Вчерашний день был полон событий: река устроила финальный экзамен в виде гонки с грозовым фронтом, я в последний раз пересёк границу регионов, оказавшись в родном Татарстане, и, увидев на горизонте знакомые вышки, понял — дом уже совсем близко. А завершилось всё последней боевой ночёвкой в палатке, когда полчища комаров устроили прощальный пир, где мне была уготована роль главного блюда (все подробности о возвращении в родные воды и комариной осаде — в предыдущем посте!).
Сегодня, 31 июля 2024 года, настал тот самый день. Впереди — последние 24 километра, финишная прямая моего грандиозного путешествия. Но Волга, похоже, не готова прощаться без слёз и с утра встретит меня затяжным ливнем, отсрочив моё возвращение. Эта заключительная глава — о завершающем переходе, о стенах древнего Свияжска на горизонте и, самое главное, о том непередаваемом чувстве, когда видишь родной берег. Это рассказ о последних часах, минутах и метрах, и о той самой встрече, которая завершит 70-дневное приключение.
День 70. Долгая дорога домой.
Пройдено: 24 километра. Всего: 1651 километр. Полный маршрут: карта.
Утренний саботаж от небесной канцелярии.
В пять утра меня разбудил знакомый аккомпанемент — барабанная дробь дождя по тенту палатки. К таким побудкам я уже привык, поэтому просто перевернулся на другой бок и снова провалился в сон.
В следующий раз я открыл глаза в восемь. Выглянул наружу — всё небо затянуто низкими серыми тучами. Едва высунул нос из палатки, как небеса разверзлись с новой силой, и мощный ливень загнал меня обратно в укрытие.
1/2
Кажется, наверху кто-то очень не хочет, чтобы я сегодня финишировал.
По характеру дождя было понятно — это надолго. Делать нечего, позавтракал холодными консервами и решил ещё немного подремать под убаюкивающий шум воды. Проснулся уже после полудня от того, что в палатке стало заметно теплее.
"А я-то думал, что окажусь дома уже в три", — скептически подумал я.
Выбравшись наружу, я увидел, что погода наконец-то сменила гнев на милость. Солнце пробивалось сквозь редеющие облака, и тент палатки уже успел наполовину высохнуть. Время сворачивать лагерь и делать финальный рывок!
Неожиданный гость из будущего.
Пока я собирался, мимо на большой скорости, рассекая воду массивным корпусом, прошёл теплоход "Ак Барс" очень футуристичного вида. Если не брать в расчёт стремительные «Метеоры» и «Валдаи» на подводных крыльях, это было самое быстрое судно, которое я видел за всё путешествие.
Теплоход «Ак Барс», пролетающий мимо моего лагеря. Настоящий космический корабль на воде!
Заинтересовавшись причинами такого стремительного передвижения, я полез в интернет и выяснил, что секрет в двух мощных водомётах и особой конструкции корпуса, которая позволяет ему выходить на глиссирующий режим. Технологии!
К двум часам дня сборы были закончены. Я стащил каяк в воду, преодолевая настырные волны и сильный ветер, забрался внутрь и начал заключительный в этом путешествии переход.
Вскоре я оказался напротив острова-града Свияжска, расположенного на месте слияния Волги и реки Свияги. Эта крепость была построена в 1551 году по приказу Ивана Грозного и служила базой русских войск при осаде Казани.
1/2
Свияжск. Последний знаковый ориентир перед домом.
Этот вид вызвал у меня мощный приступ ностальгии. Память тут же подкинула картинку: четыре года назад я, полный восторга и усталости, проходил здесь на этом же самом каяке, завершая своё первое 4-дневное путешествие по реке Свияге, которое назвал "100 километров до дома".
Сто километров! Тогда это была целая вселенная, каждый гребок был на счету, а завершение пути ощущалось как покорение Эвереста. А сейчас? Сейчас это расстояние — лишь малая часть моего маршрута, который в этот раз оказался в шестнадцать раз больше. Забавно, как меняется перспектива.
Тот пробный поход "до дома" не просто научил меня основам — он разжёг искру, доказав, что моя мечта исполнима, а этот — превратил её в пламя, осветившее полторы тысячи километров Волги.
Морской гость и Казань на горизонте.
Впереди уже виднелись первые высотные дома на окраине города. Левый берег, к которому меня постоянно сдувало ветром, зарос высокой травой. На подходах к нему, примерно в 30-метровой прибрежной зоне, вода была полностью покрыта густым ковром из водорослей, так и норовивших намотаться на весло. Приходилось соблюдать дистанцию, держась на расстоянии от суши.
Впереди уже видны многоэтажки Казани, а слева природа ещё сопротивляется. Целые поля водорослей, готовые схватить за весло. Волга не отпускает до последнего!
Вдруг из-за островов выплыло нечто совершенно неожиданное. Это был теплоход с очень необычным, я бы даже сказал, морским профилем. На борту красовалось имя — «Михаил Светлов». Стало дико интересно, и я быстро нашёл информацию о нём: оказалось, это морское пассажирское судно прибрежного плавания проекта 10110 (тип «Евпатория»), которое, судя по старым фотографиям, всю свою жизнь катало туристов в Крыму! Что морской крымский теплоход забыл здесь, в тысячах километров от моря, под Казанью? Волга не перестаёт удивлять до самого финиша.
Лига детективов, ваш выход! Встретил под Казанью теплоход «Михаил Светлов» с явно морской внешностью. Оказалось, это крымский "моряк". Что он забыл в тысяче километров от моря?
Пейзаж вокруг становился всё более обжитым и знакомым. Впереди показался полуостров, на котором в очень живописном месте расположилось СНТ «Щурячий». Его красивые дома, стоявшие у самой воды, всегда казались мне иллюстрацией из журнала о загородной жизни.
1/3
Местная "Рублёвка на воде" — СНТ "Щурячий". Последний оплот лакшери-жизни перед финишем.
Миновав острова, прикрывавшие меня от ветра, я вышел к автомобильному мосту через Волгу, и в этот момент передо мной во всей красе предстала Казань, белеющая впереди и обещающая скорое завершение пути.
1/3
Последний мост на маршруте. А за ним главный приз — родной город на горизонте.
Финишная прямая: обратный отсчёт.
Стоило пройти под мостом, как вода практически сразу успокоилась. Ветер и волны остались позади, и я смог немного расслабиться, перестав бороться со стихией.
До дома оставалось 10 километров.
Справа, в Набережных Морквашах, я увидел знакомое здание XIX века, смотревшее на реку пустыми глазницами окон. За этим печальным фасадом скрывается целая эпоха: изначально это была водяно-паровая мельница, но в годы Великой Отечественной войны здесь произошло удивительное превращение — в её стенах разместили эвакуированную кондитерскую фабрику имени Бабаева. Увы, сладкая история продлилась недолго: в 1948 году здание сгорело. Многие десятилетия оно простояло молчаливым призраком, пока в 2010-м не появилась надежда на возрождение — но попытка превратить руины в гостиницу так и закончилась на полуслове.
Молчаливый свидетель истории на берегу. Сколько всего видели эти стены...
9 километров.
Левый берег, уже ставший частью города, встречал меня многоэтажными домами. Он резко контрастировал со своим правым собратом, который возвышался почти на 200 метров и был полностью покрыт густым лесом, вплотную подходившим к воде.
Левый берег — вот они, первые многоэтажки Казани.
8 километров.
Я провёл рукой по гладкому борту своего верного каяка. Он был моим домом, крепостью и транспортным средством на протяжении двух с лишним месяцев. Мы с ним стали одним целым, и я чувствовал малейший его крен, малейшее сопротивление воды. Нас ждали последние совместные часы пути.
7 километров.
Мой взгляд сместился с медленно приближающегося города на весло в руках. Я сосредоточился на том, как его лопасти входят в воду, создавая небольшой водоворот, как напрягаются мышцы при гребке. Этот ритм был моим метрономом на протяжении всего путешествия. Он успокаивал, помогал собраться с мыслями. В этом простом, повторяющемся движении заключалась вся суть похода — просто грести вперёд, километр за километром.
6 километров.
В голове пронеслась мысль о самом начале пути, об истоке. О том небольшом ручье, пробивающемся сквозь болотистую почву Тверской области. Тогда более полутора тысяч километров казались абстрактной, почти немыслимой цифрой. Теперь же, находясь здесь, на финишной прямой, я понимал, что прошёл не только физическую дистанцию, но и огромный внутренний путь. Казалось, что тот, кто стоял у истока, и я, гребущий сейчас к дому — два разных человека.
5 километров.
В памяти стали всплывать лица людей, встреченных в пути. Десятки случайных знакомств, коротких разговоров, а также искренняя бескорыстная помощь, которой оказалось намного больше, чем я ожидал. Я осознал, что совершил это путешествие не в одиночку. Оно было соткано из доброты этих людей, каждый из которых, сам того не зная, вложил в него частичку своей души.
4 километра.
В овраге между двумя холмами показалась деревня Захваткино. Я сразу вспомнил, как однажды зимой проходил здесь на лыжах. Тогда, в морозной тишине, над замёрзшей рекой разносилась невероятно красивая музыка, идущая от одного из домов. Я подумал о том, как одна и та же река может быть такой разной, и как по-разному она связывает меня с домом.
Увидел эту деревню и вспомнил, как стоял здесь на лыжах и слушал музыку, разносившуюся над замёрзшей рекой. Дом уже совсем близко.
3 километра.
Я прошёл мимо амбаров и высокого старинного здания мельницы из красного кирпича, в котором сейчас располагается Печищинский комбинат хлебопродуктов. Сразу за ними находился Печищинский геологический разрез — памятник природы, хранящий в себе историю последних 250 миллионов лет. У его основания стояла старинная печь для обжига известняка, больше напоминающая маяк.
1/3
Печищи: старинное здание бывшей мельницы, геологический разрез и печь-маяк. Идеальное комбо для любителей индустриальной и природной истории.
2 километра.
На вершине правого берега устремлялись вверх те самые, до боли знакомые вышки, которые я увидел ещё вчера вечером. Они стояли там, как немые свидетели того, что я справился, и до цели осталось совсем немного.
Вышки Верхнего Услона. Мой финишный флаг.
1 километр.
Печищи остались за кормой, начался Верхний Услон — конечная точка моего маршрута. Пройдя финальный поворот, за которым река разворачивается на юг, я прижался к бетонной дамбе, пропуская паромы, теплоходы и другие суда, которые безостановочной вереницей курсировали между берегами.
1/3
Верхний Услон. Конечная! Осталось обогнуть последний поворот, уворачиваясь от снующих туда-сюда паромов. Сердце уже колотится в предвкушении!
И тут я внезапно увидел на бетонной дамбе родителей и брата, приветствующих меня после долгого пути! Я почувствовал, как к горлу подкатывает ком, и чуть не выронил весло от волнения. Подобравшись поближе и помахав им в ответ, я вновь отдалился от берега, чтобы обойти последнее препятствие на пути - паромную переправу.
Когда я наконец миновал эту зону активного движения, передо мной открылся вид на Верхний Услон. Это место, куда я любил приезжать купаться каждое лето, и которое стало родным домом в последние годы.
Всё, я почти причалил к родным берегам.
Счёт пошёл на минуты.
Ещё немного полюбовавшись этим до боли знакомым видом, я направил каяк прямо к бетонному спуску. Там, у самой воды, меня уже ждала семья.
Едва я выбрался из кокпита, как сзади накатили волны от очередного парома. Напоследок Волга решила дать мне прощальный "пинок"! Пришлось вцепиться в каяк и удерживать его от затопления — было бы дико иронично пойти ко дну в самом конце путешествия.
Поднявшись по скользким бетонным плитам, я вытянул каяк на сушу и, наконец, обнял семью, по которой так сильно соскучился за эти долгие месяцы. После этого я опустил ладони в воду, вспоминая строки из песни:
"Сказала мать: "Бывает все, сынок, Быть может, ты устанешь от дорог. Когда придешь домой в конце пути, Свои ладони в Волгу опусти".
"Теперь я знаю, из какого далека течёт Волга", — подумал я, улыбнувшись.
После того как вещи перекочевали в машину, родители поехали домой, а мы с братом, поставив каяк на тележку, отправились пешком. Десять минут спустя, дотянув каяк до ворот, я завёл его внутрь и поставил на заслуженный отдых.
Каяк на заслуженном отдыхе. Спасибо, Волга, за приключение!
Спустя 70 дней и 1651 километр пути я был дома.
Старт: 23 мая. Финиш: 31 июля. Между этими фото — 1651 километр и целая жизнь.
P.S. На этом путешествие завершено! Но это ещё не конец истории на Пикабу. Впереди вас ждёт большой итоговый пост, в котором я соберу всю статистику: километраж, бюджет, снаряжение (что оказалось наиболее полезным, а что вообще не пригодилось), а также поделюсь самыми яркими моментами, самыми сложными испытаниями и главными выводами, которые я сделал за эти 70 дней наедине с великой рекой. Так что не переключайтесь!
Огромное спасибо всем, кто следил за этим приключением, поддерживал в комментариях и проходил этот путь вместе со мной! Ваша поддержка была невероятно важна! Ставьте финальный плюс этому походу, подписывайтесь, чтобы не пропустить итоговый пост! И расскажите в комментариях, интересно ли вам будет узнать, как всё начиналось в самом первом путешествии, "100 километров до дома"?
У друзей моих родителей были байдарки, и спасательный плот, вот такой.
Фото из интернета, не мое
Иногда меня брали с собой в походы, на майские праздники. У плота сдували крышу, и сверху кидали все рюкзаки и другие вещи. Часть людей ехали на плоту (в том числе и я мелкий), а часть на байдарках. На ночь вещи снимали, и крышу надували обратно, и плот служил одной из палаток, прямо на воде. Было весело.
Среди множества выездов на погребушки в течении сезона, у нашей компашки сапанутых на всю голову имеется традиционный осенний сплав. Расслабленный и созерцательный. Гладкая вода, лес в осеннем наряде, отсутствие летающей живности, разговоры ни о чём, бутерброды с сыром и обжигающий чай из термоса на привале...
Чуть дальше от нашей точки привала, прямо на лесном берегу, кто-то, скорее всего кто-то из рыбаков, обустроил себе летнюю дачу, буквально из земли, камней и палок. Всё продумано. Общий навес с костровой зоной для вечерних посиделок, кухня с двумя зонами готовки и большим столом, стойка с развешенными сковородками, кастрюльками, которые просто себе висят, погреб-склад, две большие спальные зоны с высокими основаниями, заваленные лапником, даже баня есть с чугунной печкой, трубой и каменкой.
А на деревьях вокруг развешаны коряги, в которых хозяева этого уединённого местечка увидели что-то. Что-то местами странное, но всё равно прекрасное:
1/15
Красота вокруг нас всегда. Нужно только немножко замедлиться и увидеть её.
Увидеть полный маршрут моего путешествия от истока Волги до Казани можно на карте.
Привет, Пикабу! С вами снова я, и сегодня расскажу о событиях, которые окончательно прокачали мои навыки каякера.
Предыдущий день начался с принудительного “стоп-сигнала” от самой природы — сильного ветра и волн, которые вынудили меня устроить незапланированный дневной привал. Это позволило не только восстановить силы, но и убраться на стоянке, а также морально подготовиться к грандиозному переходу через Горьковское водохранилище (если пропустили штормовую “дневку” и мой небольшой подвиг по уборке, вот предыдущий пост!).
Сегодня, 11 июля 2024 года, меня ждал настоящий эпик! Я бросил вызов штормовому "пресному морю", пережил авианалёт чаек с грязными бомбами, искупал каяк вместе со спальником, а затем столкнулся с поистине опасными волнами, которые чуть не привели к оверкилю. Приготовьтесь к суровым реалиям водного похода!
День 50. Шторм на “море”, птичья артиллерия и пределы равновесия.
Пройдено: 45 километров. Всего: 1173 километра.
Навстречу стихии: “барашки” на Волге и Горьковское водохранилище.
Утро вновь началось с шума ветра. Выглянув наружу, я увидел, что волны за ночь не только не утихли, но даже не стали меньше. На их гребнях всё так же белели “барашки”. Красота, конечно, но не для гребли на каяке.
Сегодня мне предстояло перебраться на противоположную сторону Горьковского водохранилища, на подступах к которому я находился. Правый берег далее становился очень извилистым, увеличивая и без того немалый путь (не менее восьмидесяти километров) ещё на несколько десятков. Левый же берег был практически прямым, и я решил идти вдоль него для экономии сил и времени.
Нужно было преодолеть шесть километров водного пространства, и столь высокие волны, мягко говоря, беспокоили. Повторения ситуации на Рыбинском водохранилище, когда меня постоянно заливало, я крайне не хотел. Но выбора не было, и я стал собираться в дорогу.
Позавтракав и уложив вещи в трюмы, я начал спускаться к воде и тут понял, что ещё ни разу за всё путешествие не отчаливал при таком волнении. Пришлось проявить всю сноровку! Поставив каяк перпендикулярно набегающим волнам, я успел забраться внутрь и натянуть юбку раньше, чем первая из них попыталась захлестнуть меня.
Иллюзия неподвижности: путь к “большой воде”.
Впереди расстилалась безбрежная водная гладь, тающая за горизонтом — настоящее пресное море! Пока я впитывал этот вид, мимо, разрезая воду, пронёсся “Метеор”, держащий путь в водохранилище.
Ветер дул в спину, а волна шла, почему-то, сбоку, периодически пытаясь перехлестнуть каяк. До входа в водохранилище было более десяти километров открытого пространства, и возникала иллюзия, что, несмотря на все усилия, я оставался на месте.
Однако берега всё же медленно, но проплывали мимо. Ориентиры, за которые цеплялся взгляд, становились сначала всё больше, а затем оставались позади. И через два с половиной часа передо мной открылась вся ширь водного пространства. Показался противоположный берег, в шести километрах к востоку, куда мне и предстояло добраться.
2,5 часа махания веслом, и вот он, бескрайний простор.
Прежде чем броситься в эту даль, я немного прошёл вдоль небольшого городка Юрьевец. Сначала берег пестрел гаражами, сделанными из огромных бочек, а затем картина сменилась пляжем, где беззаботно купались люди.
1/2
Юрьевец! Берег встречает таким вот креативом – гаражи из огромных бочек! А сразу за ними – беззаботные люди на пляже.
Волны были всё такими же высокими, но теперь они шли в нужном направлении, и я, глубоко вздохнув, отчалил от берега, отправляясь в путь по этому, казалось бы, бескрайнему водохранилищу.
Пересечение “моря”: острова-спасители и неожиданная угроза.
К счастью, именно в этом месте располагались острова под названием "Асафовы горы". Первый из них находился в двух километрах от меня, второй — в двух километрах от первого, и от него оставалось ещё два километра до берега. Психологически гораздо проще пересекать такие большие пространства отрезками, нежели сразу шесть километров открытой воды. К тому же, при таком сильном волнении, каждая остановка для передышки была на вес золота.
Острова-спасители: разбиваем большой переход на психологически комфортные отрезки.
На пути к островам мне встретился большой крест, стоящий на бетонных обломках. Путь пролегал прямо через него, и пришлось аккуратно обходить куски арматуры, внезапно появившиеся из воды, чтобы не повредить каяк.
Что этот крест делает посреди воды?
Миновав препятствие, я оказался вблизи первого из островов, вытянувшегося на три километра к югу. На его берегах стояло множество палаток, были видны отдыхающие. Настоящий оазис!
И вот она, первая “земля”! Три километра берега, усыпанного палатками. Кажется, тут весь Юрьевец отдыхает.
Обойдя остров с северной оконечности, я сразу же взял курс на следующий, и примерно через двадцать минут оказался у его южной части.
Двадцать минут, и я у второго острова! Пройдено две трети пути. Финишная прямая уже не за горами!
На песчаной косе, формирующей небольшую тихую бухточку, сидело множество чаек. При виде моего приближения они взлетели и стали кружить над каяком, выражая криками своё недовольство. Они явно считали это место своим!
Не обращая на птиц внимания, я остановился в этом неожиданном укрытии и устроил небольшой перекус. Пока я ел, чайки, видимо, посовещались и решили начать атаку, чтобы прогнать меня с насиженного ими места. Запивая печенье водой, я увидел, как в воду поблизости упал птичий “снаряд”, промахнувшись на метр. Потом ещё один. Это были “грязные бомбы”!
Поглядев на небо, полное чаек, я оценил свои шансы выйти сухим из этой истории как стремящиеся к нулю, спрятал еду и быстро начал грести в сторону берега, уходя из-под “бомбардировки”. За спиной послышались торжествующие вопли, и, обернувшись, я увидел, как чайки вновь заняли своё место. Победа осталась за пернатыми!
Нижегородская область: охота за провиантом и отказавший руль.
Преодолев оставшиеся километры до берега, я пересёк границу регионов и вступил в Нижегородскую область.
Только что пересёк невидимую границу и теперь официально в Нижегородской области.
После этого, преодолев оставшиеся километры, я наконец добрался до берега, оказавшегося одним сплошным обрывом.
Наконец-то берег… который оказался сплошным обрывом.
Изучив карту, я обнаружил, что в 15 километрах ниже по реке находится рабочий посёлок Сокольское, в котором есть заветная “Пятёрочка”. Стоянка предыдущего дня была незапланированной, и я решил пополнить иссякающие запасы продовольствия.
Путь обещал быть разнообразным: Волга здесь принимала в себя много впадающих рек, и берега были изрезаны живописными заливами, уходящими вдаль.
Вот такой пейзаж ждал меня на пути до Сокольского. Берега тут — целый лабиринт из впадающих рек и заливов.
В пути ветер переменил направление и теперь дул не в спину, а под тридцать градусов сзади и справа, превратив попутные волны практически в боковые. Я, наивный, считал, что преодоление Рыбинского водохранилища было самым сложным испытанием моих навыков управления каяком. Но теперь понял: это была лишь подготовка к сегодняшнему дню.
Волны теперь постоянно перехлёстывали каяк, быстро промочив юбку, жилет и всё, что лежало на поверхности, включая солнечную панель. Ветер постоянно пытался развернуть судно по волне, и мне приходилось безостановочно работать рулём, чтобы оставаться на нужном курсе.
Через некоторое время рулевое управление начало периодически отказывать. Сначала я не понял причину происходящего, но затем, обернувшись, увидел, как очередная волна высоко поднимает заднюю часть каяка, и руль оказывается над водой, теряя способность задавать направление.
Вспомнив навыки безрулевого управления, я начал энергично работать правой половиной весла, разворачивая каяк влево и выставляя его перпендикулярно волне, и в таком режиме непрерывной борьбы с рекой провёл следующие три часа. Самым трудным было то, что я не мог ни на секунду остановиться, чтобы передохнуть. Сделай я это — и меня бы тут же развернуло вдоль волны, а я не был уверен, что смог бы удержать его от опрокидывания. А берег, всё такой же обрывистый, полностью лишал меня возможности выбраться на сушу для небольшой паузы.
Это не просто берег, это стена! Обрывистый, без единого уголка для передышки.
Сокольское: собака-охранник и потоп в каяке.
К счастью, я наконец достиг посёлка Сокольское и зашёл в тихую реку, разделяющую его на две части.
Заход в тихую реку в посёлке Сокольское. Покой после шторма.
Стоило немного углубиться, как меня встретили промышленные пейзажи. Снова показались рельсы, уходящие в воду. Но теперь, после Рыбинска, я уже знал, что это такое. Сверившись с картой, я убедился в своей догадке — это была очередная судоверфь!
А вот и новая порция промышленной романтики! Рельсы уходят в воду? Значит, судоверфь.
Осмотревшись по сторонам, я нашёл подходящее место для высадки. Вытащив каяк на небольшой помост, прилегавший к мосту через реку, я, второй раз за путешествие, оставил его без присмотра и отправился в магазин. Мост очень активно использовался местными жителями, которые пересекали его один за другим, и я надеялся, что в таком людном месте посреди бела дня никто не подумает покуситься на мой транспорт.
По дороге в магазин я наткнулся на необычное здание. Выглядело оно как огромный деревенский дом, а на деле оказалось Сокольским народным краеведческим музеем.
Выглядит как огромный деревенский дом, а на самом деле… Музей! Никогда не знаешь, что тебя ждёт за следующим поворотом!
Потратив на поход в магазин около сорока минут, я вернулся к каяку и с облегчением обнаружил его в том же виде, в котором оставил.
Вернулся из магазина, а каяк тут как тут. Целёхонький!
Раскладывая вещи, я поднял взгляд на мост и увидел большую белую собаку, глядящую на меня сверху. — Так это ты охраняла каяк, — рассмеялся я, — спасибо тебе большое! Собака, пошевелив ушами, зевнула и продолжила наблюдать за моими сборами. Отличная охранница!
А я-то волновался! Оказывается, мой транспорт был под надёжной защитой — вон того пушистого “сторожа” на мосту. Почётная вахта завершена!
Закончив, я решил аккуратно залезть в каяк прямо с помоста, как уже неоднократно делал ранее, но в этот раз что-то пошло не так. Не рассчитав силы, я слишком сильно надавил ногой на левый борт и понял, что он сейчас уйдёт под воду. Постаравшись перенести вес на другую ногу, я сделал только хуже. Миг — и кокпит зачерпнул воды.
Глядя на произошедшее, я оперативно прошёл все стадии — от отрицания до принятия, вытащил трюмный насос, для которого впервые за всё путешествие нашлась работа, и стал откачивать воду. Закончив, я заглянул внутрь и увидел, что спальный мешок, находившийся за педалями, тоже промок. Понадеявшись, что два чехла, внутри которых он находился, хоть как-то защитили мешок от воды, я привязал купленную провизию к корме и начал искать на карте место для ночлега.
На грани переворота: бетонная ловушка и двойное цунами.
Спутниковые снимки показывали, что сразу за Сокольским меня ждёт целая россыпь песчаных пляжей. Решив использовать для ночлега один из ближайших, я продолжил путь.
Выйдя из реки в водохранилище, которое и не думало успокаиваться, несмотря на вечернее время, я повернул налево и замер. Берег был покрыт сплошной бетонной набережной, возвышающейся над водой на три метра и уходящей куда-то вдаль. Ни одного места для высадки!
Вернулся в водохранилище, а тут… Сплошная бетонная стена в 3 метра! Ни причалить, ни вылезти.
Все надежды на скорейшее обустройство лагеря рухнули. Время приближалось к восьми, солнце клонилось к горизонту, заставляя меня нервничать. Очень не хотелось искать место для ночлега в темноте при таком волнении.
Волны же, отражаясь от набережной, теперь подходили сразу с двух сторон. И без того высокие, сталкиваясь, они становились в два раза выше, направление их движения становилось абсолютно непредсказуемым, и я ощущал себя щепкой, попавшей в водоворот.
“Главное — не паниковать”, — подумал я, и продолжил грести, стараясь не обращать внимания на то, что некоторые волны стали доходить мне почти до плеч.
Вырваться из этой круговерти удалось только через два километра, когда набережная закончилась. Здесь меня ждало новое разочарование: берег, казавшийся на спутниковых снимках чередой широких песчаных пляжей, на деле обернулся сплошными обрывами, тянущимися до поворота, видневшегося в трёх километрах впереди. Оставалось только надеяться, что за ним найдется место для подходящей стоянки, и я продолжил грести.
Скорее всего, вдоль обрывов было очень пологое дно, потому что волны, сталкиваясь с ним, приняли угрожающие размеры, всё так же подходя сбоку и перехлёстывая каяк. Три особо крупные волны так сильно ударили в борт, что почти перевернули меня, и лишь чудом каждый раз я удерживался в последний момент. Такое со мной происходило впервые, и стало немного страшно от перспектив оказаться в воде против своей воли.
Тихая гавань и заслуженный сон.
К счастью, на сей раз удалось выйти из этого испытания без потерь, и полчаса спустя я свернул за поворот. Передо мной открылась прекрасная картина: берег, повернувший почти под 90 градусов, создавал ветровую тень — вода стала гладкой, а волны остались позади. Перед глазами было множество стоянок для ночлега, некоторые из которых были заняты, но многие оставались свободными.
Наконец-то! Вода гладкая, волн нет, и целая куча свободных мест. Моё почтение этому берегу!
Выбрав оборудованную площадку с дощатым столом и скамейками, я вытащил каяк на сушу и быстро установил лагерь. Поужинав, я забрался в палатку и хотел заняться записями, но понял, что у меня не осталось сил. Борьба с рекой, длившаяся весь день, и пройденное расстояние в 45 километров сильно утомили меня. Спальник всё же отсырел в нижней части, несмотря на защиту чехлов, и частично потерял свои теплоизоляционные свойства. Стало холодать. Поджав ноги, через некоторое время я всё же смог согреться и провалился в сон.
Итоги дня:
Штормовой старт: Отчалил при сильном ветре и волнах на Горьковском водохранилище.
Переход через "пресное море": Преодолел 6 км открытой воды, маневрируя между островами.
Новый регион: Пересёк границу и вступил в Нижегородскую область.
Отказ руля: Каяк периодически терял управляемость из-за высоких волн.
Промокший спальник: Случайно залил кокпит при отчаливании в Сокольском.
Бетонный лабиринт: Попал в ловушку двойных волн у набережной.
На грани: Трижды чуть не перевернулся из-за мощных боковых волн.
Спасительный берег: Нашёл спокойное место для ночлега после всех испытаний.
Усталость и холод: Закончил день в сыром спальнике, продрогшим и полностью измотанным.
Приготовьтесь к новому витку приключений! Завтра вас ждёт очередная бессонная ночь, утренний ремонт подмокшего аккумулятора, экстренная эвакуация от внезапно нагрянувшей толпы отдыхающих и битва с агрессивными муравьями. Путь испытает боковыми волнами, очередными проблемами с управлением и коварством летнего солнца. Но главной трудностью дня окажется отвалившийся руль и отчаянные поиски штифта на дне Волги! Все это и многое другое — в следующем посте!
Как вам такой экстремальный день? Делитесь впечатлениями в комментариях и поддержите плюсом, если было интересно! Не забудьте подписаться — дальше будет только интереснее. До встречи на воде!
