Мой родной Архангельск, который я почтила визитом совсем недавно, всегда был богат на заброшки, которые я посещала там не раз и не два. Этим развлечением в родном городе меня не удивить, однако узнав о целом заброшенном монастыре (да еще мужском, да еще и деревянном) я не смогла устоять и как бы у меня не было мало времени, отправилась на его поиски.
Тем более, история этого здания не может не интриговать любителя старины и забытого. Подумать только – самое старое деревянное здание столицы Севера, второе по возрасту после Гостиных дворов. После безжалостных бомбежек Великой отечественной, после сноса большинства старинных церквей и храмов – и такой подарок.
Что выдал мне интернет перед моей экспедицией:
Деревянная церковь Михаила Чудотворца была построена из местной лиственницы в селе Заостровье, что на другом берегу красавицы Северной Двины в 1673 году. В 1827 году в селе был построена каменная Сретенская церковь, функционирующая и притягивающая паломников и поныне. Существующую до этого деревянную церковь Михаила Чудотворца, до этого уже обветшалую и не раз горевшую, разбирают и переносят по бревнышку за Архангельск в Первую Соломбальскую деревню.
Второй датой рождения церкви Николы Чудотворца, значимого для северян святого, покровителя путников и моряков, принято считать 1854 год, когда храм вновь был собран и подновлен уже на территории современной Соломаблы, тогда еще не входившей в состав города. Зато она входила в Заостровский приход, на отдаленную окраину которого церковь и была отправлена. Об этом интересном феномене – деревни посреди города – я уже как-то рассказывала.
После революции и всех печально известных событий, последовавших за ней, богослужения в нашей стране были запрещены, храмы закрыты, а в Церкви, посвященной Николе Чудотворца сначала основался молодежный клуб, затем цех по пошиву одежды. К середине ХХ века все упразднили, здание расширили пристройкой, и из храма сделали коммуналку.
Известны данные, что в какой-то промежуток времени в бывшей церкви проживало более 40 семей! Не знаю, догадывались ли они о том, в каком интересном доме они живут, ведь интригующие свидетельства незаурядного прошлого храма до сих пор попадаются вокруг сплошь и рядом.
В храм мы пошли по наводке знакомых, которые на одной из экскурсий по родному городу услышали о загадочном заброшенном здании мужского монастыря и воскресной школы при нем в Соломбале (так многозначительно называют церковь Святого Николая местные экскурсоводы, дабы подогреть к нему интерес). Я знала о расположенной там старинной церкви Святого Мартина Исповедника 1861 года постройки, но ни о каком мужском монастыре нет. Эту оплошность решено было исправить, поэтому в первый же погожий день моего пребывания мы двинулись в путь, решив заодно посетить и почивших родственников, нашедших свой последний приют на старом Соломбальском кладбище.
Выполнив свой долг и заглянув заодно в действующий храм, который однозначно знал более светлые времена, мы через мост попали в Первую соломбальскую (Кемскую) деревню. Вообще их существует три, но самая старая – первая. Некоторые жилые дома здесь давно перешагнули свой столетний юбилей (по словам местных жителей, с которыми удалось побеседовать, здесь не редкость 130-140 летние деревянные дома). К чести северян в этих старичках до сих пор живут, и они находятся во вполне пристойном состоянии.
Найдя по навигатору точку домовой церкви (как заброшенный храм называется на картах), мы уверенно двинулись вглубь деревянной жилой застройки. Сложилось впечатление, что на машине времени мы перенеслись в советское прошлое, там, где не было ни крутых машин, ни коттеджей под стать дворцам, ни сотовых телефонов. Воду набирали на водокачках, белье сушили на веревках на улице, а в каждом северном доме была своя лодка, без которой было никак. Еще бы, ведь деревню со всем сторон окружают реки: вихлявая Соломбалка и мощная Северная Двина, вовсю спешащая на встречу с Белым морем.
Миновав вполне себе похожего на самого себя Петра Первого, закидывающего деревянные сети на утлой ладье на берегу Соломбалки (браво и низкий поклон мастеру), мы повернули в сторону храма. За деревенским Магнитом навигатор упрямо стал талдычить, что мы на месте. Но деревянной громадины двухэтажного храма нигде не было видно. И лишь войдя в Пертоминский переулок (а вовсе не по Михайловской улице, на которую он привел), за густыми кронами берез я разглядела заброшку, фронтон которой венчала памятная табличка.
Деревянная громадина храма, пережившая не одну сотню лет, дышала покоем, смирением и неизбывной грустью. Еще бы, даже бросив беглый взгляд на постройку было ясно, как церковь сильно горела. Провалилась крыша, было прожжено местами крыльцо и верхние окна. Некогда жилые подъезды до сих пор носили номера расселенных квартир, а щели для почтовой корреспонденции несмотря на ржу все еще открывались. На одном из уцелевших подъездов нашла издевательскую надпись о реновации и скором ремонте здания, а также о расселении всех жильцов.
Самое интересное, что храмовый флигель до сих пор остается жилой. Во дворе стоит припаркованная старенькая иномарка, тропинки к дальнему крыльцу плотно утоптаны, а дровяными сараями видно, что пользуются. Почти все окна пристройки заменены на бездушный, но такой теплый пластик и создают кошмарный диссонанс с умирающей обоженной соседкой.
Не смогла удержаться и попыталась пробраться внутрь, рискуя здоровьем и шеей. Слава богу, этот номер мне не удался, старинная тяжелая дверь оказалась заперта внушительным засовом. Однако щели мне хватило, чтобы просунуть руку и поснимать обзоры на камеру. Да уж, что ни говори, а печальнее не придумаешь: ни кровли, ни перекрытий не сохранились. За входной группой зияло ослепительное синее северное сентябрьское небо, освещая замшелые межэтажные балки, живописно разбросанные по полам.
Побродив вокруг храма и присмотревшись, нашла несколько старинных надгробий, притулившихся средь гаражей и сараев. Еще бы! Каждая старинная приходская церковь со временем неизбежно обрастала приличным погостом, где покоились почившие жители всей деревни. Интересно, жители близлежащих частных домов знают, что они живут по сути на кладбище? Мне бы было не по себе от такого соседства, хотя, говорят, ко всему привыкаешь.
Нашлась и старая водокачка, где абсолютно бесплатна текла вода (в городе воду отпускают в подобных устройствах по жетонам), чем мы не преминули воспользоваться и умыться. За ней возвышалась новая постройка храма Николы Чудотворца, где ныне проводят богослужения для жителей деревни, ничем не примечательная и типовая. Терпеть не могу такие!
Возвращаться решили другим маршрутом, пройдя по живописным подвесным мостам через Соломбалку, любуясь пейзажами и ухоженными домиками. Удивительно, но среди них почти не было заброшек! За рассматриванием неторопливой северной жизни подошли вплотную к городу. У одного гаражей, обернувшись сфотографировать вид на мост и реку, я случайно посмотрела себе под ноги и увидела абрис маленькой монетки, которую сначала приняла за советскую копейку. Однако, подобрав ее, с удивлением обнаружила, что она гораздо толще и не имеет характерного рисунка,
прославляющего серп и молот. Протерев ее от налипшей грязи, обнаружила проступившую крупную букву А с циферкой 2 под ней. Вот удивительно. Причем сохран у монетки был настолько приятный, что ее даже не очищая, не грех и в альбом положить! Настоящее сокровище для нумизмата-любителя. Здесь такого я точно не ожидала найти. Решила внимательно изучить почву под ногами, однако сколько я не смотрела, кроме убиенной современной десятки ничего вокруг не нашла. Скорее всего в старину вдоль речки также проходила дорога, по которой проходило оживленное движение.
Свое путешествие в прошлое мы закончили на пляже Северной Двины у Соломбальского моста, примостившись на скамеечке для пляжного волейбола. По случаю теплой и по-настоящему летней погоды мы захватили бутерброды, термос с чаем и конфеты, устроив на природе отличный пикник. Чудесное завершение дня получилось в моем родном городе, как ни крути.
На этом у меня все! Раскланиваюсь и убегаю-
