У немецкого философа-антифашиста Герберта Манна есть такое выражение: «Чем я для тебя, тем и ты будешь для меня». Оно в принципе повторяет библейский посыл: «Никому не делай того, чего не желаешь себе». Хотя у Манна это представлено более выразительно.
Когда мы по любым поводам общаемся с другими людьми, то практически не задумываемся о том, а какое впечатление остается у этих людей о нас, с ними говорящими. Оставили ли мы в их сердцах частицу своей теплоты, зарядили ли их своим видением жизни, энтузиазмом и желанием быть полезными для окружающих людей? Так это речь идет только о словесном общении.
Руководителям всех уровней кажется, что главным поводом для управляемой жизни общества могут и должны быть приказы, распоряжения и законы, спущенные с думских заседаний. Но, увы, они не то что не работают, они не имеют права работать, потому что не отвечают той истине, которую и раскрыл Герберт Манн, в перефразируемом варианте это выглядит так: ты покажи, как это должно быть, а уж затем, быть может, я подучусь у тебя. Ибо, как известно из педагогики для детей дошкольного возраста, воспитание – это только процесс подражания поведению взрослых. Именно так и руководил А.С. Макаренко в колониях для трудных подростков.
Нам всем хотелось бы повысить культуру поведения водителей. Можно так, как это делают некоторые: догоняют тех, кто, по их мнению, ведет себя некорректно, и, поравнявшись, начинают жестами и нелицеприятной речью воспитывать нарушителей. Воспитательный момент в этом случае нулевой, это, как в споре, не бывает победителей, каждый остается при своем мнении. Чем чаще каждый из нас будет, извиняясь или с благодарностью включать аварийные сигналы, показывая ту самую культуру вождения, тем быстрее участники трафика смогут аналогично вести себя на дорогах.
Сейчас нет ни одного учреждения, в котором бы на самом видном месте не висело бы воззвание борьбы с коррупцией. Да, это и на самом деле главный негатив нашего общества, который практически сводит на нет все потуги власти, пытающейся навести не только экономический, но и морально-нравственный порядок в стране. Но воззваниями и показательными процессами над министрами и губернаторами проблемы не решить. Как только высшее звено будет безукоризненно чистó (а рыба не только гниет с головы), то это обязательно будет и замечено, и принято на вооружение теми, кто находится рангом ниже.
В этой связи хотелось бы вспомнить старые сельские времена, в которых тезис Манна работал безупречно. Я помню, в своем раннем детстве, когда довелось быть свидетелем, как в деревнях чуть ли не всей улицей объединившись, строили дома одному из своих соседей (по воскресеньям). В один выходной день мужики копали фундамент вручную, в следующий – бутили его камнем, а женщины в это время на глинницах месили ногами глину с соломой для самана (глиняных кирпичей), которые тут же изготавливали. Через пару недель, пока саман подсохнет, кто-то на подводах его подвозил и мужчины, объединившись, за пару-тройку дней выкладывали стены. Аналогичным образом ставили крышу. Для каждой из этих операций был спец из числа все тех же односельчан. И за лето хата была готова. (А знаете, чем хата отличалась от дома? У хаты на улицу было два окна, а если три, то это уже был дом.)
Обязанностью хозяев был обед: несколько женщин кухарили, и без спиртного. Так в чем была главная целевая установка данных общественных строек, ведь силком никого не тащили и на заседаниях правления колхоза списки не утверждали. Все, кто приходил на помощь, на сто процентов были уверены, что при необходимости те люди, к которым они ходили помогать, в любой наисложнейшей ситуации в обязательном порядке придут на помощь.
Сейчас нередко можно видеть на задних стеклах автомашин всевозможные наклейки типа «Спасибо деду за Победу». Но бывают и такие: «Прикрой меня». Это о временах ВОВ, когда наши летчики вылетали на боевые задания в парах. И при возникновении воздушного противостояния с немецкими летунами ведущий, принимая решение идти в атаку, по рации говорил ведомому: «Прикрой, атакую!», то есть в это время необходимо охранять хвост самолета командира (это самое уязвимое место), чтобы туда не пристроился враг. Что значит «прикрой»? Это означает: сохрани мне жизнь, а в следующий раз, дай-то Бог, если вернемся живыми, то я прикрою тебя.
Это так похоже на то, когда наши молодые летчики, не имевшие боевого опыта, бесстрашно гибли уже в первом бою, понимая, что своей жизнью они спасают сотни, а может, и тысячи жизней солдат, сражающихся на земле, так как находящийся в это время неприятельский самолет, занятый в бою нашими пилотами, не может причинить вреда наземным подразделениям. И таких молодых ребят, а после третьего боя, если они оставались живы, то уже считались стариками, были тысячи и тысячи, которые, в конечном итоге, и раздавили знаменитую «люфтваффе» Геринга. Этим-то и объясняется вневременная верность боевому братству. Почему братству? Да после того, как они спасали друг друга в бою, то это и было братание до конца жизни.
И потому, что если желаешь что-либо получить от других людей, то вначале должен пожертвовать для них не меньшим, чем я для тебя, тем и ты будешь для меня!
29.09.2019. Автор Скакун Василий Александрович.
