Ни один военачальник в истории никогда не выигрывал битвы в одиночку. Чтобы добиться успеха, ему нужна хорошо обученная армия, которая последует за ним, независимо от цены, будь то ошеломляющая победа или безнадежное поражение.

Дисциплинированная и организованная армия

Когда Филипп стал царем Македонии в 359 г. до н. э., он немедленно инициировал ряд военных реформ. Вместе Александр и его отец создали армию, непохожую ни на что, что ранее видел древний мир.

Предыдущие войны продемонстрировали, что старые способы больше ненадежны. Филипп взял плохо дисциплинированную группу людей и превратил их в грозную армию. Большинство историков считали, что Филипп разработал свои идеи, будучи заложником в Фивах, наблюдая за их известным Священным отрядом.

Для начала он увеличил размер армии с 10 000 до 24 000 человек и увеличил кавалерию с 600 до 3500 человек; это была уже не армия воинов-граждан. Кроме того, он создал корпус инженеров для разработки осадного оружия. Позднее Александр использовал эти осадные башни в Тире (6000 человек были убиты и 30000 взяты в рабство).

Филипп полностью реструктурировал армию. Первым делом изменилась фаланга, у каждому отдельного отряда появился свой командир, что позволило улучшить коммуникацию. Основной боевой единицей стали таксы, которые состояли из 1540 человек и которыми командовал таксиарх.

Каждый таксис был разбит на отдельные подразделения. Таксис состоял из трех лохов (каждым командовал лохагос) или 512 человек в каждом.Далее 32 деки (линия из десяти человек – позже шестнадцати) составляли каждый лох. Каждый человек занимал всего два локтя пространства до фактического сражения, когда он использовал только один локоть.

Оружие и тактика

Затем Филипп сменил основное оружие с копья гоплита на сариссу — пику большей длины. Античные авторы разнятся в длине сариссы. Одни утверждают длину в 14—16 локтей (6,3—7,2 м), в то время, как другие сообщают про длину от 10 до 12 локтей (4,5—5,4 м).

Очевидно, что длина сариссы затрудняла ее использование, требуя как силы, так и ловкости. Теперь гоплит стал называться Pezhetairoi. Как и его предшественник, он тоже носил щит аспис — похожий на гоплон, но из-за размера сариссы (приходилось использовать обе руки); его носили на перевязи через плечо. Помимо сариссы, каждый мужчина имел меньший обоюдоострый меч ксифос для ближнего боя.

У фаланги был один большой недостаток — она лучше всего работала на ровной местности; однако, несмотря на этот недостаток, Александр использовал ее с поразительным успехом. Почти в каждой кампании формирование армии Александра оставалось одинаковым. Пежетайры были в центре; гипасписты были справа от них с кавалерией на обоих флангах. Лучники и дополнительная легкая пехота служили на флангах и в тылу.

Пежетайры были обучены сохранять строй при любых обстоятельствах, хотя они могли сломать строй, когда это было необходимо; это было проделано при Гавгамелах против боевых колесниц Дария. В бою пять передних рядов опускали свои сариссы параллельно земле, в то время как задние ряды (обычно носившие широкополые соломенные шляпы или каусии вместо шлемов) несли свои вертикально.

Как указывалось ранее, справа от пежетайров находились гораздо более мобильные гипасписты, также называемые щитоносцами. Хотя они не были так тяжело вооружены — имея дротики — они играли особую роль в армии Филиппа и Александра.

Их набирали за мастерство и телосложение, что требовало особого уровня подготовки. Они были в основном из крестьян Македонии и, таким образом, не имели принадлежности к знати, что означало, что они были верны только самому царю. Существовало три различных класса гипаспистов — «царские», которые служили телохранителями царя, а также охранниками на банкетах, затем аргираспиды, и, наконец, собственно корпус гипаспистов. Особая группа ветеранов стала известна как Серебряные щиты.

Кавалерия

На правом и левом флангах находилась кавалерия гетайров. Она была главной ударной силой армии Александра и должна была совершить решающий прорыв вражеских линий — это было в битвах при Гранике, Иссе и Гавгамелах.

Было два подразделения кавалерии — сompanion и prodromoi — последнее было более гибкой кавалерией, которая использовалась в основном в качестве разведчиков. Всадники Companion были более важным подразделением и сначала ею командовал Филотас, а затем Клит и Гефестион.

Они были разделены на восемь эскадронов по 200 человек в каждом, и каждый человек нес копье, но мало доспехов. Из-за чрезвычайной ценности кавалерии — 1000 лошадей погибли при Гавгамелах — постоянно поддерживался запас дополнительных лошадей.

Конечно, самым важным из этих эскадронов был эскадрон Александра. Александр и его царские соратники всегда сражались справа, в то время как Парменион командовал фессалийскими кавалеристами на левом фланге. Тактика оставалась простой — пежетайры били по центру армии противника под косым углом, в то время как кавалерия атаковала и пробивала фланги.

Как и фаланга, новая армия была предназначена для атаки и оставалась чисто наступательным оружием. Хотя хорошо обученные солдаты всегда необходимы для успеха, армия нуждается в умелом руководстве, и помимо Александра, в составе войска, которое пересекло Геллеспонт, было немало способных военачальников, а именно Парменион, Пердикка, Клит, Гефестион и др.

Интервью с ветераном СВО из Кировской области позывной «Вятич»

42-летний рядовой ВДВ в запасе, позывной «Вятич», ушел добровольцем на СВО осенью 2023 года из Кировской области. Вернулся через десять месяцев, потеряв ногу и получив орден Мужества. А сейчас, уже дома, он больше года не может добиться от государства положенной ему по закону военной пенсии по инвалидности. О своем боевом пути герой СВО откровенно рассказал главному редактору «Время МСК» Екатерине Карачевой.

Сергей, почему вы, гражданский человек, пошли на войну?

-- До этого работал водителем на одном из местных предприятий. Сидеть и ждать, когда враг дойдет до нашего порога, не мог. Это был вопрос личной ответственности. 16 октября 2023 года пришел в военкомат и подписал контракт.

У вас была военная подготовка?

-- Срочную службу проходил в ВДВ, в Рязани. Так что основы были. После военкомата была короткая подготовка на полигоне – так называемое «боевое слаживание». Длилось оно около десяти дней. (Сергей качает головой) Нас учили. Но, скажу откровенно, медицине – основам спасения жизни – уделили минимум внимания. Три боевых патрона, пять холостых – вот и вся подготовка. А как останавливать кровь, как правильно тащить раненого – этому приходилось учиться уже в бою, ценой своих ошибок.

Помните первый бой?

-- Как сейчас. Мы с бойцом по позывному «Масленок» пошли на штурм. Нас засек вражеский беспилотник-камикадзе, мы его называли «муха». «Масленка» ранило, у него заклинило автомат. А дрон пошел на меня. Пришлось отвлекать его на себя, уводить от раненого. Бегал, отстреливался, пока у «мухи» не сел заряд. Потом я его вытащил, закинул в «норку», закрыл собой, почти лег на него, отпаивал его водой, потому что обезболивающее нельзя было делать, так как ранение в висок. Командование тогда и представило к награде.

Вы были пулеметчиком, а потом возглавили группу. Что было самым тяжелым?

-- (Долгая пауза. Сергей смотрит в сторону). Бой за «Запятую»... Так мы называли одну ключевую позицию на карте под Раздоловкой. Шли тяжело. Первыми шли ребята из «Шторма», за ними – мы (голос становится тише). В строю осталась треть, остальные погибшие и раненые. Это не цифры. Это лица, имена, позывные. Это мои ребята. Такое не забывается. Никогда.

Были ли моменты, которые давали вам силы?

-- Конечно. Прежде всего, взаимовыручка. Однажды наш кировский медик, позывной «Элин», несколько километров под огнем тащил на себе раненого бойца с почти оторванной ногой. Сейчас этот медик, к сожалению, тоже получил инвалидность. Это настоящий герой. Или, когда мы под Раздоловкой водрузили российский триколор и флаг ВДВ на захваченной высоте. Такие моменты дают понять, ради чего все это, ради чего жертвы. Но бывало и наоборот – не успевал помочь... (Голос немного дрожит) Позывной «Кавказ»... Не смог его вытащить. До сих пор ко мне это возвращается по ночам.

Расскажите, как получили ранение.

-- Это было уже после того, как мы взяли ту самую «Запятую» под Раздоловкой и установили флаг. Задачу выполнили. А потом во время очередной вылазки рядом разорвался снаряд. Даже боли не почувствовал сразу – просто удар и шок. Осколком повредило ногу. В госпитале врачи приняли решение об ампутации. Потом были госпитали в разных городах и множество операций.

Война вас до сих пор не отпускает?

-- (Решительно) Нет. И не отпустит. Я недавно звонил, пытался вернуться. У меня там семеро моих ребят осталось, они звали. Но не берут. Говорят, протез. А я готов хоть завтра, не в штурм, так на другую работу – координировать, помогать опытом. Война не заканчивается, когда ты вернулся домой. Она тут, (Сергей прикладывает руку к груди), в сердце. Пока там мои товарищи, я мысленно с ними.

Вы вернулись домой. Как вас встретила семья?

-- Семья – моя главная опора. Двое сыновей. Старший, ему 17, сдержанный парень, но его радость была видна. Младший, десятилетний, не скрывал эмоций, ревел, обнимал. Жена поддерживала меня все это время, приезжала в госпиталь. Их встреча и поддержка помогли сделать первый шаг в новую жизнь.

С возвращением к мирной жизни сложно?

-- Приходится заново учиться жить. Купил на выплаты квартиру, делаю ремонт, стараюсь заниматься бытом. Но война никуда не уходит. Порой невольно смотришь в небо, прислушиваешься... Срабатывает рефлекс. Но я стараюсь жить дальше, для семьи, для детей.

Сергей, вы столкнулись с трудностями при получении военной пенсии?

-- К сожалению, да. С момента возвращения прошли месяцы, а вопрос с пенсией до сих пор не решен. Я имею право на военную пенсию по инвалидности, но она до сих пор в стадии рассмотрения. Приходится обращаться в различные инстанции.

Огромное спасибо Марии Бутиной, нашему депутату, – она лично приехала ко мне в госпиталь, активно помогла с оформлением единовременных выплат по ранению, без нее было бы гораздо сложнее. Фонд «Защитники Отечества» и КСВО Кировской области тоже помогает с реабилитацией, протезированием. Но с пенсией – стена. Надеюсь, что справедливость восторжествует.

Не жалеете о своем решении поехать на СВО?

-- (Твердо) Нет. Это был мой долг. Я переживаю за ребят, которые остались там, за тех, кого не смогли спасти. Часть меня до сих пор там. Но я уверен, что мы делали и делаем правое дело. Наша страна должна быть защищена.

Что пожелаете тем, кто только готовится отправиться в зону СВО?

-- Главное – ответственность и дисциплина. Не торопитесь, просчитывайте свои действия. Цените товарищей, держитесь друг друга – именно это спасает в самый трудный момент.

И обязательно, я настаиваю, учите медицину. Не надейтесь, что этому вас научат на учебке. Берите инициативу в свои руки, найдите время, найдите того, кто может научить. Умение остановить кровь или правильно наложить жгут – это не просто навык, это шанс подарить товарищу жизнь. Помните, что ваша главная задача – не только выполнить приказ, но и по возможности сохранить жизни, вернуться домой живыми и помочь вернуться другим.

Как вы думаете, чем для нашей страны закончится эта война?

-- Победой. Мы должны довести дело до конца, обеспечить безопасность наших границ. Что касается киевского режима, то – он себя уже давно изжил. Его лидеры в конечном счете ответят за свои преступления, но, вероятно, попытаются скрыться на Западе.

Выставление авторских материалов издания и перепечатывание статьи или фрагмента статьи в интернете – возможно исключительно со ссылкой на первоисточник: «Время МСК».