KalashnikovRU

Концерн «Калашников» и Тульский патронный завод продолжают работы по новому автоматному патрону

За почти 30 лет существования журнала «Калашников» редакция получила от читателей десятки предложений о концепциях по-разному уникальных, но всегда самых-самых лучших патронов для пистолетов, винтовок и автоматов…

Автор – главный редактор журнала «КАЛАШНИКОВ» Михаил Дегтярёв

Проблема в том, что превосходные степени в каждом конкретном случае оставались исключительно на совести изобретателей, большинство из которых о внутренней и внешней баллистике только слышали, а патронное материаловедение и технологии заводского производства в принципе не понимали.

Типичным примером такого тупикового «изобретения» можно считать предложение вставить пулю от 7,62-мм автоматного патрона в гильзу от пистолетного патрона 7,62×25 ТТ. Другая крайность — да есть же «Грендель», возьмите готовое...

Мы давно поняли, что попытки в любой форме погрузить авторов «новых патронов» в азы профессии бесполезны и мгновенно трансформируются в обвинения в ретроградстве и личной выгоде, каким-то образом кем-то извлекаемой из-за использования рантовой гильзы в отечественном 7,62-мм винтовочном патроне или преступном умысле военных, не понимающих превосходство патрона 7,62×39 над 5,45×39.

К сожалению, в изменившемся с развитием всемирной сети мире, невозможно противостоять устоявшейся тенденции преобладания доступности информации над знанием. Массовое непонимание этой разницы стало извращённой нормой, которая, будучи помножена на самоуверенность, провоцирует желание неофитов поучать всех и каждого. И это не такое уж безобидное явление.

Например, вы не представляете, сколько графоманов отправляют в Администрацию президента бесконечной длины памфлеты о вредительской сущности деятельности отечественных оружейников, игнорирующих «гениальные» предложения, якобы решающие все проблемы отрасли на десятилетия вперёд. И весь этот мусор отрабатывается соответствующими отделами, которые вынуждены морочить голову конструкторам и испытателям запросами, хотя в идеальном мире всё должно заканчиваться после беседы с «инноватором» хорошего психиатра.

Понимаю, что кому-то моя трактовка может показаться обидной, поскольку они искренне хотят «как лучше», но никакие эмоции не способны превратить всю эту «инициативу» в предмет для хоть сколь-нибудь конструктивного обсуждения и тем более, исследования.

Разумеется, активность соответствующей части любителей оружия в русскоязычном интернете возрастает вместе появлением действительно значимых информационных поводов. Например, таковым стала новость о разработке нового отечественного автоматного патрона, о котором журнал «Калашников» рассказал в декабре 2023 года (публикация «Шестёрке» быть? Новый российский патрон 6,02×41»).

Напомню, речь в моей статье шла о публикации патента RU 2809501 C1 «Патрон стрелкового оружия повышенной пробиваемости». Новый боеприпас для автомата был разработан Тульским патронным заводом в сотрудничестве с концерном «Калашников» и получил рабочее обозначение 6,02×41.

Несмотря на мою просьбу к читателям в конце той статьи не спешить с «принятием на вооружение» нового патрона, за почти три года интернет сначала переполнился «экспертными» мнениями о проекте, в дальнейшем превратившимися в многозначительные рассуждения про неспособность российских оружейников довести начатое до конца, удовлетворив целиком и полностью чаяния посетителей форумов и чатов.

На самом деле, начавшаяся в 2020 году работа идёт своим чередом в рамках концепции, описанной в статье «Шестёрке» быть?, правильность которой к настоящему времени только укрепилась.

Выявляются проблемы, выбираются пути их решения, проверяются оптимальные формы и размеры пули и гильзы. Практическими стрельбами проверяются все комбинации элементов патрона для обеспечения пробивного действия на заданных дистанциях, характеристик траектории и импульса отдачи.

Патроны с различными размерами и формами пули/гильзы, появившиеся в процессе работ по проекту «шестёрки». Длина гильзы у них 40, 41, 45 мм. До финализации результатов любые рассуждения на тему «почему 6,01, почему 41?» лишены всякого смысла. Фактические размеры будем измерять после принятия 6-мм автоматного патрона на вооружение. Фото Михаила Дегтярёва

Кстати, именно последний фактор зашатал результаты американской программы NGSW, уже вроде как после принятия на вооружение 6,8-мм комплекса, затормозив практическое внедрение «вундерваффе» в войска. И произошло это несмотря на изначальное понимание заокеанскими оружейниками невозможности обеспечения управляемости штурмовой винтовкой нормальной массы при стрельбе очередями с применением мощного винтовочного боеприпаса.

Такое впечатление, что им «не рекомендовали» вспоминать собственную историю и причины перехода NATO с калибра 7,62×51 на 5,56×45. Как итог — перетяжелённое оружие, уменьшившийся боекомплект и невозможность ведения эффективного автоматического огня из неустойчивых положений.

Автомат с рабочим названием АК-22 является не серийным и даже не опытным. Фактически это опытовый (не опечатка) образец, обеспечивающий возможность экспериментов с перспективным 6-мм автоматным патроном по расширенной программе, а не только в объёме стрельб из баллистической установки. Фото Михаила Дегтярёва

Российский взгляд на проблему пробиваемости безостановочно развивающихся СИБЗ я вкратце изложил в вышеупомянутой статье и не буду повторяться. Из важного отмечу лишь сам факт продолжения работ по «шестёрке» в связке ТПЗ/«Калашников»/МО РФ, на интенсивность которых, я надеюсь, положительно повлияют структурные изменения в МО, возвращающие полномочия ГРАУ, которых управление было лишено в ходе сердюковских реформ.

Для тех, кто не в курсе, результатом той оптимизации некогда стало появление «региональных военпредов», которым вменялись обязанности контроля предприятий ВПК любого профиля, независимо от профессионального образования и опыта. Тогда военпреды вообще были выведены за штат ГРАУ и с военным ведомством в плане организации обеспечения армии вооружением и техникой произошло множество чудес. Но, сейчас важно не прошлое, а настоящее, в котором происходят реально полезные изменения.

А «шестёрка», похоже, станет одной из первых комплексных проверок на прочность обновлённой структуры на стратегическом уровне, поскольку «перекалибровка» основного образца автоматического стрелкового оружия вооружённых сил является процессом, сравнимым по значимости с обновлением элементов ядерной триады. И процесс это не просто не быстрый, а очень и очень длительный.

В заключении напомню, что с большой вероятностью новый 6-мм патрон станет частью штурмового комплекса перспективной боевой экипировки, разрабатываемой по техническим требованиям МО РФ.

У концерна «Калашников» уже есть предложения под эти требования на базе платформ современного АК, малогабаритного автомата АМ-17 и мини-СВЧ. Все эти образцы я упоминал в статье о проекте АК-12 «плюс»статье о проекте АК-12 «плюс».

В собрании оружия Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи имеется немало опытных и экспериментальных образцов, которые содержат удивительные технические решения, зачастую опередившие время. Одним из таких изделий является экспериментальный 120-мм реактивный противотанковый гранатомёт модели 2Р.

Авторы - начальник отдела фондов ВИМАИВиВС, член редколлегии журнала «КАЛАШНИКОВ» Руслан Чумак (к.т.н.), Максим Попенкер

Гранатомёт 2Р был разработан в 1947 году в Экспериментальной мастерской Московского механического института (с 1942 по 1945 год — Московский механический институт боеприпасов). На вооружение он не поступил, но стал одним из поисковых образцов, которые составили основу опыта проектирования ручных динамореактивных гранатомётов, завершившегося принятием на вооружение Советской армии легендарной «Семёрки» — гранатомёта РПГ-7, и не менее легендарного «Сапога» — станкового противотанкового гранатомёта СПГ-9. Но в нашем случае речь не о них и даже не о самом 2Р, а всего лишь об одном элементе опытного гранатомёта — складной двуногой сошке с пружинной фиксацией.

Складная сошка в ручном огнестрельном оружии явление весьма древнее, но сошка гранатомёта 2Р интересна тем, что фиксация стоек в боевом и походном положении осуществляется пружиной растяжения после перекидывания вокруг оси вращения через мёртвую точку.

Такое решение позволяет обеспечить достаточно надёжную фиксацию сошки в обоих положениях при весьма простой конструкции, а также иметь некоторую свободу вращения ног в боевом положении, допускающую смещение оружия назад при выстреле без «съезжания» стоек сошки вместе с ним по грунту, что отрицательно сказывается на кучности и точности стрельбы.

Буквально такое же конструктивное решение имеет сошка, разработанная американским изобретателем Джеральдом Харрисом. Сошка его конструкции оказалась востребованными во всём мире и широко используется как гражданскими стрелками, так и военными из армий множества стран.

По некоторым данным, сошку собственной оригинальной конструкции Д. Харрис разработал в конце 1950-х годов, но патент на них US3327422A датирован 27 июня 1967 года. Невозможно допустить, что американский изобретатель подсмотрел идею складной сошки у неизвестных советских конструкторов давно забытого и никогда не появлявшегося в публичной сфере экспериментального гранатомёта 2Р конца 1940-х годов. Очевидно, что в данном случае имело место повторное открытие идеи разными людьми, ищущими решения одной и той же задачи со сходными вводными и видением конечного результата.

Но вопрос приоритетов на первенство в разработке той или иной конструкции является важным для понимания уровня развития школы проектирования оружия в соревнующихся странах — а СССР и США находились в таком соревновании. К сожалению, идея советской складной сошки оказалась в архиве вместе со своим носителем — гранатомётом и просто забыта. А жаль...