Гостеприимный Вениамин
После слов "Веня, вот же лестница есть" меня порвало😂
А после вопроса "сколько я пролетел?" меня порвало в клочья 🤣🤣🤣
Стащил с инсты для вас!
Показать полностью
0 просмотренных постов скрыто
После здачи крови из вены
Сегодня утром ходила в поликлинику к медсестре-криворучке.Анализ крови сдаю периодически так как пью таблетки от давления и нужно контролировать работу почек и калий в крови.Но сегодня мне не повезло с медсестрой,мало того что она грубиянка,так еще и колоть не умеет.Там где образовалась гематома она ковыряла мне иглой пыталась попасть в вену (так и не попала).Я ее просила не ковыряйте ,лучше переколите в другую руку.Второй раз уколола нормально.Кровь благополучно попала в пробирку,наконец-то мучения кончились.Поковыряная рука все болела на протяжении всей дороги домой,дома боль стала совсем невыносимой,я посмотрела в месте укола и выше по руке образовалась довольно большая шишка,рука болит неимоверно,ни согнуть, ни разогнуть.Помазала мазью,нашла у себя остатки троксерутина и индометоциновую мазь(обезбол) намазала сразу одной затем другой мазью несколько раз вроде стало полегче.Но болит все равно довольно сильно.Подскажите пожалуйста ,чем еще можно полечить гематому и стоит ли жаловаться на безрукость и непрофессионализм медсестры?Спасибо заранее
Показать полностью
1
Вред совместного содержания индюков и индюшек
На самом деле этих ребят можно содержать вместе, НО ровно до того момента, когда они вступают в стадию полового созревания.
я как-то об этом уже писала Беспощадный индюшиный секс а вчера к сожалению опять столкнулась. рассказываю...
когда индюшка (+/-12-15 кг) готова к соитию, то она ложится на землю, начинает по особому курлыкать и тяжело дышать (индюки мужики туповаты, и мне кажется без этого не сообразят что надо сексом заниматься. У петухов с этим проще, все что хотя бы отдаленно похоже на курицу догоняется и сношается). Увидев призыв индюшки, индюк (+/-18-20 кг) кое-как взбирается на индюшку, долго по ней топчется и совершает наконец требуемое. НО в связи с тем, что индюшки которые домашние имеют такую разницу в весе и размере, и индюки имеют огромные когти, то бывает такое что после секса индюшка либо умирает раздавленная, либо ее располосывают когти до мяса. Вот собственно на днях второе и произошло - я не планировала убирать индюшек в это время, но смотрю одна как-то подозрительно чистится, оказалось что девочка раньше времени созрела и у нее снят со спины клок кожи с пол-ладони. пришлось девку "убирать", что интересно с птицей, это то что они не чувствуют боль от подобных травм почти никогда - то есть петух у которого однокуры сняли с головы скальп так, что прям кости черепа были наружу и прям осталась черепушка вполне себе жив и здоров - все затянулось и он теперь бегает со всеми остальным когда зажило (с индюшкой так нельзя было сделать смысла ждать ее заживления не было, да и слишком большой лоскут шкуры отвалился - проще переместить в логическое место пребывания в морозилку). в комментах фото травмы - зачем? для наглядности. так что будете держать индюков - подумайте как вы будете делить мальчиков девочек либо девок сразу убирать в месяцев 5.
фото это все пацаны. девок держат отдельно
Показать полностью
1
В больнице. История одного грандиозного материнского провала
Я автор этого текста. Впервые он был опубликован в издании «Нет, это нормально» (НЭН), но я хочу поделиться своей историей и здесь, на Пикабу. Моя цель — не просто выговориться, а предупредить каждую маму и каждого папу, которые прямо сейчас работают на износ и думают, что они железные. Пожалуйста, берегите себя.
Я стою в коридоре детской больницы. В длинном, с зелёными стенами. На полу — старый рябой линолеум. Вдоль стен сидят усталые, грустные люди. Детский плач раздаётся с разных сторон из кабинетов. Потолок выложен квадратной пластиковой плиткой, а к ней крепится новогодняя гирлянда. По всему потолку, вдоль длиннющего коридора. Её мигание действует мне на нервы, усиливает тревогу — как будто мне и так недостаточно. А ведь только ноябрь! Это кого-то здесь радует?! Злюсь на нелепую мигающую гирлянду, потому что больше нет сил злиться на себя.
Я сижу возле вывески «Реанимация». «РЕАНИМАЦИЯ»!!! Это не может происходить со мной! Но это происходит. Это я не уследила за своим 11-месячным Марком, который встал, дотянулся и уронил на себя чайник с кипятком. Больше рядом не было ответственных взрослых, только я. Я не справилась. Теперь мой малыш, с которым мы не расставались дольше чем на три часа, останется тут, один под капельницами, а я поеду домой. Только завтра меня пустят на него посмотреть.
А ведь только что всё было хорошо. Нормально. Обычно. Муж уехал в далёкую командировку на месяц с лишним, и я осталась одна с четырьмя детьми. Да, мне помогала свекровь, которая живёт неподалёку: брала гулять одного из малышей, готовила иногда нам обеды. Но мне казалось, я справилась бы и одна. Потому что у меня получалось. Я освоила доставку продуктов, успевала приготовить всем завтрак, обед и ужин, погладить форму своим школьникам, отдельно сварить еду маленькому Марку. Иногда даже доходили руки до уборки. Гуляла с детьми, помогала им с уроками, укладывала всех спать, разрешала конфликты, следила за наличием необходимой одежды и канцелярии.
Да, я не высыпалась, выделяла себе пять минут на душ и позволяла себе из «роскоши» лишь пару серий сериала, пока все спят, — и то за счёт собственного сна. Да, где-то в глубине души я чувствовала себя отважной, но загнанной лошадкой, но не признавалась в этом ни себе, ни окружающим. Тем, кто предлагал какую-либо помощь. Потому что я получала за все эти усилия жирную компенсацию: я была до невозможности горда собой. О да, мне нравилось чувствовать себя такой необходимой для этой семьи, такой сильной и выносливой. Мне нравилось слушать вопросы со всех сторон: «Как ты со всем справляешься?» — и, скромно улыбаясь, пожимать плечами в ответ.
И вот он — мой грандиозный материнский провал. Моя изношенность, измотанность вылилась в непоправимую оплошность, из-за которой пострадал мой ребёнок. Самый маленький, самый нежный, хрупкий и невинный в нашей семье.
Что ж, теперь я уже знаю, что с Марком ничего страшного не случится — в том смысле, что он будет ходить, бегать и развиваться, как все дети. Это проблема, как выражаются врачи, чисто косметического свойства. Но будет долгий период реабилитации в больнице, затем дома. Будет множество бинтов, мазей и кремов. И, несмотря на все усилия, у него всё равно останется большой шрам на ноге. На всю жизнь. Который будет связан со шрамом на моей душе, с воспоминаниями о страхе и боли и с осознанием собственной вины. Тоже на всю жизнь.
Что ещё мне остаётся делать, кроме как извлечь из всей этой ситуации какой-то урок? Урок! Как глупо и цинично это прозвучало в моих мыслях тут, в этом коридоре, полном боли и печали, собственной и чужой, с этой нелепой, нервно мигающей новогодней гирляндой!
И всё же. И урок этот не в том, чтобы убирать чайник в недоступное место или внимательно следить за малышами. Я и так это знала. Все это знают. Он в том, чтобы не забывать ни на минуту: воспитание маленьких детей — это тяжёлый и ответственный труд, требующий постоянной концентрации внимания, напряжения нервного и физического. Это вовсе не подходит под формулировку «сидит дома, ничего не делает». Но помнить об этом надо не ради самодовольства, а чтобы серьёзнее относиться к своему состоянию. Пополнять свои личные жизненные ресурсы. Отдыхать, когда устала, пусть даже это будет в ущерб каким-то делам. Следить за собственным питанием, а не запихивать в себя на бегу то, что дети не доели. Постараться спать достаточное количество часов, а не жить в вечном недосыпе, втайне гордясь этим.
Ограничить по возможности контакт с людьми, общение с которыми выматывает, нервирует, опустошает. Не надо при этом ни на них, ни на себя вешать ярлыки «хороший» и «плохой». Просто ограничить, опираясь на собственные ощущения. От всех остальных же принимать помощь с радостью, с благодарностью. Звать на помощь. Просить, не стесняясь. Делиться своими переживаниями, проблемы с родными, друзьями — всеми, кто готов выслушать и помочь. Хвататься за любую соломинку. Опираться на любой костыль. Ведь, оказывается, неважно, была ли я Супер или не Супер мамой, сильной или не очень, сама я что-то сделала или нет. И сколько человек помогло мне на пути. Важно только, чтобы из моих детей выросли живые, здоровые, сильные, хорошие взрослые люди.
Так что, пожалуйста, все, кому, может быть, когда-нибудь попадётся на глаза этот текст, оглянитесь вокруг. Нет ли в вашем окружении женщины, сидящей дома с маленьким ребёнком на руках? Если это ваша сестра, дочь, подруга или кто-то ещё, не забывайте, что этому человеку сейчас очень трудно. Даже если внешне так не кажется. Предложите помощь. Ненавязчиво, но от души, не просто «для галочки». Если откажется, предложите ещё раз через время. Выслушивайте. Только без критики и обесценивания, пожалуйста. И без непрошеных советов.
А если это ваша жена, не забывайте, что, скорее всего, она, пока вы на работе, устала намного больше. Не приходите домой, чтобы отдыхать, приходите, чтобы дать отдохнуть ей. Разделите с ней полностью быт, готовку, уборку, прогулки с детьми, купания и укладывания их. Дайте ей побыть одной — дома и вне дома. Проявляйте заботу при любом удобном случае, по-крупному и в мелочах. Вырастить человека — это важно и это трудно.
А если вы и есть та самая женщина, сидящая с малышом (или несколькими), выполняющая тысячу мелких незаметных бытовых дел, не имеющая возможности просто выйти из дома, когда хочется, или пойти в душ, просто знайте: я понимаю и обнимаю вас. Извлеките, пожалуйста, из моего горького опыта тот же урок, не дожидаясь своего. Берегите себя ради своей семьи.
Ссылка на оригинальную публикацию:
Показать полностью
1
Врачи извлекли проросшее семечко из глаза жителя Якутии
В Якутской республиканской офтальмологической больнице из глаза мужчины извлекли проросшее семечко. Об этом сообщил главный врач больницы Иван Луцкан в своём канале в мессенджере «Макс».
Пациент из Абыйского района обратился в центр неотложной офтальмологической помощи с жалобами на мигрень, повышенное внутриглазное давление, боль и ощущение инородного тела. Выяснилось, что во время лесной прогулки в глаз попало семечко, и мужчина ходил с ним около 4-х месяцев.
Семечко проросло внутрь конъюнктивы. 42-летнего пациента прооперировали. Его жизни и здоровью ничего не угрожает.
Чувствовал часть руки, которой не было. Монолог якутянина, который лишился конечности на сенокосе
Фото: Дмитрий Нестеров
Мы в круговороте своей жизни не задумываемся о том, что одно наше решение может изменить все. Так случилось с Дмитрием Нестеровым из наслега Сулгачи Амгинского района. Он работал водителем скорой помощи, пока этим летом не решил в обеденный перерыв помочь брату на сенокосе, и как результат — лишился руки. Далее — рассказ от первого лица.
Что произошло
15 августа между работой помогал брату на сенокосе во время обеда, где-то к 13:30. Я ехал по дороге и увидел, что на пашне трактор стоит на месте. Я-то знал, что там парень работает. Ну, подумал, что-то случилось. Пошел к нему посмотреть, помочь.
Брат был на тракторе с пресс-подборщиком, который сворачивает сено в рулоны. Внутри она также обвязывает веревкой готовый рулон. В этот раз веревка порвалась, а я принялся поправлять ее, сунул руку в машину. В это время мой брат, вернувшийся с СВО с контузией, случайно запустил механизм. Так моя рука застряла внутри.
Дальше, ну, что сделаешь, стоял так застрявший. Правая рука была внутри, кисть, пальцы двигались, предплечье было зажато. Там же барабан спереди. Пробовал тянуть, не получалось. А барабан ведь с зубьями, не отпускал. Брат сразу выскочил посмотреть, что там. Разумеется, был в шоке, так как сам не понял, как запустил машину. Есть в тракторе карданный вал, [который передает вращение пресс-подборщику от трактора]. Он его отцепил и пытался обратно прокрутить. Не справился.
Ну, я подумал, [смеется] дальше так стоять буду что ли. Там внутри полно травы было, если бы рулон выпал, я бы освободил руку. Сказал брату, чтобы он открыл задний механизм, он открыл. Предплечье еще сильнее зажало, и пальцы, ну, уже свободно висели. Потом предположил, что если брат сильнее откроет механизм, рулон выпадет и рука моя освободится.
Рука, конечно, сломается, но подумал: «Ну, сломается, ничего страшного». Сказал открыть. Рулон выпал, рука просто уже свободно шаталась, потянул — не идет. Оказывается, открытый перелом был. Моя кость зацепилась о барабаны. Сильно тяну, не идет. Брат вышел, чтобы тоже помочь тянуть.
Я посмотрел внутрь, сказал брату, чтобы он кость мою поправил. Он поправил, так и вытянул руку.
Я же говорил, что барабан с зубчиками. Так вот, они всю кожу с руки содрали. Больно не было. Рука шаталась просто внизу. Внутри машины сразу все красное стало. Когда руку вытащил, там кровь била вовсю. Сверху рулона спустился. Брат забегал, внутрь трактора заглядывал, нет ли там жгута. Он взял веревку, которую обвязывал вместо ремня, и затянул мне руку выше локтя, кровь остановилась. Я сказал: «Давай скорее в больницу поедем».
Поехали в больницу в соседнее село
Моя машина скорой помощи стояла у пашни на обочине дороги, планировал же дальше поехать работать. Там на пашне есть участок с водой. Сказал брату выключить трактор с пресс-подборщиком. Был еще мой трактор с граблями для сбора сена, которые мы отцепили. Сели на трактор, пересекли участок с водой и добрались до машины. Сидя в ней, я обзванивал братьев, никто не брал трубку.
Потом вспомнил о своем враче, который работал в селе Серге-бэс. Позвонил, рассказал, что случилось, что кровь из руки идет, ну, капает. Сказал вызвать скорую, реанимацию. Суета была, рука-то болталась, я сам говорил с врачом. Потом перезвонил мой брат с Сулгачи. Он, оказывается, работал в это время с другим моим братом. Попросил поехать на встречу, если техника есть. Так и поехали в Серге-бэс, а братья туда же к нам на встречу. Ехать было недалеко, всего километр по бездорожью.
Ждали бригаду
Приехали в больницу, я вышел из машины, [смеется] руку держал, зашел внутрь. Парни хотели помочь мне идти, но попросил мне не мешать. Я же ходил, сам и зашел.
Я-то знаю, что где в больнице находится, сел на кушетку. Медсестра и врач подошли посмотреть, чуть инфаркт не схватили. Где-то в 14:30 врач позвонил в скорую в Амгу, а они по ходу не поняли, в чем дело. Врач сфотографировал мою руку, сказал, нужна бригада с хирургом.
А тогда ведь кризис был с бензином, в Амге сказали, что ремобиль не заправлен. Дневной нормы хватало только на езду внутри наслега. Помог друг, он был водителем, в течение получаса решил проблему. Позвонили, сказали, что выехали.
Как раз перед этим дождь был, с Амги до Серге-бэс дорога у нас очень плохая: 2–2,5 часа езды. Все в ямах после дождя. В это время приехала медсестра с Сулгачи, родственница моя. Я лежал, больно не было, только одышка была. Пытался говорить, но одышка мешала.
Мне велели продолжать говорить, не терять сознание. Пока ехала скорая помощь, начали менять мне веревку на медицинский жгут. Медсестры не смогли его туго затянуть, кровь фонтаном брызгала с руки. Крикнул брата, тот на улице стоял. Ну, он прибежал, военный же, поэтому быстро затянул сильно, остановил кровь.
У меня в горле пересохло уже. Лето все-таки. Мне маленький кусок марли намочили и поднесли к губам. Я сказал: «Да как так, дайте мне хорошенько воды. Горло пересохнет, я сознание могу потерять». В итоге мне медсестра с Сулгачи дала воду в маленькой медицинской посудке с трубкой. Глаза у меня засверкали сразу. Оставалось только скорую ждать. Медсестра руку мою промыла — она же в траве была. Время от времени я пробовал двигать рукой, пальцы, локоть двигались.
В общем, подумал, нормально, в Амге только зашить им надо будет.
Рассчитал, что бригада приедет где-то в 16:30–17:00. На другой руке у меня были часы, окровавленные, правда. Спрашивал время у людей. Так лежал, потом вспомнил про семью. Я-то в Сулгачи один живу, семья в городе. Сказал брату, чтобы позвонил моей жене Саргылане. Я поговорил с ней, рассказал все.
Она поговорила с врачом, тот сказал, что ремобиль едет, как только меня отвезут в Амгу, санрейсом меня сразу в Якутск отправят. Оказывается, Саргылана уже нашла машину и собиралась на пароме переправиться через реку. Потом услышала, что меня в город повезут, и вернулась домой к себе, чтобы встретить меня там.
Попросил позвонить бригаде, которая к нам ехала. Телефон недоступен. Потом появилась связь, перезвонили, подтвердили, что подъезжают. А оказывается, промахнулись — проехали мимо Серге-бэс, где я был, и доехали до Сулгачи. Нет худа без добра. Моя машина скорой помощи как раз там осталась. Меня до этого попросили документы дать, паспорт, прочее, а они все в машине остались. Позвонил брату, сказал, где лежат, он их бригаде передал и та уже вернулась за мной.
Привезли в Амгу на операцию
Мне сделали уколы, жгут сняли, я-то уже где-то два часа с ним лежал. Посмотрел, рука начала чернеть. Опять кровь повалила, обратно жгут затянули. Ну, поехали на скорой в Амгу. Время от времени я в окно поглядывал, чтобы понять, до куда доехали. Считал, сколько осталось. У водителя была вода, я через трубку пил ее. И вот так за разговорами доехали.
На скорой приехали сразу в хирургию, меня на каталке отвезли в операционную. Там уже все было готово, ждали меня. Спросил, не может ли вертолет прилететь, забрать меня в Якутск. Сказали, что крови у меня мало осталось, дорогу не выдержу.
Поговорил с врачами, попросил не отрезать мне руку. Пытался показать, что она двигается. Пока говорил, мне поставили наркоз, и я пропал.
Фантомная рука
Я очнулся утром, на улице светало. Проснулся и почувствовал, что рука на месте. Обрадовался очень. Между тем дышать пытался, но не мог вдохнуть.
Поднял голову, а там только перевязка торчит. Понял, что чувствовал фантомную руку.
Я вскрикнул. Работники прибежали, вынули шланги и прочее. У меня случилась истерика, кричал: «Почему мне руку отрезали, а не зашили». Видимо, наркоз еще не прошел. Выдернул катетер, через который кровь в меня вливали. В общем, истерил. Не особо помню, что происходило.
Затем меня снова отвезли в реанимацию. Вроде в себя пришел, но в то же время все как во сне было. Казалось, что рука есть. В моменте показалось, что жена и сын рядом. Обратно в палату привезли, подумал, что мне приснилось, ведь в палату реанимации их не могли пустить. Потом анестезиолог пришел, сказал, что дал мне увидеться с родными в коридоре. Оказывается, они правда были там.
Пять или шесть дней я лежал в реанимации. И ночью, и днем мне вливали кровь. Место, где руку ампутировали, воспалялось. Мне давали антибиотики, наблюдали. Ну, я лежал, ничего не мог поделать, короче. Только на душе досадно было. В итоге мне сказали, что ампутировали руку, чтобы оставить меня в живых, это был крайний случай. Больше ничего не говорили.
Только позже понял, что я мог бы сразу после случившегося позвонить своей жене. Вдруг она чего придумала. Думаю: «Вот если бы они нашли тогда вертолет и прямым рейсом меня отвезли, то явно спасли бы руку». Мне кажется, могли бы спасти, потому что рука лежала, пальцы и локоть двигались. Нажимал на руку, нервы реагировали. Сухожилия двигались. Я видел! Кожи только не было. Если бы не усыпили меня наркозом, я бы так и ругался дальше, чтобы мне просто подлатали руку.
Потом меня перевели в общую палату. Первое время, когда вставал, голова кружилась. 10 дней я же лежал до этого — из-за нехватки крови тоже могло быть. Хоть мне и был прописан постельный режим, вставал, ходил все равно. Подошел к зеркалу посмотреть на себя, страшно было.
Потом наркоз прошел, походу. Появилась боль, но не там, где отрезали. Фантомно болела рука, которой не было. Пальцы, предплечье как будто сводило, сжимало. Затем рука засыпала. Медсестры обезболивающее давали. Так я где-то неделю там пролежал.
Совсем не спал в это время. Как только засыпал, сразу боль появлялась. Когда ходил, вроде легче становилась. Так и бродил туда-сюда по коридору ночами. Медсестра мне укол делала, чтобы не шлялся. Заходил в палату, лежал полчаса и опять все по новой.
Зато ел до отвала. Всё разрешали. Другим пациентам родственники приносили еду, а им, как оказывалось, нельзя было такое есть — жирное, сало. А мне можно.
Где-то через две недели сказали, что выписывают. Как раз устал от больницы. Сын как раз был в Амге в командировке, ему позвонил, он забрал меня.
Реабилитация
После больницы к неврологу сходил, взял рецепты на лекарства. Купил в аптеке. Они еще такие дорогие оказались. В первый день со мной сын в Сулгачи переночевал, потом он уехал, а я один остался. В больнице-то на всем готовом был, а тут никто тебе чай не нальет. Тут и ощутил всю тяжесть ситуации. К вечеру, к счастью, жена на такси приехала. Еще два дня за мной присматривала.
Ночью снова не спал из-за боли, ходил по двору. Лекарства пил, но помогало только на 1–2 часа. Потом рука, вернее то, что от нее осталось, снова начинала болеть. Решили, что что-то не так. Поехали в город. Жена работает в Якутске, а меня одного решила в Сулгачи не оставлять, глядеть за мной некому. По приезду она поговорила с врачом в поликлинике № 3, там мне перевязку начали делать.
На Федора Попова, оказывается, есть больница хорошая, что-то типа реабилитации (Имеется в виду Якутский республиканский психоневрологический диспансер, — Прим. ред.). Меня туда записали, утром в 9:00 приходил и до 16:00 там был. Пил лекарства, ходил на занятия. Правой руки же теперь нет, поэтому мне давали бумагу с цифрами, и я писал прописи, как в первом классе. Учился левой рукой писать. Она не очень слушалась, туда-сюда уезжала.
Где-то в 11:00 меня отводили в комнатку, там были надувные матрасы, приглушенный свет, и что-то говорило как радио. Туда заходишь, ложишься, и как только голову кладешь, засыпаешь сразу. Вот там-то я спал. В 13:00, как по будильнику, просыпался и шел в буфет кушать. Там подавали соки, булочки, пирожные. Потом возвращался на занятия, врач заходил и назначал лекарства. Те, что я должен был вечером перед сном принимать, мне давали с собой.
Спустя около 10 дней заметил, что полегчало. Боль была, конечно, не заживет же сразу. Но было уже не так. В психологическом диспансере мне задавали вопросы. Некоторые из них могли заставить понервничать, но я сам по себе спокойный человек, поэтому отвечал нормально. Спрашивали, как у маленького ребенка. Попутно в поликлинике продлил больничный.
Дальше нужно привыкнуть
Вспомнил, что посадил картошку у себя дома. Огород тоже был в теплице, но засох. В одну субботу я взял сыновей и поехал в Сулгачи выкапывать картошку. Нормально было, только когда возвращался, немного болела рука. Все это время пил лекарства.
Затем стало лучше. Однажды посмотрел на таблетки, там же есть листочки с описанием. Оказывается, в них были медицинские наркотики. Они и по печени, и по желудку могли ударить. Выкинул. Это те самые, что мне невролог прописал сразу после больницы. Врачи с Федора Попова не рекомендовали мне их пить, так как могут вызвать привыкание. А я и вправду чуть не подсел — когда принимал, боль уходила. Врачи говорили, что нужно бросать постепенно, уменьшая дозу. Но я просто остановился.
Чтобы проверить себя, на недельку съездил в Сулгачи один. Ну, так, погулять. Как будто можно жить. Правая рука у меня ведь была основной, то, что ее нет, сильно ощущалось. Допустим, помыл полы, а тряпку выжать не могу. А полы надо протирать, после снега грязь в доме остается. Посуда и прочее выскальзывала все время из руки. Подпись до сих пор не умею левой рукой ставить.
Еще штука в чем: это рука ведь, ноги-то целы, ходить могу, думал. А оказывается, без руки равновесие теряешь при ходьбе. Вот почему человек, когда ходит, руками двигает — это помогает держать равновесие. К друзьям решил сходить к охотникам, вышел в лес с ними, попробовал походить. Облокотиться, потянуться, подержаться за что-то хочешь — нет руки, не можешь.
Сейчас я в городе с семьей, пока я с ними больших проблем нет. Внуки здесь, к ним хожу, отвлекаюсь. Но по ночам мне снятся кошмары, как будто я хожу с засохшей рукой, а она двигается. Сам удивляюсь. Во снах даже машину вожу. Иногда резко болит рука ночью, кричу, видимо, от этого. Утром успокаиваюсь. Ну, сейчас я вроде привык более-менее. Конечно, одному жить тяжело. Летом еще можно, наверно.
Но я не падаю духом. Прогресс не стоит на месте, какой-нибудь протез найдут мне, установят.
Я сам тороплю. Мне сказали, ближайшая возможность установить протез будет только в феврале. Точно не знаю пока, как все это будет, бесплатно или платно. В больнице, где я работал, главврач сказал, что они помогут мне в получении инвалидности и протеза. Пока я об этом не думал еще. Если бы протез хороший получу, приноровлюсь, то и работал бы дальше. Второго числа в Якутске снова пойду на реабилитацию (разговор состоялся в октябре, — Прим. ред.).
Пока буду здесь, но, конечно, хочу в деревню. Там сейчас мунха (якутская подледная рыбалка, — Прим. ред.) началась. Сам по себе я на природе всегда был, охотился.
Оригинальный текст доступен по ссылке. Автор: Карина Оконешникова
Показать полностью
Как я пьяный сломал руку, отказался от больницы, увидел собственную кость изнутри и следующие четыре месяца бухал почти каждый день
История из 2021 года. На фотографиях два рентгеновских снимка моей левой руки. Первый до операции, второй после. Между ними столько всего произошло, что, пожалуй, хватило бы на отдельный сезон какого-нибудь медицинского сериала. Причём комедию я бы не рекомендовал.
Началось всё банально. Очередная пятничная пьянка у друзей. В какой-то момент мне срочно понадобилось домой. Почему, уже не помню. То ли с кем-то поругался, то ли очередная пьяная моча ударила в голову. В общем, хлопнул дверью и отправился в самостоятельное путешествие по лестничной площадке.
На ногах я стоял мягко говоря неуверенно. В итоге навернулся и сломал руку.
И вот тут началось самое интересное.
Лежу на лестничной площадке, рука болит так, что словами не передать. Подняться не могу, телефон найти не могу. Ору, прошу вызвать скорую. За дверью остались мои друзья, но шумоизоляция там видимо рассчитана на ядерный взрыв.
Начали проходить соседи. Запомнился один эпизод: мимо прошла семья (родители с ребёнком). Я обращался к ним, просил вызвать скорую. Они просто посмотрели на меня и пошли дальше. Видимо, перед ними лежал не человек, которому нужна помощь, а просто очередная пьяная пьянь. Хотя выглядел я вполне обычно, был нормально одет. Правда, синий в говно, этого не отнять.
В итоге докричался до одной бабули. Она выглянула из квартиры, спросила, что случилось, и вызвала скорую. Вот такая неожиданная социальная справедливость: совершенно посторонняя пожилая женщина помогла, а люди с ребёнком предпочли пройти мимо.
Скорая приехала, меня обкололи обезболивающими, наложили шину и зафиксировали руку бинтами. Предложили госпитализацию. Но я был настолько пьян, что после обезболивающего мне казалось, будто всё более-менее нормально. Поэтому я решил, что больницы мне не нужны, рука сама срастётся, и вообще пошли вы все нахер.
Отдельная история с телефоном. Я всё это время думал, что просто не могу его найти. Уже в травмпункте выяснилось, что телефона у меня вообще нет. Где-то по дороге я его благополучно просрал. Даже не заметил.
В травмпункте пришлось ждать очереди. Это был ад. Тогда я ещё не знал, насколько серьёзный у меня перелом. Думал, ну сломал и сломал, бывало и раньше.
А потом сделали снимок и показали мне результат.
Я посмотрел на экран и просто охренел. Кость была сломана практически пополам. Я даже представить не мог, что рука может так выглядеть изнутри. До этого момента я, честно говоря, не осознавал масштабов произошедшего.
Но самое идиотское решение я принял уже после этого. Несмотря на предложения врачей остаться в больнице, я отказался. Был уверен, что всё как-нибудь заживёт.
На следующий день проснулся от такой боли, что все вчерашние рассуждения о самостоятельном сращивании кости моментально закончились. Пришлось идти к травматологу. Он посмотрел на меня примерно как на дебила, и объяснил, что в больницу нужно было ложиться сразу. Сначала меня бы привели в нормальное состояние после опьянения, а затем прооперировали.
Но нет. Я же сам себе доктор. Поехал домой.
В итоге операция всё-таки состоялась. И вот тут начался отдельный аттракцион.
Общего наркоза не было, делали блокаду в плечо. Сознание ясное, ты всё соображаешь. Перед глазами был экран с рентгеном, и я мог наблюдать за происходящим.
Анестезиолог загонял мне иглу куда-то глубоко в плечо (как он сказал: я буду нащупывать нервный пучок). «Нащупывал» он мне он этот пучок раз 5, в ответ на его манипуляции находить слов мне не пришлось: уши завяли у всех. И вот когда искры из глаз уже пошли по-настоящему, игла наконец воткнулась куда надо.
Врачи устанавливали металлический штифт и фиксировали его винтами. Я лежал и смотрел, как мне буквально собирают руку. Слышать звук шуруповерта в операционной и видеть, как тебе в кость вгоняют саморез, так себе картина.
И тут случилось то, чего я вообще не ожидал. Во время установки штифта кость дополнительно треснула и начала разрушаться. На втором снимке это хорошо видно.
Я смотрел на экран и не понимал, что происходит. Она и так была сломана пополам, а теперь ещё и это. В голове только одна мысль: да сколько от этой руки вообще должно остаться?
Короче, впечатлений от операции хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Но, как выяснилось, главная проблема была даже не в ней.
Впереди меня ждали почти четыре месяца больничного.
Рука болела постоянно. Обезболивающие практически не помогали. Кеторол, другие препараты, внутримышечные уколы, которые я научился делать себе самостоятельно. Всё это давало мало результата.
И вот здесь произошёл самый неприятный поворот всей истории.
Алкоголь сначала привёл меня к этому перелому. Я напился, еле стоял на ногах, упал и сломал руку. А потом последствия этой же пьянки стали для меня оправданием, чтобы пить ещё больше.
Практически все эти четыре месяца я пил каждый день или почти каждый день. Не было необходимости придумывать повод, искать праздник или ждать пятницы. Рука болит? Отлично, вот тебе причина. Обезболивающие не помогают? Есть другой способ.
Я просто заливал боль алкоголем.
Кстати, в моём Телеграм-канале Градус понижен есть ещё немало историй о том, как я сначала создавал себе проблемы с помощью бухла, а потом пытался их этим же бухлом решать. Там я веду дневник своей завязки. Если интересно, заходи: t.me/gradus_blog
Тогда я не особо задумывался, насколько далеко зашёл. Мне казалось, что я переживаю сложный период и просто пытаюсь как-то справиться с ситуацией. Но по факту получился замкнутый круг: сначала напился и сломал руку, потом ещё несколько месяцев пил, потому что сломал руку.
Четыре месяца больничного, копеечные выплаты, постоянная боль и практически ежедневная пьянка. И никакого понимания, что я сам всё это усугубляю.
Сейчас, когда смотрю на эти снимки, вижу не просто сломанную руку и металлическую конструкцию. Вижу один из самых неприятных периодов своей жизни и момент, когда моё употребление стало ещё тяжелее.
Алкоголь сначала заставил меня упасть. Потом помог мне оправдать то, что я продолжал падать дальше.
Показать полностью
2
После уменьшения желудка - умерла "сама по себе". Звенья Одной Цепи
1). Вчера, лента подбросила историю 28-летней Алины из Ставрополя. Вижу тревожные «звенья одной цепи», в трагичных исходах бариатрических операций.
Перед резекцией желудка – у Алины диагностировали язву. По словам мамы, врач прописал таблетки на 10 дней. А потом - сказал, что уже можно делать резекцию: т.к. язву желудка ей отрежут.
После операции - непрекращающаяся рвота. Но Алину выписали, сообщив что всё хорошо. Три недели она сигнализировала, что ситуация без изменений; врач успокаивал. В итоге – уже в прекоматозном состоянии, ей разрешили приехать в больницу.
Оказалось - требуется ещё одна операция. Во время неё, произошла остановка сердца.
По информации от мамы, увидев результаты экспертизы – она пришла в ужас, поскольку имело место кумовство и подлог документации. Будет повторная экспертиза.
2). В этом контексте, мне вспомнился случай Гнела Оганесяна из Сургута. Насмотревшись удачных кейсов бариатрии, как и я – загорелся сделать резекцию, не имея показаний. Врачи говорили: с лишними 15-20 кг, тебе это не надо! Но, он – как и я, нет бы прислушаться – нашёл того самого врача, который берёт на бариатрию без показаний.. Также - когда его спросили об аллергиях, ответил что «не помнит» - и ему ввели метронидазол без проб.
Гнел – не винит врачей; а он корит именно себя – за нетерпение.
Но, результатом - стал ад, 6 лет боли, и около 10 миллионов рублей на лечение.
Хронология: разрыв шва и перитонит на третий день-> клиническая смерть от аллергии на антибиотик во время повторной операции ->2,5 месяца в больнице -> 4 безуспешные попытки закрыть свищ (полостные и эндоскопические) -> ГАСТРОСТОМА (мешок с содержимым желудка наружу) -> ежедневные перевязки по 3-4 раза в день почти два года -> поездки по клиникам России и Европы, без результата -> внутренний свищ, дающий простреливающую боль в живот, ноги, спину и руки. Обезболивающие - почти не помогают.
3). КРИТЕРИИ, ПО КОТОРЫМ ПОХОЖИ И ДРУГИЕ ТЯЖКИЕ ИСХОДЫ БАРИАТРИИ:
Частная клиника.
"Быстрый" вариант обследования.
Чаще там, где берут на бариатрию без показаний.
Реакция на жалобы сразу после: "это норма, ждите дальше, попейте что-нибудь".
Отказ брать даже минимальную личную ответственность за результат своей работы: клиенты виноваты.
Методы ухода от юридической ответственности - с медициной не связаны: истечение сроков давности, затягивание экспертиз, врачебная тайна как щит от вопросов.
Отсутствие прозрачного анализа и выводов: как такое произошло на плановой операции для здоровья; и сообщений о каких-либо изменениях в работе.
После смерти или тяжёлого осложнения – часть документации может исчезнуть или трактоваться задним числом.
ВЫВОД. Ещё раз подтверждается: выбирать, куда идти уменьшать себе желудок - нужно ВНИМАТЕЛЬНО. Если вообще идти. Обращать внимание, в частности: на стандарты обследований, на этику работы с неудачными кейсами, на реакцию на жалобы после операции.
PS. Надеюсь, что хотя бы про ПОГИБШУЮ, Алину – врачи не начнут в итоге распространять инфу, что: «сама дура», и что её мама: «лгунья и клеветница» - если она говорит факты. А то, к ним ведь тогда при нынешнем бариатрическом рынке – даже экстремисты не придут.
Показать полностью