Fallout 1-2: крысы, напарники и другие животные
Классические Fallout — игры о том, как спасение мира начинается с какой-нибудь бытовой проблемы. В кране нет воды, крокодил не ловится и не растет кокос, отец ушел за хлебом… Простите, до последнего еще лет десять.
Это вам не картридж «Аквафора»
В первой части тебя отправляют искать водяной чип. Инженеры XXI века поработали на славу: спустя почти сто лет после конца света атомный реактор и система очистки воздуха ещё работают. Но вот важнейшая деталь водоснабжения была в единственном экземпляре! Снабжение… Снабжение никогда не меняется.
Смотритель дает тебе 150 дней и выгоняет в радиоактивную пустыню практически голым. Его дело, конечно, но кажется, стоило думать не о премии за экономию складских запасов, а об успехе миссии, от которой зависит жизнь всего Убежища. Благо, разжиться снаряжением несложно: там купил, тут украл, здесь снял с трупа…
В ходе поисков водяного чипа ты выясняешь, что поломка футуристического «Аквафора» — не самая большая проблема. Самая большая проблема зеленая, тупая, но обладает большой физической силой.
Fallout состоит из маленьких отдельных миров. Шэйди-Сэндс живет своими радскорпионами и Ханами, Джанктаун — разборками Киллиана и Гизмо, Хаб — караванами и криминалом, Некрополь — проблемами с водой и конкретным отрядом супермутантов. Такое ощущение, что глобальная угроза с севера беспокоит только тебя. Даже целый орден рыцарей в сияющих доспехах не горит желанием с ней разбираться, но их можно хотя бы убедить поделиться с тобой этими самыми доспехами.
Игра дает настолько много свободы, что ни к одному из двух самых сильных врагов ходить не обязательно. Более того, одного из них можно довести до роскомнадзора, если ты достаточно умен, дотошен и красноречив.
Весь мир насилья мы разрушим
Fallout 2 делает все то же самое, только с большим размахом и таким количеством отсылок, будто сценаристы хотели уместить в игру весь свой культурный багаж. Торчащие тут и там хвосты вырезанного контента намекают, что весь багаж не поместился, но поняли это не сразу.
Ты играешь за Избранного, потомка героя первой части. Твоя деревня умирает от засухи, поэтому ты отправляешься искать ГЭКК — чудо-машину для восстановления цивилизации.
Но сначала обязательно надо пройти испытание в Храме, кхм, Испытаний. Это огромный подземный комплекс с несколькими муравьями, скорпионами и заклинившей дверью, который зачем-то содержит племя из глиняных хижин. Соплеменники — мастера прокрастинации 80-го уровня. Вместо того, чтобы сделать нормальный полив растений или хотя бы переселиться из хлипких хижин в тот самый комплекс, они неизвестно сколько времени изобретали целый экзамен на получение лицензии героя с правом ношения дедушкиного исподнего.
В конце Храма тебя ждет охранник, которого надо победить в рукопашной. В мире, где столько мощного огнестрела, тебя заставляют сдать нормативы по боксу! Благо, при желании от драки можно просто отболтаться.
Дальше Fallout 2 превращается в экскурсию по постъядерной Америке, которая наконец ощущается цельным миром, а не россыпью отдельных локаций. Проблемы у поселений в целом одни и те же: работорговля, ксенофобия, наркотики и вредители. Ну знаете, то муравьи заведутся, то крысы, то рейдеры...
Спасение родной деревни, как и любой большой проект, быстро тонет в побочных активностях. По пути можно стать боксером, сутенером, мафиози, порноактером, работорговцем, рейнджером, пастухом и черным копателем. Если очень не повезет — ещё и сабмиссивом для супермутанта.
Fallout 2 любит проверять, насколько серьезно ты воспринимаешь сюжет. Вот геноцид, вот эксперименты над людьми, вот вымирающее племя — а вот говорящая каменная голова, скорпион-шахматист и случайная встреча с рыцарями Круглого стола. Шутка-другая из «Монти Пайтона» помогает смотреть на светлую сторону жизни даже в постапокалипсисе.
Без плот-твиста тоже не обошлось. Забрав ГЭКК у говорящих хамелеонов-переростков, Избранный радостно возвращается в деревню и выясняет, что всех соплеменников похитило правительство США. На черных вертолетах, как положено. Не взяли только шамана, видимо, и их он задолбал.
Герой выясняет, что правительство на другой планете живет. В смысле, сидит на старой нефтяной вышке глубоко в море. По земле не дойти. Придется, по заветам Ильича, пойти другим путем — завести крейсер «Авро… пардон, старый нефтяной танкер. А по пути воспользоваться армейским бардаком и разжиться на халяву почти самой лучшей броней.
К сожалению, возможность довести финального босса до самоубийства не стала переезжать во вторую часть. Драться все равно придется. Другое дело, что можно попробовать уболтать целый отряд на госизмену. А если вы настолько не патриотичны, что убили Президента США, можете заодно хакнуть охранные турели, чтобы они стреляли по боссу, а не по вам.
Инвентарь мой — враг мой
Классические Fallout позволяют играть любую роль. Быть умным и тупым, злым и добрым, трусливым и смелым, жадным и великодушным… Иногда одновременно. Обворовать только что спасенное поселение и цинично продать торговцу его же товар? Для Жителя Убежища и Избранного это просто вторник, даже карма не пострадает.
Система SPECIAL вас не ограничивает. Создавайте могучего бойца, хитрого дипломата, бесшумного вора или бесполезного дебила, который разговаривает междометиями, зато имеет уникальные диалоги. Разработчики превратили низкий Интеллект из недостатка в нестандартный уровень сложности.
Но проще жить, если у тебя достаточно мозгов и развитое Красноречие. Тогда ты можешь убеждать людей, стравливать фракции и решать конфликты без насилия. Если же навыка не хватает, остается традиционная дипломатия Пустоши: анализ переговорной позиции собеседника через содержимое его карманов и работа с возражениями при помощи любимого ружья.
Боевая система никуда не торопится. Каждый выстрел — целый процесс со своим регламентом: выбрать оружие, выбрать режим, выбрать часть тела, подтвердить, посмотреть анимацию, получить сообщение, что ты промахнулся с расстояния в один метр. В свой ход противник медленно подходит и выбивает тебе глаз палкой. Зато один удачный критический выстрел оправдывает десять промахов! Анимация смерти врага такая сочная, что сразу понятно — вся боевая система существует только ради нее. Правда, почему-то такая же анимация твоего персонажа вообще не радует…
Первые часы обеих игр — реалистичный симулятор человека, который вышел из подъезда и сразу был убит крысой. Последняя надежда Убежища и будущий спаситель человечества пытается хотя бы задеть ножом животное размером с табуретку. Вероятность попадания — 42%, ощущается как 15. Остальные 58% приходятся по воздуху, полу и твоей самооценке.
Напарники — средство массового поражения. Ты будешь часто и искренне поражаться, как так можно постоянно закрывать проходы, простреливать тебе спину, бросать гранату в толпу союзников и умирать, унеся с собой половину твоего имущества. «На хрена нам враги, когда у нас есть такие друзья?» К слову, премьера песни «Нога судьбы» была немногим позже выхода Fallout 2… Зато напарники дарят полный спектр переживаний: отрицание, гнев, загрузка сохранения.
Инвентарь выглядит так, будто человечество пережило ядерную войну, а складской учет погиб по пути. Ты можешь таскать десять винтовок, пять комплектов брони, сотни патронов, лопату, секс-куклу и собственный ампутированный палец, но передача одной аптечки напарнику требует дипломатии и ручного перетаскивания предметов через интерфейс бухгалтерской программы.
Квестовый журнал тоже не слишком навязчив. Он сообщает примерно следующее: «Разобраться с проблемой». Какой проблемой? Где? С кем говорить? Fallout уважает интеллект игрока и предполагает, что тот ведет бумажные записи. Или хотя бы не делал перерыв в прохождении на две недели — таких предательств игра не прощает.
Fallout 1 и 2 до сих пор любят. Определенно не за удобство, неудобно сделано все что только можно. Но под слоем кривого интерфейса, тупящих напарников и крыс, способных уклоняться от пуль, находится редкая вещь, каких больше не делают — игра, которая доверяет игроку достаточно, чтобы позволить ему все испортить.
А в конце спокойным закадровым голосом подробно, с картинками и именами, объясняет, как именно от твоих благих намерений пострадала вся Пустошь.
Эта статья впервые вышла в моём Telegram-канале «Ретрогейминг на балконе». Там я пишу про старые игры и их новую жизнь: историю индустрии, ретропортативки, эмуляцию, порты и декомпиляции. Подписаться на канал
Необычные любовные истории в видеоиграх
В видеоиграх очень много красивых, но обыденных историй любви. Часто всё сводится к тому, что он встретил её, сначала между ними пробежал холодок, но потом он (или она) растопили чувства несколькими действиями, после чего, разумеется, последовала любовь до гроба (и не факт, что «гроб» этот не окажется в конце игры). Как-то всё стандартно, а хочется чего-нибудь эдакого... но без извращений.
В данном разборе я выделил пять видеоигр, где любовь между мужчиной и женщиной складывалась не так, как мы привыкли, а может даже так, как мы не привыкли.
Space Quest. Любовь из будущего
Роджер Вилко и Беатрис
Очень здорово вдруг осознать, что у тебя есть не только смышлёный взрослый сын, немножко похожий на Джона Коннора из х/ф «Терминатор» (в смысле лидерских качеств), но и красавица-жена, которая этого сына с тобой обязательно заделает! Зная такое занимательное будущее, любой неуверенный в себе подросток-скромняга наверняка с позитивом начал бы смотреть на жизнь.
А в игре Space Quest такую судьбу получил уборщик-неудачник Роджер Вилко. Если точнее — в четвёртой части своих приключений, под названием Roger Wilco and the Time Rippers, Вилко неожиданно оказывается отцом, чей сын, прилетев к нему из будущего, спасает непутевого папашу. В ходе прохождения закрадывается мысль: «Как и где Роджер умудрился встретить девушку, свидание с которой не прервала череда его внезапных неудач?». Кстати, у самого Роджера тоже возник похожий вопрос.
В конце игры мы видим компьютерный силуэт человеческой красотки, а в продолжении под названием The Next Mutation мы уже встречаем её вживую. Беатрис Ванкмейстер... м-м-м-м, как же она хороша. Сильная, волевая, непреклонная — какие-то отношения с такой женщиной Роджеру просто не светят. Тут бы даже Марти Макфлай, окажись он в похожей ситуации и с такими родителями, опустил бы руки.
Как бы то ни было, Роджер Вилко заслужил уважение и любовь Беатрис, хотя ему пришлось приложить для этого некие усилия. Даже осознавая, что однажды у тебя с ней всё будет, ты не застрахован от изменения будущего, если, например, она умрёт. Наоборот, это накладывает на тебя дополнительную ответственность.
Но как бы судьба ни пыталась выскользнуть из мозолистых рук Роджера Вилко, всё-таки он знал, какую девушку нужно любить и какую девушку необходимо защищать от врагов. Поэтому он смело идёт навстречу будущему, ведь туда, куда отправляется его сердце, не нужны дороги.
Star Wars: Knights of the Old Republic II – The Sith Lords. Любовь, в которой всё сложно
Изгнанник и Визас Марр
В отличие от классической любовной линии Бастилы и Ревана, здесь, в продолжении, вышло чуть более мрачно и менее сопливо.
Начнём с того, что слепая женщина Визас Марр из расы Миралука (кстати, единственная из уничтоженной расы) почувствовала сквозь Силу нашего главного героя. А он дюже способный — вызвать возмущения в Силе дано не каждому. Визас почувствовала и прониклась симпатией к Изгнаннику (такое прозвище у главного героя). Будучи сильной женщиной, она сама к нему прилетела, поразив своей внезапностью, устроила свидание вслепую, и тут заверте...
Ладно, стоит разрешить некую недосказанность. Начнём с того, что Марр — не инвалидка. У всех представителей её расы врождённый порок зрения, но зато невероятно сильная чувствительность к Силе, что, как локатор в айфоне, позволяет отслеживать чувствительных к Силе существ по всей Далёкой Галактике. Идём дальше. Планету Визас уничтожил злой-плохиш-ситх Дарт Нихилус, а ей сохранил жизнь, поняв, насколько она полезна в роли маячка. И этот же ситх отправил нашу Визас Марр за главным героем. Но не для того чтобы поесть с ним космические роллы в суши-ресторане на краю вселенной, а чтобы убить его нежно. Только не учёл Нихилус силы Изгнанника и его врождённого очарования. Визас оказалась повержена и «перетащена» на Светлую сторону Силы. Так что после бурной драки у наших голубков возникли чувства.
И вроде бы — живи да радуйся, но нет! Вместе они переживут множество сложных испытаний, Визас будет страдать от ревности из-за другой девушки из команды Изгнанника, а ещё страдать от невидимых цепей своего жестокого хозяина. Вместо простого расторжения контракта главный герой и Визас прикончат бывшего работодателя, и вся недолга.
Учитывая всю сложность приключений Изгнанника, он и Визас Марр даже не получат сцены с поцелуйчиком. Только короткое признание в любви и сцена совместной медитации (в прямом смысле слова). Разумеется, хэппи-энда не будет, потому что Изгнанник вскоре улетит на поиски Дарта Ревана и там погибнет, да и вообще, Изгнанник, по канону, девушка (Митра Сурик), у которой другие любовные интересы.
Morrowind. Любовь против рабства
Эшхан Каушад и Рабыня из Тель Аруна
По одному из главных квестов герой обязан добиться признания у четырёх диких племён Эшлендеров (местных кочевников). К чему это я? Племя Зайнаб. После тяжёлого задания по убийству вампира местный вождь радостно сообщает герою, что вот-вот признает вас Нереварином, нужно лишь выполнить простую просьбу: привести ему молодую невесту из Дома Телванни, чтобы он смог на ней жениться. Таков обычай племени Зайнаб.
Сложность в том, что богатые и уважаемые маги-аристократы из древнего Дома Телванни не то что своих дочерей — они свою самку нетча не отдадут в жёны эшхану каких-то неотёсанных папуасов из Эшленда. Даже за робкое предложение такой дикой просьбы будущего Нереварина превратят в скрибовое желе. Сам главный герой, не будь дураком, посовещается с кем надо и придумает действительно гениальный план: вождь Зайнаб хоть и вождь, но данмер совершенно дикий и не слишком разборчивый, поэтому его можно немного обмануть.
Светоч всего Вварденфела отправится на рынок рабов в Тель Аруне и за тысячу дрейков купит самую красивую девушку-рабыню, тоже из данмеров, разумеется. Герой её приоденет, поменяв лохмотья на шикарное платье и туфли на шпильках, дополнив образ ароматными духами с феромонами (желчный мускус). Была отчаянная рабыня, а прокачали до настоящей аристократки из рода Телванни.
Получившая новую надежду девушка тут же обрадовалась при виде будущего мужа, а эшхан Каушад, унюхав запах её духов, поплыл, унесённый игрой своих гормонов. Тут уже никто подлинность пришедшей красотки проверять не стал. Правда, не уверен я, что бывшей рабыне будет здорово жить в шалаше, находиться постоянно в движении, сражаться с вечно нападающими дикими животными и разбойниками, без передыху рожать детей и лечиться отварами из целебной слюны гуара. Может быть, на плантации у Орваса Дрена было бы чуть полегче?
Fallout 2. Любовь поневоле
Избранный и Мария
Тихий фермерский городок Модок. Минимум достопримечательностей: загон браминов, мотель, огороды и... комната дочки фермера. Ну слушайте, Избранный тоже человек, и ничто человеческое ему не чуждо (при наличии высокой харизмы). Встретил красивую девушку и по обоюдному согласию молодые люди хорошо «провели время». Вернее, хорошо проводили время, пока не ворвался её папаша. Как известно, ничто так хорошо не ведёт к алтарю, как дуло дробовика, направленное вам в затылок. Если герой не обладает высоким навыком Медицины и Красноречия, то отбрехаться, что вы тут доктор, не получится. Варианта два: либо дробь в брюхо, либо брать Марию в жёны.
Вот такая вот любовь поневоле, когда за опрометчиво проведённую ночь Избранный вынужден расплачиваться браком. А брак в Пустоши — это вдвойне серьёзное испытание для молодожёнов. Никакого медового месяца, никаких премиальных в честь свадьбы или льготной ипотеки. Максимум — праздничный ужин из почти свежего куска браминского мяса.
Хотя если вдруг за столь короткое время вы привязались к Марии, то, возможно, этот брак будет для вас некой отдушиной, уголком семейного счастья в безрадостном краю.
Disciples II. Любовь до смерти и после
Мортис и Галлеан
Очень грустная история любви. По игре Disciples (I и II) мы знаем Мортис как безжалостную и страшную богиню мёртвых, предстающую в образе зловещего скелета. Разумеется, ничего доброго никому из живых она не желает.
Кто бы мог подумать, что в далёком прошлом она была красоткой Солониэль, покровительницей эльфов и создательницей морских обитателей. Можно сказать, русалочкой своего времени, только с ногами (хотя этого никто не знает).
Оказывается, любовь портит не только людей, но и богов. Был у Солониэль муж, тоже покровитель эльфов — Галлеан. В страшном поединке его сразил другой бог — Вотан, который, в отличие от ботаника Галлеана, был могучим воином и мог орудовать молотом, так что результат поединка был немного предсказуем. В общем, Вотан не удовлетворился своей чистой победой, а взял да и вырвал сердце у Галлеана, запустив его, по приколу, на Солнце.
Сердце — единственное живое, что осталось от любимого мужа, поэтому Солониэль, не задумываясь, полетела к звезде за летящим сердцем. Без современного скафандра и прочих средств защиты солнечные лучи полностью спалили Солониэль, переродив её в Мортис — тот образ высушенного скелета, который мы знаем. Изменившись внешне, бывшая эльфийская богиня изменилась и внутренне, став дед-инсайдом. После этого она полюбила смерть, убийства и прочие прелести некромантии, поклявшись мстить гномам. Мортис навсегда забыла своё прошлое, но не любовь к Галлеану.
Работа нравится?
Вчера отцу признался что я работорговец.
Он выглядел озадаченным и лишь спросил:
"У тебя клеймо есть?"
Грустно ответил что есть.
Он спросил еще: "И чего ты его, прямо на лоб?"
Я кивнул и отодвинул волосы, чтобы все было видно.
"И напарников уже всех продал?"
Я опять грустно кивнул
Добавил что и жена из Модока почему то подалась в бега
"Первая гражданка обматерила?"
"Карма низкая?"
"По городу не можешь пройтись?"
"Задания не дают?"
"Месишь тесто с Мецгером?"
"Работа нравится?"
Послал его на хуй и ушел в рейд, а чего тут еще сказать то
Браминам веры нет
- Вот ты спрашиваешь почему я передвигаюсь по Пустоши тольо пешком - я те скажу почему.
Не то чтобы я боялся браминов , но вот если был бы выбор между ямой с брамином и ямой с когтем смерти, я бы выбрал смертокогтя.
А потому что ничего в этой жизни не пугает так как неопределенность. Эти две головы, четыре глаза, смотрит на тебя и моргает, а если не смотрит одна голова, то вторая может откусить тебе ухо.
И это все под прикрытием чертовых грузоперевозок и дешевого мяса, вперемешку с браминьей мочой. У Розы из мотеля в Модоке думаю до сих пор в дождливую погоду челюсть ноет в напоминание о том дне когда она предложила мне поучаствовать в еб^чем конкурсе с брамин-фри.
Нет, ребята, я Вам так говорю, браминам веры нет.
Я предупредил.



















