой собеседник, и по его голосу я не мог понять, кто может скрываться за этим рваньем – мужчина или женщина.

Существо встало с камня и глаза подтвердили мне, что минуту назад они мне не лгали. Ног действительно не было видно. Теперь Оно направилось в мою сторону, медленно, словно плыло по воздуху. Я попятился, ежесекундно бросая взгляд позади себя, чтобы ни на что не напороться, но и в то же время зорко следил за действиями существа.

- Знание о том, кто я, не принесет тебе никакой пользы, - растягивая слова, прошипело Оно, - ибо скоро ты умрешь!

Вытянув вперед руку, оно с невероятной скоростью метнулось ко мне. Я бросился бежать, хотя нутром чуял, что спастись мне не удастся. Деревья мелькали перед моим взором, я мчался что было мочи. Мне все казалось, что прямо сейчас, в этот миг, существо схватит меня, но я все продолжал бежать. Когда я почувствовал, что силы мои на исходе, пошел на риск, обернувшись, в надежде, что Оно отстало от меня. И действительно, сзади никого не было. Я остановился, чтобы перевести дух.

В следующую секунду существо в балахоне появилось прямо передо мной, и его руки обхватили мою голову. Последнее, что я видел перед тем, как потерять сознание от сильной боли – перекошенное, покрытое струпьями лицо с пустыми глазницами.


Сознание понемногу стало возвращаться ко мне. Первой мыслью, приятной для меня, но в то же время удивительной было то, что я не умер. Следом я почувствовал, что нахожусь в вертикальном, а не в ожидаемом горизонтальном положении.

Где я вообще нахожусь? Как же сложно открыть глаза, будто на веки привесили пудовые гири.

Неожиданно у меня зачесался нос. Я хотел было сделать привычное движение, но тут же понял, что не чувствую своих рук. И ног тоже. Плюс ко всему шею как-то неприятно щипало, будто она была обожжена, и как будто что-то давило на виски.

- Проснись, Виктор.

О нет, только не это. Опять этот голос.

- Виктор, открой глаза.

Теперь мне совсем не хотелось этого делать, но я повиновался. Веки на удивление легко открылись. Поначалу картинка была мутной, как в тумане, но постепенно зрение возвращалось.

Оно. Оно стояло напротив меня и скалило свои гнилые зубы. Теперь капюшон был откинут, и я мог четко видеть все это «великолепие». Я попытался отвести взгляд, но понял, что не могу. Мою голову что-то удерживало.

- Что тебе нужно от меня? – закричал я, не столько от отчаяния, сколько от злобы.

Вместо ответа, безглазый ушел из поля моего зрения и через некоторое время вернулся, катя перед собой большое зеркало на колесиках, которое остановил напротив меня. Когда я в него посмотрел, то чуть не потерял сознание. Кроме моей головы, которую по бокам удерживали два свисающих с потолка крюка, в зеркале ничего не отражалось. Моя голова была отделена от тела. Но при этом я был жив.

От увиденного я потерял дар речи и лишь с вновь нахлынувшим и ежесекундно нарастающим страхом смотрел на безглазого. Он, по-видимому, наслаждаясь моей реакцией, улыбался все шире и шире.

- Поздравляю, - сказал безглазый, - ты единственный, кто выжил в моем эксперименте. Предыдущие подопытные не смогли перенести ампутацию. Как я могу судить, ты находишься в добром здравии, пускай и без своей большей части. Что ж, тогда предлагаю немедля приступить к следующей стадии моего эксперимента. Очень надеюсь, что ты переживешь и ее.

Безглазый показал на стоящую в дальнем углу комнаты клетку. В ней лежало обезглавленное тело. Когда я понял, кому оно принадлежит, я хотел заорать что было мочи, но сил уже не было. Ошибки быть не могло – потрепанные штаны телесного цвета, с коричневой заплаткой на правом колене и массивный перстень на безымянном пальце левой руки. Тело моего брата.

- Ну что ж, приступим!


- Виктор, Виктор, вставай. Срочно.

Я вскочил с кровати. Руки, ноги, все на месте. Я шлепнул себя ладонью по лицу. Нет, не мерещится.

- Алан, ты живой?

- Живой, конечно, что за дурацкие вопросы у тебя?

Значит это сон, всего лишь плохой сон.

- А, не обращай внимания, Алан… Просто кошмар приснился.

На радостях я даже обнял брата и в тот момент мне был даже не противен запах перегара, которым насквозь пропиталась его куртка.

- Виктор, ты чего это? – недоуменно спросил Алан, освобождаясь от объятий. – Тут, в общем… Мне холодно, а дрова все закончились. Сходи, а?

Я огляделся. В комнате царил мрак и только в щелочку между двумя занавесками проникал лунный свет.

- Сдурел, ночь на дворе.

- Ну Виктор…

- Да иди ты к черту! Если так надо, иди сам. А я спать. И только попробуй меня еще раз разбудить без повода – рыло начищу.

И Алан, насупившись, ушел в свою комнату. А я? Я лег обратно в постель и долго еще улыбался. Наверняка братец от меня такого не ожидал.

Уж не знаю, может мне такое поведение выйдет боком, но в одном точно уверен – ночью в лес я больше ни за что не пойду.


Кукушка? Кажется, будто прямо над моей головой кукует. Как странно…

Я нехотя разлепил веки и не поверил своим глазам. Надо мной по ясному голубому небу проплывали одинокие облачка, а сам я лежал на траве на опушке в лесу. Какого черта?

Я вскочил на ноги. Кругом одни деревья. Почему я нахожусь в лесу?

Алан… Неужели пока я спал Алан отнес меня сюда? Нет, конечно, зачем ему это делать? В отместку за то, что я не пошел за дровами? Это не его метод. Да и не мог я не почувствовать, что меня несут, сплю я довольно чутко.

Я обхватил ладонями лицо. Нужно было привести мысли в норму.

Вдруг подбородок обожгло неприятным холодком. Я посмотрел на свои руки.

О, нет! Перстень Алана. Как он…?

Я взглянул вниз. Мои опасения подтвердились. Штаны с заплаткой на правом колене.

Я почувствовал, что сердце может в любую секунду либо выпрыгнуть из груди, либо навсегда остановится. Сам не свой я задрал рубашку и увидел на животе родимое пятно в форме полумесяца. У меня такого не было, но было у Алана…

Может я все еще сплю? Или это галлюцинация?

Моя рука медленно, даже слишком медленно стала приближаться к шее. Я очень боялся, что мои худшие опасения подтвердятся.

Пальцы провели по шее сверху вниз и нащупали бугорок. Я сглотнул. Этот бугорок опоясывал всю мою шею. Шрам.

У Него получилось. Вторая часть Его безумного эксперимента получилась.

Я хмыкнул, затем еще раз, после чего засмеялся как умалишенный.

У Него получилось!

Я смеялся и смеялся, не в силах остановится. Смех эхом разлетался по лесу, звучал в кронах деревьях. Наверное, каждая птица и каждый зверь слышали его.

А я все смеялся…

Показать полностью
-4

Ожерелье

- Граф Олаф, я пришел к вам, чтобы просить руки вашей дочери.

Как же ждал этих слов граф Олаф от лорда Хэксли и едва сдержал навернувшиеся на глаза слезы. Он и подумать не мог, что удача так улыбнется ему. Такая выгодная партия для дочери – мечта любого дворянина.

- Должен вам сказать, - продолжил Хэксли, – что я давно люблю Сильвию, но все никак не решался сделать ей предложение. Думал, что вы будете против.

Действительно, еще год назад граф Олаф с позором прогнал бы Хэксли из своего поместья, если бы услышал, что тот хочет жениться на его дочери. Но за это время многое изменилось. Джон Хэксли из презренного бастарда в одночасье стал уважаемым и богатым человеком, когда умер его отец лорд Дэрвин. Он оставил в наследство сыну титул, замок и его обширные предместья вместе с двумя сотнями слуг.

А вот граф Олаф напротив, увлекшись игрой в карты на деньги, растратил практически все свое состояние. Чтобы не стать полным банкротом, ему нужно было удачно выдать замуж свою дочь. Граф Олаф давно знал, что Сильвия нравится Хэксли. Поэтому когда карета юного лорда въехала в его поместье, он был на седьмом небе от счастья.

- Лорд Хэксли, я… Как я могу быть против, как я могу вам отказать?.. Но вы знаете, я очень люблю свою дочь и не стану насильно выдавать ее замуж, если только она сама этого не хочет. Что скажешь, Сильвия?

Сильвия, казалось, не слышала его. Мыслями она была далеко отсюда и думала о сильных, но вместе с тем ласковых руках конюха, о его крепком, мускулистом теле.

- Сильвия? – граф Олаф повысил голос.

Девушка встрепенулась, будто ее ударило током.

- Прости, отец. Я что-то задумалась.

- Сильвия, ты согласна принять предложение лорда Хэксли? – произнес граф Олаф с нажимом в голосе. На его счастье, Джон этого не заметил – он не отводил глаз от своей возлюбленной и казалось кроме нее для него в этом мире ничего не существует.

- Да, отец, я выйду за него.

Сильвия постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более убедительно. На самом деле она не любила Хэксли и замуж за него не хотела. Да, он был богат, молод и красив, но Сильвия не испытывала к нему абсолютно никаких чувств. Если бы она могла решать все сама, то ни за что бы не вышла за человека, которого не любила. По сути же, за девушку уже все решил отец. Еще до того, как они все втроем устроились в беседке, граф Олаф поставил дочь перед выбором – либо она выходит за Хэксли, либо она лишается наследства и будет отправлена в монастырь. Второй вариант Сильвию испугал настолько, что ей ничего не оставалось, как согласиться выйти за Джона.

Но по большому счету, она мало что теряла. Звание лорда предполагало, что Джон будет постоянно находиться в разъездах, так что Сильвия была предоставлена сама себе. К тому же, она все равно могла, пускай и тайно, встречаться с конюхом и предаваться с ним любовным утехам, от которых сходила с ума.

Лорд Хэксли, услышав от Сильвии то, что ожидал услышать, не скрывая эмоций вскочил со своего кресла и припав на одно колено, взял руку девушки в свою руку и поцеловал ее. Уголки губ графа Олафа при виде этой сцены поползли вверх. Сильвия же опешила от такого напора Джона и ей стоило титанических усилий не отдернуть руку, чтобы ненароком не обидеть своего – она уже смирилась с этим – будущего мужа.

Однако она хотела на как можно более длительный срок отложить свадьбу и для этого в ее голове созрел план. Он был незатейлив и вместе с тем не шел вразрез с отцовским уговором и позволял ей по крайней мере еще месяц-другой побыть незамужней.

- В качестве свадебного подарка, лорд Хэксли, я бы хотела получить от вас ожерелье.

- Ожерелье? – удивленно переспросил Джон, вставая с колена.

- Да, - подтвердила Сильвия. – Но не просто ожерелье, а такое, чтобы, как только я его увидела, у меня перехватило дыхание и участилось сердцебиение. Другими словами, я хочу, чтобы вы меня удивили.

Несколько секунд лорд Хэксли, нахмурившись, смотрел на возлюбленную, после чего его лицо вдруг просияло, и он понимающе кивнул.

- Вы любите сюрпризы, моя дорогая. Я понял ваш замысел. Ставлю пари, что в вашей коллекции очень много украшений, так что даже бриллиантовым ожерельем вас вряд ли удивишь. Но я приложу все усилия, чтобы сделать это.


После этой беседы они все втроем отужинали в гостиной. Когда вазочки с десертом были уже пусты, лорд Хэксли встал из-за стола и сказал, что ему уже пора возвращаться. Он поблагодарил за гостеприимство графа Олафа и пообещал Сильвии, что непременно выполнит ее просьбу.

Джон сел в свою карету. Джерри, кучеру, не нужно было говорить, что от него требуется. Он легонько хлестнул лошадей и те, фыркнув, поскакали вперед.

Некоторое время Джон ехал молча, прижавшись виском к двери кареты. Все его мысли были заняты Сильвией. Он не мог думать больше ни о чем и ни о ком, только о миленьком лице своей возлюбленной, об ее осиной талии, об ее ангельском голосе. Но затем юный лорд также озаботился и тем, какое же ожерелье сможет настолько понравиться Сильвии, чтобы она непременно лишилась дара речи.

Джон мечтательно вздохнул. «Ожерелье мы оставим на потом, сейчас я не хочу забивать им голову».

Лорд Хэксли отодвинул шторку в карете, разделяющую его и Джерри, и спросил:

- Видел ли ты Сильвию, дочь графа Олафа, друг мой?

- Нет, сэр, не довелось, - ответил Джерри, не отвлекаясь от дороги.

- Ах, если бы ты знал, как она прекрасна! Прекрасней я не встречал никого на свете. И совсем скоро, не позднее августа, она станет моей женой.

- Поздравляю Вас, сэр! Но ведь август, если не ошибаюсь, через неделю, сэр.

- Вот именно, Джерри! Через неделю! Клянусь своей шляпой, она будет моей женой к августу, нужно только… - Джон осекся, хлопнул себя ладонью по макушке и крикнул: - Стой, Джерри, стой!

Кучер резко натянул поводья и лошади остановились как вкопанные.

- Господи, пресвятая Богородица! Что стряслось, сэр? – испуганно залебезил Джерри.

- Шляпа! Моя шляпа! И, боже, трость!

- Что с ними, сэр?

- Я забыл их у графа Олафа. Дурак дворецкий! Не мог напомнить мне про них…

- Полностью с вами согласен, сэр! Никудышный дворецкий! Так что прикажете, поворачивать назад?

Джон на мгновенье задумался. Как-то неудобно беспокоить графа Олафа по такой ерунде, но с другой стороны он сможет лишний раз повидаться с Сильвией. В борьбе между приличием и чувствами победило второе.

- Возвращаемся.


Когда карета снова въехала во двор поместья графа Олафа никто не вышел встречать Джона. Он списал это на то, что уже почти стемнело – скорее всего все уже легли спать. По этой же причине Хэксли не стал стучать, боясь ненароком разбудить кого-нибудь.

Парадная дверь оказалась незаперта. Джон осторожно открыл ее, чувствуя себя при этом не титулованной особой, а самым обыкновенным вором. Однако дурные мысли быстро ушли. Он знал, что если его вдруг увидят, то ему ничего не будет. В конце концов, у него есть причина находиться здесь. Но даже если бы Джон действительно хотел обворовать графа Олафа, он все равно вышел бы сухим из воды. Хэксли знал, что старик ни за что не позволит сорваться свадьбе своей дочери с лордом.

Джон вошел в дом. Первым, что он увидел, оказался дворецкий, мирно посапывающий на стуле у входа.

- Утомился, бедняга? – шепотом съязвил Джон. – Ну отдыхай, отдыхай, я уж сам как-нибудь…

Хэксли, стараясь ступать по полу как можно тише, прошел в гостиную. Как и ожидалось, его шляпа и трость были именно там.

Надо было возвращаться – то, для чего он сюда вернулся, найдено. Конечно, Джону очень хотелось еще раз повидать Сильвию, но теперь уже в следующий раз. Скорее всего, она бы не поняла, если бы он нагрянул в ее спальню. Тем более, где была ее спальня, ему было неведомо.

Джон уже почти выходил из гостиной, идя к парадной двери, как вдруг заметил, что в холле мелькнул чей-то силуэт. Кто это? Вор?

Хэксли не стал поднимать тревогу, а решил проследить за ночным гостем. Если это действительно грабитель, у него есть возможность поймать его с поличным и, возможно, еще больше возвыситься в глазах в глазах Сильвии.

Ночной гость, кажется не замечал слежки. Джону это было на руку. \он не хотел спугнуть его раньше времени.

Вдруг силуэт остановился у одной из дверей, поозирался по сторонам (Джон предусмотрительно спрятался за выступ в стене). После этого постучал три раза, а затем еще два. Какого же было удивление Хэксли, когда практически мгновенно дверь ночному гостю открыла… Сильвия. Свет из ее комнаты упал на силуэт, и Джон сразу же узнал незнакомца. Им оказался конюх семьи Уилсон - Уолтер.

«Но что ему понадобилось от Сильвии? Ночью?» - подумал про себя Джон, подозревая, что знает ответ. И сердце его забилось в два раза чаще.

Уолтер быстро прошмыгнул в спальню Сильвии и дверь за ним тут же закрылась.

Джон с силой сжал кулаки. Нужно уходить. Он уже достаточно увидел. Завтра граф Олаф получит письмо, в котором будет говориться о том, что свадьба отменяется. Джон ярко представил, как старик после его прочтения будет рвать на себе остатки своих седых волос.

«Нужно уходить».

Но любопытство все-таки возобладало над Джоном. Он решил подойти поближе и послушать, что они будут говорить. Что, если его суждения окажутся ошибочными, и он напрасно порочит Сильвию?

Джон осторожно подкрался к покоям девушки и приложил ухо в двери.

- Ах, графиня, как же я ждал этого момента!

- Сколько раз тебе повторять, Уолтер, называй меня просто Сильвия.

- Как скажете, Сильвия.

Послышался треск рвущейся ткани.

- Уолтер, аккуратнее!

- Извините.

- Ты-то что стоишь, снимай рубашку. И штаны снимай... Ты все проверил? Тебя никто не видел?

- Конечно. Дворецкий дрыхнет без задних ног. Ваш папенька, думаю, тоже спит. По крайней мере, в его комнате свет не горит.

- Чудесно. Ооо, Уолтер… Что же ты медлишь, возьми меня!

Когда Джон услышал стоны Сильвии и пыхтение конюха, все сомнения сразу же отпали. Ему хотелось ворваться в спальню и прикончить их обоих, но он понимал, что против Уолтера, даже застигнутого врасплох, у него нет никаких шансов.

«Ах, если бы у меня был револьвер…»

Сквозь стоны Джон вдруг услышал отрывистые фразы Сильвии:

- Когда… будешь уходить… замети за собой… все следы. Нам… не нужно… чтобы кто-то узнал… про нас… Ааааах!

- Разумеется! Мне же не впервой. Делов-то… С черного хода зашел…

- Ааааааах!

- … с черного хода вышел!

Джон больше не мог выносить этих звуков. В нем бурлила злость, и она жаждала выхода. Хэксли чувствовал, что унять эту злость он сможет только когда увидит перед собой бездыханные тела Уолтера и Сильвии. Да, он желал смерти той, кого еще несколько минут назад считал любовью всей своей жизни. Он бы никогда не смирился с тем, что его женой является девушка, которая по моральным качествам нисколько не отличается от проститутки. И она продолжает отдаваться конюху (конюху!) даже после того, как согласилась выйти за Хэксли. В понятии Джона это было даже хуже, чем измена.

Но тем не менее, он был рад тому, что узнал правду, хоть она и оказалась очень горькой.

Теперь больше всего на свете Джон жаждал смерти этой сладкой парочки. Но просто убить их казалось ему слишком просто, слишком банально.

«Помнится, Сильвия хотела ожерелье. Что ж, у нее будет ожерелье!»

Джон спустился в холл. У него моментально созрел план, и для его претворения в жизнь потребуется помощь Джерри.


Все прошло гладко, даже идеально.

На следующий день, как только часы пробили полдень, Джон постучался в парадную дверь дома графа Олафа. Ему открыл дворецкий. Увидев перед собой лорда Хэксли, тот мгновенно побледнел и залебезил:

- Простите меня ради бога, сэр. Я… ваши вещи… они… я…

- Что случилось, Альбрехт? – ухмыляясь, спросил Джон.

Дворецкий сначала с удивлением, которое вскоре сменилось абсолютным непониманием, посмотрел на голову лорда Хэксли.

- Ваша шляпа, сэр. И… - он перевел взгляд на ниже, - …трость.

- Друг мой, что случилось? Что с моими шляпой и тростью?

- Н… ничего, сэр. Проходите. Мисс Сильвия будет рада вашему визиту.

«О, в этом я нисколько не сомневаюсь» - подумал про себя Джон, а вслух спросил:

- А что граф Олаф? Где он?

- Он еще не проснулся, сэр. В последнее время граф имеет обыкновение спать до двух, а то и до трех часов дня.

«Тем лучше».

- Альбрехт, проводи меня в комнату к графине.

- Но, сэр…

- Живо, - по тону Джона дворецкому сразу стало ясно, что никаких возражений юный лорд не потерпит.

Вдвоем они поднялись на второй этаж. Джон никак не выдал того, что знает, где находится комната Сильвии. Лишние подозрения ему сейчас были ни к чему. Альбрехт постучался в дверь.

- Мисс Сильвия, к вам Лорд Хэксли. Очень желает вас видеть.

- Одну минуту, я не одета. – Некоторое время за дверью слышалось копошение. – Войдите.

Джон решительно переступил порог комнаты и прежде, чем Альбрехт успел что-либо сказать, с силой захлопнул за собой дверь.

- Чем обязана вашему визиту, лорд Хэксли? - Сильвия выглядела напуганной.

- Дорогая моя, я исполнил вашу просьбу, и мне теперь не терпится узнать, понравится ли вам мой свадебный подарок.

- Вы купили мне ожерелье? Так быстро? – испуг как рукой сняло. На смену ему пришло любопытство.

- Помните, я обещал вас удивить?

- Помню, - прошептала Сильвия, предвкушая увидеть украшение божественной красоты.

Джон, не сводя глаз с девушки, достал из кармана своего фрака платок, в котором что-то лежало. Сильвия сидела на кровати и даже подалась вперед – так она желала поскорее увидеть свой подарок.

Джон, наконец, развернул платок и показал девушке то, что было внутри. Увидев это, Сильвия зажала рукой рот, чтобы не закричать и в то же время заглушить рвотные позывы.

- Вам нравится, дорогая? – с издевкой спросил Джон.

Сильвия не могла отвести взгляд от «ожерелья». Оно представляло собой нанизанные на тонкую медную проволоку десять человеческих пальцев. Между ними, прямо в центре этого украшения, висело отрезанное мужское достоинство.

Но больше всего девушку напугало не то, из чего было сделано «ожерелье». Один из пальцев украшала легко узнаваемая татуировка – букв W, перекрывающая собой меч. Она сразу поняла, что эти части тела принадлежали Уолтеру.

Сильвия хотела закричать, позвать на помощь, сделать хоть что-нибудь, чтобы лорд Хэксли поскорее ушел и забрал с собой эту мерзость. Но она не могла. Казалось все ее тело дало сбой, и ни единый мускул не мог пошевелиться.

Джон с отвращением бросил «ожерелье» прямо на платье девушки. Та еще больше заскулила, но не нашла в себе никаких сил стряхнуть его с себя.

- Да, я все знаю, - нарочито скорбным тоном произнес Джон. – Порядочные леди так не поступают, – он сокрушенно покачал головой, а затем достал из другого кармана фрака пистолет, который взял из кареты перед тем, как явиться к графу Олафу в дом.

Из глаз Сильвии брызнули слезы. Она никак не могла поверить в происходящее. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы все это оказалось лишь сном. Пускай дурным, но сном. Сложив руки ладонями друг к другу, Сильвия зашептала слова молитвы.

- Бог тебе не поможет, грязная шлюха! – эти слова Джон выговорил с нескрываемым отвращением. Однако он вынужден был признать, что получает удовольствие, наблюдая за страданиями Сильвии. – А ведь я тебя любил, по-настоящему…

Раздался выстрел, эхом прокатившийся по комнате. Сильвия с аккуратной дыркой во лбу упала замертво на кровать.

Джон некоторое мгновение исступленно смотрел на труп своей невесты. Скоро на звук выстрела сбегутся все обитатели дома. Лорд Хэксли приставил дуло пистолета к подбородку и спустил курок.

Показать полностью
26

Последний поезд или Кошмар из прошлого

- Саш, ну честно, мы бы с радостью остались, но скоро метро закрывается. Да и устали мы очень, - с этими словами Аня подтолкнула меня к выходу.

Уходить мне совсем не хотелось, на столе оставалось еще столько вкусных салатиков и закусок! Но моя ненаглядная права – не успеем в метро до закрытия, дома окажемся только к утру.

- Очень жаль, - грустно произнес Саша. – Все равно спасибо, что пришли, навестили. И за такой шикарный подарок низкий вам поклон – давно мечтал о телескопе.

- Не за что. Я же знаю, чего ты хочешь, - подмигнула Аня, повязывая на шею шарф.

- Теперь придется мечтать о чем-то другом, - сказал я.

- Да. Машину новую хочу, Лэнд Крузер… - мечтательно вздохнул Саша.

- Это ты уж, братец, как-нибудь сам! – засмеялась Аня, похлопывая его по плечу.

- Так и знал, что на вас нельзя рассчитывать! Эх… Ладно, до свидания, еще увидимся. Не забудьте мне фотки перекинуть.

Традиционно на всех подобных мероприятиях фотографии делал я. У меня и фотик лучше, и с графическими редакторами дружу.

- Само собой, но только завтра уже.

- Не страшно, я подожду.

- Галя, Света, пока! – закричали мы. Девчонки помахали нам из большой комнаты и, еще раз попрощавшись с Сашей, мы вышли на лестничную площадку. Именинник остался наедине с женой и ее сестрой.

Лифт в доме Саши хоть и новый, но до жути медленный. Да еще и очень тихий, зараза. Кнопка вызова вроде и горит, а едет ли он на самом деле или нет непонятно. Но, в конце концов, мы его дождались, и стали так же медленно спускаться на первый этаж. Когда цифра четыре на табло лифта сменилась на тройку я вдруг задумался.

- Не повезло Саньку, что он родился тринадцатого числа.

- Почему? – удивилась Аня.

- Ну как же… Раз в несколько лет его день рождения приходится на пятницу тринадцатое. Как, например, сегодня.

- Ну и что?

Вместо ответа я вытянул к ней руки и, тряся пальцами, протянул: У-у-у-у-у! Аня потрепала меня по щеке.

- Дурачок ты!

Разумеется, я во все эти роковые числа и вообще в потусторонние силы не верил, но пятница тринадцатое прочно ассоциировалась с чем-то плохим и зловещим.

Казалось бы, я просто пошутил, Аня не восприняла это всерьез. Посмеялись и забыли. Однако после того как мы вышли из лифта, она надолго замолчала и вид у нее был такой, словно она старательно пыталась что-то вспомнить. Я тоже молчал, не хотел отвлекать ее, и терпеливо ждал, когда она сама заговорит. Наконец, когда мы вышли со двора на проспект, Аня, будто под гипнозом, произнесла:

- Ты знаешь, семнадцать лет назад, как раз в день рождения Сашкин, произошел один случай. И тоже пятница была. Я тебе про это не рассказывала, так как давно про это забыла, а тут вспомнилось вдруг.

- Что такое? – насторожился я. Голос у Ани слегка подрагивал и взгляд был какой-то отсутствующий.

- Мы тогда маленькими были еще, мне восемь, ему десять исполнялось. День рождения отмечали на даче. Позвали друзей своих, кто был там тогда. Все было хорошо – ели, пили, веселились. Купаться на озеро ходили. И вот там-то, на озере, это и произошло, - Аня сделала паузу, тяжело вздохнула, после чего продолжила: - Как вспомню, так аж дрожь пробирает. Хотела бы я это раз и навсегда из памяти стереть… Из воды мы тогда долго не вылезали. Мальчики друг друга с плеч кидали, я с девочками у берега плавала. Родители неподалеку шашлыки жарили. И вот тут появился он.

- Кто? – мне вдруг стало не по себе. В голосе Ани было что-то пугающее, да и сама история не указывала на то, что под «он» имеется ввиду единорог из волшебной страны.

- Какой-то старик. Больше всего он напоминал бомжа – в лохмотьях, босой, густющая, грязная и спутанная борода. Я тогда еще заметила, что у него не хватает безымянных пальцев на обеих руках. Никто его раньше никогда не видел. Да и появился он словно из ниоткуда. Поозиравшись по сторонам, этот старик пошел к нам. И при этом шептал что-то. Когда он зашел в воду, мы кинулись врассыпную, страшно стало, но не на берег, а наоборот, к середине озера. Бомж этот шел дальше, смотрел в одну точку какую-то на противоположном берегу и продолжал шептать. И внезапно он схватил Максима, тогдашнего сашкиного друга, и, ты не поверишь, укусил ему руку пониже локтя. Причем так сильно, что кровь ручьем хлынула. Мы от страха так и стояли в воде, пошевелиться не могли, к нам кинулись родители и пока они бежали, старик держал Максима над собой на вытянутых руках, кровь бедняги стекала ему на лицо и при этом он так мерзко хохотал. Первым на помощь подоспел мой папа и, не мешкая, со всей силы ударил бомжа в лицо. А тот даже не шелохнулся и продолжал хохотать. Папа от такого опешил, тогда этот старик, не отпуская Максима, освободил одну руку и схватил папу за горло. Представляешь, он одной рукой оторвал его от земли! Папа тщетно пытался освободиться. Затем старик с силой швырнул папу так, что он пролетел по воздуху метров десять, наверное, не меньше. Мама кинулась к нему, а все остальные, и я в том числе, будто завороженные, смотрели на старика. Кровь Максима стекала по его лицу, затем все ниже и вскоре достигла воды. А когда это произошло, она разделилась на восемь тонких струек и потекла к каждому из нас. Мы по-прежнему не могли пошевелиться, будто какая-то невидимая сила заставляла нас стоять на месте. Когда струйки достигли нас, они словно впитались в наши тела, хотя, как мы позже выяснили, никто при этом ничего не почувствовал. После этого старик бросил Максима, как тряпичную куклу в воду, расставил руки в стороны, открыл рот и исторг звук, который я никогда больше не слышала. Не смогу описать его, но он был ужасен. Пробирал до костей и создавалось впечатление, что из ушей сочится кровь. А звук между тем становился все громче и громче, было уже невыносимо его терпеть. Мы закрыли уши ладонями и, не знаю как остальные, но я даже закрыла глаза, боясь, что они лопнут. А когда открыла, старика уже не было.

Аня замолчала. Сказать, что я был в шоке от услышанного, значит не сказать ничего. Все это смахивало на выдумку, просто страшную историю, которую хорошо рассказывать друзьям ночью у костра. Моя девушка не слыла первоклассным мастером розыгрышей, и, глядя на нее, я понимал, что она не врет и не придумывает, хотя поверить в это было крайне сложно.

- Ты мне, наверное, не веришь, - тихо сказала Аня. – Я понимаю. Я бы и сама не поверила, но я не выдумываю. И это не плод моего воображения. Спроси кого хочешь из тех, кто был с нами в тот день, они смогут подтвердить. Правда вряд ли захотят. Но у Максима с того дня остался шрам на руке от зубов того старика. Его тогда, кстати, еле спасли, у него была разорвана артерия. Еще бы чуть-чуть и все.

После этой истории мурашки на моей спине отплясывали чечетку и то, что она была рассказана ночью пугало меня еще больше. Не знаю, смогу ли заснуть теперь сегодня. С психикой у меня все было в порядке, но и с фантазией тоже. Поэтому ужастики перед сном я не любил смотреть. Но засну я или нет неважно. Сейчас мне хотелось, чтобы Аня думала, что я не считаю ее сумасшедшей. И тогда я просто сказал:

- Я тебе верю.

Аня благодарно посмотрела на меня и чмокнула в щеку.

Конечно, я соврал. Ну какой нормальный человек воспримет эту историю всерьез? Я списал это на какую-то детскую душевную травму. Либо же у Ани раньше было очень богатое воображение, настолько богатое, что вымысел она приняла за правду. Но говорить ей об этом я, разумеется, не стану. У нас и так нередко происходили ссоры по мелочам, не хочу, чтобы из-за этой истории она снова обижалась на меня.

До метро мы дошли, не проронив ни слова. Стоило бы перевести разговор на другую тему, чтобы и ей, и мне отвлечься от мрачных мыслей, но никак не получалось. Из головы никак не шел тот старик. Я хоть и знал, что это всего лишь выдумка, все равно было как-то не по себе. И тем хуже, что Аня толком не описала его в своем рассказе – воображение рисовало уж очень жуткие картины.

В половину двенадцатого мы вошли в вестибюль метро. Купили жетоны, прошли через турникет и стали спускаться по эскалатору вниз. Я обнял Аню.

- Давай купим у нас в универсаме мороженое? Мне вдруг очень захотелось щербета, - сказал я, причмокнув губами.

Она слегка улыбнулась.

- Можно.

Может все-таки Аня просто пошутила надо мной? Решила в честь пятницы тринадцатого меня напугать? Но она была такой подавленной, что я сразу отмел эту версию. Блин, и что мне в душу запала эта история, ума не приложу?!

Лампы, освещавшие эскалаторный туннель, неожиданно стали мерцать. Аня вскрикнула и уткнулась лицом мне в плечо, словно попыталась спрятаться. На нас обернулись почти все, кто поднимался или спускался по эскалатору.

- Что случилось, родная?

- Т-т-там! – заикаясь, произнесла она и указала пальцем на противоположный эскалатор.

Я обернулся, но ничего такого, что могло бы вызвать у нее такую реакцию, не увидел.

- Что такое? – непонимающе спросил я.

Аня посмотрела через мое плечо, а затем перевела взгляд на меня.

- Я… я видела… его! Старика!

Видимо на моем лице очень явно читалось недоверие, поэтому она с нажимом добавила:

- Я правда видела его. Он был на том эскалаторе. И… кажется, он узнал меня. Смотрел так, будто хотел убить. Дим, мне страшно…

- Наверное, тебе просто показалось. Ну сама подумай, что ему делать здесь?

Это уже походило на паранойю. Я все ждал, что Аня вдруг засмеется и признается в том, что все это время меня разыгрывала, но, похоже, она по-прежнему не шутила.

Моя голова была готова взорваться. В Аниных глазах ясно читался страх: настоящий, неподдельный, животный. Прежде я ее никогда такой не видел. Но, черт возьми… что же происходит? Того, про что она рассказывала, попросту не может быть. Я вполне допускаю, что когда-то давно, в ее детстве, жил некий старик, который до смерти напугал Аню. Но то, что он обладал сверхспособностями и был чем-то вроде монстра – нет уж, увольте.

Несмотря на эти мысли, я обнял Аню еще крепче и погладил по голове.

- Я с тобой, а значит тебе нечего бояться. Не бойся, все будет хорошо.

Только я сказал эти слова, как вдруг эскалатор резко остановился. От падения нас спасло чудо – буквально за мгновение до этого я успел схватиться за поручень. Тут же в динамиках раздался голос дежурной по станции, оттарабанившей стандартную в такой ситуации фразу: не волнуйтесь, оставайтесь на своих местах, держитесь за поручень, эскалатор скоро пустят и все в таком духе. Я ее почти не слушал, а продолжал успокаивать Аню:

- Успокойся, солнышко! Скоро мы приедем домой, выспимся и забудем обо всем плохом, да?

Аня натянуто улыбнулась и кивнула.

Однако, несмотря то, что я так говорил и внешне выглядел спокойным, страх, живущий внутри меня, все разрастался. Интуиция подсказывала мне, что остановка эскалатора была не случайной. Что за этим последует что-то ужасное.

И словно чтобы доказать, что шестое чувство меня не подвело, все до единой лампы на эскалаторах поочередно погасли.

Если раньше страх только время от времени стучался в дверь моего сознания, а я изо всех сил пытался его не пускать, то теперь он тараном вышиб эту дверь и поселился во мне.

Аня тихонько постанывала и крепко сжимала мою куртку.

Остальные люди, на удивление, сохраняли спокойствие. Перешептывались, включали вспышки на телефоне, некоторые нетерпеливо стали спускаться или подниматься самостоятельно. Мы же с Аней будто приросли к ступенькам. В этот момент я очень жалел, что сказал про пятницу тринадцатое, побудив тем самым свою девушку вспомнить о событии давно минувших лет. Если бы этот старик не всплыл у нее в памяти, ни я, ни она не тряслись бы сейчас от ужаса, и вполне спокойно восприняли внезапное отключение света и остановку эскалаторов, посчитав, что всему виной обычная авария.

Только я подумал об этом, как страх в один миг исчез. Ну конечно! Нет никаких проделок потусторонних сил, это всего-навсего небольшая неполадка. Скоро все исправят, и мы благополучно спустимся на платформу станции. Я захотел поделиться с Аней своим открытием (да, тогда для меня это было самым настоящим открытием, откровением, если хотите), чтобы она успокоилась вместе со мной, но услышал, как с ее губ слетают отрывистые фразы: …пришел… он… за мной… пришел за мной… он пришел за мной…

- Милая, никого нет, никто за тобой не пришел. Не пугайся, всему виной небольшая авария. Сейчас все починят и…

Аня, казалось, не слышала меня или же не хотела слышать. Она, будто молитву, твердила эти слова. «Он пришел за мной, он пришел за мной».

Попытавшись еще раз успокоить Аню, я понял, что все тщетно и решил дождаться момента, когда запустят эскалатор. Мой расчет оказался верным. Как только свет загорелся, Аня открыла глаза.

- Он ушел? – все еще испуганно спросила она, обращаясь больше ко мне, а к себе. И через секунду сама радостно ответила: – Он ушел!

Мне сейчас очень хотелось высказать ей все, что скопилось у меня в мыслях: о ее поведении, о том, что никакого старика и в принципе потусторонних сил нет, что не мешало бы сходить к психиатру. Но взглянув на ее слегка заплаканную, но счастливую мордашку, я понял, что делать этого уже не нужно. Признаться, меня удивило, что она так быстро успокоилась. Кажется, осознала теперь, как глупо себя вела.

Мы наконец-то спустились на платформу станции. Не знаю как для Ани, а для меня это было сродни тому, когда ступаешь на землю после длительного морского путешествия. Хоть я никогда и не испытывал этого ощущения, мне казалось, моряки чувствуют себя именно так.

Ноги как-то подкашивались, уж не знаю, от спиртного или от пережитого, и я решил присесть. Аня же осталась стоять и стала разглядывать схему метрополитена. Я сел на одну из тумб, выполнявшие роль скамейки, облокотившись на собственные колени, и стал разглядывать пол, пытаясь унять мысли и выкинуть раз и навсегда из головы этого проклятого старика.

Задача была не из легких. К моему великому сожалению, я не компьютер, в котором ненужный файл достаточно безвозвратно удалить. Человеческая память в этом плане куда сложнее.

Я пытался думать о хорошем. Сначала обратился к прошлому. Вспомнил, как мы с Аней познакомились, как хорошо проводили время вместе. Затем я стал думать о нашем будущем: о свадьбе ( мы ее запланировали на апрель следующего года), о детях, которые у нас с ней родятся.

Неожиданно краем глаза я уловил, что слева от меня кто-то стоит. Возможно, в другой ситуации я бы не обратил на него никакого внимания (стоит себе человек и стоит, пускай, если ему угодно, лишь бы не приставал), но меня смутила его одежда. Мой «сосед» был одет в какой-то балахон, черный-пречерный. И запах… от него несло невообразимой смесью пота, гнили и испражнений.

Шестое чувство снова дало о себе знать. На сей раз оно подсказывало, что мне придется сильно пожалеть, если посмотрю на незнакомца. Но я все равно повернул голову в его сторону. Если бы пришлось найти объяснение этому поступку, то я бы сказал, что просто хотел удостовериться, что мой страх был напрасным, и рядом со мной стоит обычный человек, просто в странной одежде.

Но шестое чувство не подвело. Я действительно пожалел о том, что посмотрел на незнакомца.

Им оказался старик с длинными седыми волосами до пояса и не менее короткой и седой бородой. На нем был действительно одет балахон чернее самой ночи, клянусь. Он полностью скрывал его ноги, но из рукава, обращенного ко мне, были видны бледные и невероятно худые пальцы. Безымянный отсутствовал.

С замиранием сердца я посмотрел выше. Так как он стоял ко мне в профиль, глаз не было видно, они были скрыты за густой копной волос. Словно почувствовав, что я на него смотрю, старик повернулся ко мне, но сделал это так, будто совершенно не двигал ногами, а стоял на крутящейся платформе.

От ужаса, обуявшего меня в тот момент, когда я увидел его лицо в анфас, мне захотелось кричать, что было мочи, и бежать со всех ног, не оглядываясь. Но я не мог сделать ни того, ни другого. Меня словно приклеили к тумбе, сделав с ней единым целым.

Да и время как будто остановилось, и все окружающее перестало для меня существовать. Я видел одного лишь старика и чувствовал отвратительный запах.

Его глаза, такие же черные, как и балахон, на фоне бледного лица и седых волос, выглядели поистине жуткими. Они как будто пытались проникнуть внутрь меня, заглянуть в мой разум, узнать, о чем я думаю. Носа у него не было, как будто его срубили точным ударом, лишь зияющая дыра, разделенная на две части, на том месте, где он должен был быть.

Старик протянул ко мне руку, а я по-прежнему не мог пошевелиться. Еще несколько сантиметров и он сожмет свои костлявые пальцы на моем горле и… И что тогда? Просто задушит? Или я буду мучиться в агонии, прежде чем отправлюсь на тот свет?

Гудок электрички, прибывающей на станцию, взрезал тишину, окутывающую меня с того момента, как я посмотрел на старика. Как же было приятно услышать этот противный, громкий, бьющий по ушам звук. Он стал моим спасением, так как старик исчез.

Сердце по-прежнему стучало в груди как отбойный молоток и тело оставалось все таким же тяжелым, будто кости были сделаны из металла, но с исчезновением старика мне стало гораздо легче. Я запустил обе пятерни себе в волосы, сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул. Меня беспокоил вопрос: неужели только я один видел это чудовище? По всей видимости, да. Я успокоил себя тем, что старик был всего лишь плодом моего разыгравшегося воображения. Только и всего.

- Дим, ты идешь? Поезд сейчас уйдет! – крик Ани, задержавшейся в дверях, вывел меня из оцепенения.

- Да-да, конечно.

Я успел запрыгнуть в вагон за мгновенье до того, как захлопнулись двери и сел рядом с Аней, которая, по всей видимости, старика не видела. Это радовало. Казалось, она уже забыла про него.

Электричка тронулась с места, и я сказал Ане:

- Скоро будем дома.

Но я ошибался…

Аня положила голову мне на плечо и закрыла глаза. Она сегодня очень устала: с утра делала дома уборку, в гостях у Сашки помгала Гале и Свете нарезать салаты, по меньшей мере два часа отплясывала под «Легенды 80-х» и чуть не сорвала голос в караоке. Да и опять же эта история… Пускай пока отдыхает.

Я же, чтобы ей не мешать, аккуратно достал смартфон из брюк и, чтобы хоть как-то развлечься на время поездки и не думать о плохом, запустил стрелялку. Спать мне совсем не хотелось.

Электричка остановилась на следующей станции, и что-то заставило меня оторвать взгляд от телефона и посмотреть на дверь. Внезапно я во весь голос захохотал, чем разбудил Аню. В вагон буквально ввалился престранного вида молодой человек. На голове у него был жуткий шухер, что такое расческа он явно не знал. Левая щека была измарана чем-то черным типа сажи, да и руки чистотой не блистали. Футболка наполовину выправлена из джинсов, а куртка пестрила множеством дырок. Я тут же представил, как на этого парня нападает гигантский дырокол, и засмеялся еще сильнее. Картину дополняли разные ботинки на ногах чудика – один черный, другой коричневый, при том, что фасон их соответствовал.

Взгляд у парня был какой-то затравленный, он постоянно озирался, будто убегал от кого-то.

- Ты только посмотри на него! – сказал я, когда смог более-менее унять смех, и указал на спонсора моего хорошего настроения. – Вот так кадр!

Аня повернула голову, и улыбка появилась и на ее лице, но мгновение спустя она исчезла без следа.

- Это же Макс…, - прошептала она, но я услышал.

Макс? Какой такой Макс? Тот самый друг детства, фигурировавший в ее истории?

Подтверждения не требовалось, я сразу понял, что это он.

Что ж ты будешь делать?! Только забудешь этого старика, как тут же что-то или кто-то напомнит тебе о нем.

- Макс! Макс! – закричала Аня и замахала рукой.

Что ты делаешь, черт возьми, зачем зовешь его? Глупый вопрос, согласен, но (снова это шестое чувство!) я чувствовал, что не нужно этого делать.

Парень, услышав свое имя, вздрогнул и прикусил сжатую в кулак руку, очевидно, чтобы не закричать. Но как только он увидел нас, его испуг прошел. По крайней мере, на время. Макс медленно подошел к нам, сел рядом с Аней и снова принялся оглядывать вагон. Глаза его бегали туда-сюда с бешеной скоростью, словно он наблюдал за теннисным матчем на ускоренном повторе.

- Привет! – жизнерадостно воскликнула Аня. – Какими судьбами? Куда едешь?

Макс испуганно посмотрел на нее, тут же снова отвел взгляд и, заикаясь, произнес:

- Я… я… из гостей…

Больше всего он мне напоминал в этот момент аутиста. Вспомнив эпизод из его детства (если Аня, конечно, говорила правду), я подумал, что Макс стал таким – зачуханным, пугливым, рассеянным, с дефектами речи – именно после того случая. Смеяться над ним мне вмиг расхотелось. Хорошее настроение вдруг сменилось тревогой. Я пока не мог понять почему, но это чувство мне определенно не нравилось. Сердце с каждой секундой начинало биться сильнее. Я нутром чуял что-то неладное.

- Классно! Мы тоже! – Аня радовалась такому совпадению как ребенок. – Мы от Сашки едем, а ты?

Наконец я понял, понял, что стало причиной моего беспокойства. Уже прошло, по меньшей мере, минут пять, однако поезд все еще стоял на платформе. Разумеется, это можно было объяснить какой-то заминкой или неполадкой на путях, всякое могло случиться. Да только уж слишком много сегодня случается этих самых неполадок за такой короткий промежуток времени.

В динамиках послышалось шуршание, а затем голос машиниста, возвестил:

- Осторожно, двери закрываются!

От этих слов мне стало не по себе, словно ледяной водой окатили. Стандартная фраза, произносимая перед каждым отправлением поезда, напугала меня так, что захотелось пулей выскочить из электрички и остаться на платформе. Но как бы страстно я этого не желал, было уже поздно – двери закрылись.

«Осторожно, двери закрываются!»

После этих слов мне стало казаться, что до следующей станции живыми мы не доберемся. В этом я почему-то не сомневался.

И если фраза машиниста, сказанная замогильным голосом, напугала, то ответ Макса, услышанный мной краем уха, пока поезд набирал скорость, поверг меня, как, впрочем, и Аню, в абсолютный шок.

- Твой брат… мертв!

- Что?.. Что ты сейчас сказал?..

Аня буквально выдавила из себя этот вопрос. Ее реакция доказала, что мне не почудилось – она тоже слышала эти слова.

- Саша мертв. Старик убил его.

Ну вот, опять! Снова этот старик! Когда же уже, наконец, закончится этот кошмар?

- От… откуда ты знаешь? – голос у Ани предательски дрожал. Она, как и я, все еще не могла поверить в сказанное.

- Он сам мне сказал.

Макс виновато посмотрел на нас, а затем продолжил:

- Старик явился ко мне и сказал, что сегодня заберет всех нас с собой. Сказал, что уже убил многих, а меня… меня он оставит напоследок, - Макс снова сделал паузу и обратился к Ане. – Это значит, что ты тоже умрешь. Все обречены.

Аня вцепилась в меня мертвой хваткой. Глаза ее были полны ужаса.

- Мне страшно, - затравленно произнес Макс, после чего прикусил указательный палец.

Блин, парень, ты не представляешь, как нам было страшно.

Я никогда не верил в любого рода мистику, а тут выясняется, что существуют злые, потусторонние силы. И вряд ли этот старик единственный их представитель. Осознание этого нагоняло на меня еще больше жути.

- И что же делать? – спросила Аня.

- Ждать, - Макс произнес это так обыденно, так хладнокровно, что я теперь начал бояться и его.

- Чего ждать?

- Смерти, разумеется. Нам никуда не деться от нее, разве не ясно?

Все это походило на самый настоящий кошмар и как бы мне хотелось проснуться, но это было невозможно, так как я не спал. Интересно, я тоже умру? Старик заберет только тех, кого много лет назад отметил в озере или в живых не останется никто?

Мне вдруг показалось, что наш поезд очень долго едет. Я точно знал, что перегон между двумя станциями достаточно короткий, и его можно преодолеть за две минуты, не больше. Мы же, наверное, ехали по меньшей мере пять минут, а может и того больше. И это было очень странно, ведь остановок в туннеле мы не делали. Но своим наблюдением я поделиться не успел. В вагоне, словно из ниоткуда, появился Он.

Старик был таким же, каким явился мне на станции. Его взгляд скользнул по мне, и я, к своему стыду, почувствовал, что мой мочевой пузырь не выдержал. Маленький мальчик, сидящий в другом конце вагона вместе со своей бабушкой, начал тыкать в меня пальцем и смеяться. Что он говорил, я не слышал, да и мне было все равно. Мне только было непонятно – неужели я один вижу старика?

Как оказалось, мои спутники тоже его увидели. И дальше события стали развиваться со стремительной быстротой. Аня еще сильнее прижалась ко мне, а Макс вскочил с сидения, достал из кармана большой нож с выдвигающимся лезвием и со словами «Я тебе не дамся, урод!» с силой вонзил его себе в глаз по самую рукоятку. Разумеется, он тут же упал замертво. И врачом быть не надо, чтобы понять, что он задел мозг – травма, не совместимая с жизнью.

Пассажиры, едущие в вагоне, увидев мертвое тело, закричали, забились в угол. Какой-то парень подбежал к коммуникатору и стал лихорадочно нажимать кнопку для связи с машинистом.

Старик ухмыльнулся и неспешно двинулся в нашу сторону. Страх перед скорой смертью приковал меня к сиденью. Больше всего мне сейчас хотелось взять Аню за руку и убежать с ней куда подальше, но бежать было некуда.

Старик уже поравнялся со мной. Продолжая ухмыляться, он протянул в мою сторону свою костлявую руку и… она, будто бесплотная, проникла в мою голову. Я буквально почувствовал на своем мозгу какое-то холодное прикосновение.

С этого момента я себе не принадлежал. Моими действиями управлял старик. Я все понимал, но не мог контролировать свое тело. Я встал с сидения, несмотря на повисшую на моей руке Аню, и вытащил из глазницы Макса нож. К своему ужасу я знал, что за этим последует.

В общей сложности я нанес не меньше пятидесяти ножевых ранений в тело Ани, хотя она умерла уже после третьего. Только когда живот и грудь моей девушки стали похожи на решето, старик отпустил меня. Освободившись от контроля, я посмотрел на него. Он ухмылялся, довольный проделанной работой. Я покорно ждал, когда же старик, наконец, убьет меня, но он этого не сделал. Он развернулся и пошел, а пройдя три шага, просто растворился в воздухе, оставив меня сидеть в луже крови между двумя трупами.


Дочитав до конца, следователь отложил листы в сторону и внимательно посмотрел на Дмитрия.

- Ты думаешь, сынок, я поверю в этот бред? – он ткнул пальцем в стопку бумаг.

- Думаю, нет. Но это правда, - спокойным тоном произнес Дмитрий. – В противном случае я бы не стал распинаться и исписывать восемь листов бредовой историей. Вы просили меня письменно изложить, что произошло в тот день в метро – я сделал это, нигде не соврав.

- Твоя история вполне сошла бы для сценария фильма ужасов, но у нас здесь не Голливуд. Поставь себя на мое место. В суд это даже приносить смешно.

- Моя девушка убита, вы это понимаете? Думаете, не будь я одержим стариком, я бы сделал это? Да никогда! У меня и в мыслях никогда не было даже руку на нее поднять!

- Не знаю я, в каких вы были отношениях… Знаешь, сынок, все же давай будем реалистами. Тот факт, что тебя признали психически абсолютно здоровым, усугубляет твое положение. Это значит, что ты сознательно, хладнокровно и очень жестоко, с полным осознанием своего поступка…

- Я вам еще раз повторяю, я не убивал! Да, убийство было совершенно моей рукой, но не по моей воле. Скажите, что мне светит? Смертная казнь?

- У нас в стране мораторий на смертную казнь.

- Очень жаль. Вы б мне инъекцию и все. Не хочу с этим жить. Понимаете, не хочу. Мне каждую ночь снится этот старик и то, как я под его воздействием убиваю Аню.

Дмитрий закрыл лицо руками. Следователь сделал запись в своем блокноте.

- Что ж, похоже, говорить с тобой дальше бессмысленно. Все одно продолжать гнуть свою мистическую версию. Было бы проще, если бы ты во всем созна…

Следователь посмотрел на Дмитрия и от неожиданности даже вскочил: парень висел в метре над землей, беспомощно болтая руками.

- Ну давай, чего же ты медлишь? Убей меня, довольно мучить! Ну же, чего же ты ждешь? – кричал Дмитрий не своим голосом.

Следователь никак не мог объяснить себе то, что видел. Он инстинктивно потянулся к тревожной кнопке, но рука застыла на полпути.

Дверь комнаты для допроса попытались открыть с той стороны, но она не поддавалась, хотя была не закрыта.

- Что, черт возьми, происходит? – едва слышно прошептал следователь.

Голова Дмитрия сама собой с хрустом вывернулась на сто восемьдесят градусов, и его тело упало на пол.

Несколько секунд, которые следователь простоял с закрытыми глазами, показались ему вечностью. Наконец он сделал над собой усилие и разлепил веки. На негнущихся ногах подошел к телу, склонился над ним и стал проверять пульс.

В этот момент дверь следственной камеры отворилась. В помещение вошли пятеро полицейских.

Показать полностью
25

Генетика

Генетика Генетика, Наследование, Комиксы, Дети, Родители, Themeerkatguy

Менделевское наследование -  набор основных положений, касающихся механизмов передачи наследственных признаков от родительских организмов к их потомкам; эти принципы лежат в основе классической генетики.


Оригинал: http://www.themeerkatguy.com/comic/mendelian-inheritance/

А вы покупаете или продаете на Авито? Расскажите нам свою историю – и получите iPhone

Чем Авито напоминает Пикабу? (нет, мы не сошли с ума)


Это тоже большое сообщество, где все решают люди. Как проводить время на площадке, на каких условиях продать товар (или отдать его бесплатно), у какого продавца из тысячи вариантов покупать и как рекламировать вещи. Здесь можно найти, кажется, все что угодно: из любой точки России и по выгодной цене.


А еще хорошие объявления на Авито – как хороший пост на Пикабу (особенно если их составляют пикабушники). И на обоих сайтах можно найти уникальный «контент» – вещи, которые больше нигде не купишь, и посты, которые больше нигде не прочтешь.


В нашем проекте «Магистры Авитономики» мы попросили трех пикабушников – косплеера, геймера, автолюбителя – рассказать нам о своем опыте покупки и продаж на Авито:

@Leiradna – админ сообщества «Косплей»

А вы покупаете или продаете на Авито? Расскажите нам свою историю – и получите iPhone Длиннопост

«Когда увлеклась косплеем, Авито не раз приходил на помощь в создании образов. Костюмы часто фэнтезийные, найти подходящие готовые вещи просто невозможно. Но некоторые базовые предметы выручают – например, обувь. На Авито всегда можно найти недорогую обувь на любой размер по выгодной цене. Причем несезонные модели: босоножки в декабре или меховые сапоги в июле.

Или совсем уж необычные дизайнерские варианты вроде высоких зеленых ботфортов, которые и в магазине не факт, что встретишь. Были случаи, когда я листала раздел обуви на Авито, отсортировав его по цене, и находила удачные варианты на будущее. Смотришь на обувь и заранее представляешь, под какого персонажа она хорошо подойдет!».

@TenUp – иллюстратор Пикабу

А вы покупаете или продаете на Авито? Расскажите нам свою историю – и получите iPhone Длиннопост

«Из игровых девайсов на Авито я брал PlayStation 4, PlayStation 2, PlayStation Vita, move-контроллеры для PS VR, второй геймпад для PS4. Первое правило бойцовского клуба покупки игровых девайсов — хороший тест-драйв. Погонять самому минут 5-10 в приставку — необходимый минимум, чтобы не остаться у разбитого корыта.


Казусов с покупкой не было, но забавно сначала звонить человеку, а потом видеть его вживую. Например, PS2 продавал паренек со звонким голосом. Думал: ну, подросток избавляется от приставки. А оказалось, что это был дедушка лет 65 на вид. При этом видно, что он не приставку внука продает, а сам в нее играл: подробно мне рассказывал, как пользоваться freemcboot, какие есть примочки и все в этом духе».

@lanstlot – коммерческий директор Пикабу

А вы покупаете или продаете на Авито? Расскажите нам свою историю – и получите iPhone Длиннопост

«Наверное, это профдеформация, но я быстро понимаю, когда человек в хорошем смысле продает что-то адекватное, а когда со мной говорит и пытается что-то втюхать «продаван 80-го уровня». В итоге выбор пал на продавца, который на мой вопрос о состоянии капота ответил: «Что ты от него хочешь? Ему 15 лет! Пошарпанный, да. Критичных царапин и вмятин нет. Покрасишь и норм будет».

Я за честный диалог. Приехал по указанному адресу, в жизни человек оказался приятным в общении и адекватным. Быстро договорились о доставке и цене 10 000 рублей вместе с доставкой (да-да, я поторговался для приличия), я оставил залог и поехал по своим делам. На следующий день капот приехал в мастерскую. В цвет мы попали только со второго раза, но это совсем другая история. Факт остается фактом, максимально честный и немного грубый продавец с Авито помог мне найти адекватное решение проблемы по адекватной цене».

Читать истории полностью


И зачем вам наши истории?


Для того, чтобы написать свою – еще увлекательнее! Если вы тоже однажды покупали или продавали что-то на Авито, расскажите об этом нам. Мы принимаем ваши истории в специальной форме. И в течение двух-трех дней опубликуем их на странице проекта, чтобы все могли прочитать.


А что там с призами?


Авторы трех самых интересных историй, присланных пользователями, получат классные призы – iPhone XR с красивым пикабушным чехлом. Победителей определит наше жюри.


Ждем ваши истории до 7 апреля, а 10 апреля назовем имена владельцев новых «айфонов».


Отправить свою историю на конкурс

Показать полностью 2
Отличная работа, все прочитано!